AFTER DARK

Кэнди не отвечала на мои звонки, и этим раздражала ещё сильнее. Не знаю, сколько точно по времени я рыдала, уткнувшись носом в рукав кофты. Спустя некоторое время безнадёжных страданий, мне все же удалось успокоиться, и взять себя в руки. На уроке психологии часто упоминали о важности выплескивания накопившихся эмоций. Разрядка мне и впрямь была крайне необходима. Я поправила свой макияж, прибралась в зале, и убрала нетронутый сэндвич в сумку. Угощу Кэнди, или съем сама, если ее не будет дома. Дверь, как назло, начала заедать, и мне не сразу удалось ее закрыть. Разобравшись с дверью, я закинула ключи в сумку и развернулась, готовая снова идти домой пешком. Да, я обещала Томасу, что поеду на такси, но в этом нет никакой необходимости. Я живу слишком близко к работе, через парк. Ну, а байка про местного «Джейсона Вурхиза» меня не пугает. Зная не понаслышке, как любит преукрашивать Томас, я проверила информацию в интернете. Оказывается, паренёк Мэттью Эванс был убит в следствии пьяной драки, и его тело действительно нашли в парке Кэрриер. Никакого перерезанного горла не было, лишь пару характерных синяков на теле, да и только. В Лондоне подобные происшествия происходят практически регулярно, и никто не разносит слухи, только факты. Но для Эшвилла всё иначе. Я вот уже начала решительно спускаться по лестнице, как вдруг, рядом со мной, раздался громкий сигнал автомобиля. Затуманенная собственными мыслями, я не сразу заметила серый раритетный кабриолет, припаркованный рядом с магазином. Буквально в трех метрах от меня. — Я думал ты там уснула! — насмешливо произнес низкий грудной голос. Купер действительно ждал меня здесь все это время? — молнией пронеслось в моей голове. Я постаралась состроить невозмутимое лицо, но мой дрожащий голос выдавал внутреннее волнение. — Это конечно весьма любезно с твоей стороны, но я уже вызвала такси. Демонстративно осмотревшись вокруг, я натянула повыше мягкий воротник кофты. Вечером, температура воздуха значительно понизилась, а еще поднялся ветер. Машина подъехала ближе, скрепя колесами, и остановилась прямо возле меня. — Я довезу бесплатно, — передняя дверца открылась. Если бы мое настроение не было на самом дне морском, то я бы вероятнее всего согласилась. Но в данный момент времени, меня соблазняло лишь уединение. Парень, к глубокому сожалению, был абсолютно лишен эмпатии. В противном случае, он бы не стал приклеиваться ко мне как банный лист. — Слушай, я очень благодарна тебе за то, что помог нам вчера, но это уже слишком… — Ну, в этом нет ничего криминального. Я просто подвезу тебя до дома. — он усмехнулся. — Я не в настроении общаться, Джеймс. — заключительно отвечаю я, озираясь вокруг. Кажется, ещё немного, и я сорвусь. — Не проблема! Мы можем ехать молча. — он сатирически выгнул бровь. Топчась на одном месте, я покачала головой в отрицании. — Да брось, я ведь без задних мыслей! Просто хочу подвезти, чтобы тебе не пришлось отмахиваться от местных бродяг. И тут я рассмеялась, но скорее, это был истерический смех. — Все называют тебя сумасшедшим, Купер, а ты предлагаешь мне сесть в машину! — И ты им так просто поверила? — он протянул свою бледную руку. При освещении фонарей, она показалась фарфоровой. — Не бойся, я тебя не съем, ну разве что откушу маленький кусочек. Он смеётся надо мной. — Тебе не понравится. Я горькая. — надменным тоном ответила я, выгибая бровь. Он тихо рассмеялся, а я закатила глаза в раздражении. — Садись уже, не глупи. Внутренний голос продолжал отговаривать меня, но я все же села в машину. Кожаное сидение было обшарпанно по краям, но почти удачно замаскированно белой накидкой, а рядом с коробкой передач стоял недопитый стаканчик черного кофе. Я заглянула в зеркало, на котором медленно покачивались красные игральные кости. Сказать, что мне было неловко, значит ничего не сказать. Я вдруг вся съежилась. Уверенность вдруг куда — то улетучилась. Находиться на чужой территории, да еще у Джеймса Купера, было максимально некомфортно и безрассудно с моей стороны. Наконец, мы пересеклись взглядами. Только сейчас мне предстала возможность поближе разглядеть его лицо. Около левого глаза