Приди, таким, какой ты есть. (Come As You are)

Глава1 Дверь в комнате также как и всегда тихонько скрипнула, когда Лили приоткрыв ее, зашла в комнату. Небольшая, с множеством окон, в которые пробивались лучи яркого весеннего солнца, комната младшего шестилетнего брата Лили- Джимми. - Мой маленький Джимми…- шепотом произнесла Лили, окинув взглядом всю комнату от пола до потолка. Лили зашла сюда во второй раз после трагической смерти брата в автокатастрофе месяц назад. На стене у кровати все также весели рисунки Джимми, на полке стояла большая коллекция миниатюрных моделей автомобилей, которые он так любил собирать, и даже пару страниц от его любимого комикса лежали на прикроватной тумбочке. В комнате ничего не изменилось, будто Джимми вышел попинать мяч на задний двор и вот-вот вернется. Но это, конечно же, не так. Лили не смогла сдержаться и пара крупных капель горьких слез оставили мокрые дорожки на ее лице. « Господи, Господи, за что ты не был мил с ним? Он ведь никогда не окончит школу, не поступит в колледж, не влюбится, не сядет за руль, не познает радости отцовства. Почему маленький невинный человек заслужил смерти? Зачем его забрали небеса?» - судорожно метались мысли в голове Лили. Она просидела в комнате больше получаса и совсем забыла про школу, которая для нее сейчас не имела ни какого значения, хотя и понимала, что накануне выпускные экзамены для поступления в колледж. Ей не хотелось думать о своих земных проблемах, которые ей казались такими пустячными, по сравнению с несправедливостью небес. Но в школу Лили все, же пошла, так как ее мама- Молли очень настаивала на серьезном отношении к учебе. Она не стала сопротивляться матери, не хотела расстраивать по ее земным пустякам, ведь Молли было еще тяжелее, еще печальней. На первый урок Лили, конечно же, опоздала, поэтому пришлось выслушивать лекцию про опоздания от учительницы по английской литературе, которая крайне раздражала Лили. Она прошла в конец класса и села на единственное свободное место рядом с каким-то незнакомым ей парнем в рваных джинсах со светло-русыми волосами, которые обрамляли его лицо и скрывали глаза. Он, вероятно, был новенький, Лили его никогда раньше не видела в коридорах школы Редмонда. На уроке велась бурная беседа по «Великому Гэтсби», но Лили не ужасно не хотелось слушать сырые доводы одноклассников, и она уткнулась в тетрадь с набросками своих рисунков. Она прекрасно рисовала, но родителям Лили ужасно не нравились ее рисунки, они находили их крайне странными, сумасбродными, тошнотворными и даже провокационными. Лили рисовала безликих людей, окровавленных птиц, увядшие цветы, бонги, младенцев, и все ее рисунки были очень контрастными и яркими. Сама она редко когда могла понятно расшифровать, что значит ее рисунок, чаще Лили рисовала, не задумываясь, над смыслом. Взяв карандаш в длинные тонкие пальцы, Лили точно передавала на лист бумаги, то, что представляла, закрывая глаза. Лили старательно выводила каждую черточку, каждый штрих своего рисунка и совсем не заметила, как незнакомый парень увлеченно наблюдает за ней. - Красивый рисунок, - шепотом произнес незнакомец. - Спасибо, - тихо ответила Лили, взглянув на парня, и изумленно замерла. В его внешности не было нечего, казалось бы, примечательного: худощавое телосложение, бледная кожа, выразительные брови, но глаза… были удивительны. Электрические, ярко-голубые глаза и очень тяжелый взгляд. -А ты… правда так думаешь? – недоверчиво спросила Лили. - Правда, очень необычный рисунок, мне нравится. Лили улыбнулась парню в ответ, ведь ее рисунки, как ни странно, почти не кому не нравились. - Эй, как тебя зовут, художница? – спросил парень. -Лили Хейзел. -Что ж, здравствуй, Лили Хейзел. Я Дэн, - губы парня растянулись в почти незаметную улыбку, а взгляд все таким же тяжелым. -Привет, Дэн. Ты новенький в нашей школе? -Да, я из Рентона. Следующую половину урока они сидели молча, Дэн изредка поглядывал, на рисунок Лили, который она пыталась закончить. Лишь на прощание новый знакомый помахал рукой и коротко бросил. -Увидимся. В коридоре Лили наткнулась на свою единственную подругу Вики – светловолосую высокую девушку с зелеными глазами. - Привет, цветочек, улыбнулась Вики и провела рукой по длинным, русым волосам Лили. -Как ты? Все хорошо? После смерти Джимми она теперь ежедневно спрашивает все ли у Лили в порядке. Вики боялась, что она впадет в депрессию или сделает какую-нибудь глупость. Лили, конечно, ценила заботу подруги, но одновременно ее это ужасно раздражало, будто бы она после трагедии потеряла всяческий остаток разума и думала только о смерти. -Все хорошо, - как обычно ответила Лили -Здорово. Ты уже видела новенького? – Вики как всегда знала все последние новости и сплетни. -Ты про Дэна? Да, мы с ним ходим вместе на английскую литературу. -Вы уже успели познакомиться с Дэниелом Форманом? – удивилась Вики. -Ну да… можно и так сказать – улыбнулась Лили. - Знаешь, что о нем говорят…? Как же Лили не любила, когда ее лучшая подруга начинала рассказывать обо всех лживые, порой даже абсурдные слухи, услышанные в женском туалете, в которые она действительно верила. Это были худшие, но весьма безобидные качества Вики – болтливость и наивность. Иногда ее недостоверные рассказы очень веселили Лили, настолько они были несуразными. - Он переехал Рентона вместе с тетей и дядей сюда, продолжила Вики, - У него отец вдовец, который живет с его мачехой в Москве, совсем не видится с ним. Жалко Дэна, конечно, но все, же он отрицательный тип. Говорят, он наркоман и курит каннабис в свои- то семнадцать лет. Да и мне кажется он совсем нищий. Видела, в какой одежде он ходит, сплошь рванье. Не общалась бы ты с