Мы живы, пока жива надежда

— Ребята, послушайте минутку, — Елена Сергеевна снова собрала всех учеников старших классов в библиотеке. У них возникло много вопросов, но ответить на все было невозможно. Что за болезнью они болеют? Почему их охраняют военные? Когда будет связь? Знают ли об этом родители? — Пожалуйста, не говорите все одновременно, — уговаривала их Крылова. Ей было тяжело всех перекрикивать. — Тогда скажите нам правду, что у нас за болезнь? — Спросила ученица из восьмого класса. — Что военным было нужно? Этой ночью они пробирались в школу! Нам страшно! — Поддержал её друг. — Я хочу выйти отсюда! Хочу домой! — Кто-то уже начинал хныкать. — Послушайте: мы находимся на карантине, потому что этот грипп более тяжелой формы, чем обычный штамм. И опасней во сто крат. — Да они нас обманывают! — воскликнул Харитонов, — никакой это не грипп! — Мы хотим поговорить с нашими родителями, — хныкала Света. — Ваши родители в курсе происходящего, я давала интервью телевидению. Это не продлиться долго. Все под контролем, — Крылова пыталась держать ситуацию в своих руках, но видела, что выходило это крайне плохо. — Я хочу вернуться домой! — Я все понимаю, но сейчас это невозможно. Военные должны предотвратить распространение болезни вне школы. Все под контролем, — снова повторила Елена Сергеевна. — А мне плевать, что все под контролем! Я хочу выбраться отсюда, если потребуется, мы сломаем заграждение! — Ученики возбужденно зашумели на высказывание Славы Харитонова. — Это не игра! По периметру, чтобы никто не выбрался, установили мины! — Сегодня утром Крылову известил об этом полковник. Совет учителей был в шоке от этой новости. Мало им проблем. — Если нам и получиться излечится от болезни, то следующий этап освобождения — это квест под названием: «пройди через минное поле живым и не взлети на воздух», — сказал Морозов. — Я не верю ни единому слову, — сказал Слава, — однажды вы нас уже обманули. — Пойдемте, нужно выбираться отсюда! — Нашлись ученики, поддержавшие Славу. Елена не знала, что делать. Ситуация начала выходить из-под контроля. Одна она не справлялась. Был бы здесь сейчас Виктор, он бы что-нибудь придумал. — Я пытался выйти за периметр, — Андрей привлек к себе внимание, — в меня стреляли. — Те, кто снаружи — не шутят, — сказал Максим. — Мы не можем допустить хауса, здесь маленькие дети, — Елена Сергеевна благодарно посмотрела в сторону ребят. — Все выберутся отсюда целыми и невредимыми. После собрания Харитонов и кучка старшеклассников, которые поддержали его идею о побеге, собрались в холле. — Вы готовы идти прямо сейчас? — Спросил их Слава. — Пошли уже! Нечего здесь делать, только мозги пудрят. Будто мы ничего не видим и не слышим, — пробурчал друг Славы. — Мы даже не можем просто позвонить домой! — Света продолжала хныкать. Они направились к двери, когда их заметили Лиза и Вика. — Вы куда собрались? — спросила Лиза Славу. — А тебе какое дело? — буркнул Харитонов. — Слав, неужели ты не понимаешь, что все серьезней, чем ты думаешь! Если ты выберешься отсюда, то твои близкие и не только, могут заболеть! — Лиза попыталась удержать одноклассника от побега. — Хватит вешать лапшу на уши, Виноградова! Мы и так устали от бесконечного вранья Крыловой и других учителей. Я бы предложил тебе идти с нами… — Да, я думала, ты умнее, Слава, — Лиза покачала головой, — пошли, Вик. Когда школьники вышли из школы, они помчались в кабинет к Елене Сергеевне. Их одноклассников немедленно нужно было остановить! Они просто не понимают, что творят. — Елена Сергеевна, наши одноклассники пошли в лес, — сказала Вика, — Слава, Света и еще несколько ребят! Они решили