Все тайны рано или поздно раскрываются

Третий после разговора с Крысом прошёл в кают-компанию. Элен, ни к кому не обращаясь, сказала: — Пора приземлиться. Что-то мне летать надоело. — Для чего тебе пора приземлиться? — уточнил Ким. — Устала я летать, — пояснила Элен. — Хочу твёрдой земли под ногами. Мужчины переглянулись. — А на самом деле что? — поинтересовался Олег. Ким недоумённо воззрился на него. Тот вздохнул: — Ясно, — констатировал Олег. — Она тебе не сказала. - И, разворачиваясь к Элен, уточнил. — Она же сегодня прилетает? — Угу, — ответила Элен, уткнувшись в экран. — Кто прилетает? — не поняли остальные. Олег улыбался. Элен подняла вверху указательный палец, прося тем самым тишины. Экран монитора осветился голубоватым светом, а потом появилась трёхмерная галограмма. Изображение показывало юную черноволосую девушку с карими глазами. Она была в лётной форме медицинского университета. — Мам, привет! — девушка помахала рукой. — Привет, котёнок! — Элен улыбнулась. — Ты скоро в Москве будешь? — Да, мы уже почти на орбите Земли. — Ой! — девушка вдруг заметила, что Элен не одна. — Знаменитые капитаны. — И без всякого перехода. - Мам, а он уже знает? Элен улыбнулась и посмотрела на Кима: — Думаю, да. Первый и Третий капитан смотрели на Второго. Тот стоял с открытым ртом и силился что-то сказать. — Это я его так сразу ошарашила, да? — смущённо спросила девушка. Элен укоризненно посмотрела на дочь, хотя губы подрагивали в улыбке. Она попрощалась с дочерью: — До встречи, котёнок. — Пока, мам! Экран погас. Галограмма исчезла. Ким молча развернул кресло с Элен к себе и, опиревшись руками о подлокотники, молча смотрел на неё нечитаемым взглядом. Элен в ответ совершенно спокойно сказала: — Предвосхищая твой вопрос — говорить тебе было некогда. Да и небезопасно. Ваши враги, зная, что у тебя есть дочь, могли это использовать. — Но Севка-то женился и ничего, — только и смог ответить на это Ким. — Ну, во-первых, Сева женился недавно, когда угроза пиратских нападений почти сошла на нет. А во-вторых, если с Эллой что и случиться, то виновата в этом будет исключительно она сама. Нечего лезть туда, куда не просят. Всеволод вспыхнул. Третий капитан успокаивающе похлопал его по спине. — Молчи! — сухо попросила Элен. — Ты знаешь, что я права. — Но почему ты потом не сказала? — продолжал недоумевать Ким. — После того, как меня и Третьего нашли в системе Медуза? — Да я как-то уже привыкла, что ты не знаешь. Мне так было спокойней, — пожала плечами Элен. — Но она-то знала. — Моя дочь не из тех, кто помчится сломя голову искать пропавших неизвестно где. Для начала она будет собирать нужную информацию, а лишь потом соизволит искать. — Ты-то не собирала! — Ошибаешься, — отрезала Элен. — Что я, по-твоему, делала в Серой Туманности? Единственная загвоздка — ваше с Третьим местоположение. У Крыса всегда было много тайных баз. Все их отыскать просто нереально. — Но как-то ведь нашла? — Он сам вышел на связь и ты знаешь из-за чего. Третий слегка улыбнулся. Ким привёл последний аргумент, указывая пальцем на Олега: — Но он почему-то знал? Элен наконец отцепила руки Кима от подлокотников и встала. — Я тебе больше скажу — Крыс тоже знал. Ким при этих словах плюхнулся в соседнее кресло, которое жалобно скрипнуло, а остальные капитаны недоумённо воззрились на женщину. Лишь один Олег молча кривил губы в подобии улыбки. — Он знал, что у тебя есть дочь от меня? — тихо спросил Ким. — Нет, кто её отец он не знал, но Крыс — не дурак. — Ты хочешь сказать, что он всё-таки знал правду? — вскочил Ким и направился к двери. — Ты куда? — подозрительно спросила Элен. — Пойду к нему и всё узнаю. Зрачки Элен