Два дурака.

- За что? – взахлеб повторяю уже седьмой раз одно и то же. В ответ служит удар по лицу, отчего мгновенно падаю на пол. Слезы не прекращают литься, из носа, кажется, пошла кровь. Я, правда, ничего не понимаю. *** Все было как обычно. После универа зашел в магазин, решил сделать приятное моему альфе, купив его любимые пирожные с кремом. Настроение было на высшем уровне: с нетерпением ждал, когда же увижу любимого. С Алексом, так зовут моего альфу (потому что он не переносит на дух, когда его называют Сашей), живем вместе уже два года. Это были лучшие годы в моей жизни, тем более мы были Истинной парой, а находит ее не каждый. Личные вещи давно уже проживают в его квартире, как и я. По окончании университета собирались сыграть свадьбу. Его родители против такого брака: жениться на нищем, то есть на мне. Но возлюбленный, упертый баран, делает все по-своему. Потому что любит только меня. Бедного сиротку, но каким бы я не был, все равно его. Хоть все и было радужно, а метку так и не отважился поставить. Говорит, еще не время. Он колеблется, а я давно готов. И готов прожить всю жизнь именно с этим человеком. А вот он… Готов? *** На пороге квартиры меня встретили с широкой улыбкой и страстно поцеловали. Я прижался к нему всем телом, обхватив руками шею. Алекс привычно уткнулся носом в ключицу, наслаждаясь моментом близости. Провел кончиком до уха, вновь вдохнул и внезапно замер. Сердце мгновенно остановилось. Что произошло толком так и не понял. Он с силой оттолкнул меня, отскочил назад шагов на десять, как от прокаженного. Глаза, и без того темные, стали черными, ноздри расширились, быстро хватая воздух. Словно разъярённый бык, готовый вот-вот накинуться. Стало очень страшно. Никогда не видел родного альфу таким злым. Потом все было как в тумане. Последовали маты, какие-то обвинения и многочисленная серия ударов. Оскорбления адресовались не лучше, чем к помоям. Альфа рвал и метал. Звуки битого стекла, и я весь зареванный стою, прикрывая лицо трясущимися руками. Что происходит? *** Пытаюсь подняться, но на руки встает тяжелый ботинок и с силой их давит. Кажется, еще одно усилие, еще надавить, и мои косточки лопнут, пальцы превратятся в кровавое месиво. От по-настоящему адской агонии кричу во весь голос. Сразу же получаю ботинком в челюсть. Еле дыша, падаю на спину, наблюдая, как надо мной возвышается огромная тень. - Ты еще, шлюха, спрашивать будешь? – сильный пинок по животу. – Ну, и с кем тебе было приятнее трахаться? Молчу. И снова удар. - Говори, падла! - Я… Я не… Ал-лекс… Сил говорить больше не было. Тело саднило. Каждое движение, слово, даже вздох давались с трудом, одаривая новой волной боли. - Не хочешь говорить? Это все объясняет. Ты, наверное, еще та потаскуха, раз мало говоришь, зато отменно стонешь. - Не… н-не правда. Любимый, услышь меня. Пожалуйста. Почему ты так жесток? - Лучше закрой пасть, сука, пока я тебя не убил! Я тебе верил, мразь, верил. А как ты отплатил мне? Шлюха! И с этими словами плюет мне в лицо. Как обидно. За что Бог так со мной немилостив. Отнял все, что имелось. Сначала родителей, теперь любимого. За что? Всю жизнь скитался, страдал, пока не появился Алекс. Первая, настоящая и, наверно, последняя в этой жизни любовь. Хватает за ворот куртки, вышвыривая за порог квартиры. Я чуть по лестнице не прокатился. Успел удержаться. Я еле поднялся со стонами. Блядь, кажется, ребра сломаны. - Вали отсюда, жалкое отродье. И чтобы больше никогда тебя не видел! И дверь с шумом захлопнулась, да так сильно, что потолок слегка осыпался. В кармане еще оставались деньги, которые я потратил на такси до своего дома. Хорошо, что квартиру не успел продать. Где бы тогда я жил? Уже внутри осиротевшей квартиры я без сил упал лицом в подушку и проплакал так до утра. На следующий день боль стала невыносимой. И, как прям вовремя, утром пришел мой друг Олег. Увидев в каком я плачевном состоянии, все не унимался разузнать, откуда такие синяки. Но после моего стойкого игнора он смог уговорить меня съездить в больницу на обследование. Там-то я и узнал, что жду ребенка.