ним. - Зачем ты так говоришь? Ведь не знаешь правды. Опять наслушалась слухов, - Лили неприятно было слушать такие вещи. - Может, я не знаю, но чувствую, что-то с ним не так. - Глупости… И кстати рванные джинсы дань современной моде, а не показатель нищеты. Все рок-музыканты сейчас так ходят, глупенькая, - рассмеялась Лили. - По-моему это безобразно. Уродуют эти рок-музыканты и свою музыку и одежду. - Ну, так это же восьмидесятые. -Да… ох уж эти восьмидесятые, - улыбнулась Вики, и они отправились, шагая по длинному коридору на следующий урок биологии. Утро следующего дня для Лили выдалось чудесным. Мама была в хорошем настроении и даже испекла панкейки к завтраку. Отец Лили – Бенедикт в это время был уже в офисе, работал над каким-то уникальным проектом, о котором никто не имел представления. В школе день тоже выдался неплохо, Лили удалось получить оценку «хорошо» за тест по английскому. После уроков она решила зайти в музыкальный класс с инструментами и подергать струны на старенькой школьной гитаре. Лили имела доступ к кабинету с инструментами, так как научилась играть на гитаре, когда перешла в среднюю школу. Она замечательно играла, но очень редко, только когда было хорошее настроение. Музыка для Лили была не просто увлечением, она верила, что музыка священный дар, освобождающий наши души от тягот и печалей земных. Она говорила: «Музыка – это искусство свободы» Лили провела около часа, играя на гитаре песни Дэвида Боуи, Игги Попа, Металлики. Внезапно в кабинет ворвался Дэниел. - Привет, Лили Хейзел. Развлекаешься? – сказал он, подмигнув ей. -Привет, Дэн. Ну не то что бы… просто люблю иногда поиграть. - Здорово получается. Классно рисуешь, да еще и на гитаре играешь…Талант. - Спасибо,- смущенно улыбнулась Лили. Ей редко, когда говорили такие приятные вещи, особенно касающиеся творчества. Никто в основном не разделял ее мнения. Дэн взял гитару, сел напротив Лили, начал наигрывать мелодию…и тихонько петь. Лили застыла в изумлении. У него был замечательный голос. Доиграв последние аккорды, он посмотрел на Лили: его взгляд больше не был столь тяжелым, его глаза словно излучали свет. - У тебя чудесный голос, - восхищенно произнесла Лили. - Спасибо, мы раньше играли на разогреве у малоизвестных групп, дающих концерты в пригороде Сиэтла. Нам даже платили за это по десять – пятнадцать долларов. - Здорово, а сейчас играешь? - Нет, тетя с дядей запретили заниматься «этим грязным бизнесом», настояли на учебе, и отобрали гитару и усилитель. Я бы еще, конечно, поиграл, но инструменты трудно достать, - задумчиво произнес Дэн и резко встал и вышел из класса со словами: « Завтра увидимся» «Ну и чудак», подумала Лили и искренне улыбнулась. Глава 2 Будильник трезвонил уже минут 5 следующим утром. - Вот черт! – выругалась Лили. До начала урока всего полчаса, а она еще в постели. Вскочив с постели, Лили натянула свитер, клетчатую юбку и мимолетом взглянула на высокую худощавую девушку с длинными русыми волосами в отражении зеркала. Оставшись без завтрака, Лили побежала в школу, так как на автобус она, конечно же, опоздала. Иней поблескивал в лучах утреннего мартовского солнца, словно россыпь драгоценных камней. Прохладный ветер пробуждал Лили, скользя по ее бледной коже лица. Она любила такую погоду по утрам: солнечную, но в то же время холодную, безмолвную, лишь с редкими птичьими трелями. - Лили Хэйзел! Я думал ты уже не придешь, - знакомый голос окликнул Лили, когда она подошла ко входу в школу. - Дэниел! Ох… как же ты меня напугал, - новый знакомый Лили стоял, облокотившись о кирпичную стену здания школы. - Прости. Ты идешь на урок? - Ну… вообще-то да. А ты чего прогуливаешь? - Ммм… скажем так: есть кое-что более интересное, - у Дэна на лице появилась довольная улыбка. - Вот как. И что же? – спросила Лили, не понимая значения такой лучезарной улыбки. - Хочешь узнать? - Ну да… - Хорошо. Но для начала скажи, ты была в Олимпии? - Да, бывала. В последний раз ездили, когда мне было лет двенадцать. А какое это отношение имеет к твоему прогулу? – скептически отметила Лили. - Я еду в Олимпию. Всего на один день. Поехали со мной? - Что? Сейчас? - Конечно. Мы были бы рады, если ты поехала с нами. - Это безумие, - усмехнулась Лили. – Зачем тебе ехать в Олимпию прямо сейчас, во время уроков? И кстати кто это – мы? Ты с кем? - Если поедешь – узнаешь и то и другое. - Ну, нет. Так не пойдет. С чего я должна тебе верить? - А с чего ты не должна мне верить? - Во-первых, мы мало знакомы, во-вторых, есть предположение, что ты можешь воспользоваться мной, - выдала Лили, что ей первое пришло в голову, и через секунду осознала, насколько это было нелепо. Дэн уже хохотал во всю силу. - Да… глупо как-то. Прости, - смущенно улыбнулась Лили. - Да нет же. Это забавно. - Ах вот ты как! Считаешь это ЗАБАВНО? – с наигранной возмущенностью воскликнула Лили. Затем они оба начали смеяться. - И все же, ты едешь, Лили? – спросил Дэн. - Это безумие. Лили только собралась зайти в школу, как Дэниел крикнул вслед: - О ладно… я все понимаю. Что ж, удачной контрольной по физике. - Вот черт! Я совсем забыла про нее. У меня уже три «удовлетворительно» по физике. Еще одной заваленной контрольной мои родители не вынесут, - возмутилась Лили. – Это полное безумие, - шепотом повторила она и направилась к Дэну. - Я знал, что ты согласишься. Но взамен на увлекательную поездку в Олимпию, у меня есть к тебе маленькое поручение, которое вполне сойдет за плату, - съехидничал Дэн. - Что еще за поручение? - Ну… я знаю у тебя есть доступ к кабинету с инструментами в классе музыки и… можно было бы позаимствовать всего на денек Ибанез с усилителем. - Ты спятил? Это же школьное имущество. Нас исключат