Как приручить паука.

      Продолжение событий, описанных в предыдущей главе. - Какой еще датчик?– едва не простонав, спросил Илья, сдавленно сглотнувший от мгновенно нарисовавшейся перед взором картины падения неуправляемого авто. - Вы что там наделали, а? - Да ничего особого – рулили, а потом сеструха моя отбирать полезла. – откликнулся Витя на расспросы товарища. – А датчик - не знаю даже – какой-то такой, на главном экране он еще, такой…ммм…квадратный, с тремя стрелками… - Который из... - Карасёв, хватит болтать… Ты конечно парень словоохотливый, но сейчас явно не время! – прошипела Алена, которая к тому времени уже почти зашла в кабину. – Помоги… «Уж какой бы опасной ни была ситуация, наша Ханнова ни за что не скажет «Пожалуйста»», - хмыкнул наш герой, попутно отмечая, что самообладание частично возвращается к нему. - О боже… Иду. Вот только как...?       И Карасёв-младший, под советы, доносившиеся из кабины, рискнул.       Бубня себе под нос бодрящее « Ох-ох-хо, не смотри вниз, только не смотри вниз…», парень зацепился за ближайший выступ одного из приподнимающихся листов покрытия корпуса и, немного подтянувшись на руках к этому уступу, спустил ногу с заднего капота на подножку. Правда, после этого ему пришлось ненадолго остановиться, чтобы унять некстати подступавшую волнами дрожь, усилившуюся при невольном взгляде под ноги – внизу стремительно проскальзывали и исчезали как задравшие голову пассажиры, некоторые из которых даже пооткрывали окна, чтобы воочию убедиться, что летит военный транспортник, так и улицы с небольшими площадками, оформленные как мощеные камнем площади со вставками прозрачного стекла, по окантовке которых шли золоченые и хромированные металлические кольца – за стеклами находились генераторы мягкого, матового освещения, включавшегося по вечерам и ночью. - Ты что делаешь? Не смотри вниз! Илья! – донесся до адресата голос Алёны, прозвучавший так, словно пришел откуда-то издалека. Наш герой нашел это поводом для размышлений – неужели полюбившаяся ему девушка, до этого обращавшая на него ровно столько же внимания, сколько и на любой чайник, переживает за него? Или это просто нежелание потерять «еще одного бойца» своего взвода? Неизвестно, куда бы завели его эти соображения, но неожиданно его из ступора вывел предмет, едва-едва не приложивший «великого мыслителя» по макушке. - Илюха, давай скорее. И не боись, все еще не так плохо, - крикнул из салона Витя, стараясь подбодрить товарища. - Ох…       И парень продолжил пробираться к спасительному прямоугольнику двери. Сделав крохотный шажок вдоль подножки, юноша сумел перекинуть и вторую ногу на опору. Испытывая странное чувство, что половина пути пройдена, Карасёв-младший несколько ослабил хватку и пошатнулся на носках. - Чёрт, чёрт, чёрт. И угораздило же…– пробубнил Илья, навалившись к борту. - Илья, сюда, - воскликнула Алёна, высовываясь из всё еще открытой двери. Воздух стал несколько разреженным: неуправляемый аппарат поднялся выше высоток и, видать, собирался свалиться в неуправляемый штопор. Парень сделал еще пару шажков в сторону спасительного отверстия и не нащупал левой рукой никакого, пусть самого завалящего выступа. Стараясь удержаться, он начал ощупывать отливавшую зеленью гладкую поверхность, и, не удержавшись на рефлекторно вытянувшихся носках, соскользнул…       Но не упал. - Держим! – в унисон грохнули два голоса – молодого механика удерживали сразу две руки – одна, более длинная и широкая, принадлежала Витьке, а вот вторая, более тонкая и изящная, однако от этого не более слабая, явно принадлежала Алёне. - Спасибо вам, ребят, - произнес Илья, как только его втащили внутрь; с лица парнишки медленно сходила бледность, сменявшаяся слабой краснотой, появившейся от чувства стыда за свое неловкое положение и благодарности за помощь. Рядом с ним стоял улыбавшийся во весь рот Витя, а напротив несколько хмурая Алёна. - Да не за что, - ответил Витя. Ханнова просто кивнула. - Приветствуем вас на борту неуправляемого транспортника «Вика и Ко». Рады, что вы выбрали наше падение. Ваши деньги – наши поломки, - подала голос Тараева-младшая с кожаного кресла второго пилота. - Вика, прекрати, сейчас не время, - с крохотной долей обеспокоенности обратилась Алёна. – Показывай лучше нашему…мастеру, в чем проблемы. - Ну, это мы мигом, - деловито сказала сестра-близнец и, легко спрыгнув с кресла, подошла к центральному пульту, держа руку за спиной. – Вот тут какая-то деталь отвалилась, вот она, - она показала рычажок, - а вот и этот датчик, он тут чегой-то…это…забарахлил.       