Много Гарри Поттеров для Литтл-Хэнглтона

  – Т-ты выглядишь… выглядишь… ужасно, честно говоря, – тревожно подобрался Хвост к Гарри Поттеру. Вышеупомянутый парень и правда кошмарно выглядел. Волосы были длинными, спутанными и покрытыми грязью. Мантия была изорвана и висела на костлявых конечностях, позволяя заметить выступающие ребра. В зеленых глазах были тени и призраки. Он выглядел сумасшедшим.   – Ну, я был в Азкабане, – сказал он хриплым от неиспользования голосом. – Белла передает привет.   – Белла? Б-Беллатрикс Лестранж? Но она же пожиратель смерти, с ч-чего бы она п-передавала п-привет через Мальчика-Который-Выжил?   – Мы стали хорошими друзьями. Больше чем хорошими друзьями, – с развратной усмешкой пошевелил Гарри бровями. – Из безумных психопатов выходит довольно неплохая компания, как только узнаешь их получше. И ей стало жаль бедного невинного мальчика, запертого за преступление, которого он не совершал, – игриво надулся Гарри.   – Миссис Лестранж безумная у-убийца. Не д-думаю, что она кого-то ж-жалела, особенно врага своего повелителя…   – Ну так ей было жаль меня! – безумно закричал Гарри, от чего Хвост вскрикнул и отпрыгнул назад.   Гарри заметил в отполированном мраморном надгробии свое отражение.   – Боже, выгляжу я, краше в гроб кладут. Лучше бы переодеться. – Он щелкнул пальцами, и сразу же стал аккуратно подстрижен и изукрашен, одет в причудливую мантию с гербом Азкабана на груди.   Хвост подпрыгнул снова.   – К-как ты это сделал?   – Беспалочковая магия, – небрежно пожал плечами Гарри.   – Н-но как ты научился?..   – Я был в Азкабане.   – С ч-чего бы нахождение в А-Азкабане позволило тебе н-научиться беспалочковой магии? Там наверняка есть к-какие-нибудь блокаторы магии, иначе бы заключенные просто м-могли оттуда аппарировать.   – Тебе нужна палочка, чтобы аппарировать, – снисходительно закатил глаза Гарри.   – У т-тебя нет палочки, и ты аппарировал сюда, – нерешительно указал Хвост.   – Ну так я особенный! – зарычал Гарри, безумие в его глазах стало куда заметнее.   – Я тебе верю! – задрожав, пискнул Хвост.   – Отлично. Мне не хотелось убивать тебя, – беззаботно сказал Гарри.   – У-убивать меня? – запаниковал Хвост.   – Я теперь Темный. Разве ты не слышал? Все мои друзья нехарактерно отвернулись от меня, и я понятным образом возненавидел их всех. Только близнецы Уизли поддержали меня, несмотря на то, что раньше почти и не общались со мной, только вручили мне карту (что, должен сказать, вышло довольно случайно). Во всяком случае, я теперь ненавижу Рона, Гермиону, Дамблдора и так далее, так как они стали для меня причиной бесконечных часов насилия и пыток.   – А-а… к-как долго ты там пробыл? – неуверенно спросил Хвост.   – Несколько месяцев, – пожал плечами Гарри.   – Это… многовато для нескольких недель.   – Все охранники меня ненавидели, – раздраженно отрезал Гарри, воздух вокруг него затрещал.   – Л-ладно! – с поднятыми руками медленно отступил Хвост.   – Хорошо.   Пауза.   – Знаешь, если так подумать, может быть, я прощу их. Хочу сказать, похоже им жаль…   – Нет. Нет! – закричал Хвост в нехарактерном приливе храбрости. – Они полностью предали твое доверие, с чего бы тебе прощать их?   – Они очень извинялись. И я в очередной раз доказал, что об меня можно ноги вытирать. Помнишь тот случай с драконом, и как Рон не предупредил меня об адском огненном демоне, что хочет сожрать мое лицо, и я полностью простил его и все это забыл…   – Ну хватит, я больше не читаю этот… этот… ВЗДОР!   Гарри пожал плечами. Он был уверен, что у миссис Уизли все еще может быть его ключ, и если они еще не потратили все его деньги, он вполне может вернуться в Хогвартс, и все будет как раньше. Все прощено и все забыто. Идеально. В конце концов, кого расстраивают такие глупости, как лишение свободы?