после твоего заимствования. Зачем тебе гитара ты же не собираешься… О нет, - Лили поняла к чему клонит Дэн. - Да, я собираюсь, и это серьезный шанс засветиться. Прошу Лили, - его глаза радостно заблестели, в них словно были маленькие электрические разряды. Нельзя было не верить этим глазам, они сводили с ума. - Ладно, - сухо ответила Лили. - Спасибо огромное, я твой должник. В школе было тихо и почти безлюдно во время уроков. Лили уже не казалось таким сложным – свиснуть гитару. Да и вряд ли кто заметит. В школе мало кто занимался музыкой, а преподаватель – семидесятилетний мистер Уилсон почти никогда не играл на электрических гитарах. Лили запихнула старенькую Ибанез в чехол, засунула в карман пару-тройку медиаторов, а Дэн взял усилитель. Вышедши из кабинета, они направились к выходу. Вдруг из-за угла появились тридцатипятилетний красавец физрук – мистер Дэйл Купер и одноклассница Лили – брюнетка Фиби. Лили с Дэном мигом забежали в тесную кладовку, где хранились швабры и моющие средства. Это, скорее всего, было что-то вроде кладового шкафа, в нем с трудом можно было уместиться двум людям. - Черт… я так испугалась, что нас засекли, - прошептала Лили. - Да все в порядке, - также шепотом ответил Дэн. «Фиби, ты же никому не рассказала, так ведь малыш?» - послышалось из коридора. - Что? Какого… - возмутилась Лили и приоткрыла дверь кладовки на узкую щелку. «Нет, конечно!» - ответила Фиби и обняла мистера Купера. «Вот и отлично, солнце. Потому что, если ты расскажешь, у нас с тобой будут большие неприятности, а мы этого совсем не хотим» - сказал физрук и поцеловал Фиби в шею. - Ааа, моя нога, - почти закричала Лили, когда Дэн случайно наступил ей на ногу. «Ты что-нибудь слышала, Фиби?» «Вроде нет» «Пойдем-ка отсюда в мой кабинет» - сказал мистер Купер, и они с ученицей вышли из коридора. - Прости, Лили, - сказал Дэн, когда они вышли из кладовки. - Ничего, главное, что не попались. - Мы то не попались, а вот физрук с несовершеннолетней девицей попали по полной. - Я, конечно, понимаю, он красивый мужчина, но чтобы… Нет! Это мерзко, - скривила лицо Лили. За сто метров от школы стоял маленький старый микроавтобус Фольксваген. - Вот и наша карета, - улыбнулся Дэн и помог Лили сесть внутрь. За рулем сидел парень с карими глазами в черной шапке, из-под которой на лицо падали розово-красные пряди крашеных волос. - Привет Лили. Я Фред, - сонно поздоровался парень. – Какого хрена так долго? – он возмущенно обратился к Дэну. - Мы действовали по ситуации. Ты все равно, небось, спал все это время. Поехали, не стоит терять время. Микроавтобус тронулся, и они двинулись в путь. К Лили, сидящей около окна подсел Дэниел: - Фред с утра всегда не в духе. Не обращай внимания. - Ну в этом мы с Фредом схожи: утро добрым не бывает, - улыбнулась Лили. - А где он учится? Я его раньше не видела. - Он бросил школу год назад. Не из-за лени, хотя он конечно очень ленив. Его мать заболела серьезно, отец зарабатывал на заправочной станции одни гроши, и ему пришлось пойти работать в закусочную «Робин» на выезде из Редмонда. Там мы, кстати, и познакомились. - Это так печально…Слушай а почему ты переехал в Редмонд? - Моему дяде предложили здесь хорошую работу на мебельной фабрике. - А почему ты не живешь с отцом? – неловко спросила Лили. - Ты, наверно, про меня уже все знаешь, не так ли? - Далеко не все. Это моя подруга наслушалась сплетен про тебя. А я не верю слухам, поэтому спрашиваю у тебя, - оправдывалась Лили. - Что ж, у нас с отцом не самые лучшие отношения. А его новая русская жена просто какой-то монстр чистоты и рекордсменка по количеству розовых вещей на квадратный метр своей квартиры. Я с ней и недели не прожил в одном доме, - пытался шутить Дэниел, но его поникшие глаза выдавали настоящие эмоции. - Так ты был в России? – Лили пыталась повернуть разговор в другое русло, так как понимала, что ему очень неприятно говорить о своей семье. - Нет. Отец с ней в Рентоне познакомился, только потом они уехали в Россию. Я бы не хотел там оказаться. Вообще не хочу покидать приделы страны, да и штата. Мое место здесь… А чего ты хочешь в будущем? - Не знаю. Наверно, так же как и ты: насладиться этой гребанной жизнью, пока есть возможность, - улыбнулась Лили. Почти два часа в дороге прошли незаметно. Лили болтала с Дэном, а Фред частенько вставлял в разговор шутки о рок-группах. Она много узнала о ребятах за это время, и поняла, что они замечательные, и даже чем-то похожи на нее саму. Парни оказались творческими, любили хорошую музыку, и у каждого из них было не все так гладко в жизни, поэтому они гнались за лучшей судьбой. В Олимпию они ехали сыграть на разогреве у «East Wind» - местной группы, на концерте которой должно быть около трехсот человек. Важность состояла в том, что там будут несколько продюсеров из Сиэтла, ищущих молодых рок-музыкантов со свежими идеями. Ну и конечно им должны были заплатить пятьдесят долларов на двоих. Они припарковали микроавтобус около итальянской забегаловки. Лили посмотрела на вывеску с аппетитной пастой и у нее потекли слюнки, ведь она с самого утра ничего не ела. - Как же я хочу есть. Давайте зайдем, - предложила Лили. - Я тоже бы не отказался от горячей пасты, - присоединился Фред. Сделав заказ, ребята уплетали за обе щеки макароны, которые оказались весьма вкусными. - О да, все-таки жизнь прекрасна, - бормотал Фред, вытирая рот салфеткой. В этот момент принесли наш счет в пятнадцать долларов. - У меня есть только три, - сказал Дэниел, взглянув на счет. - У меня пять на бензин для Фольксвагена, - сказал Фред, порывшись в своих карманах. – Упс… Кажется я поспешил с «прекрасной жизнью», у нас даже пятнадцати долларов нет. Лили, а у