Мой любимый маньяк

Я опоздала на встречу. Он сидел в машине около отеля и зло курил, часто затягиваясь и яростно стряхивая пепел. В его глазах я прочитала все то, что он решил со мной сделать и вздрогнула. Судя по всему, секс сегодня будет очень жесткий. Он бросил окурок мимо урны, выйдя из своей старенькой Хонды, взял с заднего сиденья сумку и подтолкнул меня к двери. Регистрация прошла быстро. Привычная уже к подобным парочкам, которые на несколько часов снимают номер, чтобы расслабиться в обществе друг друга, вахтерша посмотрела его паспорт, приняла деньги, и удовлетворенно кивнув, положила на стойку ключ. Искать номер пришлось самим, но это даже и хорошо – я всегда стесняюсь, когда сотрудники отеля провожают нас до номера и сладко улыбаются, желая «хорошо провести время», прекрасно понимая, чем мы будем заниматься, едва закроется на защелку дверь. Так и есть. Стоило нам зайти в номер, как я практически отлетела в стену, влекомая его рукой. Не оставив мне даже лишнего сантиметра свободного для вдоха, он буквально насиловал мой рот, держа голову обеими руками. Через пару минут я поняла, что все, воздуха уже не хватает, а этот зверь все продолжает меня целовать. Подрагивание ноги было безжалостно остановлено – меня еще плотнее вжали в стену. И только когда я поняла, что уже падаю в обморок, он милостиво дал мне возможность сделать глоток воздуха – оторвался от моего рта, внимательно посмотрел в глаза и тихо шепнул: «марш в душ». Ожидать, что мне дадут насладиться водой в одиночестве, было бы глупо. Не успела я раздеться, как он зашел в ванную, заполнив собой все свободное место. Рядом с ним было тяжело дышать – даже его взгляды чувствовались как прикосновения. Он отрегулировал температуру воды и предложил мне встать под воду – я очень люблю именно эти моменты с ним, пропадает вся агрессия, его рука нежно скользит в пене ароматного геля по моей коже, как будто он каждый раз познает меня заново, хоть и встречаемся мы уже очень давно. Начиналось все банально: он спутал номер телефона и вместо своей какой-то знакомой позвонил мне. Я, придя с крайне неудачного свидания, сначала была настроена негативно на новое знакомство, но его голос – очаровательный, с порыкивающими интонациями – практически без боя завоевал мое сердце, и я с новыми силами и надеждами бросилась в омут свиданий с незнакомцами. Однако минуты нежности прошли и он снова становится собой – наглым, порой даже хамовитым, крайне уверенным в себе мужиком со снисходительным взглядом и осанкой короля. Он снимает с меня полотенце, промокая последние капельки воды и тут же разворачивает к себе спиной, хватает и связывает мои руки. Каждый раз я удивляюсь этому – когда в его руках оказывается веревка, ведь я совершенно уверена, что в ванную комнату он заходит без нее. Со скованными руками я пробегаю через номер – сейчас он нетерпелив и не стоит ему перечить – сажусь на кровать и открываю рот. За несколько встреч опыт уже наработан – не успела до кровати, делаешь минет, сидя на полу, даже если это голые и холодные доски. Первый минет всегда быстрый, для снятия напряжения. Он держит мою голову и просто трахает рот, глубоко, в самое горло. Я не пытаюсь вырываться, даю ему возможность успокоиться, вылить свое недовольство в безопасном действии – все таки минет намного проще выдержать, чем ту порку, которую он задал мне месяц назад, когда я забыла о нашей встрече и его звонок с закономерным «ну и?» застал меня на рабочем месте с чашкой чая. Через несколько минут все закончилось – его член напрягся и довольно бурно излился в мое горло. Отнюдь не фонтан, которым можно захлебнуться. Его член под стать владельцу – такой же королевский – даже кончает неторопливо, чтобы я могла все принять без проблем. Я улыбаюсь, чувствуя остатки судорог его рук, сжимающих мои волосы. Теперь пришло мое время. Я лежу на жестком матраце большой кровати, распятая как звезда: руки и ноги привязаны толстой веревкой, на глазах его кашне. Его руки гладят мое тело, чуть сдавливая мышцы, костяшки проходят по длине ног, задерживаются у средоточия моего наслаждения и двигаются выше, к вершинкам грудей. Он сильно массирует грудь, как будто пытается подоить, после чего я чувствую, как соски обхватило что-то жесткое. Кожу от возбуждения начало покалывать. Он смеется, видя мое ерзание: «Малыш, наберись терпения. Мы только начали». Слышу, как открывается его сумка, щелкает