Улицы

На какой-то из улиц серого города стояла девочка в шапке с пандой и, лениво почесывая за ушком пушистую собачку, которую держала на руках, задумчиво смотрела в небо. С него капало, и девочка недовольно щурилась и стряхивала воду с ресниц. Обычно серый асфальт еще больше посерел от воды. Здания, обычно темные, графитово-черные, приобрели зловещий блеск и еще больше склонились над головой. Небо сегодня было светлое, платиновое, затянутое жемчужным маревом. Светлое небо отражалось в распахнутых глазах. Сегодня девочка не смеялась. Тяжело смеяться одной в сером городе, когда тебе вторит лишь унылый серый ветер. Девочка вздохнула. Раньше она смеялась не одна. Рядом с ней смеялись глаза цвета льда - серые, но с отзвуком небесной голубизны. Такого неба давно не было - с тех пор как наступила нескончаемая серая осень. Осень должна быть золотой, верно? Но она была серой, а глаза с улыбкой исчезли. Девочка вздрогнула от порыва внезапного злого ветра, хлестнувшего по мокрым щекам. Не, она не плакала - плакало небо. Жемчужными каплями смывало с улиц последние лица. "У лиц не было улиц. У улиц не было лиц." Девочка хихикнула. - У лиц не было улиц. У улиц не было лиц. У лиц не было улиц. У улиц не было лиц! - как мантру повторяла она. И рассмеялась, зажмурившись и подставляя лицо холодным каплям. Дождь усилился, девочка опустила пушистую собачку на землю (на воду) и побежала, поднимая тучу брызг. Не было на улицах лиц, которые бы могли смотреть с молчаливым укором. Были лишь ледяного цвета глаза, следившие за подпрыгивающей шапкой с пандой из-под серого зонта. Молодец, девочка. Серость не способна сломить тебя. Не сломайся. Глаза цвета льда улыбались.