виднелся маленький шрам, отдаленно напоминающий молнию, а пухлые губы украшала маленькая родинка. Его взгляд почти всегда такой отстраненный, как будто ему абсолютно неинтересно, что происходит вокруг него. Должна признаться, что Джеймс симпатичный, но все же, даже в параллельной вселенной, мы бы никогда не смогли стать друзьями, и уж тем более любовниками. — Рад, что ты все — таки благоразумна. — он пристегнулся и жестом показал мне сделать тоже самое. Я повторила за ним, назвала свой адрес и повернула голову в сторону окна, как бы всем своим видом демонстрируя нежелание общаться. Машина зарычала, и я ждала, что мы понесемся быстрее ракеты, но неожиданно для меня, стрелка спидометра поползла вниз. — Если мы будем плестись как черепахи, то я окажусь дома к утру. — недовольно проворчала я, продолжая таращиться в окно. — Предпочитаешь быструю езду? — Да я вообще к езде не привыкла. Предпочитаю передвигаться пешком, и это гораздо быстрее, чем то как ты ездишь. Парень посмеялся, обнажая зубы. Кажется, его забавляла моя откровенная грубость. — Ты живешь слишком близко, и если я буду ехать с привычной для меня скоростью, мы не успеем поговорить. — он посмотрел на меня, я заметила это боковым зрением. Какой предусмотрительный… — подумалось мне. — С чего ты взял, что я хочу разговаривать с тобой? — я гордо улыбнулась, снова заставляя его смеяться. — И да, ты обещал, что мы будем ехать молча. — Какая же ты грубиянка! — Да, а еще зануда и пуританка. — И весьма самокритична. — весело добавил Джеймс. Он смеется через нос, выпуская воздух. Это выглядит забавно и заразительно. Поэтому, я снова сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться вместе с ним. Мне едва удавалось держаться в «тонусе». Некая рациональная часть меня прекрасно осознавала, что я вела себя умышленно как стерва, но мне и не хотелось нравится Куперу. — На самом деле я люблю погонять, но при этом не забываю соблюдать правила. Эта машина принадлежала моему деду. Он буквально сдувал с нее пылинки, и если с ней что — нибудь случится, моя голова окажется вон в той канализационной трубе! Джеймс вызывал во мне смешанные чувства, но почему — то его дурацкие шутки заставляли меня улыбаться. — Да уж, довольно — таки редкая машина. — только и смогла ответить я. К слову, машины никогда не вызывали во мне интерес, как и многие материальные вещи. — Ты так и не ответила на мой вопрос. — он отвел глаза от дороги чтобы посмотреть на меня. Я задумчиво нахмурилась. — Давно ты работаешь у Вудли? Откинувшись на кожаное сидение автомобиля, он снова вернул взгляд на дорогу. По выражению его лица понимаю, что он действительно заинтересован узнать меня получше. Но нужно ли это мне? Думаю, что, может, смогу быстрее отвлечься от дурных мыслей во время общения, поэтому отвечаю: — Нет, я приехала относительно недавно. Захотелось еще раз взглянуть на живописную природу Эшвилла! — я не смогла сдержать восторженную улыбку. Парень меня поддержал: — Да, тут определенно есть на что посмотреть, хотя вся молодежь рвется в большие города. Я посмотрела на дорогу, прежде чем продолжить. Мы проехали половину пути. — У Вудли я работаю, чтобы платить за аренду квартиры. Подруга против этого, но я не могу быть приспособленцем. Джеймс смотрит на меня оценивающе, а затем спрашивает: — Почему ты выбрала именно Лондон? — Родители решили, что мне нужно учиться там, хотя я грезила поступить в университет Северной Каролины. — Родители решили? — Да, но специальность выбрала я. — Ну хоть так, — он ободряюще ухмыляется, и тянется к радио. — И что же ты выбрала? На фоне заиграла приятная мелодия. Она развеяла обстановку в одночасье. Трудно поспорить, что именно музыка способна добавить уютной неги и атмосферы, а еще расслабить, когда ты натянут как струна. — Это Daft Punk? Неожиданно! — я немного оживляюсь, узнав любимую группу. — Да, классные ребята, но признаться, я не их поклонник. — он улыбается, и только сейчас я замечаю какая милая и искренняя у него улыбка. — А чей же? — Europe. — будто с гордостью произносит Джеймс, а затем наблюдает за моей реакцией. В голове раздались сверчки. Я не знала такой группы. Вообще, это