Отравленные похотью

Глаза медленно разлипаются, ощущения непередаваемые, как будто по тебе пробежало стадо быков, тщательно потоптавшихся по каждой части тела. Отлежавшиеся суставы начинают издавать хруст при потягивании. Бывший охотник на пиратов перевел взгляд на то, что двигалось по комнате, мельтеша перед глазами. Малыш Чоппер зачем-то таскал бинты из одного тазика в другой, поочередно смачивая их в воде. Зоро приподнялся и припёр спинку кровати своей широкой спиной. Бок пронзила резкая боль, и мечник машинально прижал руку к её источнику. На ладони отпечаталось несколько мокрых пятен крови. – Не двигайся! – вскрикнул Тони и с бинтами в лапках подбежал к Зоро. Он принялся обматывать торс раненого влажной марлей, которая источала довольно неприятный аромат. Мечник поморщился от запаха и боли, обжигающей кожу в той части тела, которую не так давно пронзили его же катаной. От этого противного ощущения туман в голове рассеялся, и картина вчерашнего вечера пронеслась перед глазами. – Где кок? – неожиданно взволнованным голосом спросил мечник и стал пристально сверлить малыша взглядом. Чоппер ойкнул и застыл на месте, ручками сжимая мокрую тряпку, с которой капала на пол полупрозрачная жидкость. – Он в лазарете... – тихим голоском ответил ребёнок, уводя глаза в сторону от яростного взгляда зелёно-волосого парня. – Что с ним? Что произошло? Я ведь кажется… умер... – Зоро прикоснулся к своей руке, убеждаясь, что его плоть действительно реальна. – Умер… Ты правда был мертв, – еле живым голосом ответил Тони, скромненько очерчивая круги копытцем на полу, но через секунду радостно выкрикнул: – Но Санджи-кун спас тебя! Он спас, и теперь ему нужно восстановить свои силы… – немного утаив, пробормотал малыш, надеясь, что Зоро не начнёт выпытывать, каким образом людей спасают с того света. И доктор оказался прав, мечник был слишком взволнован и все его мысли занимал только один человек. – Что ты с ним сделал!? – услышав слово лазарет, мечник вспыхнул как спичка и схватил паренька за красную майку, сцепившись с ним взглядом. Зоро прекрасно помнил, что в лазарете оказываются только в очень тяжелом или полумертвом состоянии.Тони напугано пискнул и схватился за руку мечника, что собрала его футболку на груди. Агрессия парня внушала страх и заставляла Чоппера нервничать, несмотря на то, что он прекрасно знал – на самом деле Зоро добрый и заботливый накама. – Зоро, прости, мне пришлось… – давящий взгляд не давал спокойно говорить и маленький олененок с трудом хватал воздух, заполняя свои хрупкие лёгкие. – … Мне пришлось взять очень много его крови, чтобы спасти тебя. Глаза мечника в ужасе увеличились, а страх заполнил грудную клетку до самых краёв, тем самым усугубив ситуацию и заставив кровь сочиться из раны на животе. – З-зоро, прошу тебя, успокойся... – заметив плачевное состояние раны, оленёнок напугано прислонил ткань и схватился за бинты. – Он ведь мог умереть! Какого чёрта ты рисковал его жизнью!? – не обращая внимания на боль, мечник тряханул паренька за футболку. – Он сам… Он хотел отдать свою жизнь, чтобы спасти тебя… У меня не было выбора! – выкрикнул доктор, глаза которого залились слезами. – Вы оба чуть не погибли прямо предо мной! – теперь ребёнок уже ревел, пуская дорожки слёз по щекам и потирая глаза. Зоро разжал кулак, выпуская ткань из крепкого захвата. Чоппер отступил назад, роняя слезы на пол и вытирая их футболкой. – Вы чуть оба не погибли прямо на моих глазах! Это самая ужасная ночь, что я пережил... – оленёнок продолжал выть. Крупная ладонь опустилась на ворсистую макушку малыша. Тони поднял голову. Мечник растерял всю свою агрессивность и теперь, сочувствуя малышу, грустно улыбался, понимая, что перегнул палку. – Мы ведь оба в порядке благодаря