Ты - мое спасение и моя боль

Круэлла уже несколько дней жила в Сторибруке, городе, казавшемся ей, привыкшей к роскоши и помпезности, уж слишком маленьким. Люди смотрели на нее с недоверием и отчуждением, хотя, другого она от них и не ожидала. Круэлле хватало общения с Урсулой и недавно воскрешенной Малифесент. План Румпеля потихоньку приходил в действие, поиски Автора отнимали у них практически все время. Все это время Де Виль старалась не оставаться с Темным наедине: всегда с ней была Урсула или Малифисент. Круэлла избегала личного разговора с Голдом. С момента встречи с ним, ее голову не покидали мысли и воспоминания, из-за которых она не могла заснуть по ночам. Прошел еще один день, наполненный загадками, поисками, вопросами. Круэлла устала после тяжелого дня и решила выпить отборного виски, но ехать в бар показалось ей плохой идеей, не хватало еще, чтобы ее посадили за вождение в пьяном виде, поэтому она нашла в своем багажнике бутылку прекрасного Glenfiddich (что-что, а выпивку она выбирать умела), и поехала в хижину Голда, где все они остановились. Благо, Темный с подружками Круэллы искали где-то зацепку об Авторе, и хижина была полностью в распоряжении Де Виль. Круэлла скинула шубу и каблуки, от которых уже ныли ноги, достала из шкафа бокал, открыла виски и приземлилась на мягкий диван. Налив виски, она посмотрела сквозь прозрачный бокал, о чем-то задумавшись на пару секунд, и наконец-то выпила содержимое. Золотистая жидкость приятно обожгла горло и внутренности женщины. Она поспешно налила второй бокал, но опустошила его медленнее, наслаждаясь каждым глотком. «Какая ирония! – подумала Де Виль – я надеялась, что хоть что-то изменится, но я также сижу и пью, как я пила бы в Нью-Йорке или том же Лос-Анджелесе!» Но в глубине души женщина понимала, что кое-что изменилось. Здесь есть ОН, тот с кем она так боится остаться наедине, потому что точно не может определить своих чувств к нему. Погруженная в свои мысли, Круэлла опустошила полбутылки. Внезапно дверь хижины отворилась, Де Виль это взбесило, она так хотела побыть наедине с собой еще немного. Она уже приготовилась встретить колким словечком Урсулу или Малифисент, но, увидев Румпельштильцхена в дверях, осеклась, так ничего и не сказав. - А, Круэлла, ты уже вернулась. Вижу, дела у тебя идут не очень, раз ты распиваешь столь роскошный напиток одна, - сказал Румпель, взглянув на полупустую бутылку виски и бокал в руках женщины. - Я.. я… просто… эм, хочешь выпить? – только и смогла произнести Круэлла. - Не откажусь, день был действительно тяжелым, - Румп достал бокал и уселся на диван подле Круэллы. Де Виль плеснула ему виски и забилась в дальний угол дивана. Что делать, как себя вести, она не знала. - Знаешь, сегодня мы нашли кое-что действительно интересное, - начал рассказывать Темный, но Круэлла не вникала в смысл этих слов, она слушала голос, тот голос, что она так любила, - а у тебя что нового, дорогуша? - Эм… ну я… была в этом эм… «Черт, Де Виль, соберись, что ты несешь!» - думала про себя женщина, но вслух не произнесла ничего толкового. - Дорогуша, может тебе хватит виски на сегодня? – произнес иронично Румпель. - Румп, что я здесь делаю? – неожиданно тихо для себя спросила женщина. - Ну, сидишь на моем диване и явно перебираешь с виски. - Нет, что я делаю здесь, в Сторибруке? - Добиваешься своего счастливого конца, помогаешь найти Автора… - Не понимаю, я была вполне довольна жизнью, у меня было все, я была счастлива. Зачем тебе понадобилась я, разве ты великий Темный не смог бы найти Автора сам? – Круэлла наконец-то взглянула ему его глаза и к удивлению обнаружила, что они смотрели с нежностью и… пониманием. - Ты не была счастлива, развод… - Да-да, - женщина не дала ему договорить, - развод, конечно, пошатнул мое положение, но у меня еще остался свой бизнес и кое-какие средства в Монте-Карло, да и наследство родителей всегда под рукой, - быстро проговорила Круэлла, уставившись на дно своего бокала. - Неужели ты думаешь, что все твое счастье заключается в материальных ценностях? Я помню другую тебя… - Что именно ты помнишь о той, другой, мне? – полушепотом спросила женщина. - Я помню всё.