Вперед и к цели!

Сразу из аэропорта актриса поехала на съемочную площадку, когда она прибыла на место, уже начинало смеркаться. На сегодня у нее были запланированы вечерние и ночные съемки. Найдя взглядом режиссера, Могами направилась к нему. - Здравствуйте Исикава-сан, надеюсь, я не опоздала? - Привет Кеко-чан, ты как раз вовремя. – Он удивленно посмотрел на нее, увидев ее наряд. – Ты необычно одета. - Ах, Вы об этом. Подходит для образа моей следующей роли, а так как здесь меня все равно будут переодевать гримеры, я решила не тратить время на гардероб. – Слегка смутившись, ответила она. - Ну, тебе идет. Ты не устала от перелетов? – Увидев вопросительный взгляд рыжей, он добавил. – Актер, играющий твоего парня, завтра вечером должен улететь. У Вас с ним довольно много коротких сцен в сумерках, все будем снимать сегодня, а завтра оставшиеся при дневном свете. Почти все сцены без твоего участия с ним уже сняты. - Получается, - задумалась девушка, вспоминая нужные сцены, - сегодня ночью ни актеры, играющие с ним, ни съемочная бригада спать не будет? - Немного неправа. Остались сцены с тобой, лишь парочка других актеров требует кроме вас двоих. Если ты не выдержишь такой нагрузки, то придется доснять через пару недель… - Нет, нет! – Поспешила перебить его актриса. – Все нормально, я чувствую себя отдохнувшей. – Соврала актриса с лучезарной улыбкой позаимствованной у Тсуруги Рена. На самом же деле она валилась с ног. С самого утра чувствовала себя отвратительно и единственное желание, которое у нее сейчас было это завалиться в кровать и закутаться в кокон с одеяла, как делал Каин. - Тогда иди в гримерку. – Уловив фальшь, сказал он. Мысль о том, что ей придется работать всю ночь, приводила актрису в дикий ужас, она боялась сделать ошибку в игре, боялась не оправдать ожиданий. Через пятнадцать минут работы гримера и чашку крепкого кофе Сузу Мори стояла возле своего парня на съемочной площадке и надевала маску нежности под слова «Камера! Старт!». Несмотря на усталость, испорченных по ее вине дублей не было. Но природа играла злые шутки: то лист со сценарием залетал в кадр, то из-за туч приходилось менять освещение, а иногда луна попросту слепила ведущую камеру. После трех часов непрерывной работы, сделали перерыв всего на двадцать минут, за это время рыжая успела сменить грим и выпить две кружки кофе. Хоть внешняя Могами Кеко держалась идеально, внутри она уже превратилась в серую депрессивную массу, мечтающую о крепком сне. От цепкого взгляда режиссера ее состояние не укрылось. Он прекрасно понимал, что два перелета в день, сами по себе плохо влияют на организм, да и в Токио она летала не отдыхать, а по работе. Нори был готов доснять нужный материал позже, но видя, как упорно скрывает свою усталость актриса, не хотел обидеть ее чувства и решил дождаться ее просьбы. Но за все время она даже о перерыве не просила, упорно выполняя все указания. Роль актрисе далась легко, поэтому она на автомате играла каждую сцену, показывая заранее обдуманные эмоции. Лишь перед началом каждой сцены, пробегалась глазами по сценарию, убеждаясь, что ничего не упустила. Когда объявили перерыв на час, она лишь слегка улыбнулась, но обессиленные ангелки и демоны с радостью запрыгали вокруг нее, подгоняя в гримерку. Не присев, а упав на диванчик, актриса выдавила из себя протяжный вздох, который больше был похож на стон умирающего. - Не слишком ли много я на себя беру? – Она уселась поудобней и прижала колени к груди, обнимая их руками. – Я уже не уверена, что встать смогу, не то, что играть. – Девушка уткнулась подбородком в коленки и уставилась в пол. – Рен играл даже с жаром, даже после того, как свалился в гримерке, а я уже как разманя. Всего то день который начался с похмелья, каких то пару перелетов, да и куча нервов… Это же ничего! – Она встала в боевую стойку, поставив одну руку в бок, а вторую воинственно подняв над головой. – Если справился бы Тсуруга Рен, то я тоже смогу! – Сорвался грустный вздох, и она забилась в уголок дивана. – Не помогает. Вот бы его сейчас услышать, наверняка бы он смог меня взбодрить. Кстати, а сколько времени? Блин, я же телефон забыла включить. Пошарив в своей дорожной сумке, она достала коробку, которую отдал ей сегодня брюнет, и немного