Я принадлежу тебе.

Налюбовавшись вдоволь, Айзек соскальзывает с колен Питера, снова подходя к кровати, укладывая ладони на мелко вздрагивающие гладкие ягодицы, успокаивающе поглаживая, шепотом приказывая мальчику прекратить - Ланс убирает руку от игрушки, прогибаясь сильнее, подставляясь Айзеку с искренним, пьянящим желанием. - Повернись ко мне, - Айзек запускает ладонь в светлые, мягкие волосы Ланселота, притягивая его к себе и прижимаясь к теплым, чувственным губам, раздвигая их языком, проникая в рот, лаская. Ланс мгновенно отвечает на поцелуй, не стараясь перехватить инициативу, отдаваясь Айзеку, его рукам и губам. Лейхи улавливает едва слышное довольное урчание Питера, чувствует, как запах его возбуждения становится насыщеннее, и легким толчком укладывает мальчишку на спину, сам плавно забираясь на кровать и накрывая его собой, прижимаясь к гладкой, горячей коже, лаская обеими руками податливое, отзывчивое тело. Айзек проходится легкой, совершенно недостаточной лаской по ровному, красивому члену, слегка потерев пальцами головку, поглаживает гладкую кожу паха, небольшие тугие яички, опуская пальцы ниже, надавливая на широкое металлическое основание нагревшейся игрушки. Ланселот слегка выгибается под Айзеком, застонав в поцелуй, и широко распахивает глаза, хватая губами воздух, когда Айзек немного отстраняется, продолжая ритмично надавливать на основание игрушки. - Ты действительно замечательный мальчик, - негромко урчит юноша, наклоняясь к груди саба, поочередно прихватывая зубами маленькие острые соски. - Мы с тобой начнем с воска, а потом я развлекусь с твоей спиной и плетью. Кивни. Ланс согласно кивает, не сводя взгляда с Айзека и не переставая облизывать розовые, мягкие губы. - Молодец, - Айзек плавно вытаскивает тяжелую игрушку, с удовольствием проталкивая пару пальцев внутрь растянутого, влажного от смазки прохода, несколько секунд поглаживает припухшую простату, наблюдая за тем, как Ланселот, тяжело дыша, изгибается на постели, и отходит в сторону одного из столов, рассматривая разных цветов, толщины и длины свечи. Айзек выбирает бесцветные, в пару пальцев толщиной, прихватывает с собой пару наручников, зажигалку и еще одно ведерко со льдом, замороженным в виде небольших гладких шариков. Ланселот следит за ним, приподнявшись на локтях и Айзек с удовольствием тянет в легкие распространяющийся и становящийся крепче запах предвкушения. Волчонок устраивается между разведенных ног Ланса, раскладывая неподалеку прихваченные игрушки, кладет ладони на чуть впалый, твердый живот мальчика, поглаживая, постепенно поднимая руки выше и растирая в пальцах быстро покрасневшие соски, затем наклоняясь и втягивая один в рот, посасывая и кусая, наслаждаясь отзывчивостью юноши. Ланс протягивает Айзеку сведенные вместе запястья, стоит юноше взять в руки наручники, и Айзек без раздумий защелкивает тяжелые металлические браслеты на тонких, хрупких запястьях, заводя руки Ланса ему за голову. Айзек снова проводит ладонями по вздымающейся груди, цепляя ногтями соски и довольно урчит, когда мальчик тяжело, возбужденно всхлипывает. Питер поднимается на ноги, подходя ближе к кровати - Айзек замечает, что пиджак мужчина снял, оставшись в тонкой светлой рубашке, - и, привычно, лукаво усмехнувшись, уточняет, кивнув на кровать: - Не против, если я понаблюдаю отсюда? - Не против, - Айзек счастливо улыбается, выпрямляясь, подставляя губы короткому поцелую. - Интересно? - Хочу видеть твое лицо, малыш, - просто