Илья молча подошел к экрану управления. Мда-а… ну-ка глянем, что здесь…а вот если здесь крутануть – не поддается, а, вот она, основа рычагов поворотных рулей... что? О нет, да тут вырвана контроль-плата – сразу видна рука «профессионала». Что же делать то? Вероятно, последние слова «рыбная кость» произнес вслух. - Вот и мы так же раздумывали, решили у тебя спросить, - озадаченно ответил блондин.       Уж он-то надеялся, что умник, в шкафу которого Виктор не раз замечал оставленные детали каких-то приборов, который даже во сне пару раз втирал ему с закрытыми глазами про всякие бозоны и схемы, а потом вырубал бортовое питание и засыпал , знает что делать. Настроение команды разом упало, когда автолет медленно и необратимо стал заканчивать «горку» и уходить на спуск. - Кто-нибудь, сделайте что-нибудь уже! Я не хочу умирать вместе со своим вонючим братцем! – отбарабанила Вика на одном духу, когда мимо нее кубарем пронесся Витя под воздействием ускорения. - Чего разлегся? – пожурила она своего братца, однако далее этого дело не пошло – их всех накрыл собой неведомо откуда сорвавшийся Илья.       Неожиданно раздались проклятия и ругательства: Вика, закрывшая глаза и вероятно решившая, что на нее напали, ударила наугад, попав в беззащитный красный нос Тараева-младшего, второй рукой закатывая брату оплеуху. Не желавший оставлять это без ответа, юноша затеял короткий бой. А тем временем Илья, ценой невероятных усилий добравшийся по отводным трубкам и сиденьям, установленным на десантный манер вдоль боков и предусмотренным для пассажиров, до пульта управления и вновь взялся за работу с жалкими останками от некогда целого ручки управления. - Это сюда, а теперь – попробуем так… - за считанные мгновения Илья поставил посильную замену рулям, оглянулся - аппарат тем временем уже почти достиг одной из площадок, несясь с всё возрастающей скоростью вниз; даже сзади уже затих шум бредлама, был слышен только гул ветра, трущегося о корпус стальной машины да легкий шумок от электромагнитов, - и двинул его на себя.       Автолет задрожал, но рулей все-таки послушался. Выход из пике дался нелегко для всего, что не было как следует пристегнуто сзади, в том числе и для близнецов, которых, после массовых метаний по стенкам и потолку заднего отделения, наконец-то приземлило куда-то за сиденьями. У всех кружилась голова. - Уф, Илья, молодец, спас нас, - облегченно вздыхая сказал Витя, сопровождая свои слова стиранием пота со лба сестры. – Илюх, повешу твой портрет, обязательно – только подумаю, где он лучше будет смотреться: в тренерской Катюкова или в кабинете географа. Она так и не простила, что ты ее поправил… – Вот будут рожи у всех, когда вернемся! Надо было позаботиться о цветах, подготовиться хотя б, - вставила словечко Тараева-младшая. - Какие еще цветы? Какая подготовка? – поинтересовался Илья, слегка поворачивая магнитную машину в сторону окрестностей города. – Вы что, это заранее спланировали? Вот это да. Сильно. Даже очень. А еще, знаете, очень глупо. Что будет, когда дядя Пет….