Мыщастливы

— Присаживайся, Томми, — важно кивнул Ньют и указал на место рядом с Чаком. — Мы собираемся здесь каждый вечер, чтобы обсудить события дня и решить всякие важные хрени. Томас оглядел обширный круг парней, уткнувшихся взглядом в костёр в середине. Алби сидел рядом с Ньютом и, кажется, старался выглядеть максимально сурово. Всё происходящее было настолько абсурдным и показательно серьёзным, что Томас едва сдерживал себя, чтобы не заржать в голос. Может быть это было такое посвящение и в конце будет что-то типа: "Мы тебя наебали, Новичок! Посмейся вместе с нами и пойдемте все спать". Но могло быть и такое, что у них и правда существует такая странная херня, и они действительно каждый вечер собираются здесь и пялятся в огонь. — Кто начнёт?— спросил Ньют и так выразительно посмотрел на одного из глэйдеров, что не оставалось сомнений, что это не вопрос, а призыв к действию для одного конкретного человека. — Он пиздит, — тут же отозвался глэйдер и махнул в сторону другого парня, сидящего напротив и смотрящего на него с обидой. — Не просил я его называть меня папочкой. И не бил я его тоже. — А это как объяснишь? — воскликнул обиженный паренёк, резво вскочил с места и, стянув штаны, показал всем зад в тонких красных полосках, словно его хорошенько отхлестали ветками. — Ну, шанк, такое ты сам должен объяснять, какого ты там себе извращенца нашёл для твоей извращенной души. Может у тебя плохо со зрением, и ты меня с кем-то перепутал, а, шлю... шанк? Парни тут же кинулись друг другу навстречу, словно боевые петухи, но между ними мгновенно вырос Алби. — Сядьте, шанки! Утроили тут курятник. — А я тебе, Дейв, сразу говорил, что этот шанк, не для тебя, — отозвался светловолосый парень, сидящий рядом с первый глэйдером. — Давно говорил, что он та ещё шл... дыр... ну, тот ещё кусок кланка, короче. — Ты так говоришь, только потому что сам подбиваешь клинья к Дейву, — отреагировал "кусок кланка" и гордо вскинул голову, мельком всё же кинув тоскливый взгляд на Дейва. — Что здесь, блядь, происходит? — тихо поинтересовался Томас у Чака. Тот вздохнул. — Каждую неделю одно и то же, — Чак закатил глаза. — Дейв почти всегда начинает свою речь с "он пиздит", впрочем, Марк и правда любит наврать, потому что мы-то знаем, что только один человек в глэйде может увлечься и сексуальную игру превратить в кровавое побоище. Гэлли... — Нет, блядь, ты не понял, — Томас мотнул головой, — это всё ненормально. У вас тут все по парочкам и всякие разборки, кто кому изменяет. — Ну... — Чак смутился. — Не все по парам. Все считают, что я пока слишком мелкий... Томас вскочил со своего места и рванул к Ньюту. — Что это за херня? Вам нечем больше заняться, кроме как обсуждать свою и чужую личную жизнь? И откуда у вас столько личной жизни, здесь же одни парни, не может же быть, что здесь собрали одних геев. — Ты видишь здесь девчонок? — холодно поинтересовался Алби. — Нет. — Пидора ответ, — с непроницаемым лицом сказал Алби и вздохнул. — Каждый месяц одно и то же. Все новички такие все гетеросексуальные принцессы сначала, а потом ничего, втягиваются. — Может закончим на сегодня? — мягко предложил Ньют, коснувшись плеча Алби. — Томми нужно всё переварить. Да, Томми? — Эээ, — отозвался Томас, но всё же кивнул. — Вот и хорошо. — Эй, шанки, на сегодня всё! Мы в дерьме и мы... — Счастливы! — отозвались глэйдеры, а Томас решил, что ему стоит немного посидеть и подумать.