10 способов сказать Гримму, что он станет отцом

- Что насчёт отца? – спросил доктор, заполняя бумаги после обследования, которое только подтвердило то, что она уже знала – она была беременна. – Какие-нибудь генетические заболевания, что-то, что может передаться по наследству? О боже! Адалинда была так поглощена мыслями о беременности от Ника, что совсем не подумала о том, ЧТО может дать такая наследственность ребёнку. Но теперь, после вопроса доктора, ведьма с ужасом осознала, что её ребёнок может получить ген Гримма, а что случится, если её вторая дочка унаследует и силу Гримма, и силу Хексенбист? Или, ещё хуже – что, если у неё родится сын??? - Я… Я не знаю, - выдавила девушка, понимая, что доктору, ничего не знающему о вессенах, рассказывать о наследственных дарах было бы странно. А потом неожиданно для себя выпалила, - он пока не знает, я ему ещё не сказала. Доктор мягко и понимающе улыбнулся ей, в его взгляде читалось, что он повидал немало девушек, боящихся рассказать своему парню о будущем отцовстве. Шейд решила, что лучше уж пусть врач думает о ней так, чем она станет рассказывать ему, что будущий папочка на самом деле её ненавидит и не раз пытался убить – впрочем, как и она его. - Поверьте, Вам не стоит бояться, - успокаивающе произнёс медик. – Да, возможно, поначалу это будет неожиданностью для будущего отца, но потом, я уверен, он будет так же рад этому, как и Вы. - Я стану отцом? – радостно восклицает Ник, и на его лице расползается огромная, до ужаса счастливая улыбка. Она стоит, обнимая свой огромный живот (девятый месяц, не меньше), и даже идиот догадался бы, что она беременна. - Да, - отвечает таким же отвратительно радостным голосом Адалинда, - у нас будет ребёнок! Детектив смотрит на неё с любовью и обожанием – такими фальшивыми, какие бывают только в плохих мексиканских сериалах. - Это самый счастливый день в моей жизни! – говорит он и обнимает её… - Ага, прям так это и случится, - саркастично ответила Адалинда, вынырнув из странной фантазии. - В таком случае, подумайте хотя бы о том, что у него всё-таки есть право знать, и, если он захочет, принимать участие в жизни вашего ребёнка. К тому же, Вам в ближайшие восемь месяцев понадобится любая поддержка. В ответ девушка только нахмурилась и, закончив одеваться, вышла из кабинета. В одном из кресел, стоявших в изобилии в коридоре, сидел Николас Бёркхардт собственной персоной. - Ааа, а Вы, наверное, будущий папочка, - сказал Нику вышедший вслед за ней доктор. – Ну что, плод в порядке, но особо напрягаться будущей мамочке всё-таки не стоит – Вы уж проследите за этим. - Папочка? – растерянно спросил Бёркхардт. – Ты… Ты что, беременна? Это тогда, когда…? Девушка от этой неожиданной ситуации настолько растерялась, что не знала, что сказать, и просто кивала головой. - О боже мой… - пробормотал Ник, нервно проведя рукой по волосам. - Как ты нашёл меня? – спросила Адалинда, закатив глаза. - Ты засветилась на камерах слежения чуть ниже по улице, - ответил Гримм, переводя взгляд с неё на надпись «акушер-гинеколог» на двери кабинета, из которого она только что вышла. – Ты…? – начал было спрашивать он, но прервался, очевидно, не совсем понимая, что именно он собрался спросить. - Да-да, - жизнерадостно заявила Ведьма, сузив глаза и ехидно улыбнувшись, - это именно то, о чём ты подумал. Возможно, тебе стоило использовать контрацептивы, а в идеале – заметить, что я не твоя девушка. Тогда, я бы от тебя не залетела. - Ах ты проклятая ведьма! – прорычал Гримм, доставая из-за кресла топор и замахиваясь. – Да ты мне всю жизнь испортила! И нанёс удар – её безжизненное тело упало на пол, забрызгивая кровью полкоридора под аккомпанемент визга напуганной медсестры. - Просто рутинная проверка, - поспешно ответила Адалинда слегка дрожащим голосом. Очевидно, несмотря на ранний срок, гормоны уже начали оказывать на неё воздействие, потому что она поймала себя на том, что из-за ужасной картинки, которую