Девять дев Галлия

Продолжение... - О, великий Оракул! Мы семь из девяти дев Галлия, просим начать испытание! Помещение залил яркий свет, а я провалилась во тьму. Вот такая вот невезуха. Хех, и в чем состоит мое испытание? Помещение, в котором я оказалась, было полностью черным. Нет, реально, я даже своих рук не видела, что уж там. Ни окон, ни дверей, ни какого-нибудь намека на свет тоже не было видно. Знаете, это как в страшилке. В темном-темном городе была темная-темная улица, на этой темной-темной улице был темный-темный дом, и в этом темном-темном доме была темная-темная комната, в которой заперли ни в чем не повинную Заклинательницу духов. Прям анекдот, честное слово. - Эй, есть тут кто? - ну, это был вполне ожидаемый вопрос, ну не могла я уже сохранять молчание. - Ну, допустим, есть, - ответил мне мягкий и до боли знакомый голос. Я повернулась в сторону этого голоса, и как вы думаете? Ни хрена я не увидела. Прямо наказание, какое-то. Издевательство, по-другому и сказать нельзя. Здесь темно, как у дракона в задн... Нетушки, я аристократка, я не должна так выражаться. Даже думать о таком не буду, да точно не буду думать о... Так, Хартфилия, не думай о... Тпру, я сказала тпру... - Ну и кто здесь? А точнее, где это здесь? Даже света нет, - сказать, что я злилась, ничего не сказать. Послышался хлопок в ладоши, и я очутилась в ослепительно белой комнате, настолько белой, что аж глаза пришлось зажмурить. Да уж, из крайности в крайность. А что-нибудь среднее выбрать не судьба, да? Подняв голову, я все же увидела обладателя такого знакомого или скорее родного голоса. Скорее обладательницу. Волна нежности растеклась по моему телу, заставляя присесть на землю, так как ноги совершенно не держали. Непонимание, тоска, отчаяние, а вместе с тем удивление и взявшаяся из ниоткуда радость - все это навалилось с такой силой, что оставалось только поражаться. - Мама?! Ты что тут делаешь? - но, заметив непонимание в ее взгляде, пояснила. - Ты ведь умерла. - А, ты об этом. Перед тобой находится мое эфирное тело. Считай, что я - дух, призрак, - пожала женщина плечами, разведя руки в стороны. - И что мне теперь надо делать? - спросила я. - Пережить все заново. - А если я не хочу? - послала взгляд полный мольбы и надежды. - Это твое испытание. Пережить все заново и не сломаться, а я тебе помогу, - протянула Лейла мне свою руку, что я, не задумываясь, схватилась за нее, как за спасательный круг, и мы шагнули в дверь, неоткуда появившуюся перед нами. Все было, как в плохом кино, не четко, кратко, без пульта и возможности остановить этот кошмар. Да, кошмар, по-другому это и назвать нельзя. Раз за разом все повторялось и повторялось: вот я с мамой и папой, смерть мамы, похороны, ненависть моего отца, вот мой побег. Первая встреча с Нацу, "Хвост Феи", наше первое задание, сильнейшая команда гильдии, спасение Локи, "Шестеро просящих", Венди, Эдолас, Лисанна, Остров Тенрю, Мишель, часы вечности, ВМИ, а после и жгучая боль от предательства. Перед глазами до сих пор виднеются ухмылки Драгнила и Лисанны. Они избивали меня, а я ничего с этим не могла поделать, я не хотела, но если бы даже и захотела, то не смогла дать сдачи. Не могла нанести ни единой царапинки. Они унижали меня, оскорбляли, издевались, а я не знала, как прекратить это непонятный никому беспредел. Они правы, я слабая, никчемная. Если я себя защитить не смогла, то, как же я смогу уберечь Венди? Я ничего не могу! - Люси, - услышала я голос матери, - ты сильная. Верь в себя. Просто верь в себя, как я верю. Вспомни кто ты! Что скрывается за словами «вера в себя»? Это постоянная величина? Нужно ли мне верить в себя и свои силы? С одной стороны, глупо верить в себя, не отдавая себе отчета в собственных поступках и мыслях. Но с другой стороны, не менее глупо сбрасывать со счетов интуицию. И уж совсем ни к чему игнорировать Высшего. А как же быть? И верить в себя глупо и не верить тоже глупо – бред какой-то! Хотя, на самом деле, все логично, только нужно посмотреть на это с другой стороны: вера в Высшего не перечеркивает вашу ответственность перед Ним, собой, семьей. А там, где есть ответственность, предполагаются некие действия, которые человек ответственный совершит, не взирая на, то, уверен он в своих силах или нет. Для него просто нет другого выбора! Точно! Все опять упирается в свободу выбора. Если есть малейшая возможность спихнуть