let the sky fall

Родственные души. Многие писатели отрицали духовную связь между двумя людьми, в чём, кажется, было единственное их заблуждение. Я не утверждаю сейчас о чём-то Божественном, я просто уверен, что Ромео и Джульетта, Орфей и Эвредика, Клеопатра и Марк Антоний любили друг друга ещё до своей первой встречи. Однако, как известно, у истиной любви никогда не бывает хорошего конца. И родственные души никогда не умирают счастливыми. (1)

~*~

чёртов четверг

От этой суеты у меня сейчас, наверное, мозг взорвётся – я ещё никогда не был так напряжён. И физически, и морально. Я бегаю по двум этажам школы взад-вперёд, выслеживая и отлавливая наказанных учеников, которые НИЧЕГО НЕ ХОТЯТ ДЕЛАТЬ. А расплачиваюсь в итоге я! Ладно. Ладно, я же сам пошёл на это. Я учитель, ведь так? Это моя работа? Только вот, где Харрисон? Где он опять?! Спускаюсь на первый этаж и останавливаюсь на пару минут, чтобы отдышаться. Не был я готов к таким перебежкам, когда решал связать свою жизнь с преподаванием. – Харрисон! Господи! – Какого лешего ты сидишь, у тебя ещё половина коридора не убрана?! Он лениво поднимается, тяжело вздыхает и берётся за швабру. У меня кружится голова. У меня правда кружится голова. Подхожу к окну, открываю его и делаю глубокий вдох. "Дышите медленно и размеренно, думайте о хорошем..." Вижу Троя... Вижу Троя?! Господи! Что ты делаешь на улице, Трой?! Куда ты идёшь?! – Харрисон! – он дёргается. – Только попробуй снова сесть, я сейчас вернусь! Срываюсь с места, подбегаю к главному выходу и пытаюсь открыть дверь. Да почему всё так сложно?! Сил уже не остаётся, чтобы элементарно открыть дверь. Дожили! Джастин, умоляю, пусть завтра ты будешь свободен... Окликнув Троя и вернув его в школу на первый этаж, где сейчас СНОВА сидит Харрисон, подвожу их друг к другу и начинаю объяснять. Ещё раз рассказываю им об их обязанностях, о том, что все мы хотим поскорее домой, но они закатывают глаза?! Я понимаю, что им неприятно мыть коридоры, я всё понимаю, но они сами на это нарвались! --- М? --- Боже, телефон. Да кто там ещё?! korey korey вызывает... Нет. Только этого не хватало. – Да?! – кричу я. Трой и Харрисон оборачиваются. – Та-а-а-айла-а-а... – Что тебе надо?! – У меня проблемы-ы-ы... Он пьяный что ли?.. – Тайла-а-а-а... Мой гей-дру-у-уг... Он пьяный. – Протрезвей и проблем не будет! – Я расстался с Финном, Тайла-а-а... – Господи, Кори, мне надоели эти твои одноразовые партнёры, которые постоянно бросают тебя после секса! Хочешь серьёзных отношений – перестань знакомиться с людьми там, где ты это обычно делаешь, ясно?! – Тайла, мне плохо... – И что?! – Я люблю его-о-о... – Нет. – Да-а-а... Мне плохо... – Да это потому что ты пьяный! – он что-то невнятно бубнит в телефон, и я бешусь ещё больше. – Я тебе не нянька, у меня тоже есть жизнь, и постоянно расхлёбывать кашу, которую ты сам и завариваешь, я не собираюсь! – меня не остановить. Я кричу на весь школьный коридор. Кажется, краснею от раздражения. Срываюсь. – Не звони мне сегодня! И завтра!.. И послезавтра! У меня есть дела поважнее твоих вечных страданий! Бросаю трубку. Да что?! – Что вы так смотрите?! Швабры в зубы и мыть полы! Харрисон усмехается, и я сжимаю кулаки. Спокойно, Тайлер... Это просто ученик... Просто Харрисон Веб... tylerspoonley, 5 p.m.: "джастин, ты мне так нужен. я так тебя люблю."