вдруг стали вертикальными, а глаза полыхнули жёлтым огнём. — Только попробуй — пожалеешь. Три капитана смотрели на Элен и не понимали, что произошло. Первым очнулся Третий и молча взяв Кима за руку, вновь усадил того в кресло. — Ты никуда не пойдёшь. В гневе ты можешь причинить ему вред. — Да что ты его защищаешь? — тихо возмутился Ким, понимая, что сейчас бегать к пирату, в общем-то, уже бесполезно. Да же если Крыс и знал о том, кто отец дочери Элен, он этим знанием не воспользовался. Тогда возникает другой вопрос — почему? — Да ничего бы я не сделал ему, — тихо сказал Ким. Зрачки Элен вновь стали нормальными. Она устало вздохнула, поднялась со своего места и молча приобняла Кима. — Сделал бы, дурень ты ревнивый. Всё равно бы не удержался и вытащил его на свет. — Ну и ладно! Невелика потеря, — пробурчал себе под нос Второй капитан. Элен легонько постучала Кима по голове. — Сколько раз я тебе говорила — изучай матчасть. Если бы ты вытащил Крыса на свет в его нынешнем состоянии — вы бы оба умерли. — Что?! — хором вскричали три капитана. Один Олег тихо смеялся. Фиксианца прошиб пот. Взглянув на свою ладонь, он как-то недоумённо взглянул на Элен. — Но…, — Третий не мог сформулировать фразу. — Я… Элен весело посмотрела на Третьего. Олег спокойно спросил: — Ты до него дотронулся? Первый и Второй капитаны посмотрели на Третьего. Тот мучительно покраснел и кивнул головой. — Дотронулся? — Ким пытался представить себе процесс. — И что теперь? — Всеволод встревожено посмотрел на Олега. — Ничего. Он же его не вытаскивал, так ведь? — Олег испытующе глядел на Третьего. Тот ответил: — Не вытаскивал. Руку в нору просунул. Крыс клятвенно заверил, что я дотронулся до спины. У него же клешни ядовитые. Скепсис, с которым Элен разглядывала Третьего, можно было ножом резать. — Что опять не так? — буркнул фиксианец. — Кожа была мягкая и бархатистая на ощупь? — уточнила она. Третий смущённо кивнул. Элен закатила глаза и нарочито вздохнула. — Да что не так-то? — Третий стал сердиться. — Да всё так, Третий, — отмахнула Элен. — Крыс не был бы Крысом, если б не обманул тебя. — И что это было? — подозрительно спросил Третий, мучительно вспоминая свои ощущения от прикосновения к незащищённому хитиновым панцирем телу пирата. — Не то, что ты сейчас подумал, — припечатала Элен. — Это было брюхо. Ниже бы он не дал. Третий смутился окончательно. — Да откуда ты знаешь? — не удержался от вопроса Ким. — Такое уже было, — пожала плечами Элен и добавила. — Пойду, скажу, чтобы пока не убегал. — А настало время побега? — усмехнулся Третий капитан. — Пока нет, но скоро. Ким решил вернуть разговор в сторону своей дочери: — Сколько ей лет? Элен остановилась и обернулась: — Кассандре? Семнадцать. Успокойся, у тебя будет время с ней поговорить. — Я столько пропустил! — горько воскликнул Ким и вновь задал мучивший его вопрос. — Но почему ты не сказала? — Я уже ответила на этот вопрос. — А это не было желанием отомстить? — Ким вдруг подозрительно уставился на женщину. Первый сделал знак и Третий капитан с Олегом вместе с ним незаметно вышли за дверь. — Ким, ты меня достал, честное слово! С Крысом и то было спокойней, — продолжала кипятиться Элен. — Вот и иди к нему, — обиделся Ким. — Вы мне все трое надоели, понятно? Ты, Крыс и Дикарь! Вечно куда-то влезаете, постоянно пропадаете, рискуете жизнью! А я должна волноваться?! Ким был ошарашен таким внезапным срывом Элен. — Но…, — начал было он. — Молчать! Теперь я говорю, — Элен сверкнула зелёными глазами. — Одного ищи, второго с того света вытаскивай, причём не раз, третий тоже постоянно куда-то влезает… Заколебали, честное слово! Ким вздохнул и спокойно спросил: — А с кем из нас тебе было легче всего? — Что, уже не ревнуем? — Бесполезно, как я понимаю. Тебя не переделать, а решать что-то надо. Элен молча села обратно в кресло. — Пока не знаю, с кем мне было проще и легче. У каждого есть свои плюсы и минусы. Меня волнует другое, что ты намерен делать с тем, что ты теперь отец? — То есть? — не понял Ким. — Я ж тебя знаю — начнёшь давать кучу советов и излишне оберегать. — Что в этом плохого? — не понял Ким. — Ничего, если не считать того, что у Кассандры твой характер. Будешь гнуть — она ответит. Для неё авторитетов нет, как и для любой женщины. — Для начала я хотя бы с ней поговорю. У меня только один вопрос — она давно знает, кто её отец? — Лет пять как. — И она тоже молчала? В школе, с друзьями? — Я ей рассказала, когда полетела в Систему Медуза. Она понимала, что от её молчания зависит несколько жизней. Ну, а потом это-то стало что-то вроде нашей общей тайны. — Как мне надоели эти тайны! — Что ж поделать, такова наша судьбы, видимо, — усмехнулась Элен и быстро выскочила за дверь. Ким ринулся следом. За дверь их ждали только Всеволод и Олег. — А где Третий? — спросил Ким. Первый усмехнулся: — Пошёл к пирату выяснять, почему тот солгал. — А он до сих пор не понял, что Крыса в рамках не удержать? — фыркнула Элен. — Он пытается это принять, — философски ответил Первый капитан. — Тогда и я схожу, — Ким направился в сторону каюты, где обитал Крыс. — Иди-иди, — сказала ему вслед Элен и, отвечая на вопросительные взгляды оставшихся мужчин, пояснила. — Третий его всё равно дальше порога не пустит. * * * Третий капитан стремительно вошёл в каюту, где в норе сидел Крыс. — У тебя что-то произошло? — проскрипел Крыс из норы. — Почему ты мне солгал? — Когда? — Сегодня, когда я… — Когда меня трогал? — уточнил Крыс невысказанную фразу. — Да. Пират повозился, вытолкнул наружу ещё несколько хитиновых чешуек и спросил: — А какая тебе разница, чего ты коснулся? Третий задумался и честно ответил: — Не знаю, но мне показалось… Не знаю, что мне показалось, если честно. — Так что тебе показалось? — не унимался Крыс. — Что тебе понравилось и что ты… Не знаю, короче. — Так, — голос Крыса неожиданно приобрёл стальные нотки. — Я не знаю, что ты там себе вообразил, но меня уже не изменить. — Да неужели? — съехидничал Третий. — А что ж тогда случилось на «Аристотеле»? — Не твоё дело! — обиделся Крыс. — Ничего там не случилось. Подумаешь, отымели несколько десятков пиратов. — Ты хочешь сказать, что тебе это привычно: выдерживать такие оргии и заодно спасать детей? — Привычно, — отрезал Крыс и обиженно пробурчал. — И вообще, не такая уж я и сволочь. — Хм, а вот лет десять назад я бы так не сказал. — Ты бы так и четыре года назад не сказал. Третий задал другой вопрос: — Правда, что если тебя сейчас вытащить на свет, умрёшь не только ты? — Элен сдала? — уточнил Крыс и получил красноречивое молчание в ответ. — На этот раз, правда. А что, кому-то позарез понадобилось покончить жизнь самоубийством? Третий усмехнулся и ответил: — Да Ким рвался с тобой поговорить. — Причина? Третий капитан замялся. — Дай-ка подумать? — пропел из норы пират. — Наш бравый капитан узнал, что у него есть дочь, так? — Правильно. Он обеспокоен, его можно понять. — Можешь передать, я знал. Догадался. Достаточно было увидеть её один раз. — Когда ты её видел? — Я ж метаморф. Могу бывать, где хочу. На одной из планет лет семь назад и увидел. Не узнать фирменный взгляд Кима было сложно. Вокруг была уйма народу, но никому и в голову не пришло, что она — дочь Второго капитана. Меня всегда занимало то, что люди в упор не видят очевидного. — Но ты никому не сказал. Почему? — Я не знал, куда