крышечка, и он начинает размазывать по моему телу какой-то крем. Он это очень любит – натирать мое тело ароматными маслами, массировать, украшать для себя. Он часто делает мне подарки: корсеты, наручники, нижнее белье. Он украшает меня для себя. И я всегда покоряюсь его рукам – пытке нового корсета, не дающего мне вздохнуть полной грудью, жестким, но таким сладостным ощущениям от клипс на груди, легчайшей щекотке кружев. Он еще втирает крем в ноги, а руки и живот уже горят. Скорее всего, это средство с афродизиаком и в ответ на мой стон он подтверждает, что именно такой реакции он от меня и ждал. - Да, моя девочка. Именно так. Хорошо, правда, ведь? Обожаю его это «да, моя девочка». Сколько уже встречаемся, но я как и в первый раз, готова кончать только от его голоса, мурлыкающего мне в ухо «покричи, малыш». Он водит по мне чем-то невесомым, и я готова с воем выдираться из пут – каждая клеточка тела горит огнем, губы трясутся, киска течет, как будто он меня возбуждает уже пару часов. Были бы свободны руки, все бы быстро закончилось, но такой возможности нет и я пытаюсь взять себя в руки, глубоко дышать и абстрагироваться от ситуации. Я птица, я беззаботно перелетаю с дерева на дерево, наслаждаясь жаром летнего солнца. Твою мать! Это не солнце, это сигарета и она тлеет слишком близко к груди. Я замираю, боюсь даже вздохнуть, потому что стоит мне шевельнуться и я получу ожог. Но долго без воздуха и движения я не могу – проклятый крем сводит меня с ума. Я шевелюсь и громко кричу, когда горячий укол совпадает с оргазмом. Ноги трясутся, из глаз льются слезы, пропитывая кашне. Я прошу его прекратить это издевательство без надежды на то, что он ко мне прислушается. Однако он тушит сигарету и ложится рядом со мной. От его рук едва уловимо пахнет кремом, которым он меня натирал, его дыхание спокойно. Он гладит меня, успокаивая после оргазма, рука скользит все ниже и ниже, обводит клитор и подходит к анусу. Снова щелкает крышка и пальцы наносят этот крем, заталкивая его внутрь, размазывая по стенкам входа. Я пытаюсь вырваться, такие игры я так и не научилась любить, несмотря на полученное удовольствие, но шансов никаких – веревки по-прежнему крепко держат меня в одном положении. Тем временем, в моей попе уже три пальца, которые двигаются в неторопливом темпе, порождая очередную волну пожара. Следом за пальцами входит что-то жесткое и холодное. Это пробка! Я извиваюсь изо всех своих сил, пытаясь противостоять ненавистному предмету, но он дергает за веревки и они растягивают меня так, что я не могу даже согнуть ни рукой, ни ногой. Пробка медленно и неумолимо снова начинает вторжение в мое тело. На самом широком месте я жалобно плачу, уже не понимая, чего я хочу – толи освобождения от этой адской штуковины, толи оргазма, на пороге которого я опять находилась. Он отвязал мои ноги и потянулся к рукам, но их освобождать не стал, а только добавил длины, после чего развернул меня лицом вниз и поставил на коленки. «Держись», - слышу я шепот, и он одним движением входит в мою киску, заставив почувствовать себя надетой сразу на два члена. Воздух выходит из моих легких, а слезы с новой силой полились из глаз. Он сразу же начал двигаться, заставляя меня раскрыться еще больше, чтобы уменьшить болевые ощущения. Проклятый крем не давал собраться, волны наслаждения накатывали, угрожая затопить меня девятым валом. Я уже бросила сопротивляться, я шла навстречу своему оргазму. Он приближался ко мне всепоглощающей волной и наступила тьма. Очнулась я от ласковых поглаживаний по своей руке. Проморгавшись, я поняла, что мы с ним лежим в ванной, он держит меня на своей груди и напевает какую-то детскую песенку. Голова работает плохо, дрожь прокатывается по телу и я пытаюсь неуклюже развернуться, чтобы обнять его. - Спасибо, - говорю шепотом, потому как в очередной раз сорвала голос. Он нежно мне улыбается и чмокает в нос. - Ну что, домой? Мелкая уже, наверное, успела довести бабушку до белого каления. Он вместе со мной выходит из воды, вытирает и одевает меня, а пока собирает вещи и одевается сам, я падаю на кровать и мечтательно смотрю в потолок. У меня еще есть пара минут, чтобы побыть любовницей, которую только что очень сладко отлюбили, а потом я снова стану всепонимающей мамой и самой лучшей женой, которая любуется, как любимый муж сейчас одевается так соблазнительно, что хочется его раздеть. Ррррр...