~*~

Не знаю, семь ли у меня пятниц на неделе, но сегодня я точно нуждаюсь в одной сверхурочной. Джастин так и не ответил. Хотя он онлайн. Я не знаю, что ему такого сделал, почему он теперь меня игнорирует. "Лучшие афоризмы великих французских деятелей"? Не сегодня. Сегодня только кровать и сон. Восемь вечера, две стопки непроверенных эссе, а я иду спать?.. Да, мне стыдно, да, я плохой, неопытный учитель, и, блин, я это знаю... От того, что я вспоминаю о своей педагогической непригодности, мне становится только хуже... Не знаю, что буду делать завтра. Но, как говорил Анри ДеШанель(2), "завтра для завтра". Утешаю себя этим и иду в кровать. Уже забравшись под одеяло и выключив светильник, слышу вибрацию телефона... Ну кто там ещё? Кори, опять ты? Включаю светильник, тянусь за телефоном и вижу... Да, Кори. Отвечать или не отвечать?.. – Что, Кори? Что опять?! – Эм... Извините, Вас зовут Тайлер? – это не голос Кори. Со мной говорит совершенно незнакомый мне человек. – Простите, а с кем я разговариваю? – Меня зовут Марк Хаммел, я санитар в госпитале Святого Оливера на Росс-Мейл-стрит... Вы можете сейчас разговаривать? Что... – Могу?.. – Вы знакомы с владельцем этого номера? – Да, знакомы, это Кори... – Эм... Вы единственный, кому мистер Кул звонил на протяжении этой недели, поэтому мы решили обратиться к Вам. – Что случилось?.. – Примерно час назад Кори попал под грузовик. Он, видимо, переходил дорогу в неположенном месте... Машина уехала сразу после происшествия, так что я не могу сказать Вам, кто, что и как... Но мистер Кул сейчас находится в реанимации, и если Вы знаете номера телефонов его родственников, то сообщите, пожалуйста, им об этом. Я не верю. – Я не верю. Я не верю. Я повторяю это ещё раз и ещё. Кори? Проверяю номер телефона. Кори. Прошу повторить санитара то, что он сказал, попутно выискивая на тумбочке очки и надевая тапочки. Господи, а что, если его не вытащат?! А что, если последним, что я ему сказал перед смертью было: "У меня есть дела поважнее твоих вечных страданий!" Вешаю трубку и пытаюсь восстановить дыханье. Подавляю слёзы, как могу, боже, Кори. Тот самый Кори, с которым мы знакомы чуть ли не с начальной школы! Который всегда меня вытаскивает из депрессии и которого я, кретин, не выслушал сегодня, а теперь его сбил грузовик! ГРУЗОВИК! Поверх ночной рубашки надеваю толстовку – плевать, вообще плевать. От адреналина я чувствую, как былая усталость пропадает, и я способен пробежать марафон. Превозмогая дрожащие руки и подступающие слёзы.

~*~

Если бы не сочувствующий и понимающий Майк, у которого сейчас кладут на обследование дочку и который поделился со мной половиной пачки сигарет, я бы и вовсе начал истерику. Потому что я видел Кори. Буквально пятнадцать, может быть, двадцать минут назад я видел своего друга через небольшое круглое окошечко в реанимацию. Не хочу это вспоминать и описывать. Просто скажу, что это было ужасно. Ужасно и всё. Тот человек выглядел совсем не так, как Кори. Он не улыбался, из него не била ключом энергия, он не бросился на меня, стоило мне появиться практически рядом с ним... Это было ужасно. – Джастин. Я выдыхаю в трубку и стараюсь сдерживать слёзы. Но я не могу, ком в моём горле стоит уже два часа и я имею права плакать. Я живой, к чёрту, человек! – Джастин, поговори со мной. – Тайлер, ты время видел? Нет. – Да... Прости, но у меня проблемы. – Какие? – Кори сбил грузовик. – О боже... – он кашляет в трубку, пытаясь разбавить неловкую паузу, и да, это определённо то, что я хотел от него услышать: «о боже» и кашель. – Мне плохо. Я поступил с ним по-свински, Джастин, мы с ним поругались перед тем, как его сбил грузовик, понимаешь?! – Ты сейчас где? – У больницы... – И что ты там делаешь? – Представь себе, к Кори приехал! – Он жив?! – Боже, Джастин, ДА! – Тогда в чём проблема? – ОН В РЕАНИМАЦИИ. – Но он жив, Тайлер. Перестань быть таким пессимистичным, окей? Иди домой и поспи, а завтра уже узнаешь, что к чему. – Да тебе просто не хочется со мной разговаривать?! – Я спал. А твой звонок меня разбудил. Спасибо. – Понятно. Не отвлекаю, спокойной ночи. Вешаю трубку и еле удерживаюсь от того, чтобы не разбить телефон об асфальт. Обессиленно падаю на ступеньки и даю волю эмоциям. Плачу в голос. Почему я такой идиот, почему я такой идиот, почему я написал тогда ДЖАСТИНУ, которому на меня плевать, и послал Кори?! С Джастином всё кончено. Постепенно ложусь на ступеньки и съёживаюсь в позу эмбриона. Сжимаюсь, сжимаюсь, сжимаюсь... Я потерял друга. Я променял друга. На одноразового парня. Достаю наушники и включаю Леди Гагу, чтобы хоть немного прийти в себя.