покраснела, вспоминая мимолетное прикосновение его пальцев. Быстро отбросив эту мысль, она села обратно на диванчик, включая аппарат. Легкий свет от экрана и приветствующая мелодия заставила ее выбраться из полудрема. «Черт, не хватало еще сейчас уснуть, тогда режиссер точно сделает мне выговор. Три часа ночи? Ну, ничего себе! Не странно, что я засыпаю». В это время в одинокой квартире в Токио в своей кровати не спалось красивому брюнету, который крутился под одеялом, то и дело, проверяя телефон. «Может, Такарада просто неправильный номер дал? Каждый может ошибиться». Вибрация телефона, лежавшего на тумбочке, заставила его резко сесть на кровати. Сообщение о том, что столь желанный абонент наконец-то появился в сети, заставляло его одновременно радоваться и злиться. «Три ночи? Почему она раньше не включила его? Стоп, почему она вообще не спит в такое время? Если я ей сейчас позвоню, что скажу? Могу сказать, что это мой новый номер. - Могами-сан, я звоню Вам просто сказать что это мой номер. - А ничего что три часа ночи? - Ах, не заметил. Но вот еще одно: ЧЕМ ТЫ БЫЛА ЗАНЯТА, ЧТО ВКЛЮЧИЛА ТЕЛЕФОН ТОЛЬКО СЕЙЧАС?! Нет, так не пойдет». Не согласился со своим внутренним диалогом актер. Две пары глаз были устремлены на экраны телефонов, они думали друг о друге, сжимая в ладони темную пластмассу. Рен нажал кнопку вызова и понял это лишь тогда, когда услышал любимый и родной голос. Могами, увидев входящий вызов, с неуверенностью взяла трубку. - Алле? – Не услышав ответа, она повторилась. – Алле, есть кто? Наверное, номером ошиблись. – Проговорила она, собираясь сбросить вызов. - Кеко? – «Этот голос, показалось? Или сплю?» - Кеко, ты еще здесь? - Рен? – Голос дрогнул. «О Боже, я же так хотела его услышать, неужели мое желание было настолько громким, что он проснулся? Нет! Ужасная магия! Из-за меня Тсуруга-сан проснулся! Я Больше не буду! - Доброй ночи. – Бархатный голос заставил актрису улыбнуться, а по ее нутру разлилось тепло, окутывая сердце. Ночь уже не казалась ужасной, работа не была тяжелой, да что там какая-то ночь, этот голос, кружка кофе и вуаля! Она готова работать в таком темпе еще неделю, как минимум. – Кеко, ты там не уснула? - Извините, я задумалась. – Ответила она, улыбаясь. - Я спрашивал, почему ты так поздно телефон включила. Мне сообщение пришло, что ты в сети появилась. - Из-за меня Вы проснулись?! – В ужасе поняла актриса и моментально перешла на отношения «ученица-семпай». «Из-за тебя я спать не могу, глупенькая». – Простите меня! – Она поклонилась, забыв, что он не видит. - Ничего страшного, просто волновался. - Почему? – Она задала этот вопрос, не успев подумать, и прикрыла рот ладошкой, в ужасе понимая, что сорвалось с ее губ. Повисло неловкое молчание. - Кеко… - «Может сейчас подходящий момент?». - Ах, - перебила его девушка, - извините, глупые вопросы задаю, Вы же мой семпай. - Типа того, - обреченно выдохнул актер. «Или не подходящий». - Я из аэропорта сразу на съемки поехала, у одного актера какие-то дела, так что мы снимаем все сцены с ним. Только сейчас дали перерыв. - Но ты же с утра себя плохо чувствуешь, тебе нужно отдохнуть. – Обеспокоенно проговорил актер. - Кто бы говорил. – С обидой в голосе сказала девушка. - А? - А кто с температурой под дождем снимался? Доведя себя до изнеможения! – Злость за халатное отношение актера к своему здоровью не могла не радовать его. - Понял. Но вы уже закончили? Спасть собираешься? – Ответом ему послужил громкий выдох. – Кеко? - Нет, у нас еще есть ночные сцены, а потом несколько утренних и послеобеденных. - Когда сон? – С легкой злостью спросил актер, он не хотел, чтобы девушка так выматывала себя. - А Вы бы попросили время на сон? – Парировала она. - Но я к такому привык. – Уверенно ответил брюнет. - Вот и я привыкну! – Выпалила девушка с задетой гордостью. – Даже если Вы в меня не верите, я все равно справлюсь! – На ее глаза навернулись мелкие слезинки. – Если ты можешь, то я тоже смогу! Я не уступлю! – Выпалив все это, девушка покраснела. «Ой, как я могла, я накричала на своего семпая! Такое наговорила. Сейчас он положит трубку и больше никогда не будет со мной разговаривать! Какой ужас!». Но парень подошел к окну с улыбкой, узнав свой запал в ее словах. Он хотел ей помочь и поддержать, а