решение проблемы на другого, неуверенный, пассивный человек это сделает незамедлительно, с чистой совестью, оправдывая свой инфантилизм Провидением. Если такой возможности нет – ему придется преодолеть свою пассивность. Ну, или если у него уже крайний случай пассивности – пассивность ума – будет продолжать опускаться все глубже и глубже. Отсутствие веры в себя не настолько безобидно, как кажется мистически настроенным людям. Не достаточно сказать: «Поверь в это, и это случится!» Я ненавижу советы, которые преподносятся нам без надлежащего объяснения или без путеводных линий, которым мы могли бы следовать, чтобы применить их. Я считаю, что причина того, что мы не можем поверить в собственные возможности, заключается в том, что мы этого никогда не делали. Я имею в виду то, что мы никогда в действительности не формировали собственную веру. Но, сейчас у меня нет выбора. За меня все решили, как только я появилась на этом острове. Передо мной находится лишь уверенность в том, что я обязана защитить Венди и предоставить ей нормальное детство. Я в ответственности за малышку. Я обещала - я сделаю. А для этого мне нужна сила. - Верь в себя, как я в тебя верю. Вспомни кто ты! Остальное лишь иллюзия. Да, она права, я сильная. Если я захочу, то смогу все. Не зря же я была в самой сильной команде сильнейшей гильдии Фиора. И мне плевать с высокой колокольни на мнение Драгнила. Я смогу справиться с любой преградой на своем пути. Это все лишь иллюзия, обман, не больше. Оно просто хочет меня напугать, сломать. Я не позволю ему. Я сумею его победить. Смогу одолеть. Или я - не Люсьена Хартфилия, сильнейший заклинатель духов в Фиоре. Я покажу ему, насколько я стала сильнее. И, повинуясь, зову сердца, начала шептать, положив одну руку на сердце, а другую, вытянув вперед: - Я, Люсьена, принимаю о, великий Оракул, твою силу. Отныне я - Дивина. Белый цвет. Хранительница Света и Добра мира сего. Перевоплощение! Меня окружил яркий белый свет и, открыв глаза, я не обнаружила перед собой Нацу и остальных. На его месте, передо мной, находился жуткий монстр, который, скалясь своими гнилыми клыками, смотрел на меня. Ну что, посмотрим кто кого? Я - Серафима, Добро и Свет этого мира в прямом смысле слова. Какому-то монстру меня не одолеть. Сейчас он поймет, что не надо было связываться с Дивиной -Люсьеной - Хартфилией. Не успела я и глазом моргнуть, как монстр уже побежал на меня. Я, перегруппировавшись, сделала сальто назад и оказалась за спиной у монстра. - Божественная аура, - сложила я большие указательные пальцы в виде ромба и выстрелила шариком света. Но видимо на монстра эта атака совершенно не подействовала, можно сказать даже наоборот, оказала совершенно противоположный эффект. Эта громила еще больше разозлилась, что, мне кажется, только усилило ее. Он повернулся ко мне и явно захотел цапнуть своими кобцюрами. И, возможно, я бы уже отправлялась к своей маме на тот свет, если бы не моментальная реакция, которую развивала Крист на протяжении всего года. Увернувшись, я призвала световой клинок и бросилась на монстра. Но, увы, физически мой враг был в стократ сильнее меня, так что это не привело, ни к каким результатам. Отбившись от пары атак, я все же не выдержала следующей, которая и заставила меня полететь к противоположной стенке. Так, хватит, пора заканчивать этот фарс! - Кара Богов! - произнесла я сильнейшее заклинание из своего арсенала. Огромная волна света понеслась в разные стороны, снося все на своем пути, а заодно и уничтожив моего врага. Ну и, слава Богу. Я, тяжело вздохнув, села на пол, пытаясь выровнять сбившееся дыхание, но оно никак не хотело восстанавливаться. - Ты - молодец, - положила мне руку на плечо мама. - Мам, останься, - прошептала я, закрыв глаза и окунаясь в ее объятия. - Я не могу, солнце! Ты - мое солнышко, Люсьена! Будь сильной и освещай своим неповторимым светом других. Я горжусь тобой, моя девочка, - я еще сильнее ее обняла, не желая отпускать. - Я люблю тебя! - Нет, не уходи! - почувствовав, что она тает прямо в моих руках, я запаниковала. - Мне пора, но я буду наблюдать за тобой. Я всегда буду рядом, в твоем сердце, - и с этими словами она растворилась, оставив на своем месте горочку серебряной пыли, которую сразу же унес, появившейся непонятно откуда, ветер. Я встала, глубоко вздохнула, вытерла набежавшие слезы и сделала шаг навстречу ослепительно яркому свету.