Цыганочка с выходом

Стоя здесь… Она прекрасно понимала, что дала непозволительно волю чувствам. Эта Мантис! И история вся с сестрой. Слишком много на поверхность вытащили. Лишнего, и ненужного… И теперь металась она в сомнениях. Не могла смотреть! На страдания сейчас Питера… Не могла позволить. Чтобы кто-то страдал другой. Квилл шептал напрасно, что готов молиться любым богам… Лишь бы изменить это. Отменить, перемотать, вернуть! Но была ли она готова? Ведь Гамора одного знала. Пусть и с маленькой очень буквы… Так, коллегу. С прошлой ее работы! Мельком, лишь разок не очень-то близко видела… Нельзя даже сказать, что шапочно. Да и сам он вряд ли об этом помнил. Лишь очередной клеврет. Пускай добровольный и не слишком, папаши Таноса. Нетипичен он в другом был. Усадил титана в лужу! Да и скончался. Сбегнув, от его мести… Со злорадством, несомненно, притом хихикая. Вероятно, также? Как хихикала самозванная леди Миллер. Да чего там – гоготала, в голос. Разузнав ее историю… Появления, среди Стражей. Наша Таня громко плачет… С Тессаракта – дали сдачу!!! У Танюши, я смотрю прям… Охеренный по кадрам менеджер! Все кидают. Аж на каждом углу, болезного! Вкупе с прочими, и куда боле матерными частушками… До сих пор звучало у Гаморы. Порой, в ушах. Ей поверить, что это Локи… Хитроумный ледяной аристократ, царь низвергнутый. В этакое вот переродившийся! Было трудно. И очень сложно! Все же… Не – невозможно. Их профессия – Стражей самой Галактики! Помогала идти рука об руку. С небывалым, и невозможным. Потому убийца только сдержанно удивлялась. Как меняют дети! Как способна изменить… Смерть. Ведь теперь… Она узнала и ее. Близко. Настоящую ее богиню. Хозяйку мертвых. Леди, с буквы куда побольше! Привлекательным и юным не обманываясь той обликом. И приятным стало, вполне приятельским. Показалось как ей тогда… Прям на удивление, то знакомство. Пусть, допустим, поняла все это Гамора позже. Собрать пазл сумела! По намекам смутным, по словам оброненным… По дурацким мифам, что ей пересказывал ржущий Питер. Только кое-что… Тут было вполне реальным. То… Что, малодушно колебаясь, и держала нынче она в руках. Возвращаясь мысленно в этот день. Пока Стражи умилялись на крошку Хвостика, оказался что никем иным, как щеночком… Таким хорошеньким! А чета Миллеров, прежде Одинсонов – на ничуть не меньше лапочку крошку Грута… Наблюдая, как прелестно заигрались детишки вместе! И отнюдь не в «принеси палочку», в этой мега своей песочнице… Дочка Локи – вся предусмотрительная, заботливая… Абсолютно не по годам. Куда старше представлялась что, ежели внимательно присмотреться… Напоказ всем посторонним предъявляемых лет! Проводила время – как раз с Гаморой. Может быть, ища лишь отдохновения. Рядом с той успокоительною серьезностью… От безумства взбаломошной своей матери. И решила оказать милость! Тёте доброй, убийце дружественной. И презентовала… Желтый листик! Одну записочку. Содержанием… Не чета той. Что нашла упокоение свое в бочке. Только странно… Чуть ли как не расчетливо. Заблестели у девицы притом глаза. Хоть наполнены таким участием! Несомненным, тогда были ее слова. Вот теперь легко. Вполне! Признать в ней – возможно было былого Локи… Его кровь. Ох, тебе и трудно с ними, наверно, тётечка! Я-то понимаю… Ох, и понимаю твой тяжкий труд. Сохранять порядок, держать в узде. Что твой Питер! А что ваш Дракс… Без мозгов богатыри, оба. Хлебом не корми, как на рожон лезут! Как мои вон двое. Но я знаю, сбережешь их! Ну а даже и потеряешь… Ненароком. Вдруг ты кого-то. Так пришли нам! Весточку. Позаботимся, я