не злить. - Я ни капли в тебе не сомневаюсь и знаю что ты справишься. - Ты не понимаешь, я не могу подвести… Что ты сказал? – Он прекрасно мог представить недоумение на лице любимой, и его улыбка стала шире. - У тебя все получится. – Румянец коснулся ее щек. - Спасибо, Рен. – Проговорила она тихо. - Хорошей тебе работы Кеко. - Спокойной ночи. – Они закончили разговор с улыбками на губах. Рен спокойно уснул, а Кеко с новыми силами, на удивление режиссера, вернулась к съемкам. Отыграв сцены лучше, чем предыдущие, утром, когда ей дали два часа перерыва, она съездила в отель и, приняв душ, вернулась на съемки. После обеда у нее снова появилось окно, и усталость взяла свое – девушка уснула, полусидя-полулежа на диванчике, подложив маленькие ладошки под щеку и тихо посапывая. Режиссер хотел поговорить с Могами о следующих сценах, но постучав к ней и увидев спящую актрису, сделал фото и, хихикая, закрыл за собой дверь. «Хи-хи. Почему-то мне кажется, что Такарада немало отвалит за такое фото своей рыжей звездочки». Лори, сидевший в своем кабинете напротив Рена и Юкихито, тихо чихнул. - Простыли? – Спросил Яширо. - Нет, вспоминает кто-то, наверное. Это же я! – Он изобразил снисходительно-королевское выражение лица, помахивая бумагами как веером. – Меня всегда кто-то вспоминает. – Зазвонивший на столе телефон привлек его внимание. – Привет Нори-кун. – Взял он трубку. – Что-то случилось с Кеко-чан? – Услышав это имя, Рен пронзил президента взглядом и напрягся. - Нет, с ней все хорошо. Вот только вымоталась она. Трудолюбивую пчелку ты нашел. – Режиссер вкратце рассказал темп, в котором работала Могами. - Что?! – Взревел Лори. – Ты мою восходящую звезду в могилу решил свести?! – Яширо покосился на своего подопечного, который на удивление был спокоен. Рен знал, о ее графике, так что уже не беспокоился. - Да я готов был дать ей отоспаться при первой же просьбе, а она лишь просила побыстрее отснять дубли, без перерывов. И так после ночного часа отдыха, у нее как будто другое дыхание открылось, хотя я уверен, что она не спала. - Ночного перерыва говоришь? – Он покосился на Рена, но по его лицу ничего невозможно было прочесть. - Мне вот что интересно, - в голосе режиссера звучала насмешка, - что ты мне предложишь, за фото спящей как младенец «твоей восходящей звезды»? - А это уже интересно. Чего ты хочешь? - Лучшего твоего актера в моем следующем фильме. - Рена, за фото спящей Кеко? – Президент специально проговорил это вслух, победно заметив, изменившегося в лице актера. – Он же у меня своевольный, может и отказаться. - Ладно, я фото скину, но ты попробуй на него повлиять, сценарий уже был отправлен его менеджеру. «Тихий омут». - Идет. – Они рассоединились, а через несколько мгновений телефон президента мигнул, оповещая о входящем сообщении. Президент посмотрел на экран и расплылся в улыбке. – Ох, какая милая. – Рен держал непроницаемую маску, но Яширо сразу подошел, заглядывая через плечо президента. - И в самом деле, не хочешь взглянуть? – Актер боролся с соблазном, видя ухмыляющееся лицо дяди. - Ему я покажу, только в том случае, если он пообещает прочитать сценарий. - У меня нет на это времени. – Соврал, скрипя душей актер. – Много работы, я могу идти? - Но Рен…. – Протянул Лори. – Он мой друг, хотя бы просмотри сценарий. - Хорошо, просмотрю. - А? – Удивился президент, ожидая большего отпора. - Если перешлете мне фото. – С этими словами он вышел с кабинета, пряча улыбку. - Яширо-кун, я что-то пропустил? - Мне кажется, не только Вы. Хотя вчера был огромный прогресс, он даже не спорил с тем, что ревнует ее. - Есть надежда? - А что нам кроме нее остается? – Грустно проговорил менеджер, направляясь вслед за подопечным. Фото Рен получил только вечером, президент хоть и любил своего племянника, но поиздеваться над ним случая не упускал. Он уже видел, спящую любимую, актриса засыпала у него дома на столе, готовясь к экзаменам, но тогда он еще не понимал своих чувств. Сейчас же, при взгляде на спящее рыжее чудо, его сердце замерло, а после начало биться с удвоенной силой, гулко отдаваясь легкой болью в груди. Слегка насупленные бровки и слегка сморщенный носик выдавал неспокойный сон. Услышав голос менеджера, он спрятал телефон, но вот глупую улыбку спрятать не удалось.