Вперед и к цели!

Фува Шо сидел у себя в гримерке и смотрел в прямом эфире конференцию по фильму, где снимался Каинн Хилл. Нахальная блондинка не выходила у него с головы, его, по непонятной причине, тянуло к ней. Все время блондин не мог отвести от нее взгляд, пока она стояла возле стенки с безразличным выражением лица. Она ему кого-то напоминала, но вот у него не было таких знакомых. Что-то до боли знакомое было в этой девушке, но вот что, он не мог понять. Пока вместо зала на экране появилось дополнение, он все время пытался выхватить взглядом неформалку, но все время, когда она появлялась в кадре, возле нее крутился ее брат. Услышав, что Каин Хилл не существует, а его сыграл актер, Шо подался вперед, но когда он увидел, кто именно его сыграл, руки певца сжались в кулаки. «Какого черта, кто же тогда?... Это же не может быть она». Как завороженный он наблюдал за уверенно приближающейся к Рену блондинкой. Она сняла парик и пирсинг, лучезарно улыбаясь. - Не прощу, я не могу это просто так оставить. Чертова Кеко, чертов Рен. Да как они посмели. Как смеет эта серая мышь играть такую девушку. Она же пустышка! Ничего не стоящая пустышка! Я должен, что-то сделать. И это за ней я пытался ухаживать?! Это она меня отшила, как назойливую букашку? КЕКО! – Его крик заполнил гримерку. С милого певца, он превратился в демона переполненного злостью. В это время Могами наблюдала за удалявшейся фигурой матери. «Просто вычеркнула из жизни, как только появился шанс, просто выбросила. Опять.» - Кеко, - голос Рена и его прикосновение к плечу девушки, заставило ее вздрогнуть. - Все нормально, - сказала девушка, взяв себя в руки и снимая плащ, протянула актеру. – Спасибо Вам большое за все. – Она поклонилась. – Мне нужно пойти переодеться. – С этими словами она развернулась и быстро скрылась в толпе, оставив актера смотреть ей в спину. «Черт, я опять не смог ничего сделать. Эта проклятая женщина, почему она сейчас появилась» Могами зашла в раздевалку своего отдела «Love Me» и прислонилась к двери. Под ее глазами сгустились тени, а тело дрожало. Она поняла, что, несмотря на то, что давно знала отношение матери к себе, в глубине души у нее оставалась надежда. Надежда на то, что мама будет гордиться ею, что захочет вернуть. Сейчас эти мечты окончательно разбились, а осколки больно ранили. В комнату вошла Канаэ. - Вот ты где Кеко, так это ты была… - Увидев состояние подруги, брюнетка замолчала. – Что случилось? - Моко-чан, привет. – Попыталась улыбнуться девушка. – Все нормально. - С каких пор ты мне врешь? Ты на призрака похожа. С Реном поругалась? - Нет, он здесь не при чем. Опять видела свою мать. – Канаэ отвела взгляд. - Ты про тот репортаж? Я надеялась, ты его не увидишь. - Нет, только что видела ее. – Кеко рассказала о недавней встрече. - Эта женщина… - Голос подруги дрожал от злости. - В этом ничего странного, но как оказалось, я не ожидала, что она так просто вычеркнет меня при первой же возможности. Через пару часов я приду в норму, просто нужно немного успокоиться. - Кеко, как ты можешь такое говорить? Она же твоя мать, она же должна тебя любить. - Она не считает, что у нее есть дети. Моко, а как твои сьемки? – Рыжеволосая заставила себя улыбнуться. - Все хорошо. - Ты бы видела свое выражение лица, когда увидела Хиллов, «жуть». – Передразнила подругу Могами, пытаясь сменить тему. - Тебя действительно было не узнать. Да и сейчас в этом прикиде ты смотришься круто. - Я же хотела переодеться. - Кстати президент просил передать, чтобы ты к нему зашла. Твой же телефон у него был, пока вы Хиллов играли. - А ты откуда знаешь? - Он мне рассказал, когда я начала рвать и метать, что ты исчезла. - Прости Моко, я не могла сказать никому, он запретил. - Ничего, это же работа. – Переодевшись, Могами выскочила с раздевалки. - Увидимся Моко! - Все ли с ней будет хорошо? – Спросила себя брюнетка, когда дверь закрылась. Когда Могами зашла в кабинет, президент сразу понял ее настроение. - Ты с ней уже увиделась. – Актриса замерла, ему не нужно было уточнять, о ком он спрашивал. - Да. - И что она сказала? - Отправит папе документы. – Лори