клянусь. Поглядим! Что с твоей потерей поделать можно… Что тут сделать можно, горько думала Гамора. Над телом стоя… Лорда Звездного – названного отца. И давно не веря. Во что хорошее. Все красоты слов, ландшафтов, декларируемых чувств… Столь душевных, дружеских, даже родственных! Лишь обертка. Многоцветье пустое, красочное. Как планетка Эго. Изобильный фальшивый сад. А под ним – фундамент. Черепов груды. В черепов наличии подковёрном – и в этом случае… Уж сомнений точно не могло быть. Можно сделать одно. Принять… Со смирением, принять с достоинством. Героический уход воина. Или же поддаться! Надеждам глупым… И обречь. На посмертную службу, вечную! Что обманываться… Рабство. Не у Крии, так у хозяйки отныне новой. В ее армии послушной. Адресно посылочку отправив ей! К Самой, лично… На корабль Нагльфар продать. Что отправится на битву в этот их… Ригни-рок? Чтобы жечь. Испепелять миры. В их фамильном развлечении. Хель – да Локи. Да, трофеем ты бы стал знатным. Ничуть не хуже! Тех, на кого тогда и положила вербовщик глаз. Только я считаю! Что… Ты заслужил уже покой, Йонду. Ты простишь. Ведь ты бы понял! Ты поддержал… Прощай, Страж. Прощай, член семьи моей. Мой недавний, мой недолгий… Но все же друг! И Гамора сунула решительно прочь, в карман. Тот листок. Со столь недетскими каракулями… Знаками извилистыми. Что, наверно, как раз в Имя складывались… Призыв! И покинула каюту она прощания. Лишь на выходе – столкнувшись. С слезы тщетно в себе давящим пьяным Краглином. Что проникновенно обнял! Спохватившись, торопливо от убийцы отдернул руки. Но Гамора… лишь дотронулась по дружески. До плеча. И печально ему кивнула. Мол, порядок, не держи в себе. Все это. Я способна тебя понять! Шмыгнув носом, тот вступил вовнутрь. Прикрыл двери. Как сломавшись, заскулил несдержанно… Она быстро зашагала прочь. Его горе – не в силах слушать. И не представляя даже. Что над гробом размышляла и она… Вслух. Не переставая громко напоказ всхлипывать, Краглин быстро-быстро лист пристроил обретенный. Под одежду, глубже! И на капитана прямиком кожу. Не ребенок, чтобы верить в эти сказочки, да ведь только… Не Опустошитель тот! Кто не сумеет пойти на риск. И всегда-всегда идут они до конца. Вот с чем-чем… А с этим Йонду бы согласился! Ты вернешься, кэп. Я знаю! Ты задашь всем жару! Что бы там кто не думал. Церемонию всю последующую… Уже общую, Краглин что есть силы напрягал мозг, эту долдоня мантру. Повторяя детский свой – к Смерти персонализированной призыв! Но, видать, он все же сделал чего не так. И Вселенная, похоже, его не слышала. И богиня не откликнулась. Йонду бессердечно продолжал валяться. На последнем ложе… Погребальных своих носилках. Подниматься он и материть всех окружающих не спешил. Ну а вскоре – жару горького задали… Как раз ему. Вспышку символов, что в похоронном пламени – сплавились в единый, нестерпимо воссиявший на груди Знак… За искрения мельтешением различить возможным не представлялось. Краглин понял… Облажался. Шанс утрачен. На этом все. Легендарную стрелу, правда… Из рук Квилла – то принять ему в свое владение вовсе не помешало. Призрак Йонду, что незримо наблюдать мог за аттракционом этой щенячей преданности… Наконец утратил привязку к телу. Порассеялся в веселых метеоров искры! Наслаждаясь коллег сбором, салютом красочным. Порезвился так освобожденно в черном небе! Минут пару, фигурным роем… А потом потусторонние силы транспортные – подключились, и швырнули куда надо посылку. Адресно! Проявлять где вечную теперь преданность… По всему, и предстояло теперь ему.

