Анорексия

Уже стемнело, время около полночи, ветер начинал все сильнее дуть, что хрупкая спичка могла просто полететь ввысь. Немного снега, который лежал на дороге, крыше зданий, многоэтажек, в целом везде понемногу. А свет от фонарей, фар машин и других источников света, создавал картину наполненную «свободой» и неописуемой грусти, которая переходила в незыблемую радость. Но, как правило, если что-то греет изнутри, то и ничего не страшно. Его грели чувства, которые он испытывал к брюнету. Просто нравится общаться, просто нравится узнавать его больше и открывать для себя что-то большее, просто нравится смеяться от радости, которую он испытывал при разговоре. Он необыкновенный, если узнать, но такой закрытый, пропитанный болью одиночества. Хочется просто помочь, не от того, что «так надо», а действительно простые настоящие чувства. Это не то, что привыкла считать серая масса, это совершенно другое - это истина. Почему? Позвольте поясню. Простые чувства( без разницы какие) к незнакомому не родятся, будет просто безразлично даже разговаривать с таким, потому что обои не могу испытывать настоящее, ведь это лишь показуха. Противно просто находится с таким. Глупо, не так ли? А если капнуть глубже, то можно увидеть кучу смешных моментов социума. А ведь из них никто и не задумывался об не материальном счастье. Они просто повторяют то, что делали из века в век другое поколение. Не смотреть на свое окружение и продавать его ради какой-то продажной дурнушки. Насильно быть с тем, кто не нужен и страдать от того, кто так нужен. Как говориться: своего человека ( не переношу это существительное) чувствуешь и тянешься к нему, а если просто тупо следовать моде, то ничего и не будет. Но мы сейчас не будем столь углубляться, а начнем другие, то чего вы так ждете. А знал ли Алекс, что случилось с его «лучшим другом»? Он будто предчувствовал, что-то совсем не так. Беспокойство становилось, сильнее и Любомирский спешил, ну как спешил, с надеждой, что это лишь кажется, он не сильно и торопился, а просто быстро шагал. И как он шел, оглядываясь по сторонам, совсем не важно, так что не будем вдаваться в подробности. Наконец, он дополз до подъезда многоэтажки, забрался в лифт и нажал нужный этаж. Мысли о плохом уже утихали, потому что он уже почти рядом с ним и это значит, что все будет хорошо. Выйди из лифта, пройдя еще чуть дальше, он достал ключи из кармана черного пальто и вставил их в замок. Полная мгла. Странно, обычно такого нет.Конечно, есть, но хотя бы из одной комнаты-то виднеется свет. Уже быстро сняв ботинки и повесив пальто, он начал звать Доминика. Но ответа не было, нервишки уже начинают шалить. Проходит вперед, но ни на кухне, ни в зале и не в ванной его не было. Значит спит? Хм, стоит заглянуть. Послышался легкий стон, но он был слабый, поэтому Алекс не сразу его услышал. Огромное окно и свет из него падал прямо на этот комок, который находился на постели. Парень приблизился и увидел то, во что не мог поверить. Быстро подбежав и заскользив по полу, он развернул к себе брюнета. А тот лишь плакал, просто плакал… -Эй, что за черт?,- обеспокоенно сказал.- Подожди, я сейчас все сниму,- с этими словами он снял «повязки» с его уст и оч, затем нашел ремешок, который был у таза, расстегнул, довольно крепко был привязан, и, приподняв немного за бедро, начал аккуратно доставать чужеродный объект, который был весь окровавлен. Шатен был просто ошарашен этим, насколько можно было так сделать и за что? Он такой хороший, добрый, просто чудо, а тут такое, что просто не укладывается в голове. Когда повязки были сняты, он мог отдышаться. Задыхался от нехватки воздуха. -А…але…ксс,-простонав, от неприятных ощущений сказал.