вырваться из оцепления. *** — Классно же съездить в Грецию, да еще и на халяву? Машина военных с Ермолаевым и Уваровым ехала по шоссе прочь от «Логоса». На подмосковном аэродроме их уже ждал готовый взлететь в любую минуту частный самолет, который всего лишь через несколько часов приземлится на острове Несирос. Константин Георгиевич свободной рукой схватился за сердце. Его по-прежнему держали в наручниках, прикованных к инвалидному креслу, освободили лишь одну руку, чтобы он мог сам поесть. — Всё играешь? — Уваров откинулся на спинку кресла, — валяй, я посмотрю на твой дешёвый спектакль. — Я тебе сказал, что не могу покинуть пансион! Клапан активизировался. Он перекрывается с каждым километром все больше, — Ермолаев закричал от боли, — чем дальше мы отъезжаем, тем больше сжимаются сосуды — это меня убивает! Уваров забеспокоился. Похоже, инженер на самом деле не шутит. — Остановите машину! — Крикнул он водителю, и грузовик затормозил на дороге. Ермолаев потерял сознание, Уваров проверил пульс. Живой. Флейшер же голову оторвет, если с инженером что-то случится! — Быстро, в лагерь! Отъезд отменяется! — скомандовал Уваров. *** Через полчаса ребята собрались в библиотеке. Вике было, что рассказать ребятам. Антон и Лиза присоединились к ним. — Карл Флейшер — настоящее им полковника, — сказала Вика. Расшифровка ноутбука Уварова уже дала первые результаты. На нем были найдены старые фотографии нацистов, в том числе и Карла Флейшера, он был в списке тех устроителей проекта «Gemini», которым удалось сбежать. У Назаровой оказалась программа, которая позволяет состарить лицо человека на фотографии. Они загрузили в программу фото одного из нацистов, и Яна с Еленой узнали в нём полковника Фролова, командующего военными за периметром. — Один из немцев, чье кресло было в зале нацистов, — сказал Максим, — за военным карантином стоит «Ingrid». — Как этот он мог оказаться в армии? — спросила Лиза. — Это может быть не армия, а подставной спектакль, — предположил Андрей. — Раз Карл Флейшер командует всем этим снаружи, нам не выйти отсюда живыми, — сказал Антон. К ребятам подошла Токарёва. — Вика, как дела с ноутбуком Вадима? — Разбираемся. Одни документы зашифрованы, другие повреждены. Вадим подтер следы основательно. — Ты сможешь их расшифровать? — Спросила полицейская. — Не знаю. Я попытаюсь, но в любом случае — это займет время, — вздохнула Кузнецова. — Когда мы выберемся отсюда, все, что на этом ноутбуке, поможет нам засадить всех их за решётку. Не выпускайте ноутбук из виду ни на секунду, — попросила ребят Токарёва. *** Майор и Соколов возвращались с разведки. Ермолаев все еще находился в лагере. Они видели, как нацисты выгружали его из грузовика. Собирались увезти, но что-то не получилось? Раевский первый заметил группу ребят, приближающуюся к ограде. — Не двигаться! — крикнул ученикам военный, — по периметру оцепления заложили мины! — Вернитесь по своим следам и делайте это очень медленно! — Подтвердил его слова Соколов. Одноклассники переглянулись. Поверить им? Никто не хотел взлететь на воздух. Но и домой тоже очень хотелось. — Возвращайтесь! Света! — Девочка застыла и не двигалась с места, когда как другие ребята начали всё-таки возвращаться по своим следам медленно и аккуратно. Их застукали и убежать уже не дадут. — Я боюсь, — сказала девушка. — Смотри на меня, — ее позвал Владимир, — я подойду к тебе, успокойся! Иди по своим следам, осторожно. Света кивнула и сделала первый шаг навстречу. — Вот так, хорошо! Ты уже здесь! — Соколов успокаивал школьницу. Еще несколько шагов, и девочку поймал майор. Володя, было собирался присоединиться к ребятам, но