с облегчением вздохнул. – Но почему он это сделал? – Голос девушки был тихим и немного дрожал, она не могла играть перед Такарадой. - Я сказал ему, что хочу оформить опеку над тобой, чтобы не было проблем, когда ты будешь сниматься в главной роли. Но он настоял, что раз он твой отец, то и опека должна быть у него. - Спасибо Вам. – С глаз девушки побежали слезы, и она упала на колени, закрывая лицо руками. - Успокойся деточка, теперь все будет хорошо. - Вы не понимаете, - Могами не могла больше держать все в себе, - она просто выбросила меня со своей жизни, опять, во второй раз, но теперь окончательно. Она сказала, что не хочет, чтобы кто-то знал, что мы с ней родственники. Они… Шо, мама… Все использовали, а потом выбросили, как ненужную вещь. А вы еще спрашиваете, почему я не хочу сказать Рену, о том, что чувствую к нему? Чтобы еще и он меня оттолкнул?! Мне достаточно того, что я иногда буду его видеть и говорить с ним. - Рен не твоя мать и не Шо. Не стоит ровнять всех людей по своему неудачному опыту. Ты уже не та, что была раньше, да и люди вокруг тебя тоже разные. Ты же открылась Канаэ и она стала тебе настоящей подругой. - Это другое. – Лори поднялся и, налив стакан воды, подал его актрисе. - Вот именно, и твои чувства к Рену другие, а не такие как были к Шо. И сам он другой человек. У тебя еще будет время подумать. - Что Вы имеете введу? - Ты сегодня летишь в Америку. – Девушка сделала глоток воды. - А? - Я дам тебе несколько выходных. Куу хочет тебя увидеть и полностью оформить документы на твое опекунство. Так же его жена хочет с тобой познакомиться. Да и тебе нужно отвлечься. - Но… - Даже не начинай спорить. – Перебил ее Лори. Постучав в дверь, в кабинет вошли Тсуруга и Яширо. – Садитесь. Могами-кун, у тебя есть два часа на сборы, после Америки для тебя будет еще одна работа. Там небольшая эпизодическая роль, но ключевая. Режиссер увидел видео с тобой, у вас с девочкой, которая выбрана для фильма, есть сходство, так что он попросил тебя в нем сняться. - Спасибо Вам, за все, огромное спасибо, я не знаю, как я могу Вас отблагодарить. – Она смотрела на президента, сдерживая слезы. - Подождите, - перебил их Рен, - какие сборы, куда Вы хотите ее отправить? - Я еду к папе. – Сказала девушка уже со сверкающей улыбкой, спрятав свои недавние переживания под идеальной маской. – Я увижу Нью-Йорк, Тсуруга-сан! - Рен, сколько можно тебе напоминать. – Выдохнул парень. – Но почему Вы решили именно сегодня отправить ее? - Кеко, - Лори проигнорировал вопрос и посмотрел на актрису, - у тебя не так много времени, иди готовся, я пришлю за тобой машину. - До свидания Такарада-Сан, Яширо-сан, - она повернулась к брюнету и, немого покраснела, - Рен. Попрощавшись, девушка вышла с кабинета, как только за ней закрылась дверь, актер повернулся к Такараде, но тот не дал ему ничего сказать. - Не закипай. Ты думаешь, я не видел, что ты решил сегодня ей все сказать? – Лори налил себе коньяк. – Нашел время. Думаешь, она сейчас воспримет это? Да она подумает, что ты жалеешь ее! – Посмотрев на ошарашенного Рена, Такарада разочаровано хмыкнул. - Олух. Столько шансов было сказать ей о своих чувствах, а ты решил выбрать самый неподходящий. - Почему Вы думаете, что сейчас не подходящий момент? - Ты действительно такой дурак, или притворяешься? Да пусть она и делает вид, что все хорошо, но не забывай, какие слова она услышала от женщины, которая по идее должна ее любить. Она сейчас потрясена, хоть и не показывает этого. В общем, делай, что хочешь. Я тебе хотел сценарий дать. Режиссер очень просил, чтобы ты снялся. - И в чем проблема? - Тебе нужно будет уехать на полгода из Японии. – Тишину кабинета нарушало только дыхание троих мужчин. – Это очень перспективный проект. С ответом можешь не спешить. Скажешь свое решение после того, как доснимите «Черную правду». – Парень отвел взгляд, погрузившись в свои мысли. - Хочешь отвести Кеко в аэропорт? – После недолгих раздумий, актер кивнул. - Да. - Хорошо, тогда заберешь ее через час. А теперь проваливайте. Но подумай хорошо, что ей можно сегодня сказать, а с чем нужно повременить.