Йогурт.

      Он был самым обычным земляничным йогуртом. Почти всю свою жизнь он провел в холодном и неприветливом холодильнике. Там ему не удалось найти друзей, так он как был единственным кисломолочным, ну, не считая кефира. Он пару раз пытался поговорить с ним, но общего языка они так и не нашли. У них сильно расходились взгляды на жизнь. Кефир вообще считал йогурта слишком слащавым и ненатуральным. Молоко было уверено в том, что оно лучше других и думало, что знает о жизни все, поэтому с ним даже не было смысла разговаривать. А они, к слову, были родственниками. На воркование сметаны и творога было противно смотреть. Тем более в такие моменты йогурт понимал, что он безнадежно одинок. Сыр восседал на самой верхней полке и с мудростью заплесневелого старца молча наблюдал за всеми. Колбаса была слишком агрессивной и вечно спорила с овощами о том, кто полезней и вкуснее. Каждый пытался доказать, что он лучше. "Поле боя какое-то, а не холодильник" - частенько думалось йогурту.       Так и тянулись скучные будни. Йогурт не знал чем, он может себя занять. Попытки погрузиться в воспоминания о прошлом часто были неудачными. Он плохо помнил свое детство. В его памяти остались лишь короткие отрывки, касающиеся братьев и сестер. И то, это были очень тусклые и незначительные отрывки. Так он и провел бы остаток своих дней, скучая в одиночестве, если бы не один случай.       Земляничного всегда манило все таинственное и загадочное. Например, иной мир. Из разговоров других он часто слышал упоминания о теплом и светлом мире, который существовал за дверцей холодильника. Он выяснил, что рано или поздно, туда все попадают. Конечно, не все возвращаются назад. А те, кто возвращаются сильно меняются, становятся молчаливыми и замкнутыми. Но йогурта это не пугало, а наоборот, еще больше привлекало и завораживало. Он и раньше слышал о том, что существует жизнь и вне холодильника, но в этот раз ему посчастливилось самому познать это таинство. И он попал на «тот свет», даже не представляя, что его ждет.       Там было на удивление тепло и уютно, совсем не так, как в этой «морозилке», даже свет был другим. Да, все как и представлял себе йогурт. Он погрузился в свои раздумья, привыкая к окружающей обстановке. Кто знает сколько бы он еще думал над сложившейся ситуацией, если бы он не увидел ее. У йогурта перехватило дыхание. Тонкий стан, узор, придающий ей шарма и элегантности, ослепительная улыбка - так ее видел наш земляничный. Позже он узнал, что это неземное великолепие именуется ложкой. Ну, честно говоря, назвать ее красавицей было крайне трудно, особенно, если учесть то, что она была алюминиевой, даже не мельхиоровой. Но для йогурта, еще не видавшего жизни, она была идеальна. Эта богиня, спустившаяся с небес, тоже его заметила. Что-то пробежало между ними, возникла какая-то искра. Они сразу почувствовали, что между ними существует некая связь. Она говорила ему много нежностей, говорила, что она она еще не встречала никого подобного ему (а ей было с чем сравнивать). И йогурт охотно принимал ее лесть, поэтому и не воспротивился, когда с него стали аккуратно снимать фольгу. Он сразу признался, что у него это впервые. Ложка понимающе сверкнула блеском холодного метала в ответ. Он совершенно забылся, его мысли были далеко-далеко отсюда.       В теплой обстановке йогурт успел согреться, поэтому вздрогнул от холодного, но не менее приятного прикосновения. Все чувства обострились. Ложка выводила по нему узоры, вызывая сдавленное хлюпанье с его стороны. Ему уже хотелось большего. И тут, его мир перевернулся (в буквальном смысле), когда она начала мерными движениями помешивать его. Ложка начала проникать в него все глубже и глубже, принося неимоверное удовольствие. Йогурт уже хотел большего. Она ускорила темп, проникая вглубь него и доставая до самого дна. Когда оргазм накрыл их, йогурт подумал, что наконец-то обрел свое счастье…       Когда земляничный очнулся , он с грустью заметил, что любимой нет рядом. «Наверное, занята чем-то важным» - тешил он себя этой мыслью. Каким же наивным был наш кисломолочный друг! Сердце предательски кольнуло, когда он увидел ложку, ублажающую кого-то другого. Кажется, это была сметана. Но йогурту было уже все равно. Он почувствовал себя использованным и опустошенным. Теперь, он наконец-то понял, насколько жесток этот мир. Он напрасно пытаться справиться с поглощающей его болью и пустотой. Нет, никогда он не станет прежним. Упиваясь своим горем, он не нашел иного выхода, как отправиться на дно мусорного бака. Вот и сейчас, где-то среди отбросов лежит наш йогурт. Он часто вспоминает те прекрасные моменты, которые он пережил, вспоминает тот чудесный мир, и, конечно же, ложку, которую полюбил… Наверное, было бы лучше оставаться в счастливом неведении, жить спокойной жизнью в холодильнике и никогда не чувствовать эту боль. Но он понимает, что все было не напрасно.