пожимает плечами Хейл, удобно устраиваясь ближе к спинке кровати, практически напротив Айзека. Юноша не отвечает, только коротко улыбается любовнику, снова возвращаясь к распростертому под ним возбужденному, предвкушающему мальчику. Щелчок зажигалки, тихое, едва слышное шипение загорающегося фитиля, и Ланселот тихонько, несмело постанывает, выгибаясь навстречу Айзеку, рассматривающему ровное, красивое пламя свечи. Первая молочно-белая горячая капля падает чуть повыше пупка, и Ланс тихо вскрикивает, вздрагивая, чуть приподнимая бедра, широко раскрывая глаза и не прекращая стонать, пока Айзек, глядящий на него с чистым восхищением, прокладывает ровную дорожку капель по груди, до ложбинки между ключицами. Волчонок отводит руку со свечой в сторону и роняет небольшую льдинку в выемку пупка, отчего Ланс тонко, коротко вскрикивает зажмурившись, выгнувшись и застонав громко, с искренним удовольствием, когда Айзек снова наклоняет над ним свечу, позволяя горячим каплям часто и беспорядочно падать на напряженный подрагивающий живот. - Вот так, - возбужденно шепчет Айзек, проводя ногтями по бедру Ланса, оставляя светло-алые полосы на коже. - Прекрасно... Питер всего на мгновение ловит его взгляд - потемневший, восхищенный, с проскальзывающими в голубых радужках золотыми искрами, - и остается доволен. Айзек надавливает гладким шариком льда на пульсирующую мокрую дырку, проталкивая его глубже, одновременно ведя свечу выше, к груди, под хриплый, похожий на вой, стон Ланса. - Молодец, - с оттенком рыка выдыхает Айзек, когда Ланселот вскрикивает в голос, стоит воску упасть на сосок, - Молодец, мальчик... Кричи. Ланс не сдерживается, крупно вздрагивая, всхлипывая и крича в голос, когда воск ложится плотной сеткой на нежную кожу груди, на покрасневшие соски, на ключицы и плечи. Его член плотно прижимается к животу, роняя капли смазки на гладкую кожу, и Айзеку в какой-то момент кажется, что мальчишка вот-вот кончит, в очередной раз изогнувшись, подставляясь обжигающему кожу воску. Первая свеча догорает, оборотень прихватывает фитиль пальцами, туша, и ласково, нежно проводит ладонями по почти нетронутым воском бокам, наклоняясь к Лансу, мягко касаясь губами его подбородка, подтягиваясь выше, чтобы скользнуть языком по искусанным, припухшим губам, горячим и слегка солоноватым. - Перевернись. Упор на колени и грудь, задницу повыше, - негромко приказывает Айзек, дав Ланселоту несколько минут на то, чтобы отдышаться и начать воспринимать происходящее. Мальчик неловко цепляется пальцами за покрывало, переворачиваясь и ложась грудью на постель, высоко вскинув бедра, пока Айзек наконец-то берется за облюбованную девятихвостку. Лейхи с размаха опускает ладонь на подставленную задницу, с довольной улыбкой наблюдая за тем, как кожа наливается краснотой, и поднимает взгляд на Питера, поглаживая пальцами плетеные хвосты плети. Хейл отвечает ему чуть вопросительным взглядом и довольной усмешкой, оглядывая Айзека с головы до ног. - Арджент учил меня работать с хлыстом, - Айзек опускает хвосты плети на спину Ланса, ласкающе оглаживая. - Думаю, принцип тот же. - Мне стоит спросить, в каком контексте он учил тебя работать с хлыстом? - Питер довольно скалится, когда Айзек смеется, запрокидывая голову. - Ну ты же знаешь Криса... В самом скучном контексте из возможных, - Айзек отступает чуть назад, становясь устойчивее и достаточно умело замахивается плетью, опуская её на вскинутую задницу Ланса, оставляя