~*~

I know I fucked up again Because I lost my only friend God forgive my sins Don't leave me, I Oh I will hate myself until I die My heart would break without you Might not awake without you Been hurting low, from living high for so long I'm sorry, and I love you Sing with me, "Bell Bottom Blue" I'll keep on searching for an answer cause I need you more than dope

~*~

воскресенье

Прошло два дня, и я официально хочу заявить, что я трижды пытался покончить с собой. Однако не простыми способами: я старался задушить себя или избить себя до смерти своими собственными руками, что принесло мне лишь новые страдания и осознание того, какой же я кретин... Кори в коме. Кори Кул, мой лучший друг, которого я послал накануне аварии, сейчас в коме. Я видел его. Я приходил к нему вчера с цветами, но мне запретили даже входить в палату. Я остался смотреть в окошко на своего медленно умирающего друга. Полуживого, не дышащего, находящегося на грани жизни и смерти друга, с которым мы ещё недавно отдыхали в гей-баре. Уходя из больницы я заметил Финна, который мчался к ней на огромной скорости. Если честно, еле сдержался, чтобы не остановить его и не зарядить ему со всей дури. Какого хуя, блять? Какого хуя ОН там делал?! Не сплю второй день. Утром пятницы пытался поесть, но меня сразу же вывернуло прямо в школьный туалет. Разрешили не работать пару дней, но от этого мне лишь хуже. Я стал больше думать. Я думаю, что Кори мог сделать это специально, например?.. Ведь как можно было не заметить грузовик? Как можно было стоять на месте, когда он двигался на тебя? Я не могу, я снова думаю о том, что он сделал это специально. Ворочаюсь. Глаза как стеклянные, я будто выпил литры энергетиков, хотя даже воду не всегда получается – она сразу возвращается через рот. А что, если Финн его не очень задел? Что, если не Финн был причиной? Всё-таки, таких, как Финн, у него было много, а лучший друг у него один. Был. Пока не послал. Самое ужасное, что я не могу никому об этом рассказать, ни с кем не могу поделиться тем, что мешает мне спать. Обычно я делился подобным с Кори. Но теперь... Ближе его у меня никого нет. И за эти два дня я именно осознал, насколько же я одинок. И насколько же мне дорог Кори.

~*~

Раньше, когда мне было очень одиноко, я всегда делал одну вещь. Одну безумно нехорошую вещь. Я был зависим от этой вещи. И однажды я поклялся себе и Кори, что никогда больше к ней не вернусь. Что бы ни случилось, я не сделаю этого снова, но будет ли считаться оправданием кома лучшего друга? Кома Кори? Впрочем, мне всё равно. Открываю дверь и ступаю на порог до дрожи некогда знакомого казино.