***

Мертвецы не чувствуют уже холода. Точно также, как не жаждут они тепла. Да и где могло быть похолодней? Чем там, в голом космосе, на месте его кончины… Разумеется, в аду, да. Ведь пейзажик окружающий навевал. Сказать можно, что шептал ласково! Дубака такого – ты доселе не встречал, друже. А ведь кто-то, блин, здесь жил. Безо всяких обходясь и скафандров! Если применимо, знамо дело, к преисподней. Понятие «жить»… Как бы ни было. Его, похоже… Не особенно здесь и ждали? – Маловат. Для штурмовика, – отрешенно донеслось сверху. И новопреставленный… На тот звук – задрал задиристо. Свою увенчанную гребнем голову. На стене утеса ледяной, среди барельефов, во весь рост вырезанных… Порешило вдруг заговорить с ним! Украшение ее… Крайнее. Кто пред ним, он знал. В дорогу проанонсировали… И знак путеводный. Дал, видать, необходимую информацию. Только как бы не напоминало. Отдаленно, с Аишей встречу. Да любая дылда-суверенка распозолоченная – целовала пыль бы у этих ног! Знаний тех во всеоружии, думал Йонду. Потому хотя бы… Что на метра три как, возвышалась над ней богиня. И той силой обладала! Что сверхлюди еще не ведали. Но его на поцелуи не тянуло. Хотя б пока. Тверди, по крайней мере. – Хиловат для ётуна. Ярковат для Крии. Кто ты есть… И что мне от тебя нужно, – равнодушно выговорила ледовая скульптура. Даже и не потрудившись приоткрыть глаз. – А у вас здесь… Даже и Крии водятся? – поинтересовался небрежно Йонду. – Появляются. Уходят. На корм, скотине. Ездовым псам, – издала ответный шелест ему фигура. – Их гуано после весьма ценится. В неком царстве… – Идут… На кормежку? Для собачек! И исходят на дерьмо. Мне политика эта нравится, – с удовлетворением непритворным, заявил ей бывший раб Крии. – А вы, видимо, владелец? Той артели местной заготовительной? Уж в таких трудах – я завсегда вам с радостью помогу. Приношу я извинения, мадам, не представился! Капитан Удонта, к вашим услугам. Штурмовик бывалый! Пост последний, хоть недолгий – адмирал почетный, клана ебанутых Стражей Галактики. И к переговорам о заказах новых всегда готов, – мрачно съюморил он. Йонду прежде не особо занимался саморекламой. Не в его стиле. Бренд «Опустошители» – говорил и сам за себя. Репутация давно работала на него. Подтвержденная делами. А не бесконечным балагурством, в исполнении павлиньем хотя бы Квилла. Но сейчас… Он чуял. Всей своею фантомной шкурой… Как раз этот нестандартный требовался подход. Благо настроение на него было! Крии в роли корма для домашних питомцев – вызывали просто эйфорическое веселье. И похоже, что он срабатывал? На лице недвижном распахнулись теперь глаза. Один красный. И другой, как будто бы давно выгоревший. Мертвый, пепельный, холодный. Глубоко и застарело безумный… С тусклой искрой интереса, замерцавшей тем не менее вроде бы на поверхности. В то безумие Йонду далее не стал вглядываться… Не стоило. Но отметил для душевного равновесия про себя. Что цвет столь ему родной алый – к приглушенной синеве богини кожи бархатной шел весьма. Как и зубки ее точеные. Этак мило остроконечные… Вот такая может сожрать без шуток. – И особенно с очаровательной столь хозяйкой. Мне у вас уже нравится, – галантно повторил адмирал. Врать особо не приходилось. Снег вокруг – усилием его мысленным, стойко стал ассоциироваться с Контраксией… Без электропитания, правда. В глубоком блэкауте. – Welcome. Тo the Hotel – California. Очень северный ее филиал. Значит