неудивительно, потому как я незнакома со многими музыкантами. Музыку слушаю только такую, которая цепляет, порой даже не запоминая исполнителя. — Впервые слышу. — честно призналась я. Его брови поползли вверх. Быстрым движением руки он открывает бардачок и достает оттуда красочный диск с изображением группы. — Ты многое упустишь, если не послушаешь хотя бы одну песню из их репертуара, — поясняет парень, вставляя диск в магнитолу. — Думаю, ты согласишься с тем, что нынешняя музыка — слишком поверхностна. Любители пишут тексты особо не парясь над содержанием. Такую музыку не хочется переслушивать. Включаем Europe — Prisoners in Paradise — Заключенные в раю — одна из моих любимых песен. Закрой глаза и расслабься, Хлои. По салону автомобиля раздался громкий звук гитары, барабанов, вперемешку с волнующим мужским голосом. По — началу меня тревожила громкость, которая безжалостно била по ушам. К слову, поклонницей рок — групп я никогда не была, но эта песня мне понравилась. И вот, я уже сижу с закрытыми глазами, наслаждаясь мгновением. Определенно, это маленькое мгновение вошло в категорию «самых счастливых моментов в моей жизни ». Мелочь, но вполне запоминающаяся. За окном мелькали уличные фонари, высокие кроны деревьев, прохожие. Город будто замедлился, но вовсе не собирался засыпать. На небе уже давно выглядывал месяц, усыпанный звездами, и кажется я слышала гром. — Ну как? — сбавив звук почти до минимума, спросил Джеймс. Он будто переживал, что мне не понравится. Я изобразила любимый жест, путешествующих автостопом, и парень самодовольно заулыбался, снова добавляя громкость, но не так как в первый раз. Мне стало значительно легче. И пусть навязчивые мысли о Майкле продолжали врываться в голову, я отбрасывала их снова и снова, возвращая внимание к песне. Строчка из текста, которая особенно отозвалась внутри, звучала так: Если ты живешь воспоминаниями, не так уж тяжело найти иллюзии. Будто потеряв контроль над собой, я обратилась к Джеймсу с вопросом: — Какая твоя любимая строчка из этой песни? — Я заметил, что ты имеешь привычку, не отвечать на вопросы, но охотно задаешь свои. — проговорил он, продолжая улыбаться. Когда он в очередной раз увидел застывший вопрос в моих глазах, то снова заговорил: — Я спрашивал, на кого ты учишься? — Ах да, точно! Ну, мне интересна мода. Хочу стать дизайнером одежды. — Вот и первое пересечение. Я тоже неравнодушен к миру моды. Правда в моем случае- это больше как увлечение. — он искренне улыбнулся. — У тебя классные кроссовки! — подметила я, опуская восторженный взгляд вниз. — К обуви отношусь с особым трепетом. — отвечает парень, продолжая самодовольно улыбаться. Повисла неловкая пауза, и я заерзала на сидении, пытаясь расслабиться. — А помнишь, в пятом классе, мы писали сочинение, кем мечтаем стать, когда вырастим? — вдруг спросил Купер. Я кивнула, заостряя взгляд на его весёлом выражении лица. — Помню, что ты хотел стать музыкантом, как твой старший брат. Джеймс кивнул. — Не просто хотел, а долгое время пытался и горел этой мечтой, но родители ставили палки в колеса. Особенно мать. — Это так неправильно… — Что именно? — Когда твои начинания не поддерживают самые близкие люди. — Знаешь, Эми, так бывает, что кровные родственники оказываются самыми чужими людьми на планете. И это будут последние люди, с кем ты захочешь поговорить в сложные часы своей жизни, или поделиться хорошей новостью. Заметив грусть на моем лице, парень ободряющеулыбнулся. — А как насчёт тебя? Ты вроде бы хотела быть врачом… — Психологом. — Ну нет, Эми, - парень саркастически усмехнулся. — Что угодно, но не психология. — Почему же? Что плохого в психологии? — А что в ней хорошего? Лично мне разговоры никогда не помогали, а я сменил кучу психологов. Некоторые из них, на мой взгляд, нуждались в промывки мозгов куда больше, чем я. — А на мой взгляд эта профессия сейчас востребованная. И если тебе попадались некомпетентные специалисты, это не говорит о том, что слова не помогают. — Прости, Эми, но это всё полная брехня. Зачастую, людей не вылечить словами, а порой даже медикаменты бессильны. Если психика уничтожена, её ничто уже не сможет восстановить. — Как-то