почувствовал, что его нога на что-то вступила. Мина! Он застыл на месте и перестал дышать, когда как другие ученики и Раевский уже уходили. — Ты чего? — он кивнул Соколову. — Мне придется здесь переночевать, — Владимир нервно сглотнул, — я наступил на мину. Военный увидел, что нога Соколова стоит на небольшом холмике, который сразу и не заметишь: мина засыпана землей. — Дети, отойдите подальше. На вашем месте я бы вообще вернулся в школу. Мина может взорваться в любой момент, — посоветовал Володя. Майор пошел к Соколову по своим следам. — Ты что делаешь, с ума сошел? Раевский дошел до него и аккуратными движениями очистил мину от зелени и земли. — Я уже видел такие мины. В Цхинвале. С товарищем было тоже, что и с тобой, — сказал майор, вспоминая боевые действия жаркого августа две тысячи восьмого года. — Ну, тогда лучше не буду спрашивать, чем все закончилось, — кивнул Володя. — Ты не должен менять нагрузку на мину. Если ты это сделаешь… — То меня привезут в пансион по кусочкам, — закончил за него Соколов. Он прекрасно знал и без майора, как работают мины «лягушки». — Володь, я тебя вытащу. Но мне необходимо вернуться в школу за помощью, — кивнул майор. Он должен был продолжать играть свою роль, чтобы никто не догадался, что он — диверсант. Если он на самом деле сможет спасти поварёнка, то отодвинет на время от себя подозрения. — За помощью? — заложник мины хмыкнул, — зови уж лучше сразу волшебника на голубом вертолете или поищи в лесу Цветик-Семицветик. *** — Вы безответственны! Вы хотели стать распространителями заразы?! — На встречу к возвращенным в школу ученикам вышла Елена Сергеевна и с порога начала их отчитывать. — Мы просто хотели, — начал Харитонов. — Хватит! Никаких объяснений не принимаю! Марш по своим комнатам! И не пытайтесь снова бежать! У нас без вас хватает проблем, — всплеснула руками директор школы. — А Володя? — спросил кто-то из ребят, — что будет с ним? Крылова непонимающе на них посмотрела. — Мы постараемся вытянуть его из того дерьма, куда вы его втянули, — ответил майор Раевский, пришедший следом, — все свободны, марш отсюда! *** Павел и Вера собрались в комнате у Назаровой, чтобы обсудить возможный план вызволения учёного обратно в пансион. Все коробки уже были подняты наверх. Осталось только сконструировать машину. Назарова слабо верила в то, что за два с небольшим дня у учёного это получится. Но это был их единственный шанс. — Ты уже в курсе, что военные окружили периметр минами? Теперь туда так просто и не пробраться. Единственное свободное пространство — так называемый КПП. Так что в гости к солдатикам придется идти с парадного входа. А это, сама, понимаешь, может наделать много шуму, — сказал Павел. — Да, и по-английски уйти не получится, — Вера облизала пересохшие губы. — Если бы только Вадим и Флейшер смылись из лагеря куда-нибудь, а мы уж тут как тут. И только в том случае, если они не перевезли Ермолаева в другое место, — размышлял Павел. — Размечтался. Стой! У нас же есть один Уваров? — Назарова вспомнила и просияла от посетившей её идеи. Хоть она и была сумасшедшей. — Антон? Хочешь парня под пулю подставить? Вадим даже размышлять не станет, только его увидит, — Лобанов отрицательно покачал головой на восклицание Веры. — Антон бы смог отвлечь военных, пока мы похитим Константина Георгиевича, притворившись Вадимом, — предложила она. — С условием, если по-близости не будет Вадима. Обезвредим его на время, и вместо Вадима по лагерю будет ходить Антон. Хотя это все равно небезопасно, — кивнул Павел. В комнату к Назаровой, где проводили экстренное заседание Вера и Павел, постучались. — Войдите, — отозвался