мне приткнуть эту информацию. Ким же мог не поверить. — Ну да, он бы посчитал, что Элен бы ему всё рассказала при случае. — А она не собиралась и правильно сделала. — Ты думаешь? — Третий сел на пол. — Знаю. Третий вздохнул. — Что ещё? — Ты так мне и не ответил, почему гибнут оба? — Так мой организм защищается от врагов. При известной сноровке с моей стороны, можно уползти обратно, ну, а если не повезёт — умереть. Но есть ещё вариант: если знать о том, что в после брачного периода крокрыс беззащитен, то от него можно легко избавиться, не рискуя собой. Как ты думаешь, погибла наша раса? Хороший вопрос. Капитан почувствовал, что вопрос пирата имеет подтекст. Третий тихо спросил: — Как? — Кое-кто знал об этой особенности и подготовился. Обычно норы крокрысы делают глубокие и тайные, чтобы не достали. Но если рядом заложить взрывчатку или пустить жидкий огонь внутрь норы, то крокрыс умрёт. Третий похолодел. В красках представив себе такую картину, когда взрывается земля и всё вокруг горит, а беззащитные существа (не важно, какая это раса, чёрт возьми, всё равно геноцид!) умирают, так как не могут спастись. — Постарайся в следующий раз так живо не думать, — пробурчал Крыс. — Прости, а кто вас уничтожил? — Не знаю. Я тогда был ещё маленький, но меня потащило смотреть, где отлёживаются те, у кого прошёл брачный период. То, что я там увидел, никогда не забуду. Третий почувствовал головную боль и понял, что Крысу стало плохо от жутких воспоминаний. — Прости, пожалуйста, я не знал. — Не бери в голову. В какой-то степени моего отца можно было понять, когда он с таким остервенением принялся уничтожать корабли в Галактике. Он хотел найти тех, кто уничтожил наш вид. Это потом мать поняла, что если он не остановиться — нас всех прикончат. Поэтому убийство отца было жесткой необходимостью выживания. — А кто у вас погиб? — Третий как-то незаметно просунул руку в нору и к своему удивлению смог нащупать одну из лапок пирата. — Да какая теперь разница. Третий молча гладил пирата, тем самым, успокаивая его. Сам он старался, как можно спокойней воспринять информацию, невольно полученную от Крыса. Кто и когда уничтожил расу крокрысов? Он попытался вызвать пирата хотя бы на мысленный контакт, но тот молчал. Поняв, что Крыс пока замкнулся, Третий осторожно встал и вышел прочь. В дверях он столкнулся с Кимом, который спросил: — Что ты там делал? — А ты что тут делаешь? — Хотел узнать о том, почему я погибну, вытащив его на свет божий из норы? — Не ходи, я тебе отвечу. Внимательно оглядев мрачного фиксианца, Ким спросил: — Что он тебе сказал? — Вытащив его на свет, ты бы умер от яда. Они так защищаются в пост-брачный период, — и задумчиво добавил. — Но это им не помогло. — Что? — не понял Ким. — Пойдём — объясню. С этими словами, Третий решительно потащил Кима прочь от каюты Крыса. Тот стал сопротивляться: — Куда ты меня тащишь? — Нужно поговорить. — Третий, я вообще-то ещё хотел спросить у Крыса про свою дочь. Третий встал и, не оборачиваясь, сказал: — Он знал, что дочь Элен от тебя. — Откуда?! Да я… — Стой. Да, он знал, только не знал, куда применить это знание. — Где он её мог встретить? — рыкнул Ким. — Девочка же не в оранжерее росла. Она училась, общалась с людьми, летала по галактике. Не забывай, Крыс — метаморф. Он может быть где угодно и когда угодно. — Не поверю, что он не стал использовать такую ценную информацию. Третий вздохнул: — Ким, если бы он использовал, от него Элен мокрого места не оставила бы. Поверь мне. Сказав это, Третий капитан зашёл в кают-кампанию, Ким — следом. Очутившись в кают-кампании, Третий без всякой подготовки спросил у молодой женщины: — Элен, кто и