Человек не может управлять собой лишь только тогда, когда им движет животная страсть.(3)

Люди смеются, люди кричат, люди плачут, громко играет музыка и это отвлекает, напрягает и опьяняет. Господи, как я по всему этому скучал... Господи, тот самый автомат, на котором я выиграл... Я ж, блин, словил счастливую комбинацию однажды! Вот, что мне нужно. Вот, что отвлечёт меня. Это как будто медленный оргазм... Я ощущаю эйфорию и лёгкое головокружение, продвигаясь ближе к удачному автомату. Деньги не забыл?! Лезу в карман... Всё в порядке – не забыл.

~*~

понедельник

Вчера прошло для меня, как в тумане. Я осознаю, что ушёл из казино только тогда, когда в моём кошельке попросту закончились деньги. Очевидно, я просадил там всё, и сейчас мне стыдно. Но я одновременно и не верю?.. Это правда было? У меня действительно теперь нет денег даже на еду? Правда, я знаю, что сделал это. Я помню это. Пусть и не целиком. Я сдался, но это было в последний раз. В самый последний раз я утешал себя автоматами. И даже то, что мне сейчас хочется взять свой денежный конверт и пойти словить, наконец, джекпод (с большей вероятностью) не может меня сбить с пути... Может. Может, Тайлер, может! Ты вчера запихнул все свои деньги в простую разводящую всяких лохов машину! Помнишь, нет?! Господи... Лью молоко мимо миски и только сейчас замечаю. У меня проблемы. У меня настоящие, взрослые, тяжёлые проблемы. Это не Меллеты и не Джастин – это то, что ещё совсем недавно разрушало мою жизнь. Это то, от чего я зависим и перед чем я не могу устоять. Я один, совсем один – в прошлый раз меня вытащил Кори, а сейчас Кори рядом нет. Я мучился зависимостью от азартных игр или же автоматов три года. Три чёртовых года! Два из которых я пытался вылечиться. Учился в университете, ходил на практики, встречался с парнями и ездил к маме, но по вечерам я всегда (всегда!) возвращался в одно и то же по своему характеру место. Где бы и с кем бы я ни был – казино словно сами находили меня... Я жил практически на деньги Кори и Джима, мы ходили на различные курсы, но это всё не помогало. Меня запирали дома, но я плакал и бился в истерике – я должен был вернуться к автомату и выиграть. Забрать свои деньги и, наконец, обмануть машину. Думаю обо всём этом, прокручиваю в голове картинки самых ужасных моментов: когда Кори смотрел на меня и плакал от горя, что у него такой больной друг; когда я просил милостыню возле метро, потому что денег мне никто не давал, дабы избавить от возможности вообще приходить в казино... Боже, я не могу есть. Тайлер, остановись. Не возвращайся туда сегодня. Тебе не нужно отдавать им свои деньги. Ты проиграл вчера, только придя туда. Так выиграй же сегодня, если ты этого так хочешь. Прячу конверт от самого же себя и собираюсь на работу. Перестань. Об этом. Думать.

~*~

У меня болит голова. Я тяну себя за волосы и разминаю шею, потому что это невыносимо. Было бы удивительно, если бы от такого количества размышлений, угнетений и ненависти к себе у меня бы не разболелась голова... Я закрыл класс на ключ и сижу здесь в одиночестве, уговаривая себя не возвращаться к тем игрушкам. Не в-о-з-в-р-а-щ-а-т-ь-с-я. Тук-тук. ? Тук-тук-тук. Поднимаю глаза и вижу расплывчатый силуэт какого-то человека, что стоит возле двери в кабинет. Ну кто там ещё, господи! Хватаю ключ и чуть-чуть приглаживаю волосы. Вид у меня, наверное, очень потрёпанный. – Здравствуйте. За дверью стоит Трой, и, если честно, моё настроение даже чуть подскочило, ибо я рад его видеть, чёрт возьми! Особенно у себя в кабинете. – Здравствуй, Трой. Какими судьбами? Ты же вроде болеешь, как мне говорили. – Болею, – кивает он. – Но я хотел бы извиниться и всё-таки сдать Вам ответы на вопросы, которые задолжал. – Ммм? – забираю папку из рук Троя и недоверчиво на него смотрю. С чего бы? Где мне искать подвох? – Неожиданно, Трой. Надеюсь, ты там хоть что-нибудь написал. – Написал... Читайте. До свидания. Он разворачивается и уходит. Я слегка усмехаюсь и бросаю папку на стол. Вот это ирония... Именно тогда, когда мне меньше всего хочется читать работы Троя, он появляется, словно по волшебству, и приносит чисто выполненное домашнее задание. Смеяться или плакать мне, а?

