Рука помощи

В этот раз все началось с того, как длинные пальцы Гарри сомкнулись на его колене. Чуть повыше, если быть точнее. Когда дело касалось таких тонких материй, как нескончаемый подростковый гормональный бум на рабочем месте, точность лишней не была. – Если потребуется помощь, - сказал Гарри и снова сжал его колено.– С рукой. Если что-то будет нужно... – Да, Гарри, – как ответственный суперагент и контролирующий свои плебейские желания джентльмен, Эггзи кивнул, положил ногу на ногу и диванной подушкой отгородился. – Только скажи. – Это всего на час, – поспешил добавить Мерлин. Мол, даже не вздумай делать из этого проблему. Эггзи не думал – некогда было. Путь до самой дальней в здании душевой мог отнять все пятнадцать минут. Эггзи снял очки, сунул их за дверцу аптечки и поплотнее закрыл. Проблемы имелись, Мерлин был последним, кому стоило о них знать. Пол был бодряще ледяным. Носки туфель уперлись в кабинку душа. Ощущение сомкнувшихся на колене пальцев выветривалось с каждой, потерянной на дела окологосударственной важности, минутой. Эггзи закрыл глаза. С глухим вздохом прижал потяжелевшие прохладные костяшки к паху и надавил. Этим утром, когда последний охранник успокоился, прижав руку к дротику в шее, когда жесткий диск был в переносном сейфе, а вертолет на подходе. Когда Эггзи оперся о стену, чтобы перевести дух точно там, где, по его расчетам, находилось слепое пятно для камер слежения, Гарри подошел бы со спины. Не прервал бы связь с Мерлином. Демонстрировал бы выдержку и равнодушие. Мультизадачный засранец со стальными нервами. Сжал бы его стояк сквозь ткань. Наплевал бы на мятые брюки и служебную этику. - Что ты делаешь, - сказал бы Эггзи для приличия. Гарри улыбнулся бы из-под растрепавшейся челки: - Собираюсь залезть к тебе в штаны. Рука слушалась плохо. Эггзи пару раз сжал онемевшие пальцы и устроил их на четко обрисовавшемся под тканью члене. Гарри огладил бы его аккуратно, попутно расстегивая молнию. Тер бы и мял, водил бы по всей длине холеными пальцами. Эггзи кусал бы щеку изнутри, расставлял бы ноги пошире. Эггзи сжал бы бедро Гарри, заведя руку назад. Может даже синяки бы оставил. - Ни звука, - сказал бы Гарри, запуская руку в его трусы. Эггзи зажал рот в реальном времени. Съехав еще ниже, оперся затылком о стену. Кафель категорически не грел, не обхватывал руками, собой. Не походил на Гарри. Эггзи зажмурился до цветных пятен. Его фантазии и не на такое хватало. Гарри мог бы посочувствовать его ватным коленям и прислонить к хромированной стене спиной. Гарри задрал бы рубашку и раскрытой ладонью прижал бы к напряженному животу член. Гарри заставил бы его облизать свои пальцы. Позволил бы. Потер бы головку большим. У Эггзи не хватило бы воздуха в легких. Прямо сейчас у Эггзи не хватало рук, выдержки. Здравого смысла, очевидно. Анестезия отходила слишком быстро. Руку покалывало, тянуло. Мозги со скрипом тоже вставали на место. Гарри сказал бы что разочарован. Что дрочить без разрешения на него, Гарри,- то еще преступление на сексуальной почве. Пиздец, какой сексуальной, леди и джентльмены. И тем не менее. Гарри вовсе не стал бы широко обхватывать его член ладонью, дрочить в одуряющем ритме, от которого у Эггзи поджимались пальцы, болезненно напрягался пресс, рот открывался в беззвучном стоне. Не стал бы накрывать второй влажной ладонью сверху, потирая головку. Гарри не было бы так охренительно неудобно выворачивать запястье, чтобы сжать в горсти его мошонку. – Гарри. Блять, - сказал бы Эггзи. То есть, в самом деле сказал, хрипло, на выдохе. Когда смог дотянуться и втолкнуть в себя палец. Всего до первой костяшки. Зато дрожью прошибло вверх по всему позвоночнику, в ушах зашумело. Эггзи содрогнулся, член пришлось отпустить, чтобы заткнуть себе рот. Он легонько стукнулся затылком о стену, кончая. – Как рука? – с поддельным сочувствием поинтересовался Гарри за дверью, будто всегда там и был. – Заебись, – одними губами ответил мирозданию Эггзи и покрылся холодным потом. – Настоящий джентльмен не постесняется признать, что иногда нуждается в помощи, – Гарри добавил в голос искренности и щелкнул замком.