тебе… Ты молодец, Чоппер. Прости, что я на тебя так набросился… – Зоро увёл в сторону виноватый взгляд. – Мне нужно его увидеть. Тони посмотрел на серьёзное выражение лица мечника, смотрящего на дверь, что была в углу комнаты. Малыш хотел сказать, что повара нельзя беспокоить, он слишком слаб, но этот растерянный взгляд полный боли не свойственный Зоро дал понять доктору, что парню жизненно необходимо увидеть своего накама. – Я просто хочу убедиться, что он в порядке, – добавил мечник и слегка улыбнулся оленёнку, потиравшему заплаканные глаза. Он понимающе кивнул и, приклеив к ране Зоро крупный пластырь, позволил мечнику подняться с кровати. – Если снова пойдет кровь, прошу тебя, вернись в кровать, иначе швы могут разойтись, и ты снова потеряешь много крови, – взволновано напоследок прочитал короткую нотацию доктор, наблюдая, как мечник быстрыми шагами направился в соседнюю комнату. От слово «кровь» сердце Зоро окатило волной боли. «Сколько же этот идиот отдал мне своей крови, чтобы теперь оказаться в лазарете». Зоро прекрасно знал, что такое сквозное ранение в живот, ведь он не один раз убивал таким способом своих врагов, и все они быстро умирали, не имея не единого шанса выжить. Кровь из таких ран льёт с огромной силой и её практически невозможно остановить. Зоро оглянулся,чтобы посмотреть на Чоппера перед тем, как оказаться за дверью. «Этот малыш и правда волшебный доктор, – думал Зоро, рассматривая суетливого оленёнка. – И как только ему удалось спасти обоих… Я бы не позволил себе жить, если бы кок погиб из-за меня. Зоро в спешке толкнул дверь, чтобы скорее увидеть любимого. Так хотелось почувствовать его тепло и узреть приветливую улыбку, осознать, что всё произошедшее вчера осталось в прошлом и бровастик снова прежний, а главное живой. Но вместо этого на койке лежало бледное, как мел тело, лицо которого укрылось под слоем золотистых волос, что выглядели сейчас безжизненными, схожими с выцветшей на солнце соломой. Зоро осторожно ступал, стараясь не скрипеть досками, и остановился у бесчувственного парня. Рука скинула пряди с глаз и открыла бледные веки. Губы повара были слегка синего оттенка, а сам он напоминал скорее труп, чем живого человека. Но сердце повара билось, в этом мечник убедился сам, приложив пару пальцев к артерии на шее. – Что же ты натворил, дурак… – сдерживая эмоции, выдавил мечник, сжав руку в кулак. Так хотелось что-нибудь ударить или разнести на мелкие щепки от чувства вины, что переполняло изнутри. Зоро отвернулся от кровати и уставился в окно, через которое виднелась часть насыщенно синего океана, что пребывал сейчас в безмятежном спокойствии. Глубокий вздох помог собраться с мыслями и зелёно-волосый парень повернулся обратно к спящему. И все же Зоро мог с трудом смотреть на безжизненное тело. Рука повара дрогнула, реснички напряженно затряслись, кажется, парень пытался прийти в чувства. Мечник наклонился к блондину, внимательно всматриваясь в аристократичные черты лица, что он унаследовал у своих предков, выжидая пробуждения парня. *** Санджи с трудом поднял тяжелые веки, пытаясь вытащить своё сознание из зыбучего сна, что уже третий раз пытался показать ему очередную вариацию смерти мечника. Парень, наконец, смог открыть глаза, губы сразу же расплылись в насмешливой улыбке. – Да что же такое... сколько можно спать, достало уже… – кок внимательно разглядывал, застывшее над ним лицо мечника. Сердце взволнованно сжалось от того выражения и взгляда, что подарил ему зеленый куст. Санджи даже задумался, от чего в этот раз сон кажется таким реальным. Осторожно рука мечника завела пару прядей светлых волос за уши и прижалась к щеке повара. Глупая и ранимая улыбка, застывавшая на губах Зоро, дрогнула и вот уже давно позабытое