Джиннистан

Латиф едва успел подхватить меня на руки, тут же гася адское пламя сильным порывом ветра. Он аккуратно положил меня в сугроб, с тревогой заглядывая прямо в глаза. – Альберт, ты как?.. Я застонал, и из глаз потекли слёзы. Всё моё тело превратилось в один чувствительный комок нервов. Нестерпимый запах палёных волос и жжёной плоти бил в нос. Всё болело, и я, чтобы хоть как-то облегчить эту невыносимую боль, зарылся в снег лицом. Спустя мгновение я расслышал над ухом соблазняющий шёпот: – Загадай желание, малыш… Боль исчезнет, а тело вернёт свой прежний вид… Всего лишь желание, Берти… и твои страдания прекратятся… – Хорошо… – охрипшим голосом проговорил я, – только у меня есть два условия… – Альберт! Ты как? С тобой всё в порядке? – почти теряя сознания, я услышал голос обеспокоенного Амира. – Ты ужасно выглядишь… Латиф, ты можешь спасти его?.. – А я и собирался это сделать, пока маленький засранец не начал качать права! Условия у него есть, видите ли… Да где это видано, что бы джиннам условия ставили?! – Первое… – из последних сил превозмогая боль, перебил я возмущённого гения, – мы покидаем это место все вместе, а именно, ты, я, Амир и голубоглазый гуль, – и, указав взглядом на раненного монстра, продолжил, – второе, не облизывай меня, пожалуйста… – прежде чем провалиться в спасительную темноту обморока, я услышал удивлённый возглас Амира и заливистый смех джинна. *** Очнувшись, я с радостью обнаружил, что совершенно не чувствую боли. Тщательно осмотрев руки, я убедился, что полностью излечен – ожогов и переломов нет – а это значило, что одно желание уже использовано, осталось ещё два… Интересно, а где все, и что это за комната?! Ничем не примечательная, как обычный номер в любой гостинице среднего класса. В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в комнату вошла симпатичная рыженькая горничная – большие серые глаза, белый передник. Мой взгляд упал на девичью грудь – о, там было на что посмотреть! – два белоснежных высоких холма едва умещалась в лифе платья. – Вы уже очнулись, господин Альберт?! Ваши друзья ждут вас в обеденном зале на первом этаже. Что бы Вы хотели на ужин? – То же, что и все, – ответил я и, слегка покраснев, спросил: – А где моя одежда? – Её пришлось выкинуть, а новая – в шкафу. – Понятно… Передай, пожалуйста, друзьям, что я скоро спущусь. – Конечно, – искренне улыбнулась мне девушка, – и, если Вам что-нибудь понадобится, зовите меня. – А как тебя звать-то, красавица? – «Могу же я немного пофлиртовать?» Горничная смешно сморщила носик и сделала слегка неуклюжий реверанс. – Я Малика, но все зовут меня Лика или Мали. – Какое красивое имя, впрочем, как и его обладательница. От этого нехитрого комплимента щёки девушки залились румянцем и, слегка наклонив голову, она кокетливо стрельнула глазками в мою сторону. – Спасибо, – поблагодарила она, – Вы такой милый… Не то что Ваш друг с белыми волосами! – Ну что ты, я ему не друг… – Да, не друг, – раздался голос Латифа, возникшего, как всегда, из неоткуда, – он мой любовник! И если кто-нибудь узнает о его глазах, я прикончу тебя или подарю ифриту, ты поняла?! – пригрозил джинн и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: – А теперь – пошла вон отсюда и поищи себе клиентов где-нибудь в другом месте! Здесь тебе ловить нечего! Губы девушки задрожали, а в глазах блеснули слёзы, и красотка, закрыв лицо руками, выбежала за дверь. – Латиф, ну зачем так грубо?! – выпалил я, гневно сверля его взглядом. – И больше никому не смей врать, что мы с тобой любовники! – Она шлюха, Берти, и ложится под постояльцев этой гостиницы за деньги. Да она меня должна ещё и поблагодарить – столько времени ей сэкономил, – заявил джинн и, издевательски улыбнувшись, подвёл итог: – Ведь денег-то у тебя нет! А версия, что ты мой любовник, самая безопасная. Поверь, так надо! – Какой же ты злой, Латиф… – устало вздохнул я. – А теперь выметайся, мне нужно одеться и спуститься к своим друзьям, позавтракать. Латиф, игнорируя мою просьбу, недоумённо изогнул одну бровь и почти безразличным тоном поинтересовался: – Что, даже не поблагодаришь меня? – За что?.. – искренно удивился я. Джинн зло сверкнул глазами и, подойдя к моей кровати, резко сдёрнул одеяло. Я покраснел до кончиков ушей и попытался рукой прикрыть свой утренний стояк – ну ещё бы, не каждый же день меня будит прекрасная незнакомка, пусть даже и шлюха с пятым размером груди! – Отдай одеяло, – тихо прошипел я, протягивая Латифу свободную руку. Внимательно осмотрев меня, он лишь фыркнул и швырнул одеяло мне в лицо. – Я только хотел убедиться, что всё зажило, – ничуть не смутившись, объяснил он. – Ожоги от пламени ифритов нелегко излечить, но вижу, что я прекрасно справился с этой задачей… И, думаю, заслужил хотя бы банальное «спасибо»! – Ах, это… Большое тебе спасибо, Латиф, – язвительно сказал я, поправляя одеяло на бёдрах, – а если бы ты не затащил меня в Джиннистан, я бы ещё