Павел. В дверном проеме показался Антон, и Вера усмехнулась, глядя на Павла. — Антон, у нас к тебе есть дело, — сказала она. — У меня к вам тоже есть предложение. Это по-поводу Ермолаева, — кивнул Антон. — Похоже, мы мыслим на одной волне, — усмехнулся Лобанов. — Я могу помочь вам вывезти инженера, отвлеку военных. Меня примут за Вадима, — Антон почти дословно пересказал предложение Веры. — А мы, тем временем, обезвредим Уварова и вывезем инженера. Отлично, — кивнула Назарова. В комнату к Вере снова постучались, на этот раз Токарёва. — У тебя сегодня день открытых дверей, Вер! — Усмехнулся Лобанов. — Не до шуток, Павел Петрович! Соколов встал на мину. *** — Человек одной ногой на мине! — Токарёва пыталась договориться с военными по рации, чтобы они помогли вызволить Соколова из ловушки, которую они же установили, — стоит пошевелиться, и он взлетит на воздух! — Если бы никто не пытался сбежать, ничего подобного не случилось! — Последовал ответ из рации. — И это все, что вы можете сказать? — Следователь была в бешенстве, — вы окружили минами школу, может умереть человек! А вам на всё это наплевать! Для нациста жизнь другого человека ничего не стоит! — Конец связи, — рация замолчала. — Я не знаю, что мы будем делать, — начал военный, — этот вид мин практически невозможно разминировать. Хотя… В кабинет воровался Воронцов, за ним вошла Тамара. — Славина сказала, что может попробовать синтезировать лекарство, которое вылечит от вируса! — Воронцов был весь красный и вспотевший. Медик кивнула. — Но для этого потребуется взять кровь у Нади. — Не думаю, что Андрей согласится, — покачала головой Елена. — Елена Сергеевна, вы их опекун и директор школы. Могут погибнуть две сотни детей! — Для Нади это будет опасно? — Обеспокоенно спросила Елена Сергеевна. — Нет, лишь будет некоторая слабость, но ненадолго, — пообещала медик. *** После совещания в директорской Раевский снова связался со своим непосредственным начальством и доложил о том, как обстоят дела в пансионе. Пользуясь моментом, пока его никто не ищет, заперся у себя в комнате. — Есть новости! Тамара думает, что сможет синтезировать лекарство, — сообщил майор полковнику Флейшеру. — Я же не могу держать осаду вечно! — Голос полковника был обеспокоенный. — Какие указания? — Спросил Раевский. — Узнайте у нее, как она собирается сделать лекарство. Я с ней сам разберусь, — сказал полковник. — У них ноутбук Вадима Уварова, — эту новость майор не хотел сообщать больше всего. Полковник сурово посмотрел на Уварова. Вадим пришел в недоумение. Он слушал разговор, находясь рядом. Как они смогли его открыть? — Не знаю, я удалил все файлы и уничтожил его! — Уваров развёл руками. — Что у тебя в нем было? — строго спросил полковник — Всё, абсолютно всё! — в голосе Вадима слышались нотки волнения. — Раевский, найдите ноутбук и избавьтесь от него! — Слушаюсь, полковник! — У нас по-прежнему стоит повар на мине, — сообщил майор. — Это не повар, это человек Князя, — сказал Вадим, — одной проблемой меньше. — Мои люди все еще считают, что выполняют гуманитарную миссию. Что я должен им сказать, если позволю человеку взлететь на воздух? — Полковнику всё это не нравилось. Ох как не нравилось. — Полковник, если кто-то и может разрушить наши планы, то это именно он, — сказал Вадим. — Тогда его необходимо устранить. Не ставь меня в неудобное положение перед людьми, — кивнул Флейшер. — У меня есть план, как нам обезвредить поварёнка, — Уваров улыбнулся. Больше в миру Илья Шевцов, он же повар «Логоса» Владимир Соколов, он же агент Князя им мешать не будет. Уваров с радостью проследит сам, как тот фейерверком взлетит на воздух.