девять багряно-алых росчерков под аккомпанемент громкого вскрика мальчика. - Ох, да... - Лейхи довольно рычит, не удержавшись и сверкнув золотой радужкой. Айзек быстро входит в раж, оглаживая плетью бока, спину, бёдра и ягодицы Ланса, иногда делая недолгие перерывы, чтобы приласкать себя, коротко проводя ладонью по крепко стоящему члену. Бледная, гладкая кожа быстро покрывается сетью ярких, припухающих полос, кое-где украшенных проступающими каплями крови, но Ланселот даже от этого получает откровенное, яркое удовольствие, срывая голос в крике, извиваясь под ударами, но не пытаясь от них уйти, напротив, жаждуще подставляясь каждому. Молодого волка ведет от такой покорности, от запаха крови и возбуждения. Ланс словно желанная, сладкая добыча, распластанная под хищником, послушная, готовая принять любые желания волка. Мальчишка шире разводит ноги, изгибаясь, подставляясь так, что новые, менее сильные удары приходятся между ягодиц, плетеные хвосты опускаются на пульсирующий, приоткрытый анус, выбивая из саба долгие, звонкие, переходящие в хрипение крики. Покрасневшие мышцы жадно пульсируют, когда Айзек наклоняется, проводя пальцами по дырочке, надавливая, легко проскальзывая внутрь, в жаркое, тугое нутро. Лейхи завороженно облизывает губы, не сводя взгляда со сжимающих его пальцы мышц, несколько раз двигая ладонью, и опускаясь на колени, легонько, едва прикасаясь, поглаживая ярко-алые от ударов ягодицы. Еще один шарик льда заставляет мальчика нетерпеливо, хнычуще застонать, и Айзек, подождав несколько мгновений, толкается в растянутый проход членом, задыхаясь, рыча от ошущения плотно облегающих член, охлажденных льдом мышц. Лейхи хрипло выругивается, сильно сжимая ладони на боках Ланселота, натягивая его на свой член, входя до упора, вжимаясь пахом в подставленные ягодицы. В нём действительно нереально хорошо, туго, контраст жара тела и прохлады тающего льда, вкупе с ритмично сжимающимися мышцами сводит с ума, стирает возможность связно мыслить, оставляя только голые инстинкты, похоть, жажду удовлетворения. Айзек давит ладонью между лопаток Ланса, там, где кожа почти не тронута плетью, опираясь, и начинает двигаться небыстрыми, глубокими толчками, на каждом движении почти вытаскивая член, давая себе возможность насладиться туго сжимающими головку мышцами, и толкаясь обратно, до упора, до хриплого вскрика роняющего голову на руки Ланса. - Присоединишься? - Айзек двигается плавно, красиво, глядя только на Питера, его обласкивая замутненным, потемневшим взглядом. - Если ты хочешь, сладкий, - голос Хейла сладким дурманом разливается по венам, а движения завораживают - Питер расстегивает мелкие рубашечные пуговицы, опускает ладонь к паху, расстегивая и приспуская джинсы, обнажая твердый, рельефный член. Айзек несильно тянет Ланса за волосы, заставляя приподняться на локтях, и тот с готовностью вжимается личиком в пах мужчины, старательно облизывая тяжелую тугую мошонку и толстый член, жаждуще приоткрывая рот и расслабляя горло, позволяя Питеру легко толкнуться в тугую глотку. Хейл протягивает руку, ласкающе поглаживая не прекращающего двигаться Айзека по щеке, тянет его к себе, целуя глубоко, жадно, с укусами и привкусом крови, запуская ладонь в спутанные, влажные кудри, второй рукой сжимая мягкие волосы Ланса, направляя его, задавая нужный ритм и наслаждаясь абсолютной, безоговорочной покорностью мальчика, распятого между двумя оборотнями. Ланс стонет, заставляя Питера взрыкнуть от