Я купил себе папу...

— Тём! — уже не боялся крикнуть Васька, когда убедился, что за ними никто не бежит. — Да стой же ты! — попытался остановить он свою пару, но омега уперто тащил его к небольшому домику на территории отеля. — Они там остались… — Там им и место, — усмехнулся Тёма, заходя в дом. Закрыв дверь, он прижал альфу к двери и тут же заткнул его рот, который что-то хотел, видимо сказать, поцелуем. Жарким, пылким, тут было сложно не ответить. Но когда омега начал в спешном порядке расстёгивать чужую рубашку, тот все же отстранился. — Мы договорились дождаться твоего дня рождения, — прицыкнул Васька, но непокорный Тёма лишь укусил его за ключицу, которую успел обнажить. — Нас сейчас остановит одна неделя? — возмущенно уточнил тот, принимаясь расстегивать штаны своей пары. — Был уговор, — оскалился Васька, отодвинув от себя Тёму за плечи. Омега хмыкнул и демонстративно направился к кровати, скидывая с себя одежду. Он прекрасно знал, что альфа не уйдет, и не только потому, что побоится оставить свою пару одну. Просто, они оба возбуждены, и оба этого хотят. Глядя на такого упрямого и непокорного Тёму; Ваське хотелось его связать и наказать… то есть продемонстрировать, кто здесь альфа. Но одна из причин, которая останавливала его, это отсутствие опыта у омеги. Вроде как первый раз нужно быть нежным и понимающим, чтоб партнер получил не только боль от первого раза. Чтоб ему понравилось, и он действительно хотел еще и еще, а не боялся этого как чего-то отвратительного. Только вот, Тема, кажется, специально выводил его из себя. Как всегда. Как сейчас. Омега шел, покачивая бедрами, откровенно скидывая ненужную одежду на пол в хаотичном порядке. Изредка поворачиваясь, чтоб посмотреть на Ваську через плечо. Облизывал нижнюю губу, словно призывал наброситься на него немедля. — Отец заметит, — заворковал Тёма, поставив ногу на кровать и нарочито выпятив свою задницу, начал снимать носок. — Если я в свой день рождения буду специфически ходить, — поменяв ногу, он принялся за второй носок. — Или хныкать от боли в попке… Так что, тебе не кажется, что это самый лучший момент? Васька продолжал плотоядно смотреть на Тёму, боясь даже пошевелить пальцем, чтоб не сорваться. И с каждой секундой, что он наблюдал за своей парой, признавал в себе какого-то мазохиста. Или садиста, которому нравится, как его омега вытворяет такое. Наверное, это вторая причина, по которой Васька просто стоит и наблюдает. Альфе было определенно по вкусу то, как Тёма пытается его соблазнить, как он доходит до предела своего самоконтроля. Все это было словно какой-то игрой, которую он полюбил за такой короткий период. Воспоминания о прошлом сексуальном опыте, сейчас казались каким-то обыденным перепихом. И с каждой секундой, каждым тяжелым вздохом, хотелось лишь больше узнать, на что еще готов пойти его омега. Тёма словно знал обо всех потребностях и пожеланиях Васьки. Он встал на четвереньки и медленно, грациозно как кошка, крался к центру кровати. Глядя на подобную картину, альфа только хмыкнул, решив, что подобное вряд ли лишит его разума. Ну, уляжется омега с раздвинутыми ногами. Да, сексуально и желанно, но, сколько он уже подобное видел? Правда, когда Тёма улегся грудью на кровать и, раздвинув пошире ноги, что продолжали держать повыше его задницу, начал снимать с себя трусишки, Васька сглотнул. Все же, глядя на упругую попку своего омеги, он понял, что есть огромная разница между всеми и Тёмой. Закусив губу, омега повернул голову, чтоб посмотреть из-за плеча на альфу. Тот явно уже был на пределе. Тяжелое дыхание, от которого крылья носа раздувались, жадно втягивая запах. Горящие глаза, неотрывно следящие за каждым его движением. И самое главное, это член Васьки, который уже самостоятельно хотел выбраться из расстёгнутых штанов. — Хочу твой узел… в себе, — просипел