тебя не найдется… - Я вообще не брала деньги, извините, рябят. - Что ж тогда план «Б», - предложил Дэн. - Опять? – вздохнул Фред - Ну а что поделать? - Что еще за план «Б»? – поинтересовалась Лили. - Просто беги, - шепнул Дэн. Ребятам удалось незаметно улизнуть. Снаружи сквозь витрину было видно, как к столику подошла белокурая официантка лет 40 и начала оглядываться. Глава 3 До начала концерта оставалось минут 20. Фред и Дэн настраивали гитары в маленьком нелегальном рок - клубе рядом с итальянской забегаловкой. В помещении было очень многолюдно, душно и жутко воняло сигаретным дымом. К микрофону вышел полный парень с длинными кучерявыми волосами и пробормотал что-то невнятное. После этого Фред начал с басов, а Дэн играл с дистрошн на стареньком Ибанез. Они играли очень чисто, как профессиональные музыканты. Музыка мощным потоком вливалась Лили в душу, вызывая неописуемый восторг. Толпа реагировала неоднозначно: от восхищенных возгласов до трехэтажного мата в адрес ребят на импровизированной сцене. Они играли еще минут пятнадцать, после чего у микрофона появились четверо тридцатилетних мужчин с татуировками, набитыми почти на всем теле у каждого. Группа не успела сыграть и двух песен, как в толпе послышались возгласы: «Копы! Валим отсюда!» Все люди рванули к «черному» выходу, Фред передал Лили гитару, последовав за толпой, а Дэн замешкался с организатором выступления, выпрашивая деньги: - Парень, держи двадцать долларов, у меня больше нет. Уноси ноги, иначе попадешься легавым, - кричал он на Дэна. - Пятьдесят! Мы договаривались на пятьдесят! – отвечал он. - Двадцать и точка. Иначе вообще ничего не получишь, сопляк, - мужчина швырнул в него две десятидолларовые купюры. - Гавнюк! – крикнул Дэн ему в след, показывая средний палец. – Идем, Лили. Ребята выбежали на улицу через «черный» выход и двинулись к их микроавтобусу. На улице стемнело и значительно похолодало. Люди разбегались во все стороны. Только двое парней лет двадцати спокойно стояли и курили рядом с входом в забегаловку. - Черт подери! Вот дерьмо! – выругался Фред. - В чем дело? – удивился Дэн. - Колесо...Гребанное колесо проколото! – возмущался Фред. – Отец убьет меня. - У тебя есть запаска? – спросил Дэн. - Конечно, нет. Иначе я бы не орал как ненормальный на пол квартала. - Вот и не ори. Что-нибудь придумаем, - поддержала Лили. - С двадцатью долларами в семь часов вечера? Да уж конечно, придумаем, - ехидничал Фред. - Вот блин! Тогда придется ловить попутку домой, - предложил Дэн. - Я не могу вернуться без Фольксвагена. Отец будет в ярости. Ты знаешь, сколько она значит для… - Фред неожиданно замолчал, а затем резко выдал: «К черту всех! Мне нужно выпить» - и направился к входу, где курили двое парней. - Дело плохо. Сорвался. Ему нельзя пить, он только что бросил, сейчас сидит на транквилизаторах - сказал Лили Дэн и направился за ним. - Ребят, ребят, выручите меня. Я свой бумажник забыл в другой куртке со всеми документами, а так, блин, выпить хочется. Мне 22, если что, я не какой-нибудь там несовершеннолетний подросток, не думайте, - соврал Фред парням. - Какого хрена ты творишь? – возмутился Дэн. - Отвали, - прошептал ему Фред. - Хэй, держи, парень, - сказал длинноволосый худой блондин и протянул ему бутылку пива. - Спасибо тебе, - Фред схватил бутылку. - Ну и придурок. Ты ж на таблетках сидишь, после пары глотков алкоголь выполоснет тебя наизнанку, - Дэн пытался его остановить. - Наплевать, - Фред залпом выпил содержимое бутылки. - Не удивительно, у тебя ведь всегда все через задницу, - Дэн не на шутку разозлился на Фреда. - Да потому жизнь у нас одна большая задница! Кругом ложь и преступность, и мы ее часть. Хватит с нас Дэн, не позволяй себе жить чужой жизнью. Смирись, ведь мы пытались. Не ищи больше дорогу к сцене. - Ты наверно прав, Фред, - грустно ответил Дэниел. - Курт, надо бы помочь ребятам, - сказал высокий темноволосый парень блондину. - Откуда вы? – спросил он и затушил сигарету. - Из Редмонда. У нас колесо спустило и денег всего двадцать долларов. Мы не сможем добраться домой. - Понятно. Можете переночевать у нас. Трейси как раз нет дома, - любезно предложил блондин. – И кстати я Курт, а это Крис, - он указал на парня, стоящего рядом с ним. Они шли три квартала до дома новых знакомых. Курт и Крис расспрашивали Дэна о визите в Олимпию и помогали нести гитары, а Лили шла с Фредом, которого шатало во все стороны и тошнило. Вошедши в дом, он рухнул на диван в гостиной от слабости и тут же уснул. Дэн ушел с ребятами на кухню заварить чай и сделать пару тостов. В доме царил небольшой беспорядок, но это не мешало быть ему очень уютным. На стенах висели весьма странные картины, написанные маслом и акрилом, по стилю напоминавшие те, что рисовала Лили. На них были изображены безликие марионетки с крыльями, цветы, младенцев в утробе, морские коньки и на каждой из картин стояла подпись маленькими печатными буквами: «Cobain». Лили понравились изображения, хоть и показались ей ну очень странными. Разглядывая картины с младенцами, она вспомнила, что нужно предупредить Молли о том, что она не будет ночевать дома. Лили набрала номер на телефоне, лежащем на журнальном столике. Никто не ответил, звонок перешел на автоответчик. «Мам, я сегодня переночую у Вики, ты ведь не против? Нам нужно написать по химии реферат. Домой вернусь завтра после школы. Спасибо, мам» - соврала Лили, после чего позвонила самой Вики, чтобы рассказать легенду. - Привет, Вики. У меня к тебе есть небольшая просьба. - Здравствуй, Лили. Что за просьба? Кстати чего тебя сегодня на контрольной не было? Ты заболела? – спросила Вики. - Нет, со мной все хорошо. Если кто-нибудь спросит, то я сегодня