прикосновение его губ к чужим заставило сердце повара взволнованно заколотить по груди. Щёки обдало жаром, а глаза, повинуясь моменту, сомкнулись. Губы ответили на поцелуй, немного волнительно дрожа, словно они ждали этого прикосновения целую вечность. Зоро целовал нежно и слишком осторожно, слегка надкусывая мягкую плоть и практически не проникая языком вглубь, будто боясь прикасаться к обессилившему парню, опасаясь, что может причинить боль. Но, как оказалось, Санджи даже не собирался упираться, а его губы требовали от Зоро больше, чем просто нежных касаний. Парень впился зубами в плотные губы парня, что казались такими вкусными, мягкими и безумно желанными, что терпеть нежность было практически невозможно. Хотелось ещё больше Маримо, больше… Как же сильно он скучал… Повар наслаждался чувственным поцелуем, но когда рука мечника очень осторожно оказалась перемещена на его грудь, парень вдруг осознал, что никакой это не сон. Это реальность! Он действительно целуется с Зоро! Блондин оттолкнул мечника, схватившись за рубашку, закрывая выглянувшую из-под неё хрупкую ключицу. Кок смущенно накрыл губы ладонью и подтянул одеяло на себя. – Не сон! – растерянно воскликнул кок и уставился на не менее растерянного мечника перед ним. – Извини, увлекся немного, – фехтовальщик виновато завёл руку за затылок. – Просто, когда тебя увидел, что ты в порядке, не смог удержаться и не прикоснуться… Кровь, что прилила к голове, не давала щекам парня спрятать смущение. Весь красный, блондин прикусил язык, так и не успев обозвать Зоро извращенцем. Ведь он и сам был не против этого поцелуя, мало того в груди всё сжалось так, будто он безудержно жаждал прикосновения этих губ. – Знаешь, ты не должен был рисковать своей жизнью ради меня, – начал Зоро, виновато потупив взгляд в сторону. Мысли Санджи были слишком далеко от вчерашнего дня и слова мечника заставили воспоминания вернуться обратно. – Я должен был! – вскрикнул блондин. – Это ведь я… тебя… – губы Санджи исказились, стеклянные глаза окутало пеленой страха, когда перед ним возникли образы вчерашнего вечера вперемешку с теми, что ему снились – невыносимо жуткие кошмары с лужами крови под ногами. С глаз скатилось несколько солёных капель, выплеснув горечь, что скопилась на душе. Кок протянул руку, приглашая Зоро подойти, растянув губы в доброй улыбке, той, что так хотелось увидеть мечнику. Немного растерявшись от столь откровенных чувств, что показал ему повар, Зоро неуверенно приблизился и взял парня за руку. Санджи притянул мечника ближе к кровати и в полусидящем положении, как ему позволяло самочувствие, крепко обнял парня за торс. – Я так рад, что ты жив, Зоро… Так рад… – почти шепотом сказал блондин, закрыв глаза и, сильней прижавшись щекой к мягкой ткани, вздохнул полной грудью приятный ему запах родного человека. Зоро немного оробел от такого нескромного поведения повара, но всё же не сдержал улыбки. Слишком приятны были эти объятья, возможно ради них и стоило пережить всё это. Так думал мечник, смотря на макушку парня и перебирая несколько светлых прядей пальцами. Лёгкие прикосновения Зоро вызвали приятную волну тепла, россыпью пробежавшуюся по всему телу, заставив повара ещё крепче прижать парня к себе. Как же он мечтал об этом в течение всего сна, в котором страх не отпускал его ни на секунду, заставляя видеть своего накама, истекающего кровью, и рыдать всё громче и громче у мертвого тела. Санджи боялся, что больше никогда не увидит глупого Маримо, три меча, упрятанных за такое же зелёное харамаки, как и его ёжик на голове. Не услышит грубого, но в тот же момент с нотками заботы голоса, и улыбку, что в благодарность за вкусный обед всегда мелькала на хмуром лице мечника, как падающая звезда. Быстрая, секундная, но