Тёма, вставляя сразу два пальца и стараясь побыстрее подготовить себя. Достигнув своего предела, альфа с утробным рыком направился к нему, срывая с себя одежду. Омега невольно сжался, и еле слышно проскулил. Он давно уже заметил разницу между тем, как касается его Васька, и как делает он сам. Конечно же, после того раза, когда альфа погрузил в него палец в течку, омега пробовал повторить этот трюк. Но былого удовольствия он не испытывал. Так что, игра стоила свеч, и он был в предвкушении получить немаленькое удовольствие. Одним движением Васька уложил его на лопатки, выбив из Тёмы весь воздух из лёгких. Да и от такого маневра у малого руки взлетели как крылья, а сердце готово было выскочить из груди. Только вот, Ваську теперь это уже не волновало. Он провел пальцами по входу, собирая смазку и надавив на дырочку, ввел сразу три пальца, проверяя растяжку. Тёма сразу простонал, ощутив как все тело содрогнулось. Ему даже начало казаться, что Васька знает о каких-то особенностях его организма. И знает, как одним движением, доставить ему неземное удовольствие. Но эти мысли сдуло ветром, когда альфа взял в рот его член и начал ритмично двигать одновременно пальцами и головой. Тело Тёмы начало жить своей жизнью. Руки то впивались в плечи, то заплетались в волосах альфы, начинали надавливать на затылок, прося взять глубже или ускориться, а может и чего-то еще. Он и сам не знал, но определенно что-то сделать. Сделать так, чтоб ему было еще лучше, хотя в это верилось с трудом. Бёдра то пытались пойти навстречу языку или губам Васьки, то наоборот насаживались на пальцы. Это казалось какой-то пыткой, ведь хотелось ощутить альфу острее сразу в двух местах. И когда он был уже готов кончить, Васька отстранился. Возмущенный стон Тёмы альфа заткнул поцелуем. Омега на пару секунд опешил, ощутив привкус своего члена, но стоило свыкнуться и начать отвечать на поцелуй, крепко обнимая Ваську; резкая пронзающая боль, из-за которой Тёма жалобно застонал, разорвала поцелуй. Еще два мучительных толчка и со специфическим шлепком от соприкосновения их тел, Васька вошел полностью и остановился. — Это… было больно, — просипел Тёма, ощущая, как Васька слизывает единственную предательскую слезу. Лишь через какое-то время омега ощутил, как боль отступает, и он неплохо так впился короткострижеными ногтями в альфу, который продолжает целовать его шею и лицо. — Чего лежим? Кого ждем? — выдал Тёма и для убедительности двинул бедрами. — Я не взял резинки, — виновато прохрипел Васька. Но тут же ощутил, как Тёма закинул на него ноги и, прижавшись плотнее, прошептал на ухо: — Я на таблетках, давай уже, — нетерпеливо Тёма двинул бедрами вновь. Мозг альфы только успел записать эту информацию, со знаком вопроса, и тут же отложил на потом. — Ох, и договоришься ты у меня, — с еле уловимой улыбкой отозвался Васька и на пробу сделал несколько плавных движений бёдрами. — Обещаешь? — с придыханием уточнил Тёма. И получив положительный кивок, улыбнулся в ответ: — Поймал на слове. Лизнув свои пересохшие губы, омега потянулся за поцелуем. Из-за неторопливых движений, Тёмин член приятно потирался об их тела, вновь возбуждая подростка. А когда Васька чуть поменял угол, омегу словно прошибло током, срывая громкий стон удовольствия. Они оба потеряли счёт времени, пытаясь насытиться друг другом, но это казалось чем-то нереальным. С каждым толчком хотелось лишь больше, сильнее, глубже. Хриплые стоны, пошлые звуки; весь небольшой домик был пропитан запахами их любви. Оргазм их накрыл почти одновременно, альфа отпустил себя почти сразу, когда ощутил легкие подергивания члена омеги и его сперму между их тел. Узел рывками начал набухать, давая какое-то время перевести дух и унять легкую судорогу. — Охре-ене-еть, — изнеможенно прошептал Тёма, ощущая, как узел заполнил его, сцепляя на какое-то время.