Рыжик, Бабохалк, Рестлер. Крошка Баобаб… Тот, Кто Заседает в Пруду. И до кучи нынче – адмирал Йода, – хладно и задумчиво, проскрипел очаровательный рот. – Страж. Я тут не по таким делам. Ты ошибся, я не сохраняю совсем галактики. Меня как бы создавали не для того… Уж наверно, подумал Йонду. Как бы не для иного. Прямо противоположного. Ну-ну-ну, легенды врут, а внешность пускай обманчива. Да и сам он, скажем, не совсем на ангела-хранителя смахивает! И его растили не для этого… А однако ж. – Да и я не думал, что на старости лет придется! – усмехнулся он. – Затянуло… На извилистую дорожку. Пришлось поберечь планетки, дабы что и где осталось деткам опустошать. От ценностей материальных! Вот уж в этом я был хорош… И заверить смею, что и остался. Вас не только ведь астральные материи интересуют? По торговле гуано судя. Так что стоит только выбрать себе желаемое! Полечу-добуду, что леди нужно. Правда, мне в том тело не помешало бы… Если уж предметно говорить, о физическом. И корабль справный не лишним будет? Звездный Лорд нахалом тоже был трепливым не от рождения. Поучиться у кого было. Наглость – второе счастье! Коли с первым Йонду сразу с детства не повезло. И его второе продолжало работать! Действовать… И здесь. Вкупе с его дьявольским обаянием? Просто невозможное чудо. – Будет, – согласились с ним мертвым голосом. – Нужно. Отыскать кой-кого… – Леди хочет – леди его получит, – с страстностью железной заверил Йонду. И не ждал, что от него затребуют, скажем, шляпку. Стать охотником за головами? Припомним навыки! Если это повод отсюда выбраться. Кто ей нужен? Кто же смог… Первым, из лап смерти-то улизнуть? – Кто клиент? Чью душу будем изыскивать, – потирая руки, у нее осведомился с подъемом он. – Родственную, – выдохнула богиня. Оживая из недвижной седой статуи на глазах. Из скалы шаг делая, и одним движением стряхивая с плеч лед. Уменьшаясь. И наглядно изменяясь в лице. И персону эту… Он где-то видел. Не вживую. Изображение! То ли Квилла фотка. То ли… На излюбленном канале Опустошителей. В передаче – их разыскивают, за бабки! Исповедь Гаморы всплывала в памяти. Что способны вытворить эти двое… Вместе. Бля, вот мало будто нам Эго было. – Вона как, – помолчавши, произнес Йонду. – И зачем… – Мне это? А подумай. Человек семейный стал. Вроде бы сам родитель, – саркастично предложили ему. – Для восторжествования цели истинной! Крепко-крепко существо родное к груди прижать… Воссоединить фамилию. Дабы сила нас объединила святой любви! И на пару – мы свернем горы. Тебя что-то в том, мне кажется, не устраивает? Иль внезапно послужить передумал? – Куда мне, – с отвращением произнес Удонта. Дежа вю чувство… С страшной силою долбило в виски. Что ж за цели быть у Смерти могут, такие истинные! Как Аишу – эту кинуть уже не выйдет. И как Эго не сумеет. Точняк. Поводок пока натягивать и не думают… И он вроде сохраняет? Свободу. Воли… Но клеймо на нем стоит. Удружил же, идиот Краглин! Эту цепь ему не порвать. – Чудно. А то я и засомневалась. И кого кому здесь в жертву-то принесли, – мрачно буркнула в ответ госпожа. В облике уже совсем человеческом. И на слэнге – вполне земном. И была теперь куда моложе. И беззащитнее. Кукла чертова… Иллюзия, что еще. – Заявился в гости как в свой терем, хозяин жизни. Стоит тут, кадрится, права качает… – Капитанские привычки… Неистребимы. И я весь по жизни позитивное солнышко. А что в жертву принесла ты? – негромко произнес