когда уничтожил расу крокрысов? На него уставились все, не только Элен. — А они не сами себя уничтожили во время бесконечных войн? — подал голос Всеволод. — Как выяснилось – нет. — Я не знаю, — ответила Элен. — Об этом Крыс никогда не говорил, а из его матери тем более подробностей не узнаешь. Только общепринятая легенда, которую все знают: воинственная раса своими бесконечными войнами опустошила планету и почти вся погибла. — Что он тебе сказал? — тревожно спросил Ким у Третьего. — Он сказал, что при знаниях особенностей крокрысов можно легко их уничтожить. Самый уязвимый период — после того, как они сбрасывают чешую. — Ты ему веришь? — серьёзно спросил Первый. — Да. Эмоции слишком сильные, чтобы так лгать. Третий задумчиво кусал губы, потом вновь спросил у Элен: — Где можно поискать информацию об этом? — Думаю на самой планете, но сейчас мы туда не полетим. Ты на эмоциях. К тому же моя дочь ждёт меня на Земле. — Она и моя тоже, — встрял Ким. — Да твоя-твоя, успокойся. * * * На Землю «Альтаир» приземлился спустя двое суток после того, как Ким узнал, что у него дочь. Поскольку солнце было противопоказано Крысу из-за его ещё не сформировавшегося хитинового покрова, решено было приземлиться, когда стемнеет. Но, несмотря на позднее время, в московском космическом порту Элен, трёх капитанов, Олега и даже Крыса, которого везли в специальной барокамере, встречали Игорь Селезнёв и хрупкая черноволосая девушка. Ким застыл. Элен подтолкнула капитана к дочери. Девушка, поняв, что отважный капитан не знает, что делать, взяла инициативу в свои руки. Она с улыбкой подбежала к нему и крепко обняла. Третий отвёл глаза в сторону. Чтобы там не говорили, но боль из-за того, что у него не будет детей жила в его сердце. Капитан заставил себя справиться с собою. Крыс, сидевший в барокамере, внимательно смотрел на него. — Рад вас всех видеть, друзья! — сказал Игорь Селезнёв и указал рукой в сторону здания. — Прошу всех в зал для важных гостей. Я договорился с администрацией космопорта. Пока все поднимались наверх, Ким пытался говорить с дочерью. Девушка совершенно не смущалась и что-то весело рассказывала ему. Очутившись в зале, Элен подошла к Селезнёву. — Игорь, — Элен тронула профессора за плечо. — У нас небольшая проблема. — Да и в чём дело? — очки профессора-биолога блеснули в освещённом зале зала. — Нам нужно притушить свет, а ещё нужна нора. — Нора?! — Я, думаю, у вас в Космозоо найдётся что-то подобное. Крыс фыркнул из барокамеры: — Меня ещё к зверям не отправляли жить. — Но в клетке для зверей ты сидел, — тут же отбрила Элен. Селезнёв наконец обратил внимание на того, кто находился внутри барокамеры, что вкатил в зал для почётных гостей Третий капитан. — Добрый вечер, профессор, — усмехнулся Крыс, помахав в окошко передней конечностью. — У меня ещё было возможности поблагодарить вас за ту операцию. — Могли бы и в тот раз поблагодарить, — в тон ответил профессор и спросил у Элен. — Что с ним? — Крысу нужно обрасти хитиновым покровом. У него пост-брачный период. — А! — Игорь достал из бара несколько рюмок, бутылку джина и сок для Кассандры. — И кто на этот раз стал жертвой пирата? — Никто, — ответил за пирата Третий капитан, легонько стукнув по окну барокамеры ладонью, чтобы Крыс молчал. — В этот раз никто. — Но этого быть не может, — не поверил Игорь. — Насколько я понял ещё в прошлый раз, хитиновый покров сбрасывается только после совокупления. Крыс что-то хрюкнул и состроил зверское выражение. Вкупе с насекомовидной мордой зрелище было то ещё. Однако закалённый животным миром галактик профессор совершенно не отреагировал на выходку пирата. — Цвет? — спросил он. — В этот раз