больше был тебе благодарен – даже, наверное, расцеловал бы от радости! – добавил я и, встав с кровати, подошёл к шкафу. – Чего уставился? Отвернись, мне нужно одеться… – Ну, ты просто воплощение скромности! – с сарказмом заметил Латиф. – Пф-ф, мне нечего стесняться, – заявил я и, отпустив одеяло, предстал перед джинном во всей красе, смело встретившись взглядом с мгновенно почерневшими глазами Латифа. Заглянув в шкаф, я обнаружил там свою новую одежду аккуратно висящей на вешалках, на нижней полке стояла обувь. Сначала я напялил какие-то чёрные брюки, снова слетевшие мне на самые бёдра – сговорились они, что ли?! Затем – о боже! – сиреневую рубашку! Мягкие кожаные ботинки и чёрный классический плащ с высоким воротом завершили мой образ. – Ты кое-что забыл… – напомнил я и, заметив недоумённый взгляд джинна, пояснил: – Очки, Латиф, очки! Или, ты думаешь, здесь никто не обратит внимание на мои глаза? А кстати, Малика не обратила… – Не обольщайся, она просто шлюха и ляжет под любого – даже под гуля. – Фу-у, Латиф! – Меня аж передёрнуло. – Давай без подробностей! Джинн ухмыльнулся и, протягивая мне новые очки, заботливо поинтересовался: – Хочешь взглянуть на себя? – Тут нет зеркала… Даже не дослушав меня, Латиф поставил передо мной огромное, во весь мой рост, зеркало с подставкой. Я, затаив дыхание, решился взглянуть на отражение: в принципе, ничего не изменилось, разве что синяки под глазами стали ещё больше и волосы отросли на пару сантиметров. Ласково погладив меня по голове, джинн намотал на палец мою белую прядь и, ухмыльнувшись, язвительно пояснил: – Её я решил оставить… Это тебе на память… от меня… – Затем, проведя ногтем по татуировке, жарким шёпотом добавил: – А это… это, чтобы другие знали, кому ты принадлежишь целиком и полностью… Мне, Берти, только мне… – Эй, – выкрикнул я, дёрнувшись в сторону, – закатай губу обратно и подотри слюни! Лично для меня она ничего не значит! И я обязательно найду способ избавиться от тебя, садист и извращенец! – Попробуй… Тем более, если я умру, клеймо исчезнет с твоей кожи, как и я из твоей жизни… – задумчиво и спокойно сказал джинн. – Какая прелесть! Значит одним выстрелом избавлюсь от всех проблем! Латиф расхохотался как сумасшедший. – Да я смотрю, ты оптимист!!! Или глупец?! – вытирая слёзы, заметил он. – Всё, мне надоело спорить с тобой, и я ужасно голоден! Пока… – раздражённо кивнул я ему и, не дожидаясь ответа, вышел за дверь, надев предварительно очки, которые держал всё это время в руке. Спускаясь по лестнице, я отметил про себя простоту и банальность убранства гостиницы. У стойки администратора я увидел Малику, она тоже меня заметила и демонстративно отвернулась – обиделась всё-таки! Я поспешил к ней, чтобы извиниться за хамство Латифа: – Малика, прости за Латифа… Мне жаль, что он тебя обидел… – начал было я. Рыжая медленно повернулась ко мне, её губы скривились в презрительной усмешке, и я не сразу узнал её голос, когда, не дав мне договорить, она процедила: – Мне не нужны твои извинения, подстилка. Вот из-за таких, как ты, я теряю таких выгодных клиентов, как он. И что только он в тебе нашёл?! Ни рожи, ни кожи! – и, сплюнув под ноги, она ядовито продолжила обливать меня грязью: – Интересно, а сколько он тебе платит, чтобы ты подставлял свою задницу?! Дешевле было бы сделать из тебя кёли… Хотя ты такой чудик, что я не удивлюсь, если ты делаешь это совершенно бесплатно… Дальше слушать гадости я не стал и, развернувшись, отправился разыскивать обеденный зал, пытаясь определить его местонахождение по витавшему в воздухе аромату. И, полностью сосредоточившись на поисках, старался не думать об этом обидном инциденте. Ага, нашёл-таки! Глазами я отыскал Амира, рядом с ним сидела незнакомка: одета она была в чёрную свободную одежду; на голове – никаб (восточный женский головной убор, скрывающий лицо); закрыто было всё тело, кроме нереально красивых голубых глаз, густо очерченных чёрной подводкой. Вдруг меня озарила невероятная догадка – это же гуль! Не веря своим глазам, я ринулся к ним. Амир, заметив меня, резко выскочил из-за стола и заключил в крепкие объятья. – Альберт, ты очнулся! Я просто счастлив, ты ведь целых две недели не приходил в себя! Я уж Латифу весь мозг вынес! – Я тоже рад, что всё получилось… Только я не пойму, почему мы ещё не в городе Самоцветов?! – Так ты же неправильно сформулировал желание! Вот он и решил выполнить любое на выбор… Хорошо, что он выбрал тебя! А пока мы будем кочевать по знакомым Латифа, имеющим доступ к порталам – по ним мы доберёмся до города в целости и сохранности всего-то дня через три! – Отлично, – обречённо вздохнул я, полностью осознавая, что мне придётся терпеть этого наглого джинна ещё как минимум три дня. Но, взглянув на «девушку», сидящую за столиком, я мигом просветлел. – Кстати, не познакомишь меня со своей спутницей? – спросил я и, лукаво подмигнув, заметил: – Уж больно она мне кого-то напоминает!