Йонду. Раз уж по душам пошел такой у них разговор… – Всё. И всех. Прокляла тьму, и прокляла свет. Прокляла любовь и ложь… Извела, под корень. Истребила любые чувства, – отрешенно донесла собеседница. – Прошлое издохло. Да и хрен с ним. – И сидишь здесь нынче, слушая лишь ветер… Глядя, как восходит тьма! О, а эту песенку и я знаю, – мрачно ожившись, чуть подпел Йонду. – Бля, оно еще и петь может. Ты бескрайне ценное приобретение, спасибо, я уже поняла. Так идешь, цыган? За конем, кафтаном? Еще выбрать и спереть нужно. Я тот капитан, что не любит ждать! – огрызнулась маленькая терранка. Оказалась что ему теперь по плечо… Если не считать каблуки. Хотя совершеннолетней уже вполне. Значит, прошлое издохло? Ну, раз так… Поработаем! На будущее. На свое, хотя бы. О галактиках взволнуемся позже. – А что, можно не пойти разве? Вот не знал! Что у тебя демократия. И к чему? Нам вроде и такими… И тут неплохо. Здесь продолжим дружно разводить сырость! Повышать мы влажность. Как две королевы драмы, – усмехнулся нахально Йонду. Повелительницу призраков уверенно подхватывая под белую ручку… И пред ними черный распахнулся портал на выход. Ко спасению путь? Поживем – и увидим… Поживем!

***

Открывался портал на Терру. На ночную Терру. И во вкусам кэпа соответствующий район. А землянин, им в ночи попавшийся сразу первый… Тут же взятым был цыганкою в оборот. – Пиздец! Сука!!! Т-терминатор. Е-ебать приход, – отшатнувшись от синюшного трупа, что ему столь соблазнительно улыбался. И подмигивал так нежно алым впридачу глазиком – на лишенной кожи напрочь половине физиономии! Только и успел выдохнуть – обдолбанный неюный землянин. Посчитав наивно, видно… Даму галлюцинацией? Об бордюр запнулся, об него же головой треснулся… И свалился недвижимо на мостовую. – Он в меня не верил. Слегка обидно. Вот как мало знают граждане! О зомби-апокалипсисе, – отнимая от его груди руку, выпрямляясь плавным одним движением, отрешенно выдало терранцу эпитафию божество. Бывший труп, слегка кряхтя, под управлением теперь Йонду, с нетерпением попытался подняться вслед. Сильно пожалевши о своей торопливости, под влиянием ярко и внезапно навалившейся физической слабости. Ощущений, о которых в бытие беспечным бесплотным призраком – как-то капельку успел подзабыть. Потирая уже свой личный отбитый череп, капитан Удонта независимо приткнулся к осветительному столбу. Голова трещала. Дрожали ноги. Тело слушалось с трудом, его вело в сторону… Эта, хоть и объяснимая вполне неуправляемость, раздражала. Кудри жесткие трофейные под ладонью – также с непривычки действовали на нервы. Вот он черт лохматый! Но тут ничего не скажешь, полезны стали – изгнав нерациональный гнев, собравшись и включив разум, справедливо оценил Йонду. В тандеме с шляпой, что валялась нынче рядом, удар смягчили. Заместо головы пробитой, стал всего лишь обладателем царапины средней тяжести. Что кровоточаще венчала назревающий активно шишак. А к ранениям ему было не привыкать. Тем не менее все же, наклоняться поднимать свой новый головной убор – покуда не рисковал. Скажем так, штормило. Слишком. Может, то не сахар в принципе – возрождаться… А быть может, приложился все-таки хорошо. Пойло местное, что кликали здесь «бурбон», все еще плескавшееся в желудке… Как не менее красиво именованная дурь по кличке амфетамин, что успешно штырила терранца весь этот вечер – безусловно, отношения к его состоянию не имели. О системе