обошлось. — В прошлый, тоже, — уточнил Олег, разминая пальцы на руках. Селезнёв теперь понял, откуда ему знаком Олег. Именно с ним судьба столкнула Игоря четыре года назад на «Альтаире». Не сказать, что профессор особо запомнил лицо Дикаря, но раз сейчас на нём была форма Межгалактической полиции, то на ум приходило лишь одно — тогда была работа под прикрытием. — Я даже не буду спрашивать, кто вы, — сказал Селезнёв Олегу. — Но меня волнует вопрос, о чём вы сейчас сказали? Разве в прошлый раз это было не… За бывшего Дикаря ответил Третий капитан: — После меня у Крыса было ещё два брачных периода. Один прошёл не очень, да и второй тоже. Если бы его не выманили — пострадало бы несколько рас. — Ты загнул, — Крыс воспользовавшись тем, что барокамера стояла в тёмном углу, выбрался из неё и уселся сверху. — Максимум одна планета. Увидев жёлтый блеск глаз бывшей жены, Крыс заткнулся. Все понимали, что профессору не следует знать о том, что произошло с его дочерью на Брастаке и на «Аристотеле». — Я вижу, ты уже почти оброс хитиновым слоем, — констатировал Третий капитан. — Ага, но не полностью и он мягкий. Селезнёв хотел коснуться блестящих хитиновых чешуек, но Крыс повёл лапкой у его носа. — Даже не думайте! Игорь отпрянул, пытаясь понять причину странного поведения пирата. — Вы умрёте, профессор. Он ядовитый в этот момент, — сказал Олег. — Но зачем он выбрался? — Мне жарко, — буркнул Крыс, вольготно раскидываясь на крыше барокамеры. Благо его тщедушное телосложение этому способствовало. Селезнёв понял, что лучше прекратить расспросы. — Хорошо, я не буду настаивать на том, с кем у Крыса был брачный период, — с этими словами Игорь разлил джин по рюмкам и сел в одной из пустующих кресел. — Если он решит рассказать, я выслушаю. Поднятый кверху кончик хвоста крокрыса означал оскорбительный жест. Элен незаметно показала пирату кулак. Наконец свет был приглушён во всём зале и все расселись, как им удобно. Например, Элен села рядом с Олегом, а Ким устроился возле дочери. Рядом с ними примостился Первый капитан, а вот Третий подкатил барокамеру к себе, процедив сквозь зубы, чтобы Крыс хотя бы не дёргался и вёл себя прилично. — За встречу! — провозгласил профессор. Все отсалютовали и одним махом выпили, кроме Кассандры. Девушка смаковала новый сок с планеты Антарис. — Итак, у меня вопрос, какой должна быть нора? — Селезнёв решил продолжить разговор в том же русле. За всех ответил Крыс. — Тёмная и глубокая. — Всё-таки надеюсь в этот раз без последствий? — Игорь грозно смотрел на Крыса. — Понятия не имею, — буркнул Крыс. — Но мне сказали, что цвет чешуек нормальный. Пират обвил себя длинным хвостом и счёл за благо не отвечать. Селезнёв тогда обратил взор на Третьего капитана. — Не смотрите на меня так, Игорь, — улыбнулся фиксианец. — Крыс не может без кривляния, но в этот раз обошлось. Правда. Профессор перевёл дух. — Это хорошо. Тогда мне нужны более точные данные для того, чтобы я мог найти подходящее место. — Я уже сказал, какая мне нужна нора, — спокойно пояснил Крыс. — А климат? — Без разницы. Лишь бы было темно и прохладно. В этот момент из-за дивана высунулось большое насекомое, похожее на гигантского паука, и просеменило на тонких ножках прямо к Кассандре. Ким нахмурился. — Вот ты где был, — облегчённо вздохнул профессор. — Ты просто несносен. Надеюсь, хоть в этот раз никого не напугал? Паук что-то прострекотал в ответ. Кассандра ласково почесала у него спинку. — Он не опасен? — спросил Ким. — Разумеется, нет. У этого вида опасны самки, — ответила Кассандра. — Вся в мать, — вздохнул Ким, сжав тонкие пальцы дочери. — Он что, разговаривает? — удивился Первый капитан. — Бывает