ночую у тебя. Договорились? - Ладно. А что стряслось-то? Ты где сейчас? - Долгая история. Спасибо Вики, я у тебя в долгу, - сказала Лили и повесила трубку, не дав, Вики договорить. Лили укрыла пледом спящего Фреда и направилась к ребятам, которые пили чай. Кухня была очень маленькой со столиком у стены, за которым они с трудом помещались. - Ну как парень? – спросил Крис. - В порядке. Он спит на диване, - ответила Лили. - Выпей чаю, - Дэн подвинул к ней кружку. - Спасибо, - ответила Лили, настороженно принюхиваясь. - Да не бойся ты. Это обычный мятный чай. Он успокаивает нервы, - сказал Курт. Лили сделала пару глотков и взглянула на Курта. При хорошем освещении она заметила его ярко-голубые глаза в точности как у Дэна. Не понимая почему, ей стало как-то неловко из-за этого. - Кто такой Кобейн? У вас его картины по всей гостиной развешаны, - спросила Лили. - Это я,- ответил Курт. - Ой, прости, я не знала, Курт Кобейн, - неловко ответила Лили. – Твои картины удивительны. Такие красивые. А ты профессионально занимаешься этим? - Нет вообще-то, я вроде как музыкант. У нас своя группа, как и у вас. Дэниел рассказал, - ответил Курт, подмигивая Дэну. - Здорово. Но я не в группе. Мы всего-то пару дней знакомы. - Но это не помешало узнать, насколько ты классно играешь на гитаре, - улыбнулся Дэниел. - Не так уж и классно, думаю. А что у вас за группа? - спросила Лили Курта. - Bliss. Но это, скорее всего временное название. Я солист, Крис басист, еще есть новый драмер Чед, - ответил он. - Слышал ваш разговор около забегаловки, - обратился к Дэну Крис. - Не теряйте надежду. Только это будет всегда вас поддерживать и не даст вам отчается. Они еще долго болтали о группах, славе, и о жизни в целом. У парней тоже оказалась нелегкая жизнь, полная проблем. Лили нравилось просто сидеть и болтать о всяком, пусть даже не со столь знакомыми ребятами. Они были похожими на нее, поэтому казались ей такими близкими. После болтовни и мятного чая, все поднялись на второй этаж, а Дэн остался рядом с Фредом. Курт проводил Лили в небольшую комнату, где она могла бы переночевать. Там приятно пахло лавандой. Лили становилось очень спокойно, плохие мысли все реже приходили в ее голову. Она заметила акустическую гитару у стены: - Курт, сыграй что-нибудь, пожалуйста. - Хорошо, - он взял гитару и сел в кресло напротив Лили. Курт играл тихо и очень мелодично. Он волшебно пел. У него был приятный низкий голос, который словно растворялся в воздухе. На миг Лили показалось все каким-то нереальным. Сон овладевал ею. Курт перестал играть, заметив, что Лили начала засыпать, и накрыл ее одеялом: - Спокойной ночи. - Спасибо, Дэн, - сонно пробормотала Лили, когда Курт выходил из комнаты. (Where did You Sleep Last Night?) Глава 4. - Лили, - позвал знакомый голос. Кто-то нежно провел рукой по ее длинным волосам. Лили открыла глаза. Рядом с ней сидел Дэниел. - Доброе утро, - сказал он , лучезарно улыбнувшись. - Привет, - ответила Лили, потягиваясь. – Который час? - Половина одиннадцатого. Скоро едем домой. Курт и Крис помогли нам с Фольксвагеном. Колесо уже заменили. - Отлично. - Слушай, я тебе хотел сказать…извини. Я не должен был тебя во все это впутывать. Я полный придурок! Хотел лишь лучше узнать тебя, а не впутывать в эту неразбериху, которую я называю своей жизнью. Все вышло как нельзя хуже… - Все замечательно, - искренне ответила Лили и крепко обняла Дэна. – Как Фред? - С ним все в порядке, не волнуйся. Пойдем завтракать. На столе в кухне Лили ждали тосты с джемом и кофе. Она плотно поела и привела себя в порядок. К дому подъехали ребята на микроавтобусе и погрузили туда свои гитары и аппаратуру. - Спасибо вам, за все, хоть, признаться честно я почти ничего не помню, - поблагодарил Фред и похлопал Курта и Криса по плечу. - Вы отличные ребята. Будьте такими, какие есть, и вы найдете свой путь, - сказал блондин. - Спасибо, Курт, - ответила Лили и обняла его на прощание. – Курт. Я тогда хотела сказать Курт, - шепнула она ему. Он усмехнулся и подмигнул Лили. Дэн был за рулем Фольксвагена, а Фред проспал все время пути на плече у Лили. Оранжевое солнце заходило за горизонт, когда ребята наконец-то вернулись домой. - Тебя подвезти до дома, Лили? – спросил Дэн, после того, как они, вернув гитару, выходили из школы. - Нет, спасибо. Я лучше пройдусь пешком, - Лили хотелось побыть одной после всего. Просто идти навстречу теплым лучам солнца, вдыхать прохладный весенний воздух и не о чем не думать. - Ладно, до встречи в школе. Пока, – попрощались ребята. Недолго Лили удалось побыть в одиночестве, так как она встретила Вики, идя домой: - Здравствуй, Вики. - Привет, Лили, - сказала подруга и крепко обняла ее. – Ты так странно пахнешь: лавандой, перегаром и сигаретами. Ты что пьяна? - Нет, что ты? Это наверно от Фреда. - Фред? Кто такой Фред? Где ты пропадала вообще? – обеспокоенно спросила Вики. - Ладно, я все расскажу, только обещай, что об этом никто не узнает. Кстати тебе звонила Молли? - Вообще-то нет. - Хм…Это странно… - удивилась Лили. - Ну, так, где ты была все-таки? - В Олимпии. - В Олимпии? Что ты там забыла? - Помогала Дэну. - Дэниелу Форману? – еще больше возмутилась Вики. - Ну да. Он играл в клубе со своим другом – Фредом. Мы должны были вернуться еще вчера вечером, но были проблемы с микроавтобусом. Одни очень милые ребята музыканты позволили у них переночевать. От возмущения и удивления Вики выглядела как-то безумно. С каждым словом Лили, она все выше поднимала брови от своего неоправданного удивления: - Лили, с тобой все в порядке? - Могу у тебя спросить тоже, - Лили становилось не по себе, от того как Вики реагировала на ее рассказ. - Они не заставляли тебя принимать