сведения… Короче, воспоминания! Что всплывали как родные теперь у Йонду, горделиво оповещали. Что так запросто и даже этакими дозами – свалить профи было весьма сомнительно. Мистер Мэрл Диксон многолетний и непропиваемый имел опыт… О, вот как его звать? Мэрл! – Эй, а знаешь, как меня теперь зовут? Мэрл. Почти Мэри! Вот повезло, – восхитился Йонду во всеуслышание, отлепляясь от фонаря. Забывая даже о телесном недомогании. – Приятно познакомиться. Леди Мэри, – после странно повисшей паузы, вежливо произнесла мертвая. – Я не знала. О тебе этого. Ты б предупредила… Там, на берегу! О пристрастиях. И подогнала я бабу… Неудобняк. – Ну, так против баб мы никогда не прочь, – не словив причины удивления, заверил Йонду. – Я про Мэри, который Поппинс! Квилл сказал, я на него похож. Это здешний герой, Земли… – Квилл? Сказал. А, ну тогда понятно. Я слыхала… Довольно много. Об этой кодле. Местных… Супергероев, – лишь сдавленным слегка голосом, ответно сообщили ему. – Боюсь, что огорчу, дружище. Всяких задниц средь них хватает… Вот только Поппинсов – в той гоп-компании пока нет. Прискорбный факт – о летающей няньке с зонтиком, всплыл в прояснившейся еще немного голове Йонду. Да, первоклассно себя выставил идиотом… То-то она едва сдерживается! Не ржать. Подрастерять гнилую челюсть, знать, опасается? – Ах он гаденыш мелкий. Опять нагрел! – бессильно покачал он подбродком заросшим Диксона. – Ну отчего же. Сказал что думал. Святая истина! Ты был первоклассною ему гувернанткой. В науке жизни. До самого до своего конца, – не утешила ни разу любезно зомби. – Ты думал стать ему папашей… А мальчик, так уж вышло, нуждался в матери. Мне подыскать тебе? Тельце дамское. Позаценишь! Бытие новое. Преценденты были, людям понравилось… – Сперва дело, а потом койка. Все, пообжился в этом! Превосходно кафтан сидит, – вид торопливо делая, что предложения он не понял, все же поднял и нахлобучил лихо шляпу на многострадальную башку Йонду. – С конем что? – Непрогрессивный ты. С конякой-то? Наверно, только нас с тобою! Одних и ждет. Очевидно, стоит… В конюшне, – фыркнула в ответ девка. Превращаясь из дохлой шлюхи – назад, в простую.

***

В ночь ту же – гараж сверхсекретной земляной службы… Поредел на самый выдающийся их корабль. Лучший. Из примитивных. Анахронизм летучий, но что ж поделаешь! Коням дареным… Короче, выбирать на Терре Йонду было особо не из чего. Ну разве мелких сувениров всяких… Еще набрал. Во утешение! Интерьера, для украшения. Пока потерпим этот… А потом кого-нибудь грабанем. Обозвана лоханка – была очень гордым и безмерно эклектичным именем. Амбарелла! Как объяснили популярно капитану, название было синтезировано в муках творчества… И из понятий конкретно следующих. Амбар! Как место. Где хранят. В том числе, порой мертвых. Амба… Суть есть – трындец, кранты. Амбрелла… Вы представьте, не только зонтик. У Мэри-нянечки! Но также – мега-корпорация. Зла. И основной производитель зомби, в фольклоре местном. Ну, и до кучи, Арабелла… Благородных пиратов шхуна! Вот, понимаешь ли, такие местные в прозвании слились тонкости. Противоречить этой завораживающей женской логике, божественная нянька уже не стал. Как и докапываться! В команде Мега-Зла отныне он. Или пират как раз-таки благородный? Посидим, посмотрим. Увидим сами! Мы все, и вскорости. Жди нас, вселенная… Или спасайся. Покуда можешь? Короче, Амба к тебе летит. А там… Уж как пойдет оно у нас с тобой. Как пойдет!