иногда. Главное, научится понимать, — ответил профессор. — Он — животное-метаморф. Тем временем паук, опять прострекотав, вдруг поспешил туда, где сидел Третий капитан и стояла барокамера с Крысом наверху. По дороге странное животное поменяло облик — стало большой ондатрой, а потом огромным скорпионом. — Животное говорите, — медленно произнёс Крыс, не меняя позы. — Кто-то меня уверял, что не будет ставить опыты над плодом? Элен тут же ответила: — А я и не ставила. Когда мы хотели его уничтожить вместе с профессором, выяснилось, что он ещё живой. Жалко стало. Решили создать похожую среду. Уверяю тебя, иголками не кололи, не облучали. Мы просто ждали, когда оно в итоге вылупиться из кокона. Вылупился, теперь вот хулиганит. Он ещё маленький. — Он? — переспросил Крыс. — Мы надеемся, что это мужская особь, — пояснил Игорь, обводя взглядом трёх капитанов, Олега и Крыса. Надо было видеть выражение их лиц. Тем временем, скорпион взобрался на спинку кресла, на котором сидел Третий капитан и, сверкая синими бусинками глаз, попытался добраться кончиком хвоста до Крыса. Третий смотрел на непонятного метаморфа с болью в глазах. Не скрывая своих чувств, он бросил горький взгляд на Элен и профессора. — Мы не могли тебе рассказать, Третий, — тихо ответила Элен на взгляд капитана. — Мы не знали, что из всего этого получится. Не хотели зря давать надежду на что-то. Третий выдохнул. На его глазах появились слёзы. Стараясь их скрыть, фиксианец смотрел на потуги неугомонного гибрида двух рас, что пытался ткнуть кончиком своего хвоста Крыса. — Интересно, — задумчиво пробормотал Крыс. — Он ядовитый? — Кто? — не понял Третий капитан, наконец оторвавшись от этого зрелища. — Его хвост. — Проверь, — проговорила Элен. Крыс встал. Конечности уже покрылись хитиновыми чешуйками, а вот остальное - нет. Скорпиончик внимательно посмотрел на Крыса, а потом постарался скопировать на себя матрицу крокрыса. Получилось не очень, но довольно мило и смешно. Крыс осторожно поднёс хитиновую переднюю конечность к… своему ребёнку (так выходит?) и малыш опять стал скорпионом, ткнув кончиком хвоста переднюю клешню Крыса. — Подожди, — Третий вскочил. — Но ты же можешь его убить. — Если это действительно он, тот самый плод, то не могу. — Это гибрид, — напомнила Элен. — Без разницы, — невозмутимо отрезал Крыс. — Ты же ядовитый! — одновременно возмутились профессор и Третий капитан. — Нет, я ядовитый в минуту опасности. Третий прошипел сквозь зубы: — Ты когда-нибудь можешь что-то рассказать до конца? Крыс отрицательно покачал головой и что-то сказал детёнышу на незнакомом всем языке. Тот что-то мурлыкнул в ответ. — Он тебя понимает? — изумился Третий. — Вообще-то он и тебя должен понимать, — фыркнул Крыс. — Или ты его. Третий озадачено вздохнул. Детёныш двух рас опять стал ондатрой и стал передними лапками перебирать волосы на головы фиксианца. — Кажется, ты ему тоже понравился, — усмехнулся пират. Третий попытался осторожно взять ребёнка на руки. Тот сначала зафырчал, а потом смирился с неизбежным. Крыс затих, сидя на крыше барокамеры. Лишь его фасеточные глаза светились в темноте. Пригревшийся на руках фиксианца его детёныш тоже затих и, кажется, уснул. Селезнёв незаметно сделал всем знак и люди осторожно, чтобы не разбудить спящего метаморфа, стали расходиться. Олег подошёл к барокамере и загнал Крыса обратно. Пирату предстоял путь в Космозоо, где профессор намеревался немедленно заняться поисками нужной норы. Третьему капитану пришлось ехать вместе с профессором и Крысом, так как детёныш-метаморф на его руках не желал просыпаться. В Космозоо нашлась и нора для пирата, и гибрида двух рас уложили в его домике.