Самые

"Чисто ради эксперимента" - так себя убеждал гениальный черепашка, уткнувшись носом в стол. Ему просто хотелось узнать, кто же такой в их семье ответственный (хотя Дон и склонялся к тому, что это был старший), что постоянно приходит к нему посреди ночи, оттаскивает в кровать, а от мастерской до комнат расстояние приличное, заворачивает в одеяло и плюс ко всему ещё и вырубает все приборы, вырубает при этом правильно, а не как попало, лишь бы выключился. Поэтому сейчас, только ради того, чтобы потешить самого себя, Дон решил притвориться спящим. Он это умел и в детстве не раз делал, особенно когда Лео звал всех на уборку. Видя, что младший спит, не трогал, уходил из комнаты и ловил недовольства со стороны двоих других братьев. Донни едва сдержал ласковую усмешку. Послышался громыхающий звук отворившейся железной двери. - Опять? - прорычали со стороны, и гений немало удивился тому, что прорычали именно голосом Рафаэля. Донателло вот вообще не ожидал, что это может быть его вспыльчивый и ни в коем разе не романтичный братец. Почувствовав, как его водружают за спину сильные братские руки, Донни чуть не ахнул: и правда, он! Пока гений боролся с негодованием и самим собой, думая, что это, быть может, и вовсе сон, мол, Дон уснул, пока ждал призрачного помощника, но нет, ругань брата убедила гения в том, что это не сон. Ведь Донателло попросту не знает таких слов, а, следовательно, и во сне их быть не могло. - В следующий раз, - Донни почувствовал, как его, с присущей лишь Рафу грубой аккуратностью, возложили на любимое гением ложе, - вот честно, не буду тебя сюда тащить. Не буду, и всё. Звук шагов и громкое "хлоп" дверью. Донателло даже пересмотрел своё отношение к брату: в его слова совсем не верилось, и не от того, брат по натуре не очень хорошо умеющий выказать заботу, а от того, насколько нелепо для самого Рафаэля прозвучали эти слова: просто, чтобы были. Гений хотел было уже реально погрузиться в страну снов, однако очередной стук дверью заставил его даже едва заметно вздрогнуть. Раф вернулся? Зачем? - Ну ты снова! - возмутились рядом, и уже во второй раз обомлел: на этот раз голос принадлежал Майки. - Я тебе сколько раз говорил укрываться?! Вот сколько?! - вдруг тон становится тише. - А, да, ты же в это время постоянно спал. Ладно, вопрос снят, - Донни почувствовал, как его накрывают тёплым и тяжелым одеялом и почти пытаются завернуть гения в него. - Но всё равно скажу ещё раз: укрываться надо! Ты у нас самый подверженный болячкам. Так что смотри! Я слежу за тобой. Завершив процедуру превращения брата в кокон из одеяла, Майки покинул комнату. Удивление сменилось смущением: ну ты посмотри, даже младший о нём печётся. Гений прикрыл глаза и, улыбнувшись, начал засыпать. Только вот минут через двадцать снова раздался звук открывающейся двери. Хотя сейчас Донни уже догадывался, кто и зачем пришёл в его комнату. - Я выключил его, - раздался голос лидера и глухой звук от несильного удара: брат, вероятно, поставил что-то тяжелое на стол. - И не знаю, правильно ли, но я решил забрать аккумулятор, ведь в прошлый раз эта штука взорвалась из-за перегрузки системы, и ты слёг на неделю от полученных ран. Я ведь говорил тебе больше не работать с ней, - укоризненно продолжил брат, судя по звукам, уходя из комнаты. - Приятных снов, Донни. Теперь гений просто не смог удержать глупой и ласковой улыбки. Его братья слишком идеальны. Его братья самые лучшие. - Надо бы им чем-то отплатить, - шепчет тихо Дон, едва сумев отвернуться к стене, - завтра заобнимаю до смерти...