Много Гарри Поттеров для Литтл-Хэнглтона

  – Мой сын! – закричал Волдеморт и обнял растерявшегося Гарри.   – Что? – в замешательстве спросил Гарри, пытаясь неуклюже вывернуться из хватки Темного Лорда.   – Мой драгоценный наследник, любовь всей моей жизни! – завопил Волдеморт. – Моя драгоценнейшая змейка! Мы все будем делать вместе, пытать магглов и… о!.. это будет так весело!   – Н-но я же был твоим врагом! Ты пытался убить меня! – сказал Гарри, поморщившись, когда тесные объятия пригрозили сломать ему несколько ребер.   – Ничто это сейчас не важно, так как ты моя кровь! – проигнорировал Волдеморт, покрывая морщащееся лицо Гарри бесчисленными поцелуями.   – Н-но ты убил собственных родственников!   – Это не важно! Я всегда буду любить тебя! Клянусь! – Волдеморт героически посмотрел вдаль, его внезапно объявившиеся густые волосы потекли на ветру, когда он предстал прекрасной картиной идеального отца. – Я буду любящим отцом, и даже убью ради тебя своих слуг… смотри! Avada Kedavra!   Хвост рухнул на землю.   – Я ненавидел его… – выдавил Гарри. – Но кровь не равна любви! – усмехнулся Гарри, вырвавшись, наконец, из крепкой хватки Темного Лорда. – Доказано Дурслями.   – Где эти Дурсли!? – взревел Волдеморт. – Я их всех убью ужаснейшим образом!   – Знаешь, – задумчиво заметил Гарри. – Вопреки моей собственной природе, я испытываю желание помочь тебе. Возможно, я даже впечатлю Беллу!   – Вот теперь-то ты, наконец, ведешь себя как наследник Темного Лорда, – детским голосом заговорил Волдеморт, потерев Гари нос.   – Постой… ты пытался убить меня! – встряхнулся Гарри, вырываясь из оцепенения неизбежной злобности (из-за всей унаследованной тьмы).   – Все это было уловкой!   Гарри недоверчиво поднял брови.   – Эм, я не знал, что ты мой сын? – еще раз попытался он.   – Но ты явно должен был знать, ты же спал с моей матерью! – в отчаянии вцепился себе в волосы Гарри.   – Это была страстная и туманная ночь любви! Нам обоим было так неловко, что мы договорились никогда больше об этом не говорить!   – Во-первых, фу, ты говоришь о моей маме. Во-вторых, Лили Эванс никоим образом не стала бы спать с Темным Лордом, который (возможно) убил ее родителей! В-третьих, Темный Лорд никоим образом не стал бы спать с грязнокровкой! – упрямо скрестил на груди руки Гарри.   – Я изменился!   – Ты убил ее!   – Я… снова изменился? Послушай, Беллатрикс ревнивица… но она полюбит тебя, обещаю…   – Ты пытался убить меня!   – Это была случайность!   – Ты приказал своему слуге придушить меня!   – Боже мой, ты прав, это чуть сложнее объяснить… Ну… эм… Дамблдор – зло! Гарри пожал плечами.   – Пусть будет так. Дамблдор – зло! – согласно выкрикнул он.   – ДАМБЛДОР – ЗЛО! – триумфально крикнул Волдеморт.   – Я Темный! – заорал Гарри.   – Да, давай сын! – захватил его Волдеморт в новую тесную хватку. Они оба обняли друг друга за плечи и ушли в закат.   – Я вполне уверен, что это идет вразрез со всей моей моралью… – отстраненно заметил Гарри.   – Неа. Просто забудь о родителях, которые пожертвовали ради тебя своими жизнями, и которых ты все эти годы идеализировал. Теперь ты на Темной Стороне.   – Ура!   Они, подпрыгнув, дали друг другу пять, и все было хорошо, потому что Дамблдор злой и, таким образом, в каком-то смысле, Светлая Сторона тоже. Не стоит сожалеть об их смертях. Правда не стоит. Потому что к Гарри вернулся его отец. Его отец, что пытался убить его. Его убийственный отец.   Но все-таки его отец.   – Знаешь, это в общем-то решает известный спор природа против воспитания. – Голос Гарри был едва слышен, когда он и его объявившийся отец радостно скакали в городок Литтл-Хэнглтон.   – Это деревня! – крикнул Хвост автору.   Как ты выжил?.. А, ладно. Хвост спешно умер, и все было хорошо. (Ну, кроме тысяч невинных, погибших во время резни ныне бессмертных Гарри и его отца).   Но кого они волнуют, верно?