ПВП для ПВП

Корпоратив — вещь достаточно разрушительная, никогда не угадаешь, во что он выльется. В большинстве корпораций всё проходит по строго намеченному плану: парочка мордобоев, одна женская истерика, грязный секс на столе и компромат на всех, начиная с уборщика и заканчивая боссом. Но есть вещи, которые нельзя предвидеть. На них не сделаешь ставки, не разожжёшь интерес друзей и не подготовишься морально и физически. Как, к примеру, устроить пьяный дебош в месте, где все и так всегда со слишком большим содержанием крови в алкоголе, а о жаркие тела можно зажигать сигареты? Правильно. Никак. В таких местах всё проходит намного веселее. *** Поначалу, когда Вэйлон выдёргивает его из подсобки и тащит куда-то за собой, Эдди не очень доволен происходящим. Они там, в конце концов, не в шахматы играли, так что прерываться не особо хотелось. Но потом он быстро забывает о своём стояке и о недооблапанном Вэйлоне, потому что, чёрт возьми, тот никогда не был простым программистом и знал намного больше всех остальных. — Тише! Смотри! Вон они! Видишь? Это всегда у них происходит, когда они нажираются в стельку. Я застукал их на прошлой пьянке, и это было, блядь, просто охуительно. Теперь я хочу, чтобы ты тоже это увидел. Вэйлон закусывает губу от нетерпения и указывает куда-то в темноту одной из комнат, не особо популярных, как припоминает Эдди, и… да, чёрт возьми. Прищурившись и сфокусировав взгляд, он видит их. Вэйлон сдавленно смеётся и уступает место в первом ряду. И Эдди смотрит во все глаза, понимая, что Вэйлон встаёт к нему за спину и теперь смотрит через плечо. Трагер стоит, широко расставив ноги, и медленно развязывает на себе галстук. Тонкие пальцы, тусклый блеск перстня на указательном правой руки. Раз. Два. Три — узел развязан, и галстук летит вниз. Трагер скидывает пиджак и играючи расстёгивает манжеты на рукавах. С каждой пуговицей на его рубашке в горле у Эдди першит всё сильнее, но он не решается сглотнуть. Да он просто не имеет права, когда прямо перед Трагером на коленях стоит Блэр. Сам мистер Блэр, лощёные костюмы и виски со льдом, сигары и золотая пепельница. Стоит, расстёгивая ширинку Трагеру, и его поза кажется Эдди идеальной. Когда Трагер кидает рубашку за спину Блэру, тот скользит рукой по накачанной груди, следом ведёт уже языком. От пупка и до самого члена. И заглатывает. Эдди чувствует, как Вэйлон шумно выдыхает ему в шею. Пыхтит сбито и часто; он возбуждён сверх меры, и от этого ведёт и Эдди. Но он не может оторваться от того, что ему показал Вэйлон. Он видит, как Блэр ритмично двигает головой. Умело, привычно, его руки лежат на бёдрах у Трагера, который направляет его, поддерживая под затылок. Он не дёргает его за волосы и не подгоняет, как нерадивые клиенты местных санитарок, а запутывает пальцы в чёрных волосах и нежно гладит кожу за ухом. Блэр облизывается и втягивает воздух через нос. Шумно, заполошно, он не в состоянии оторваться от Трагера, и Эдди вспоминает, что нужно моргать, только когда пересыхают глаза. Его рот непроизвольно открыт, а шея уже влажная от дыхания Вэйлона, и, в последний раз взглянув на Трагера и Блэра, он заставляет себя отвлечься. Вэйлон облизывается и тянет его в ближайшую комнату. Об их расположении он знает всё и даже чуточку больше, так как попадается им пустая. В комнатах справа и слева от них стонут девицы и натужно порыкивают мужики. Рот у Вэйлона полон слюной, и Эдди никак не может прекратить целовать его: у него самого голова до сих пор кружится от увиденного. Он покорно ложится на диван и утягивает Вэйлона следом, принимая его вес на себя. Вэйлон шепчет что-то об очередной сенсации и дрочит Эдди рвано и быстро, соединив его член со своим. Он до боли кусает его за шею, смешно фыркает в ухо и трётся об него, и