наркотики, не пытались изнасиловать. - Боже, НЕТ! Как тебе вообще такое в голову пришло, - возмущалась Лили. - Я за тебя переживаю. - Все в порядке, Вик. На самом деле просто отлично, - Лили тщетно пыталась доказать это подруге и успокоить ее. - От чего ты такая счастливая? Прямо-таки «светишься». Тебя все-таки придется сводить в больницу и проверить на наличие наркотических веществ в организме. - Да у тебя паранойя! Приди в себя, наконец. Говорю же, со мной все хорошо, - Лили начало сильно раздражать поведение Вики. - Но стоит удостовериться… - Ради Бога, Вики! - Но как же… - Все! С меня хватит, увидимся завтра в школе, - перебила Лили подругу и пошла дальше домой в одиночестве. Да, она была счастлива. Обыкновенно, по-человечески, без всяких психотропных средств, о которых так беспокойно говорила Вики. Ведь в жизни Лили за такое длительное время хоть немного развеялись тучи со дня знакомства с Дэном. В нем было что-то необыкновенное, но в то же время, очень простое, что заставляло Лили восхищаться. На протяжении всей своей жизни, без малого шестнадцать лет, она еще не разу не находила человека, который бы так хорошо понимал ее, не оставляя ни каких сомнений. Лили зашла в дом и прошла на кухню, где Молли готовила что-то вкусненькое. - Привет, мам. - Здравствуй Лили. Ну как реферат? - Что…А, да с рефератом все получилось. У нас «отлично» - Хорошо. Лили ужасно не любила, когда Молли так равнодушно реагировала. После смерти сына она стала равнодушной ко всему и всем, в том числе и к Лили. Ее мама не плакала, не смеялась, не показывала своих эмоций вообще. Это очень настораживало Лили. - Знаешь, я была в Олимпии в доме одних очень крутых и суровых рок-музыкантов, – приукрасила Лили, чтобы хоть как-нибудь попытаться растормошить мать. - Ну и сны тебе сняться, - ответила Молли. - Нет, это не сон. - Очень смешно, - также равнодушно ответила Молли. – Я приготовила запеканку с овощами, поешь. Ужин на плите. Я что-то устала, пойду, прилягу. Лили теперь с единственной радостью шла в школу в надежде увидеть Дэниела. И в школьном коридоре наткнулась на него. Его небесно-лазурные глаза сияли. Эти зеркала души смотрели прямо сквозь нее, прямо в душу. - Привет, Дэн! – улыбнулась Лили. - Привет, художница! – ответил он и, взяв ее за руку, они направились в класс на их совместный урок английской литературы. На перемене Лили отправилась в дамскую комнату, возмущаясь в мыслях о том, сколько им задали прочитать к следующему уроку. Открыв двери, она замерла в ужасе и громко вскрикнула. От испуга по лицу покатились слезы. На белом глянцевом кафеле в неестественной позе лежала Фиби. Ее руки и ноги были вывернуты, темные длинные волосы тонули в алой лужи крови. Зеленые глаза словно остекленели, на окровавленном лице застыл ужас и злоба. Металлический запах крови витал в помещении. У Лили подкосились ноги, и она рухнула на пол, задев подол клетчатой юбки кровью. На ее крик примчался школьный уборщик – мужчина с посидевшей бородой. Он также ужаснулся, увидев Лили, сидящею у тела Фиби, и не проронив ни слова, выбежал из дамской комнаты, чтобы вызвать «скорую» и сообщить учителям. Дальше все было как во сне: расплывчато и невероятно. Лили надеялась, что это и был сон, но нет, все это было реально. Полицейские, ищущие улики, криминалисты, фотографирующие труп, врачи, уносящие Фиби под темным полотном, перепуганные учителя и ученики. Все казалась кошмарным сном, пропитанный ужасом и запахом смерти, который никак не мог быть правдой. Лили испытывала подобное чувство, когда погиб ее младший брат – Джимми, но сейчас все было гораздо страшнее. Это было убийство. Человек по собственной воле лишил другого человека жизни. И это было ужаснее всего. - Вы мисс Хэйзел? – спросил полноватый мужчина в строгом костюме, когда Лили выбежала из злополучной дамской комнаты. - Да…Лили Хэйзел, - тихо ответила она дрожащим голосом. - Меня зовут Чак Куимби. Вы должны проехать с нами в полицейский участок для дальнейшего расследования и выяснения обстоятельств. Ваши родители встретят вас в участке. Также вам будет предоставляться адвокат, - сказал мужчина и, схватив Лили за локоть, повел к полицейской машине. Ее тело била дрожь, сердце бешено колотилось, а в голове лишь одна мысль: «Господи, я невиновна…Пусть узнают, что я невиновна» Лили сидела за столом напротив видеокамеры в комнате для прослушивания. За другой стороной стола сидел седой психолог в очках с огромными линзами. Он постоянно говорил всяческую ересь, действительно считая, что это успокоит Лили и отвлечет от убийства. Этим несчастный старикашка только еще больше раздражал ее. Наконец в комнату зашло два человека: чернокожий мужчина и адвокат. За стеклянной перегородкой Лили увидела своих родителей. Отец покраснел и ходил по комнате от стены до стены, а мать сидела в кресле, не пошелохнувшись. Чернокожий мужчина задавал много вопрос о произошедшем. Лили старалась отвечать уверенно, но на основную часть вопросов так и не ответила, так как плохо знала Фиби. Затем Лили попросили снять отпечатки ее пальцев. Так же принесли чистую одежду, чтобы она могла переодеться и отдать свою одежду, заляпанную кровью, на экспертизу. Наконец допрос кончился и в комнату вошли родители. - Мам, пап…- чуть не плача произнесла Лили. - Все будь хорошо, милая, - обнял ее Бен. Молли в это время договаривалась с адвокатом. Лили оставили в участке, так как она была задержана как подозреваемая в убийстве. Самую ужасную ночь в жизни она провела в комнатке с крошечным окном, в которое падал тусклый лунный свет. Свернувшись калачиком на краю жесткой кровати, Лили чувствовала себя последней брошенной собакой на помойке. Слезы скатывались по щекам и