Акварель. Часть 2

Свет. Яркий свет наполнил комнату. Я была дома, вдали от этих пугающих белых стен. Первым, что я почувствовала, был теплый плед и нежный запах фруктового чая. В моей жизни настали времена мелодрамы. Мне совершенно это не нравилось. Я уже давно выросла с того образа маленькой и наивной девушки, когда мне хотелось именно такой романтики. На данный момент я просто хочу спокойствия. Я открыла глаза и заметила некие перемены в комнате. Мебель была по-другому расставлена. Неужели парни решили заняться перестановкой, пока я спала. Вот негодники! Как это они меня еще не разбудили. Видимо очень крепко спала. Я повернула голову к окну и заметила светло-зеленые листочки на деревьях, что довольно странно для осени. Я хотела позвать ребят, но мой голос немного ослаб, и я закашлялась. В этот момент в комнату забежал маленький ребенок с кудрявыми белыми волосами и прекрасными янтарными глазами. Вот бы мой сын был таким! Я улыбнулась мальчишке, но он, широко раскрыв глазки, побежал в другую комнату, крича: «Папа»! Через минуту в комнату вошел Сульфус в красном фартуке и тряпочкой в руках. Он бросил все и бросился на колени возле моей кровати, начал обнимать целовать меня, обнимать, а с его глаз текли слёзы. Я никак не могла понять, что произошло. Неужели я так долго спала? — Я проспала Третью мировую? — спросила я. — Солнышко, больше, намного больше! Как же я соскучился по твоему голосу, — говорил парень, но я никак не могла понять, что же произошло. — Сульфус! — Я взяла его лицо ладонями и заставила смотреть мне в глаза. — Что произошло? — Девочка моя, ты полгода спала, шесть долгих мучительных месяцев. — парень крепко прижал меня к себе, не желая отпускать. Я была в ступоре. «Как?! Шесть месяцев?! Этого просто не может быть. Я легла на пять минут отдохнуть.» — погрузилась я в раздумья, как вдруг заметила в дверном проеме Кевина с тем малышом на руках. Ребенок показал на меня пальчиком и закричал: «Мама! Мама больсе не спить». И тут слезы накатились и на мои глаза. Неужели это правда. Этого не может быть. Я приподнялась на кровати и не могла произнести ни единого слова. Ведь такого не может быть! Я не могла спать такое долгое время. — Раф, все это время ты была в коме, — произнес Сульфус и на миг остановился, будто не желая этого говорить, — врачи уже потеряли последнюю надежду и предлагали нам отключить аппараты и разрешить тебе умереть, но мы верили, поэтому забрали тебя домой. Обернувшись, я и вправду заметила аппарат искусственного дыхания. Я закрыла лицо руками и начала громко дышать. Мне было тяжело поверить, что это произошло со мной. Мои раздумия перебил голос Джареда. — Мама — плинцесса! — произнес он вручил мне в руки маленькое зеркало. Я заметила кучу резиночек на своих волосах и игрушечную корону. С моих глаз покатились хрустальные слезинки, когда я заметила кольцо на своем безымянном пальце. Я вопросительно посмотрела на Сульфуса. — Доброе утро, жена моя! — сказал он и взял нашего сына на руки. * * * Спустя пол часа приветствий и добрых утр, я решилась встать с кровати. Мои ноги очень ослабли после долгого сна, поэтому Сульфусу пришлось почти что нести меня. Усадив за стол на кухне, он поставил передо мной тарелку ароматных блинов. Все запахи были словно новыми для меня: запах мыла, чая, блинов, моющего средства и даже освежителя воздуха. Все они смешались и меня закружилось в голове. Но я улыбнулася и начала кушать, будто бы это была единственная и последняя пища на планете. Вскоре я узнала, что у Кевина появилась девушка, не просто девушка — невеста. Это была всем нам знакомая Мэри. Вот так двое одиночек встретили друг-друга. С минуты на минуту к нам должны были придти гости: мама, отчим, мои маленькие братик и сестричка. Все волновались и посещали меня почти каждый день во время моего сна. Поэтому мое выздоровление стало большой радостью для них. И вновь в нашу семью пришла любовь. * * * Ну, вот и все. Это событие заставило помириться Сульфуса со своей семьей, которая почти каждые выходные приезжала к нам в гости. Вики забеременела на пятый месяц после их свадьбы с Майком и сейчас ожидают ребенка. Ирма нашла свое призвание и улетела в Лос-Анджелес. Через месяц Кевин и Мэри поженятся. Ей очень повезло с парнем, я вам так скажу. Ну, а я… Я наконец-то обрела семью и даже помирилась с папой, который все шесть месяцев рисовал мои портреты. Из-за этого получил премию в особо крупном размере и стал почти самым известным художником Парижа. Жизнь пошла своим чередом. P.S. Я так же стала известной не только благодаря картинам моего отца, но и благодаря одной юной девушке, которая написала обо мне книгу…