она только что себе представила, у неё на глаза начали наворачиваться слёзы. - Ну-ну… Ну что ты… - растерянно выдавил Ник, увидев, что девушка плачет, и даже неловко положил ей руку на плечо, чтобы успокоить, нервно поглядывая на укоризненно смотрящую на него медсестру. – Ну не плачь. Может, тебя подвезти куда? В отель к Виктору? Или к капитану? - Нет, я… Я не… Они не… - всхлипнула Адалинда и попыталась успокоиться и прекратить плакать, покорно позволив Бёркхардту увести себя из клиники и усадить в его машину. Они ехали уже около десяти минут, Адалинда затихла и теперь сидела, снова погрузившись в свои мысли и комкая в руках бумажные платки, заботливо выданные ей детективом. Ник напряжённо сжимал руль, периодически поглядывая на заплаканную ведьму. - Я беременна от тебя! – удивляясь своим словам, выпалила она и с широко распахнутыми глазами смотрела на Ника. - Ты – что??? – переспросил Гримм и пристально уставился на нее, совсем забыв о том, что он за рулём. Хексенбист открыла рот, чтобы повторить, как вдруг увидела стремительно приближающиеся фары другой машины. - Дорога!.. – только и успела крикнуть она, когда от сильного удара бампер джипа сплющился, а стёкла разлетелись маленькими осколками. Гримм впечатался в руль – в старой машине не работала подушка безопасности, а ведьма, также без сознания, лежала, облокотившись на дверцу машины, усыпанную осколками стекла. Повсюду была кровь. Адалинда поёжилась от новой картинки, которую ей подкинуло её подсознание. Слёзы снова начали течь из глаз. - Эй-эй, не плачь, - сразу заметил молодой человек и протянул ей ещё одну упаковку носовых платков. – Всё будет хорошо. - Слушай, я… Это… - неуверенно протянула ведьма, выходя вслед за Гриммом из машины. Ник остановился, облокотившись на бампер машины, и внимательно посмотрел на неё, ожидая продолжения. - Я беременна! – быстро сказала Адалинда, собрав всю свою решимость. – От тебя! Брюнет плавно покачнулся, его глаза в удивлении распахнулись, после чего он рухнул прямо на тротуар. - Эй, Гримм, ты в порядке? – взволнованно хлопая по щекам грохнувшегося в обморок парня, спросила Адалинда. - Да… - протянул с закрытыми глазами тот. А потом, приоткрыв один, выпалил, - Выходи за меня замуж. - Чтооо??? – практически крикнула девушка и, подавшись от удивления назад, приземлилась на свою пятую точку. - Ну, я приличный человек, - пробормотал Ник, всё ещё лёжа на земле, и обхватил голову руками. – И как приличный человек, я обязан на тебе жениться. Улыбнувшись новой ситуации, подкинутой её разбушевавшимся воображением, Адалинда вытерла слёзы. - А куда мы едем? – она вдруг поняла, что не имеет ни малейшего понятия о том, куда её везут. - Ко мне домой, - еле слышно пробормотал Ник и напряжённо уставился на дорогу. «Ну ладно», отстранённо подумала Шейд и, повернувшись, начала смотреть в окно. А потом до неё дошло: у него дома наверняка Джульетта, и не просто Джульетта, а Джульетта-теперь-чёртова-Хексенбист! У неё ещё не зажили синяки с их прошлой встречи, а теперь, когда она знала, что беременна, Адалинде вовсе не хотелось подвергать себя и будущего ребёнка опасности. - Ник, что она здесь делает? – яростно процедила Сильвертон, глядя на Адалинду. Девушка Гримма буквально сочилась гневом, и не прошло и минуты, как она схлынула, а предметы вокруг неё начали дрожать, готовые полететь в блондинку. - Ты же не нападёшь на беременную женщину? – ехидно спросила Шейд, пользуясь любой возможностью побольнее задеть ненавистную девушку. - Что, снова залетела? – слегка удивлённо, но не без доли сарказма спросила Джульетта. – И кто же тот несчастный, которому не повезло стать будущим отцом? - О, ты имеешь ввиду Ника? – злорадно произнесла Адалинда, улыбаясь растерянности, проступившей на лице новоиспечённой ведьмы. - Ах ты тварь! – закричала Джульетта, и в Адалинду полетели кухонные ножи. - Джульетта… ушла, так что можешь не волноваться, - сказал Ник, всё также не смотря