разбивались о холодный кафельный пол. Лишь только сейчас Лили задумалась над словами, сказанными Крисом: «Не теряйте надежду. Только это будет всегда вас поддерживать и не даст вам отчается» Утро. Холодное и мрачное утро. Лили встретил отец и отвез домой. Она просидела молча все дорогу на заднем сидении. Ей безумно хотелось поговорить, рассказать о том, что сейчас чувствует, сделать все что угодно, чтобы не чувствовать себя такой одинокой и ненужной. Но Лили не знала, что именно сказать, что правильно говорить в такой ситуации. Молли сидела на диване в гостиной, когда Лили приехала домой. Мать сразу же бросилась в объятия к дочери. - Прости меня, родная, - бормотала Молли, всхлипывая. – Прости за все, если сможешь. Ты открыла мне глаза на мир, на вещи, которые начали исчезать из моей жизни. – Что бы ты ни думала, я люблю, и всегда буду любить тебя. Эти слова самыми нужными, теплыми, такими простыми и одновременно невероятными. Они словно лучик солнца пробивались через необъятную ледяную глыбу. Суд был назначен спустя неделю. Лили знала, что ее, вероятно, ждет в будущем, но все же надеялась на лучшее. Она молча сидела весь процесс, лишь перед вынесением окончательного приговора сказала: « Я не совершала сего деяния, я не могу покуситься на чью-либо жизнь в здравом уме. Я честна перед вами, честна перед Всевышним, а значит мне нечего бояться» После, судья вынес приговор: 7 лет лишения свободы. В мыслях Лили вдруг возникли образы того, что могло бы произойти за эти годы: выпускной, колледж, друзья, Дэниел, музыка, чьи-то свадьбы, дни рождения, рождество. Все это она теряет, надолго теряет. А будет ли это иметь смысл после выхода на свободу? Конечно же, нет. Нормальная жизнь окончена, без сомнений. На что такая жизнь, когда не принадлежишь себе? Лучше бы Лили была мертва, нежели испытывать такое. Она не выдержала и расплакалась от бессилия прямо во время вынесения приговора. Два человека вывели ее из зала суда и вкололи что-то в вену Лили. Она закрыла глаза и ускользнула в бездонную темную пропасть, в надежде уже не вернуться обратно. Лили находилась в доме Курта. Из кухни слышались два таких знакомых голоса, один звенел, словно колокольчик, а другой завораживал своей необычностью, будто последний гром, после весеннего ливня. За столом пили чай Курт и маленький темноволосый мальчик, которого так любила Лили. Это был ее покойный брат – Джимми. - Лили, я так скучаю по тебе - сказал он и бросился обнимать сестру. - Я тоже сильно скучаю по тебе, малыш, - ответила она. - Я уже не малыш. Курт сказал, что я самый взрослый шестилетний человек, которого он когда-либо встречал. Лили рассмеялась. - Да уж, это правда,- сказал Курт и рассмеялась вместе с ней. - Я налью тебе мятного чаю. Выпей. Ты очень устала, - сказал Джимми и подал Лили кружку с горячим напитком. Эта кружка была самым реальным из всего, что произошло с ней ранее. - Это ведь сон? И вы нереальны, так ведь? – неожиданно для себя спросила Лили. - Да, тебе это снится. И мы, возможно нереальны, но это не мешает нам быть рядом, - ответил Курт. - Я не хочу возвращаться. Я хочу остаться с вами. - Ты всегда будешь с нами, Лили. Но есть люди в жизни, которые хотят, чтобы ты была рядом с ними. - Но моя жизнь перестала принадлежать мне. Я больше не повинуюсь себе, я несвободна, - чуть не плача говорила Лили. - Только ты можешь ограничить себя в свободе. Ты решаешь, кому принадлежишь. - Я не совсем тебя понимаю, Курт. - Ты скоро поймешь, Лили. А сейчас выпей чай и расслабься. Она проснулась в помещении вроде больничной палаты, в руке находились иглы с полыми трубками от капельниц, чувствовалась такая слабость, что Лили не могла и пальцем пошевелить. Но это ее не столь беспокоило, самым ужасным было то, что она снова здесь, в реальности. Может от лекарств, а может от чего другого, Лили не чувствовала больше страха, тревоги, она лишь замечала как внутри нее, в ее мыслях становится бесконечно пусто. Лили вдруг услышала разговор врачей, которые, по-видимому, стояли за ширмой возле ее кровати. - Она все еще спит? – спросил незнакомый женский голос. - Да, по-прежнему спит уже два дня, - ответил мужчина, шелестя какими-то бумагами. – Вот диагноз, как вы и просили: « Биполярно-аффективное расстройство, агрессивность, ранняя стадия шизофрении; первичные признаки» - Проследите за тем, чтобы ей назначили все лекарства, о которых я вам говорила, - женщина, стуча каблучками, направилась к выходу из палаты. – И напоследок, будьте мягче с ней. Я не желаю зла ей, просто хочу, чтобы она забыла обо всем. Так всем будет лучше. До свиданья. После услышанного у Лили внутри, будто все оборвалось. Последние ниточки надежды разорвались. Больше ничего не осталось. Ее судьба была предрешена какими-то абсолютно незнакомыми людьми. В один миг Лили потеряла возможность учиться, любить, жить. Она потеряла себя по вине другого человека: подлого, жестокого, грешного труса. Но Лили уже и не хотела знать, кто уничтожил ее жизнь. Она понимала, что ничего изменить нельзя, и остается просто жить как скотина для убоя. Шли дни и недели и ничего не менялось. Лили чувствовала себя такой умиротворенной, глотая таблетки одну за другой, думая, что ей остается только сдаться. Из-за медикаментов она стала забывать многие события из жизни. Это было страшнее всего. В такие моменты она испытывала всего одно чувство – безграничную ненависть к себе. Лили смирилась с мыслью о том, что у нее нет будущего, но забыть свое прошлое было выше ее сил. В психбольнице она ни с кем не разговаривала, потеряла всякую связь с внешним миром, так как не разрешалось читать газет, слушать радио или смотреть телевизор. Лили радовало лишь то, что она все еще