в какой-то момент Эдди закрывает глаза и откидывает голову назад, кончая. С любым другим партнёром этот недосекс запомнился бы Эдди как самый смущающий и провальный, но Вэйлон довольно ставит ему очередной засос под самым подбородком, помогает застегнуться и вновь тащит куда-то. Сам Вэйлон облизывается — он вылизал их обоих после оргазма — скрупулёзно и медленно, и Эдди действительно старается не думать о логике чужих поступков. Душевные порывы Вэйлона может контролировать только мистер Блэр, но у того сейчас немного занят рот, и Эдди даже не пытается. Они крадутся по коридору, шикая друг на друга, и заходят в абсолютно пустое и тёмное помещение. Там в стене — дверь, а у Вэйлона в кармане лежит маленький ключик. Они вдруг оказываются на втором этаже странной комнаты, внизу которой нет ничего, кроме зеркального стола с шестом. На столе, громко цокая толстыми каблуками, медленно танцует человек, чьё лицо кажется Эдди смутно знакомым. Они с Вэйлоном прячутся в тени второго этажа, и, видя, как Вэйлон начинает посасывать кончик указательного пальца, Эдди понимает, что не обознался. — Это Майлз, мать его, Апшер! Неуловимый скандальный репортёр! Я видел его в новостях буквально сегодня утром. — Да. И посмотри, для кого он танцует. От переизбытка эмоций Эдди хватает Вэйлона за коленку. Апшер делает чумовое движение бёдрами и запрыгивает на шест. На нём только джинсовые шорты с завышенной талией и каблуки. У него шикарная чёрная татуировка от самых ключиц до паха. Когда он изгибается, садится и резко раздвигает ноги в стороны, огромная бабочка оживает, взмахивает крыльями и мерцает. Пот блестит у Апшера на лбу, но он быстро смахивает его, пятернёй расчесав себе волосы. Он танцует всего лишь одному человеку, и, чем чётче его силуэт становится для Эдди, тем выше его рука поднимается по колену Вэйлона. Меняется музыка, Майлз расставляет ноги в стороны, и софиты выхватывают из сумрака мускулистую фигуру Криса. У Эдди дрожат руки, но он справляется с ремнём Вэйлона, костеря его за педантичную привычку запаковываться на десять замков, и сжимает его член прямо сквозь бельё. Его сердце бьётся так же быстро, как цокают каблуки Апшера. Цок-цок-цок, росчерк по стеклянной поверхности — и Апшер легко спрыгивает на пол, будто всегда ходит именно в этой обуви. Эдди вновь не может оторваться от представления, но и слышать Вэйлона ему сейчас просто необходимо, и он берёт себя в руки: надрачивает ему сильнее, вытаскивает член из трусов и заставляет тявкать от удовольствия, как лисицу. Даже не глядя на Вэйлона, Эдди прекрасно знает, что тот сейчас сполз в одном из кресел, куда они так удобно уселись, и закусывает губу. А ещё фыркает, цепляется за подлокотники и сучит ногами. Очаровательно. Так же очаровательно, как выгибается Апшер на коленях у Криса. По сравнению с ним Апшер жилистый и вёрткий, и его руки на мощных плечах кажутся совершенно тонкими. Но Крис обнимает его за талию осторожно и нежно, прижимает к себе, оглаживает задницу, и Апшер запрокидывает голову. Его лощёное лицо телевизионной знаменитости перекошено от нетерпения, он двигает бёдрами и скрещивает каблуки друг с другом. Он жмётся к Крису всё плотнее и плотнее, целует его в волевой подбородок и тонкие губы, и где-то на этом моменте Вэйлон кончает во второй раз. Эдди, не стряхивая, переносит руку к себе в штаны и, быстро разрядившись, утаскивает ошалевшего Вэйлона вниз, в старый добрый бар. Там на них осуждающе смотрит сменщик Эдди, наливает им издевательский двойной «Секс на пляже» и отсылает в глубину зала. В безопасное предсказуемое бурление пьяниц, девчонок и тёмных типчиков, которые всегда оказываются в нужном месте в нужное время. Но ни Вэйлон, ни Эдди ничего не имеют против. На сегодня чужих тайн для них достаточно.