удовольствия, когда Айзек сжимает ладонями его ягодицы, начиная двигаться в более резком, нетерпеливом темпе. Питер кончает первым, спуская в рот довольно застонавшему мальчику, замершему после оброненного Айзеком короткого приказа "не глотай", и отодвигается, откидываясь на спинку кровати, продолжая любоваться зрелищем - Айзек садится на пятки, заставляя Ланса подняться, обнимает его поперек груди, удерживая, сцарапывая застывший воск с сосков, ни на мгновение не прекращая двигаться, уже понимая, что саб на грани. - Повернись, - Лейхи всё-таки замирает, позволяет Лансу откинуться на его грудь, поворачивая его лицо к себе, наклоняется к сомкнутым губам, проводя по ним кончиком языка, и тихо шепчет: - Теперь верни. Питер со стоном чертыхается, чувствуя новую, совершенно животную волну возбуждения, когда Ланс медленно размыкает губы, достаточно широко раскрывая рот и высовывает выгнутый ложечкой язык, с которого Айзек в несколько лакающих движений слизывает его, Питера, сперму, затем вовлекая саба в поцелуй, демонстративно, пошло, грязно вылизывая его рот, снова начиная двигаться, насаживая Ланса на свой член. - Можешь кончить, - разрешает Айзек, отстранившись от мягких, горьковатых губ, чувствуя приближение собственной разрядки. - Я хочу, чтобы ты кончил на моем члене. Ланселот почти безголосо стонет, выгибаясь в руках оборотня и кончает на выдохе, так и не прикоснувшись к себе, туго сжимая в себе восхищенно вздохнувшего Айзека. Юноше хватает пары коротких толчков, чтобы излиться внутрь обессиленного, дрожащего мальчика. Айзек бросает еще один короткий, мутный взгляд на Питера, опуская голову, вжимаясь на несколько минут лбом в плечо Ланса, чтобы отдышаться, прийти в себя. Снова подняв голову, Айзек бережно укладывает Ланса на постель, расстегивая наручники, чуть улыбается, когда Ланселот негромко, но довольно стонет, прижимаясь спиной к прохладному покрывалу. - Всё, малыш, - мягко произносит, Айзек, поглаживая приоткрывшего глаза саба по щеке. - Ты молодец. - Спасибо, господин, - тихо проговаривает мальчик, облизнув губы. Айзек слегка принюхивается к нему, продолжая гладить млеющего мальчишку. Айзек кивает, вставая с постели и, подхватив сваленную на полу одежду, уходит в сторону ванной: принять душ, освежиться. Питер чуть качает головой в ответ на немое приглашение, и откидывается в кресле, бездумно пролистывая какой-то лежавший на столике журнал. Когда волчонок возвращается, в комнате уже убрано, а Ланс, по прежнему обнаженный, сидит на краю кровати, низко опустив голову, стоит Айзеку подойти к нему. Айзек давит на его подбородок, и саб поднимает голову, улыбаясь мягко, удовлетворенно, довольно. Айзек отвечает ему очень похожей улыбкой, слегка взъерошивая его волосы и, наклонившись, ласково касается губами лба мальчика, произнося: - Спасибо.

***

Айзек устало прижимается к Питеру, обнимая его за пояс, когда они выходят в полумрак зала. Хейл ведет его к барной стойке, заказывая два эспрессо, и волчонок благодарно щурится, не желая отстраняться от мужчины, прижимаясь спиной к его груди, пока тот подносит крохотную чашку к губам, осушая её в один глоток. - Ты действительно умеешь делать подарки, Питер, - Айзек свой кофе выпивает неохотно, и тут же снова жмется к Хейлу, словно ища защиты - сам он себя сейчас чувствует по-хорошему опустошенным, беззащитным, словно обнаженным. Питер обнимает его, наклоняясь к шее, касаясь гладкой кожи губами. - Я рад, что тебе понравилось, волчонок.