Плавин узнает, что по ГГ связи вы ему звонили? - Конечно готовились, ты как хотел – целых пятнадцать минут, когда Сёма спорил с…как ты сказал…дядей Петей… - утвердительно кивнула Тараева, как ни в чем не бывало закинувшая ногу за ногу и откинувшаяся на спинку сидения. - Фи, да наш Симеон (Его бесит, когда так называют, - упоенно добавила Тараева-младшая) попытался покопаться в том макете и едва не распрощался с пальцами. А потом еще обвинял во всем нашего дядю Петю, - пояснил Витя, для наглядности иллюстрируя свою речь движениями рук. - И вызывали его в самом деле. Когда мы отправили голографическое сообщение от имени этого Дагура, что учебку свалила массовая диарея и есть жертвы… - оживленно стала рассказывать Вика. Даже не верится, такое у нее одухотворенное лицо видать только и бывает, как после пакостей, подумалось Илье. - Давай реально так сделаем, а, сестр! - с лукавым огоньком в глазах обратился к сестре блондин. - Именно! - Так, хватит. Никто никого травить не будет, вам ясно? – вступила в разговор Алёна, до этого слушавшая с интересом, но решившая остановить рождение идей у близнецов. И, успокоившись, добавила: - Вот что-что, а тебе, Вить, радоваться бы не стоит. Вам уж точно влетит по первое число. Когда вы строили стенку, что вам пообещали за следующий проступок? По мере нарушения? – со слабым задором произнесла Алёна, которая уже приходила в себя после «штопора – Кстати, Карасёв, что с этим циферблатом? - Я всего лишь оговорился, а вы уже тут такого… - начал было говорить молодой техник, но глянул на экран и притих, что-то обдумывая. Его состояние начало передаваться остальным членам «команды». Прошла минута. А может и всего несколько секунд напряженного молчания. Потом Илья коротко сказал: - Надо садиться. - А долететь до базы мы не можем? – с едва ощутимой робостью спросила Тараева у новоиспеченного пилота. - Не сможем… Либо сажаем на опушке ближайшего леса, либо взрываемся в воздухе, – изменившимся, резко посерьезневшим голосом поведал Илья. Для него самого голос прозвучал как-то иначе, измененно. Как, ну как так то? - Поэтому мы летим за черту города, по направлению к базе. Когда датчик покажет максимум нагрузки, садимся в лесу и идем пешком, - вынесла вердикт Ханнова, - Веди, Карасёв.       Рулей машина слушалась плохо, и наш герой то и дело бросал беспокойные взгляды на датчик нагрузки и температуры, стрелка которого уже начинала подскакивать к самому пределу.

***

- Что значит «ничего такого не произошло»? Петь, ты понимай как хочешь, но что у тебя, чёрт возьми, творится в училище? – неистовствовала голограмма мужчины мощного телосложения, одетая в форму полковника «Варягов». Да, с начальником училища, Плавиным, говорил отец Ильи – Сергей Карасёв. - А что должно было произойти? Ты вообще о чем? – недоумевал светловолосый мужчина, стоящий на точно таком же овале установки передачи 3D изображения. - Как о чем? Мне передали сообщение о том, что у вас там…эээ…эпидемия. Я отправил перезапрос, но ответа не получил, - уже более спокойно произнес Сергей. Багровые пятна, поначалу покрывавшие лицо непосредственного начальника, немного убыли. - Сообщение? И что за безрукий обалдуй это затеял? Может отправили по ошибке? – привел свои размышления Плевака. – Помнишь же, связисты постоянно дурачатся, им же весело путать небылицами друг друга. Сам посуди, все эти свежеиспеченные летяги – еще дети. - Помню, как не помнить… Сами в таком пару раз участвовали. Но нельзя же из этого балаган устраивать, чёрт их побери! Поговори с ними, наложи в конце концов наказание в пару караулов или нарядов, Плевака? – уже примирительно, но не без горячки произнес Карасёв, целиком выдавая свое душевное состояние после тревоги за сына и вверенное ему учебное заведение. - Ну ты-то ведь согласен со мной, а, Петя? - Конечно, Серега. Это мы мигом. Между нами говоря, твой парень делает успехи в учебе, - доверительным тоном с забавным огоньком в глазах поведал товарищу начальник военного учреждения, попутно показывая за спиной кулак вбегавшему связисту. - Не шути так… Ты же знаешь, какие у него с самого детства… особенности - Знаю, поэтому-то и не сомневаюсь в нем. Парню удается все, за исключением пары предметов: выживание в дикой среде и физкультура. Да, он тощий, хилый, немного неуклюжий, но это пройдет. - Вот ты загнул так загнул, Плевака. Когда в психологи записался-то, а? – с некоей веселостью поинтересовалась у мужчины голограмма Карасёва. – У самого-то…       Диалог был неожиданно прерван вбежавшим молодым офицером: он имел