- Мммм…я…,-хотел было что-то сказать, но парень перебил его, сказав, что все хорошо и ничего не бойся, ведь рядом я. С этих слов, все стало так спокойно, что можно было, наконец, сомкнуть глаза и уснуть от усталости и боли всего ноющего тела. Алекс пытался, насколько это было возможным, достать страпон без сильной боли. Но от каждого движения, Доминик болезненно постанывал. На теле было куча синяков, засосов, окровавленные соски от укусов, которые ныли еще больнее от прикосновений. - Я резко достану, придется потерпеть немного, хорошо?,- обеспокоенно спросил парень, придерживая за ногу и страпон. -Ла…дно, все хоро..шо, не пережи…вай,- немного улыбнувшись.- Ну, че…го ты? Все же хорошо,- сказал он. - Да, блять, где здесь хорошо? Тут ничего хорошего вообще нет, - резко ответил парень. -Ты хотел достать вроде бы… -Я просто…понимаешь, я слишком волнуюсь за тебя,-взяв страпон, за конец, который уже примерно на 8 сантиметров вышел, он резко дернул от чего Доминик устало проорал «Сука». Отдышавшись от такого момента, парень лежал, щурившись, смотря на Алекса. Как тот выбросил это «орудие пыток» в сторону и заботливо смотрел и укрывал брюнета. На его лице было такое огорчение, которое переходило в вину. -Доминик, прости меня, пожалуйста. Если бы я пришел раньше, то его бы не случилось. Ты же девственник и… я не буду расспрашивать тебя об этом. Понимаю, трудно рассказать, что произошло,- сидя у кроя кровати, держа за лодыжки ног, он так обеспокоенно говорил. -Алекс, а как же наруч…ники и веревки? ,-ухмыльнувшись немного спросил он, будто проигнорировал то, что сказал Алекс, но на самом деле это не так:- Ты же не виноват, сам прекрасно это понимаешь. Не, мне не трудно рассказать это. Просто обидно, что так произошло. -Я люблю тебя,-наклонившись и прилег рядом с ногами Санторского,- Ты постоянно пытаешься шутить, когда на самом деле , так плохо. Почему? Почему, ты пытаешься держаться? Да, пускай это лишком сопливо, но я не знаю, как выразить то, что чувствую. Меня разъедает это изнутри. Я так привязался к тебе, ты слово луч добра в этом гнилом мире. Я никогда так не любил. Возможно, просто ты это все, чего мне так не хватало. Я мало знаю тебя, да и ты меня, но ведь узнать кого-либо невозможно,-пустив слезы, лежал Алекс. -Эй… ну, что такое? Ну, трахнули меня, как последнюю шлюху, но это ведь не конец света. Просто, это я плохо поступил, с этими, кто сделал это со мной. Пожалуйста, не плачь, не стоит,- пытаясь утешить, того, кто так сильно переживал, сказал Ник. -Домииииниииик,- поныл парень, уткнувшись в постель. -Алееееееееееееекс, наручникииииии,- с улыбкой на лице, сказал Санторский. -А, прости, сейчас,-резко понял голову, спокойно одернул одеяло и взял ноги парня,- Ключ, я его не вижу по близости. -Серьезно? Да я смотрю, ты у нас такой наблюдательный,-подшутил Доминик. -Ха-ха-ха, ржу не могу. Сейчас попробую самому вывести твои ноженьки из заточения,- уже более улыбчиво ответил Алекс.- Все точно хорошо? Или просто пытаешь… -Алекс, я серьезно. Через какое-то время все утряслось. Шатен менял простынь, пока парень сидел в воде. Как он добрался, спросите вы? Логично предположить, что Алекс его отнес в теплую воду. Набрав должный уровень воды, то есть до линии живота. Парень остался, спокойно лежать, почти засыпая, но тут появился Любомирский. Спустив воду, он накинул тело парня широким полотенцем и поднял на руку, как принцессу. У брюнета же появилась пелена перед глазами и, не сопротивляясь сну, закрыл глаза и погрузился в пережиток дня - сон. Постель пахла свежестью. Черный цвет - приятный цвет. Алекс же просто остался с ним, лежа около него, робко обнимая за талию, он закрыл глаза и последовал за Санаторским.