очень ценная. Зоро прошипел и невольно отклонился назад. Санджи, заметив это, поднял футболку парня и увидел пластырь поверх раны, который оказался уже насквозь пропитан кровью. – Идиот, почему ты не в постели?! – кок уставился на мечника, зло кусая губы и разглядывая собственноручно оставленный шрам на идеальном теле. – Немедленно ложись в кровать, – заключил кок, отдёрнув майку, и недовольно взглянул на накама. Мечник послушно присел, а затем и лег. Санджи возмущенно уставился на то, как его кровать оказалась наполовину занята телом мечника. – Я серьёзно, Маримо, здесь слишком тесно, тебе будет только хуже, – недовольно проворчал кок. – И попроси Чоппера сменить тебе повязку! Кок толкал мечника в бедро, чтобы тот поднялся с кровати. Но вместо этого Зоро ухватился за рубашку и уложил блондина рядом с собой. Обхватив его одной рукой, мечник покрепче прижал парня к себе. – Помолчи уже… Саджи, оказавшись вжатым в объятья, смущенно покраснел. Краем глаза он покосился на губы Зоро, что оказались практически прижаты к его щеке. «Он слишком близко», – Санджи нервно сглотнул, понимая, что эта близость вызывает совсем не нужные в данный момент эмоции. Кок, нервничая, уставился в потолок, пытаясь унять возбуждение, что пришло совсем в не подходящий момент. Зоро лежал с закрытыми глазами, размерено выдыхая. Его рука, обхватившая парня за талию, слегка подрагивала, каждый раз прижимая хрупкое тело кока ближе к себе. «Ещё немного, совсем чуть-чуть и он заметит…» Зоро открыл глаза и внимательно посмотрел на кока, искривив губы в усмешке. – Я бы рад, да не в состоянии, – пошутил мечник, а повар воспринял шутку всерьёз, поэтому парню почти моментально прилетело по его салатовому ёжику. В ответ Санджи оказался вплотную прижат к телу мечника, рука которого сдавила хрупкую грудную клетку, разместив широкую ладонь, заблудшую под рубашку, на груди парня. Санджи хотел вырваться, но слова Зоро о том, что кровь из раны начнёт кровоточить сильней, если он не успокоится, остановили его и он смиренно затих. Через минут пять теплое дыхание, что каждый раз проходилось по шее кока, собирая на ней кучу мурашек, стало равномерным. Санджи повернул голову, догадываясь, что Зоро уснул. Он смотрел на мечника, вспоминая всё, что между ними произошло за эти дни, и это всё казалось каким-то глупым сном, от которого он проснулся только сейчас, но уже прекрасно ощущая насколько ему дорог Зоро. И почему же он раньше этого не понимал? Крепкие руки на его талии и эта безмятежность, сдержанность, часто перерастающая в неостановимый тайфун желаний и твердолобость парня, как же он без всего этого сможет прожить и день. Санджи слегка улыбнулся довольный, что здесь и сейчас всё именно так, как должно быть и, с трудом развернувшись на бок, обнял парня, прижав зелёный ежик к груди. Кок вздрогнул от неожиданного нежного прикосновения к спине, скользнувшего по рубашке верх. – Больше никогда не смей рисковать своей жизнью… – медленно с болью в голосе произнес Зоро и собрал рубашку на спине парня. – Никогда… Санджи промолчал, но мечник догадался, что кок понял, насколько это важно для него по тому, как быстро забилось сердце парня, выдавая все его чувства. – И все-таки ты меня любишь, глупый завитушка… После услышанных слов у повара в груди все затрепетало, а в животе взволновано скрутилось и сжалось в неведомый комок. Ничего подобного он прежде не чувствовал, но больше не отталкивал эти живущие собственной жизнью чувства внутри него, потому что не боялся. Он наконец-то нашёл в своем сердце ответ на вопрос. Зоро ожидал услышать любое оскорбление и получить удар по шее, но никак не то, что Санджи смирено, но очень чётко произнес: – Люблю. http://cs11166.userapi.com/u126326249/140741082/y_b328dabf.jpg