столь напряженный и одновременно растерянный вид, что оба старших офицера мигом насторожились. - Товарищ майор! Тут это…в общем…некоторые первокурсники… - путаясь в словах произносил покрасневший не то от бега, не то от накатившего волнения парень, впопыхах даже не заметивший голографического изображения полковника, который вновь свел брови в задумчивой мине. - Ну? Что сделали эти первокурсники? Курили опять, пили, дрались на лазерных ножах, что? – подсказывал слова Плавин, видя растерянное состояние подчиненного. «С этим беднягой явно кашу не сваришь, а если и сваришь, то все одно получится вермишель», подумалось ему. - Нет, товарищ майор. Они угнали транспортник ЭМТ-12М, - набрав в легкие побольше воздуха и найдя в себе душевные силы, ответил «бедняга». – Всего их четверо – близнецы Виктория и Виктор Тараевы, Алёна Ханнова – одна из ротных – и…Карасёв Илья. - Что за леший у вас там творится, Плевака, черт тебя… - неожиданно разгорячилась фигура Сергея Карасёва, до этого с успехом принимаемая за некую беловато-серую статую олимпийского победителя в метании ядер и людей. Казалось, что от потока выкрикиваемых ругательств даже аппаратура на некоторых столах начала работать с перебоями. - Товарищ полковник, дайте же договорить связисту. А…кто именно угнал нашу машину? Не Карасёв ли, Илья который? Щуплый такой еще, с умным видом ходит. - Н-нет, - повисло некоторое молчание. Полковник продолжал что-то бубнить себе под нос, прямо как его сын «час от часу не легче…докатились…скоро будем от червяков спасаться в норах…и чем только Плевака не шутит…»       Видя, что помещение стремительно наполняется таинственными флюидами ярости и раздражения, часть энергии которых может достаться и ему, парень неожиданно добавил: - За рулями точно был кто-то светловолосый, вероятно, кто-то из близнецов, а вот Карасёв вообще был где-то сзади ЭМТ… - Ну и где они теперь? – спросил после стремительного выплеска эмоций полковник, обращаясь и к майору, и к неизвестному ему офицеру одновременно. - Они попали в окрестности города – об этом уже известно чуть ли не половине города – и, пересекая уличное трехярусное движение по улице 50 лет полета на Марс двинулись к центру…там было какое-то движение, кто-то ходил по обшивке прямо в полете…очевидцы заметили, что их шатало – наверное попали во встречный воздушный поток… А дальше я не знаю – они неожиданно стали уходить вверх, а потом… - Что потом? Суп с котом? – язвительно и, вместе с тем, озлобленно спросил Карасёв. Связист, невольно глянувший на начальника, потупил взгляд и переступил с ноги на ногу. - А потом ЭМТ ушла в штопор. Но не волнуйтесь (- А я и не волнуюсь, - буркнул полковник), - поспешил уверить парень, - в последний момент они выровняли машину и двигаются теперь в сторону базы. - А связаться с ними по радиосвязи не пробовали? – сокрушаясь над самостоятельностью нынешних офицеров, медленно осведомился Плавин. - Пробовали, - неуверенно подал голос парень, - один раз нам ответили, по времени, вроде как, сразу после выхода из неуправляемого штопора. Кто ответил не понятно, но сказали, что какой-то датчик показывает сильный перегрев системы и еще что-то про сломанный руль и больных на всю голову…неважно. Передали, что будут лететь сколько смогут, а потом связь оборвалась – вошли в зону поглощения. - Ну так выясните, где они летят и забирайте их, - проявляя изумительное самообладание, распорядился Карасёв-старший, и медленно добавил, направляя свой взгляд на Плеваку, - а с Ильей я побеседую лично. Доложите мне, когда все будет сделано. - Сделаем, будь спокоен, - подтвердил Петр Плавин и, смахивая воображаемый пот со лба, выключил передатчик. Связист, стоявший недалеко от дверей, повторил его жест. - А ты чего смотришь? Зачем же ты, тюлень такой, при полковнике такое сморозил. Ладно хоть вообще предупредил, - обратился, словно что-то вспомнив, Плавин к бедняге-лейтенанту, стоявшему в той же немой позе у двери. – Ну, слышал приказ? Иди, собирай данные…Ладно хоть Илюшка там, разбились бы без него, дурни молодые, не иначе.