слишком пессимистично. — Скорее реалистично. — Каждому свое, Джеймс. Как по мне, эта профессия полезна в нашем сложном мире. — Эта профессия делает наш мир еще сложнее. — он хотел сказать что — то еще по этому поводу, но быстро передумал, замечая возмущение на моем лице. Глубоко вздохнув, парень медленно произнес: — Он оставил свое прошлое, И исправил его. Но чего-то не хватает, Его душе сегодня вечером. — В отличие от тебя, я помню все вопросы, которые ты мне задаешь. Парень повернул руль, и заинтересованно посмотрел на яркую вывеску кофейни «Dunkin» — Может, заедем, выпьем кофе? И если честно я бы не отказался перекусить. Я сразу же вспомнила про сэндвич, и не долго думая, открыла сумку, из которой доносился приятный аромат. — Слушай, у меня тут остался ланч. Могу угостить, если хочешь! — проговорила я, вытаскивая помятый бумажный пакет. — Неожиданно! — засмеялся Купер. — И неужели кофе у тебя тоже имеется? — Нет, кофе к сожалению не осталось. — я пожала плечами, широко улыбаясь. Джеймс продолжал смеяться, поглядывая в мою сторону. — Оставь лучше себе! Поешь дома. — ответил он, сбавляя скорость еще ниже. — Хватит упрямиться, Купер! Бери, пока дают! — я насильно сунула пакет ему в руку, и парень мгновенно поменялся в лице, словно вспоминая о чем — то. — Подкармливаешь меня как птенца, Эмилия Адлер? — он невесело улыбнулся уголком губ. Я хотела ответить на его реплику, но меня прервал сотовый, разрывающийся от входящего звонка. На экране высветилось имя — Кэнди. Я быстро подняла трубку. Тем временем, Джеймс резко свернул с дороги, выезжая на знакомую улицу. Мы почти доехали. — Ну наконец — то! — воскликнула я, убирая волосы с лица. Да, наконец — то я смогу задать ей вопрос, который волновал меня весь вечер, после абсурдных сообщений Майкла. — Эми! Я знаю, что ты наверное уже в курсе… — нервно затараторила подруга. — В курсе чего? — издевательски спрашиваю я. Джеймс сосредоточено уставился на дорогу, показывая всем своим видом то, что он потерял интерес к беседе. — Ну, то, что Майкл приедет. — неуверенный голос Кэнди заставляет меня густо покраснеть от негодования. — Да! Я в курсе, Кэнди. Птичка напела. Ты мне лучше ответь, зачем ты рассказала ему обо всем? На фразе «Птичка напела» Купер не сдержался от усмешки. — Прости, прости! Я просто растерялась! Майкл сказал, что вы помирились и он хочет сделать тебе сюрприз. — О! Спасибо. Сюрприз действительно удался! А ты не могла поставить меня в известность? Я посмотрела на Джеймса, и только сейчас поняла, что Кэнди говорит достаточно громко. Наверняка, он услышал все, что ему не следовало слышать. Его скулы нервно заиграли, подтверждая догадку, а выражение лица было уже менее безразличным. Я сбавила звук динамика и снова заговорила: — Ладно, мне сейчас неудобно разговаривать. Скоро буду дома. — Эми, прости, я… — Кэнди не успела договорить, так как я уже сбросила трубку, убирая телефон во внутренний карман сумки. Пока я шумно разбиралась с Кэнди, мы заехали на парковку. Джеймс аккуратно припарковал машину и разблокировал двери. Он устало провел рукой по волосам и выключил радио. Мне показалось, что его что — то явно расстроило. Тишина, которая обрушилась на нас, подгоняла меня скорее выйти из машины, но я этого не делала. Мне хотелось спросить: Что именно его расстроило? Но губы отказывались шевелиться. Парень нервно стучал пальцами по рулю, наверняка ожидая, когда же я наконец выйду из его машины. И не медля больше, я отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу. В нос сразу же ударила ночная свежесть. Пахло мокрой листвой. Я обвела взглядом ночное небо, и заметила яркую вспышку молнии. За ней последовал оглушительный гром. — Спасибо, что подвез. — напоследок произнесла я, ступая ногой на асфальт. Мне стоило бы поторопиться. Вот — вот начнется дождь. Парень ничего не ответил. Он будто полностью погрузился в свои мысли, о чем — то рассуждая. — Ну, пока! — улыбнулась я, смущенная его реакцией. Он лишь молча кивнул, сжимая руль своими бледными руками. Странный парень. Буквально пару минут назад Джеймс воодушевленно старался меня разговорить, а сейчас не желал даже смотреть в мою сторону.