Мазнуть по поверхности

«У каждого человека своё видение происходящих вокруг вещей. Я не могу сказать, что у меня оно особенное, но и не могу этого исключить». Эрнест Миллер Хемингуэй. Вряд ли кого-то заинтересуют факты моей биографии: в ней нет ничего выдающегося да и пишу я отнюдь не для того, чтобы читатель рылся в моём "грязном белье", обсуждая логичность моих поступков и действий. Впрочем, кое-что я всё же упомяну, чтобы было проще понять, кто я есть. Меня зовут Юлия, Лия, Плю - выбирайте, что вам больше по душе. Мне недавно минуло 22. Я всё ещё слишком молода, но, пообщавшись со мной, сложно в это поверить. Мне сложно говорить о себе словами, не поступками, но я всё же попробую это сделать. Я считаю, что опыт не имеет ничего общего с возрастом, всё зависит от того, что выпало на долю человека. Я видела и пережила многое, много больше, чем многие мои сверстники. Мне пришлось рано стать взрослой, научиться давать отпор и не плакать, слыша в свой адрес самые горькие слова от тех, кто должен быть самым близким ребёнку - родителей. Мне не повезло с родителями. Это печально, но это факт. Мои родители живы и здравствуют, иногда мы встречаемся на улицах города как случайные прохожие. Я уже привыкла к мысли, что они у меня есть, но их у меня нет. В девять лет я ушла из дома к единственному человеку, который понимал меня и принимал такой, какая я есть – к моей бабушке. И ей моя глубочайшая благодарность. За бессонные ночи, проведённые за подготовкой домашнего задания; за карусели в парке; за умение играть в бадминтон и настольный теннис; за музыкальную школу и за красного цвета аттестат с серебряным тиснением и серебряную медаль по окончании общеобразовательной школы. Пожалуй, на этом стоит закончить. Те, кто знают меня близко, говорят, что я уникальна. Говорят, что во мне столько творческой энергии, что можно обзавидоваться. Те, кто не знают, считают меня слегка не от мира сего, называют… Впрочем, мне всё равно. Я не стесняюсь того, что умею делать, не стесняюсь показывать это. Я совершенствуюсь, пробую себя в новом, постоянно ищу что-то интересное. Я ищу себя, и нахожу в музыке, которую играю, в рисунках, которые выходят из-под грифеля моего карандаша, в «писательстве», в пластике танца и безумии рок-концертов. А ещё – в любви, куда же без неё. Я люблю моих девчонок - двух двоюродных сестёр, десяти и четырёх лет. С ними я могу быть ребёнком, ещё немного побыть в том детстве, которого у меня не было. Я люблю моего забавного дядю. Я люблю мою бабушку – лучшую подругу, о которой можно лишь мечтать. И ещё я люблю его. Человека, который увидел во мне, испуганной новенькой в классе, спрятавшейся за улыбкой, нечто большее. Раньше я считала, что полное взаимопонимание между людьми невозможно. Как я ошибалась! Наверное, именно он может охарактеризовать меня лучше, чем кто-либо другой. Предвзято, скажете вы. Отнюдь. Мы вместе так долго, что знаем и светлые, и тёмные стороны друг друга. Он называет меня мягкой, но, в то же время, упрямой, целеустремлённой, умной. Так мне многие говорили, и, наверное, им лучше видно. Он любит меня, хотя я иногда ною по пустякам и впадаю в депрессии. С ним так просто быть собой, дурачиться, прикалываться или просто смотреть кино, чтобы потом часами обсуждать фильм. Рядом с ним я отдыхаю, он - моя тихая гавань. И когда он обнимает меня, я понимаю - вот оно, моё место, здесь, в кольце его рук. Я увлекающийся человек. И уж если я чем-то увлеклась – спасайтесь бегством, ибо об этом я могу говорить часами. Последнее моё увлечение – психология серийных преступников. Это не столько связано с моей будущей профессией (я без двух курсов юрист), сколько с тем, что мне интересна эта тема. Я могу часами читать о том, каковы были расхождения в психологическом портрете Джеффри Даммера у разных психиатров, привлечённых к процессу, каковы были мотивы убийств, совершённый Битцевским маньяком. Кого-то бросит в дрожь, а мне это действительно интересно. Ведь если исходить из теории, что все дети с рождения обладают равным потенциалом, то возникает вопрос: что происходит с теми, кто впоследствии становится убийцей, почему они совершают преступления, что ими движет? Я трудоголик. Могу часами сидеть над учебниками, выискивая крупицу истины, а потом минут десять ругать авторов, которые разливаются мыслью по древу. Отсюда следует, что я люблю краткость, которая сестра таланта. Сама пишу курсовые, и многие из одногруппников смеются надо мной, от руки пишу билеты к самым сложным экзаменам, разбираю темы, которые пропустила. Я не люблю людей. Контактирую с ними только по необходимости, не люблю новые лица. Думаю, все мы уютнее чувствуем себя в кругу знакомых, родных, так что в этом нет ничего необычного. Я стараюсь трезво смотреть на вещи, видеть плюсы и минусы событий. Но не могу спокойно слушать про то, как взрослые обижают детей. В силу моей повышенной эмоциональности, я впадаю в бешенство, стоит только услышать о чем-то подобном. Родители должны в первую очередь думать о своём ребёнке, а потом уже - о себе. Быть родителем - это не работа. Этот гордый титул - "РОДИТЕЛИ" - привилегия, честь, которую нужно заслужить. Я живу в реальном мире, стараясь принять его таким, каков он есть, потому что совершенство – утопия (я люблю это слово, да). Но иногда реальность кажется мне очень скучной. Я люблю фэнтези. Магию, мечи, эльфов, гномов, драконов. Именно в книги я сбегаю, когда реальность становится невыносима. В моей голове тоже есть фантастический мир. Он жесток, но прекрасен. Я вижу его во сне, вижу тех, кто населяет его. Вижу огромные горы, увенчанные снежными шапками, бескрайние степи и леса, пещеры мудрых драконов, спящих на своих сокровищах, изящных эльфов и их хрустальные дворцы, крепости людей и дракары варваров-северян. Я придумываю этот мир долгие-долгие годы, и он, пожалуй, самое сокровенное, что у меня есть. Пожалуй, этого вполне достаточно. Получилось, возможно, немного сумбурно, но всегда очень сложно говорить о себе, потому что мы сами не знаем себя такими, какие мы есть на самом деле. Вот и я всего лишь мазнула по поверхности...