~*~

Зачитываюсь его ответами уже вторую перемену. Трой обладает какой-то особой магией. Он затягивает моё внимание: я даже тайком на уроке, держа под партой бумаги с его ответами, читаю их, читаю и читаю. Он пишет то, что он считает нужным писать, пишет в той форме, в которой ему хочется, и даже если бы я хотел придраться, я бы не смог. /// "Романтизм" равен сексу. Потерянная фигура, душа, полная боли, что характерно для "романтических" образов, ищет своё утешение в теле, вжимающем её в кровать, вытрахивающем из неё всю боль. Секс – крайняя степень отчаяния. Трахнуться и застрелиться... Самый печальный и красивый финал. /// Не вижу надобности рассуждать об авторах каких-либо произведений. Разве что, защищать их от других рассуждений. Я могу причислять явления, образы, книги, истории к определённому литературному стилю или направлению, но распределять людей... Нет. Ни за что. Извините. /// Произведения, в которых сюжет вертится только вокруг двух влюблённых людей, я нахожу низкими и помойными. "Высший уровень" для романтической истории – это описание любви между одним человеком и несколькими другими в разных степенях. Произведения, кишащие подробностями бытовой жизни одной пары... лишённые жизни (явлений погоды, здоровья и случайностей) лишь проявление искусной графомании. Искусной потому, что её никто не замечает.

~*~

вторник

Вчера я не вернулся туда. Я не вернулся. Меня даже не тянуло к автоматам. Но я бы не назвал это своей победой, ведь меня по сути отвлекали рассуждения Троя... Я вернулся домой и за ужином перечитывал, анализировал и выписывал для себя буквально каждое его слово. Но теперь я не знаю, что делать, потому что интерес к одной и той же его работе для меня не вечен... Я не знаю, как мне попросить у него ещё эссе или ответов на вопросы. Я не знаю, как объяснить и уговорить его, ведь это Трой. Трой Меллет. Ученик, который не появляется в школе и поступает только так, как он хочет поступать. На него невозможно повлиять, поэтому, боюсь, я отвлекал себя от автоматов с помощью его работ в первый и последний раз.

~*~

Расхаживаю по классу взад-вперёд и грызу ногти. Вернулась старая дурная привычка... Конечно. Я нервничаю, потому что сейчас у меня будет урок в классе Троя. С давно уже утерянной надеждой я молюсь о том, чтобы Трой сегодня пришёл. И я не знаю, как буду просить у него эссе или же ответы на вопросы. С какой стати, чёрт возьми! У меня даже темы нет! В программе не значится ни одного эссе в ближайшие три недели! Прекрасно!..

~*~

Трой пришёл. Весь урок я бросаю на него взгляды, и он ответно на меня смотрит. В упор. Это так странно, что мне становится даже неловко. Читаю вслух отзывы критиков-современников об "Айвенго", но сам не воспринимаю ни слова из того, что произношу. Я слишком волнуюсь. Я слишком занят Троем и мольбой о его помощи. Никогда со мной раньше такого не было. – Трой! – останавливаю его я после урока. – Задержись на минутку, пожалуйста. Когда все выходят из класса, я набираю воздуха в грудь и принимаюсь выдумывать: – Трой. Знаешь, я прочитал вчера твоё домашнее задание, и, признаюсь честно, я снова приятно удивлён. У тебя настоящий талант мыслить, это редкость! – Спасибо. "Спасибо." Да, ну и что теперь?! Что теперь, Тайлер?! "Ой, Трой, напиши ещё, пожалуйста, мне тут от зависимости избавляться надо"?! – Эм... – тяну я, придумывая, что сказать. Ну же... Ну же! – Мистер Окли, я там не ответил на несколько вопросов... Быть может, Вы замените мне их, чтобы пробела, как бы, в моём домашнем задании не было? А то нехорошо получается как-то... Я мог бы даже отвечать на Ваши вопросы и постепенно присылать ответы по электронной почте, чтобы Вам не ждать окончательного варианта неделю или две там? Бинго... Бинго, Трой?.. – Да! Да, Трой, об этом я и хотел тебя попросить... – Тогда можно вопросы? – Оу... – старый баран. – Давай я их тебе на почту пришлю минут через двадцать, хорошо? Мне их там перепроверить надо, ну и, может, дополнить что-нибудь... – Без проблем. Буду ждать Вашего письма. ... ... ... Я не знаю, что это сейчас было. Как только Трой выходит из класса, я громко выдыхаю и падаю на стул. Охренеть! Охренеть можно! Что это? Судьба, карма, помощь свыше?! Он сам придумал всё! Сам! Мне даже уговаривать его не пришлось? Трой(!) поступил так, как я(!) хотел?! Небо сошлось с землёй?! Рак на горе свистнул?! Ад замёрз?! Я в шоке! Я в полнейшем шоке... Хотя всё же в одном Сиван, как всегда, был предсказуем. В своей безупречной непредсказуемости.