***

- Ну как там? Все в порядке? Илья? – спрашивала у нашего героя Алёна, которую молчание парня начало раздражать. –Да чего ж ты молчишь-то, рыбий хвост, а? - Ну, что же сказать… видишь во-он ту стрелку? Сдвоенную. Вот она почти дошла до подпредельной черты. Я конечно понимаю, что это не дело – разбираться такому ратному «труженику» как я в технике, но я тем не менее разбираюсь. И поэтому, Алёна, мы должны садиться через… - иронизируя («Занудствуя», - мысленно поправила его Ханнова), пояснил Илья. – Витя, сколько времени? - Без… э-э…двухсот двадцати минут обед? Или ужин? - Ха-ха, а если не дурачиться?- вяло посмеялся Илья, вмиг делая серьезное лицо, на котором как-то слишком «по-взрослому» смотрели яркие зеленые глаза. Да так, что даже Тараев-младший, отставив в сторону юмор, назвал время, отчасти удивленный такому взгляду, исходившему от, пожалуй, самого слабого и не боевого курсанта. - Тебе тоже кажется, что он может смотреть как серьезный коала? – шепотом осведомилась у брата Виктория, не забыв толкнуть того локтем под ребра, - или как ошалевший… - Прекрати. Не видишь, он думает, как нас долете…доставить. И он смог связаться с базой, не то, что ты, - и он кинул на сестру насмехающийся взгляд, - максимум, что ты смогла сделать тут – это включить регулятор климата. Да еще и поставила настройку «осенний дождь», спасибо, сестренка… - Ребят, осталось пять минут. Все ищите место, куда я мог бы посадить в этих дебрях нашу махину. - Так мы пешком пойдем? Так ведь и вся жизнь может закончиться в пути, подобно странникам в глуши, мечтающим о… - обреченно, а может и наигранно произнес Витя. Его поддержала сестра. - Ну же, ребят. Мы знаем путь, так что доберемся мы быстро, особенно бегом. Если нас ничто и никто не будет задерживать, - и Ханнова бросила наполненный прежним презрением взгляд в сторону потомка полковника Карасёва. – А вот и место.       Уже некоторое время они парили над лесом, неожиданно возникающем сразу за городом и последней городской постройкой. Слава богу, что в 2068 году ввели серьезные ограничения по использованию леса и в разы увеличили лесопосадку. Связано это было, главным образом, с возникновением электронной «бумаги» - этаких гнущихся во все стороны – хоть трубкой сворачивай – листов, которые, благодаря определенному заряду, могли хранить в себе одну или несколько страниц. Посреди разукрашенного дыханием осени леса находилась слабо приметная полянка, усеянная различными сорняками и травами. Было и несколько деревьев. ЭМТ начала приземляться, но посадка вышла не очень по причине сломанного руля. - Ну дела… - воскликнул светловолосый парень, выпрыгивая из приземлившегося и примявшего траву автолета и потягиваясь. – Теперь куда нам?, - спросил он, обращаясь к Алёне и Илье сразу. - Надо свериться с картой бы… - начал было Карасёв. - Да зачем нам карта, Илья, нам туда, - и Ханнова двинулась напролом через кусты крапивы, репейника и хмеля. Хмыкнув, она пояснила обескураженным ребятам причину своего движения, - я видела часть вышки связи, установленной у нас в училище. Она там. Пошли.