на девушку. Адалинда улыбается, широко и счастливо – сама не знает почему, и только когда они выходят из машины у знакомого дома, Ник замечает это. - Да что с твоим настроением сегодня? – нахмурив брови тихо говорит он и, повернувшись к ней спиной, идёт ко входной двери. - Это потому, что я беременна, - всё также улыбаясь отвечает девушка. – Ну помнишь, я превратилась в твою девушку и… Ник, не останавливаясь, начинает поворачиваться к ней, спотыкается и падает, ударяясь затылком об острый край лестницы. Под его головой быстро начинает расползаться лужа крови. Адалинда вдруг вспоминает, что за голову Гримма назначена немаленькая награда. - О, это так мило, - говорит она бездыханной тушке Бёркхардта. - Ты позаботился о том, чтобы обеспечить нашему ребёнку безбедное существование. - Даже не знаю, - протягивает она, безуспешно пытаясь спрятать улыбку. Он пропускает её в дом, и она садится на диван, всё ещё думая о том, как лучше подать такую новость. - Ты голодна? – спрашивает он, заглядывая в холодильник. Ник уже поставил чайник, и Адалинде очень хочется съязвить или сказать что-нибудь ехидное, напомнить, что они враги, но она так устала за сегодняшний и все предыдущие дни, что у неё на это банально нет сил. - Я знаю, что это очень неожиданно, но у нас с тобой будет ребёнок, - говорит она и поворачивается, чтобы посмотреть на его реакцию. - О… Да? – Бёркхардт растерялся, но затем быстро взял себя в руки. – Ну ладно. - “Ладно”? – с недоверием смотрит на него Адалинда. – Что значит “ладно”? - Ну, ты же собираешься сделать аборт? – говорит Ник, как будто это что-то очевидное. – Я имею ввиду, что никому из нас этот ребёнок не нужен. - С чего ты взял, что я собираюсь избавиться от ребёнка? – с ужасом спросила она. - Ну в таком случае, чего ты хочешь от меня? – равнодушно спросил Гримм. – Неужели ты думала, что мне есть дело до тебя и твоего ведьминского отродья? - Эй, ты что, опять плачешь? – как-то обречённо спросил Ник, подходя к ней и протягивая ей чашку с чаем, приятно пахнущим травами. Громко распахнувшаяся входная дверь заставила Адалинду вздрогнуть и пролить половину содержимого чашки себе на колени. - Я всё знаю! – ворвалась в дом Джульетта. – Генриетта мне всё рассказала! - Что рассказала? – недоумённо спрашивает Ник у своей девушки. - Ты беременна! – обвиняюще кричит Сильвертон, некультурно показывая на Адалинду пальцем. – От моего парня! В руке у той ваза, и она уже готова кинуть её в блондинку, когда между ними встаёт Ник. - Я не дам тебе ударить беременную девушку, - успокаивающим голосом говорит он, надеясь урезонить Джульетту. - Ах так? – восклицает та. – Ну и оставайся тогда со своей ведьмой! И бросив вазу на пол, яростно уходит, хлопая дверью. - Почему ты так добр ко мне сегодня? – спрашивает Адалинда, принимая из его рук чашку. Ник молчит, сидя рядом с ней на диване, отводит взгляд, а потом поворачивается к Адалинде и пристально смотрит – как будто ищет что-то или пытается сложить кусочки паззла. - Там, у врача… Это ведь была не “рутинная проверка”? – это даже не вопрос, скорее просто констатация факта. Адалинде страшно, она понимает – настал тот момент, которого она боялась на протяжении последнего часа, поэтому она просто утвердительно кивает, не произнося ни слова. - Ты беременна, не так ли? – спрашивает Ник и, дождавшись очередного кивка, задаёт следующий вопрос. – От меня? - Да, - обречённо говорит она. Вот он, момент истины. - Вот дерьмо, - бормочет он и опускает голову на руки. - Именно, - соглашается Адалинда и крепко сжимает чашку в своих руках. После минуты молчания он поднимает голову смотрит на неё и говорит: - Ничего. Мы со всем разберёмся, - и он звучит так спокойно и уверенно, что Адалинда чувствует как будто у неё камень упал с плеч. Они со всем разберутся и, возможно, всё будет хорошо. – А теперь пей свой чай. Она послушно делает глоток чая, и Ник встаёт с дивана. - А я, пожалуй, выпью чего-нибудь покрепче…