~*~

среда четверг пятница суббота

Я читаю, читаю, читаю! Трой не ходит в школу, но ежедневно присылает мне свои труды, и я читаю, читаю, читаю! Если раньше я не мог оторваться от французских авторов, то теперь Трой Сиван (так он подписывает все свои работы), обычный ленивый подросток, которого я учу, – мой любимый автор. Я поражаюсь его голове. Он видит красоту там, где все видят грязь, или же видит грязь в том, что принято считаться нормальным и даже хорошим, а я не могу с ним не согласиться! В том-то и прелесть – я согласен со всем, что он пишет. Со всем. И что теперь такое игровые автоматы против рассуждений Троя?! Да ничто! Ничто. Я чувствую себя абсолютно свободным от азарта. Я чувствую себя удовлетворённым.

~*~

воскресенье

Кори всё ещё не вышел из комы, и его родственники уже делят его имущество. Мрази. Я не могу навещать его, потому что, во-первых, туда пускают только близких, а, во-вторых, близким ему, как оказывается, считается только Финн, потому что, видите ли, у них были парные колечки. И врачи верят в то, что они счастливая пара. И Финн – страдающий жених. А меня на порог не пускают. Мрази. Я ночевал вчера у Джастина, мы занимались тем, чем он просил, но на утро он, буквально, выставил меня из дома, смотивировав это тем, что, мол, к нему приезжают родственники. Когда я снова встретил в больнице этого Финна и мне стало ужасно, просто ужасно мерзко на душе, я начал звонить Джастину, но он не отвечал. После чего написал мне: "Отвяжись." Просто "Отвяжись." Я трахну тебя, а после этого отвяжись. И я даже не могу назвать его мразью, потому что я, чёрт возьми, люблю его! Я привязан к нему, как он ко мне никогда не был привязан, и это очень больно. Очень-очень больно. Снова ощущаю то одиночество, ту боль в груди от того, что не к кому пойти и вокруг одни мрази. Кроме Джастина. Которому я и то не нужен... – Молодой человек, Вам принести выпить? – Нет, спасибо. Я занят. Я сфокусирован на автомате. И на дотлевающей сигарете в моих зубах. Ещё немного, и я обязательно словлю этот ёбаный Джекпот! Как это уже было однажды! Сука, не выматывай меня, давай сюда уже три "семёрки", а то я разобью тебя к хуям! – Мистер... – Да не нужно мне ничего! Я оборачиваюсь и вижу рядом с собой Троя. Троя. – Мистер Окли...

Ничего никогда не бывает абсолютно и совершенно. Ты всегда либо не до конца счастлив, либо не до конца несчастен. Всегда есть какое-то маленькое "но", которое и делает нашу жизнь неоднозначной и интересной. Это "но" является тем, что некоторые пытаются игнорировать, не понимая всей ценности этой простой, но сложной частицы их жизни.(4)

~*~

(1) – вырезка из личного дневника Троя Сивана Меллета (2) – не существует (3) – вырезка из личного дневника Троя Сивана Меллета (4) – вырезка из ответов Троя Сивана Меллета на вопросы по литературе от 19.05.15