могла рисовать. У нее накопилось более сотни картин, которые она старалась прятать от врачей, но ничего не удавалось. Психотерапевты обсуждали каждую ее работу, и пытались гадать, что же для Лили значит ее рисунок, что она чувствует на данный период времени, и выдвигали прочие бессмысленные и вполне бредовые гипотезы. Лили это забавляло, и она стала подшучивать над ними – специально рисовать очень странные картины, чтобы слушать очередные нелепые выводы врачей. Лили также получала письма раз в неделю от родителей. В них было столько боли, извинений и раскаянья. Буквы на листах мятой бумаги были местами расплывчаты от пролитых горьких слез. Лили всегда отвечала, что у нее все хорошо и родителям не о чем волноваться, и часто просила описать события из ее жизни, которые она забыла. Два года спустя Лили совсем свыклась с психбольницей. Она все также была молчалива и любила рисовать. За все время было меньше десяти посещений больных, к Лили приходили родители. Мама все время плакала, а папа держал Лили за руки и рассказывал о ее прежней жизни. Глава 5 Весна. Апрельские дожди барабанят по решеткам окон. Лили с нетерпением ждала родителей в день посещения. Пришедши в комнату для встреч, он расстроилась, так как не увидела родителей, там лишь сидел русоволосый парень. - Лили…- произнес он тихо. - Здравствуй, - спокойно ответила она незнакомому парню. - Ты разве не помнишь меня? – взволнованно спросил он, взяв Лили за руку. - Я не…- запнулась она, замерев, глядя в его голубые глаза. Она узнала парня, вспомнила почти всю свою прежнюю жизнь: школа, уроки английской литературы, Олимпия, домик Курта и такое светлое и живое чувство первой любви…Лили вспомнила все это по его глазам. В них она снова нашла себя. - Дэн…- дрожащим голосом произнесла она. Его бездонные глаза стали влажными. Он крепко обнял Лили: - Не могу поверить, что ты все еще помнишь. Я молил Господа, чтобы ты не забыла. Я так боюсь навсегда тебя потерять… Лили вытерла с его щек слезинки и поцеловала его пухлые губы, на которых ощущался соленый привкус слез. - Я люблю тебя, Лили. Больше жизни люблю, - шептал Дэн, а по щекам все еще катились слезы. – Бесконечно… - Бесконечно, - повторила Лили, и еще крепче обняла Дэна. За все время посещения Дэниел успел рассказать, что в этом году заканчивает колледж, собирается поступать в университет в Сиэтле, его дядя с тетей открыли свой бизнес по обработке красного дерева и разбогатели. Также оплакивал своего верного друга Фреда, которого нет в живых уже год, после того как он вколол себе смертельную дозу героина. Лили стало безумно печально от этой новости, она ведь знала Фреда – замечательного парня с ужасной судьбой. Уходя, Дэниел передал ей маленькую коробочку в форме сердца со словами: «Это от Курта и Криса». В коробке было письмо и плеер с наушниками. В письме размашистым почерком значилось: «Дорогая, Лили, Если ты все еще помнишь нас, то знай что нам действительно жаль. Жизнь не справедлива, и тебя затянуло в ее вязкие сети. Но где бы ты сейчас не находилась, куда бы ты ни шла, приди такой какая ты есть. P.S. Эти песни для тебя, Дэна и покойного Фреда. 1) Pennyroyal Tea 2) Come As You Are 3) Heart-Shaped Box 4) Versus Chorus Verse Лили, сидя на своей кровати, слушала замечательную музыку, вспоминала превосходный, словно неземной голос Курта, вдумывалась в необыкновенный смысл, которые несли слова. И вот она уже и не в психбольнице, она гуляет в Олимпии вместе с ребятами, вдыхая прохладный свежий воздух. Рядом Дэн, который держит ее за руку, и Фред, который курит сигарету, поправляя свои красно-розовые кончики волос, торчащие из-под шапки. Вот и домик Курта, его картины, развешанные по всей гостиной, и та самая комната, где так приятно пахнет лавандой. Вот и Лили - длинноволосая девочка с серыми глазами и лучезарной улыбкой, такая, какая есть. В палату кто-то вошел. Лили встрепенулась и спрятала коробку в форме сердца, подумав, что наверняка это один из психиатров. Но она ошиблась, в палату зашла девочка со светлыми волосами. Она ей показалась очень знакомой. «Возможно одна из пациенток» - подумала Лили. - Эй, тебе разве не запрещено находиться не в своей палате? – спросила Лили. - Здравствуй. Я не пациентка, я посетитель, - ответила девушка. – Ты меня не помнишь, Лили? - Прости, но нет…Кто ты? - Я Вики. Возможно, я была твоей подругой когда-то, - блондинка выглядела настолько грустной и подавленной, что Лили от этого стала как-то не по себе. - У меня мало времени, я пришла сказать тебе кое-что напоследок: я должна была быть на твоем месте. Это я убила Фиби. Я не хотела этого, совсем не хотела. Мы лишь повздорили немного из-за Дэйла Куимби, если ты, конечно, помнишь его. Да, все именно из-за него. – Вики резкими движениями вытирала слезы со своих щек. – Из-за этого подонка все и началось. Это не мы должны страдать, а именно он. Дэйл заманивал молодых девушек и насиловал их ради собственной потехи, а затем угрожал им, запугивал, чтобы об этом никто не узнал. Ублюдок! – Вики со всей ненавистью бросила подушку с кровати в стену. Лили, как ни странно, вспомнила тот самый момент, когда увидела мистера Куимби с Фиби. - Лили… - Вики нежно провела рукой по ее щеке. – Все, что я хотела, так это принести тебе извинения, которые, конечно же, ничего не исправят. Но знай, я люблю тебя, Лили. И мне бесконечно жаль. Вики нежно поцеловала Лили в щеку и подошла к окну, выбив ногой стекло и решетку. Осколки с грохотом посыпались вниз с двенадцатого этажа. – Вики… - от неожиданности Лили вскочила с кровати и запнулась на полуслове. - Ты свободна, Лили Хэйзел, - улыбнулась сквозь слезы Вики и бросилась в лучи теплого апрельского солнца. (All Apologies)