Чувства не важны?

      Ночь давно накрыла тьмой город, не давая и лучику света пробиться сквозь тьму, что освещал лишь свет тусклых фонарей. Бродя по улице в неизвестном направлении, Антон пытался поймать хоть какую-то нить того, что произошло с ним за последний час. Дэн признал его как своего альфу, согласился на метку, и в придачу он ждёт ребёнка! Что окончательно выбивало из колеи. Он и не понял, как оказался возле дома Семы, брата Дени и по совместительству его лучшего друга, это он и познакомил горе парочку.       Постучав, дверь Антону открыли не сразу. Хозяин не очень-то и был рад ночному гостю, но не стал ничего говорить, а просто пропустил того в дом.       - Ну и что тебя ко мне привело? – сложив руки на груди, оперевшись об дверной косяк, поинтересовался Сем.       - Я совсем запутался… Поможешь? – отчаянье читалось в глаза Антона, но Сёма не спешил с ответом, как будто что-то ещё отвлекало его мысли.       Просидев в тишине минут пять, Антон уже хотел переспросить, как его перебил Сем.       - И что ты натворил?! – сказать, что в голосе не было укора, ничего не сказать.       Сема давно знал, что его друг - дурак, творящий непонятно что, чудил чуть ли не каждые пять-десять минут. Но когда тот ещё и к его брату приклеился, у Семы челюсть чуть не отпала. Он смирился, видя, как Антон изменяется рядом с Дени, вот и махнул рукой на их отношения.       - В общем…       Рассказав всё про метку, беременность, и про то, что он не знает, что сейчас делать, Антон произнёс:       – Я как дурак, не знаю, что будет дальше.       Семёну хотелось покрутить у виска и сказать, что-то типа, ты даун, дебил, козел и тд. Что собственно он и сделал.       - Ты уёбок, если я тебя грохну, то сделаю великое одолжение миру, чтобы он не видел, какое ничтожество породил, – всё распылялся Сем, а Антон лишь широко раскрыл рот глотая воздух, таким друга он ещё ни разу не видел. – Бери свою сучью задницу, и тащи её к Дену! Я не знаю, как ты это сделаешь, но ты должен перед ним извиниться и срочно…       - Но…       - Попробуй только рот гандон открыть! Где были твои мозги, когда ты оставил его?! У вас и так отношения чёрт разберёт, а тут ещё после всего, что только произошло, куда-то взял и съебался.       Поорав ещё минут пять, Сема выставил Антона за дверь. Да альфа и не сопротивлялся, учуяв запах течного омеги, сам поспешил покинуть дом. Хоть его они теперь и не привлекали, но вот мешать Сёме как-то не хотелось.       От дома Сёмы Антон быстро добрался до парка. Сидя на лавочке, он смотрел в тьму дома, точно зная где его окна. Темнота в них пугала, он не знал: дома ли его омега или же ушёл. Неизвестность пугала. Сердце в груди билось тревогой.       - Сейчас он там один, а я… Что же ты сделал со мной, мой милый?       Прошептав свой вопрос в темноту, как будто ища в ней ответ, Антон встал с лавочки и решил, во чтобы-то ни стало заслужить своё право вернуться.       РOV Дениса.       Я лежал, вслушиваясь в звуки, удар дверью раздался эхом, в квартире повисла тишина. Предательские слёзы катились из глаз, ожигая кожу. Я уже не мог сдержаться. «Зачем?.. Ну зачем же я ему рассказал? Сделал бы аборт и всё, а теперь он ушёл!»       Глаза уже опухли от пролитых слёз, а душа болела. Всё теряло свой смысл. Тело слабело от усталости, не давая нормально двигаться. А тиканье часов, что сейчас резали тишину, не давали успокоиться. Закутавшись в одеяло и свернувшись клубком, я ещё долго смотрел на дверь, надеясь, что она откроется. «Это не сказка… Не может быть так, как я захотел…» Подушка была уже мокрая, откинув её подальше, я и не заметил, как уснул…       Проснулся я от звука отрывающейся двери и вздрогнул. Что же будет? Я не мог понять. Неужели он просто соберёт вещи и уйдёт?! Нет не хочу, всё что угодно но только не это!       Когда Антон зашёл в комнату я готов был ужаснуться. Он сел на кровать и, поглаживая меня по плечу, стал будить.       Прижавшись к альфе, я не смог и слова вымолвить:       - Дени, вставай нам нужно поговорить.       Я не подавал виду, что слушаю, а он всё продолжал.       – Нам действительно нужно поговорить.       - Не уходи, - а после чувства навалились на меня, и я уже не следил за тем, что говорю, – только не уходи, я всё сделаю… Если тебе не нужен ребёнок… Я… я пойду и сделаю аборт, только прошу, не уходи…       Слёзы всё лились из глаз, капая на брюки Антона. Стоило мне закончить, как он подхватил меня на руки и усадил к себе на колени, прижимая так бережно и властно, что я расплакался только сильнее.       - Глупый, малыш, неужели ты думаешь, что я хочу смерти нашему дитя? Я не оставлю тебя. Слышишь, НЕ ОСТАВЛЮ!       Я отстранился от него, не понимая, что с ним. Но его слова грели душу и слёзы потихоньку прекращались.       - Но… ка-а-ак же? Ты... ты ведь не хотел… - я начал заикаться, не в силах нормально говорить.       Антон всё не отпускал меня, прижав к себе, он поцеловал меня в висок и прошептал на ухо:       - Только от тебя я приему всё, что ты мне дашь. Не важно, пусть я даже умру, но если это ты, то мне все равно, пока тебе хорошо.       - Кретин… Я не хочу твоей смерти… Ты… ты мне нужен.       На его лице сияла улыбка, от чего и мне захотелось улыбаться своему альфе.       - Держи, - на протянутой мне руке было серебряное кольцо на цепочке, такое же, как у нас на пальцах, только в нём был один камень и восемь свободных для других. Я не мог понять, что с ним не то, но альфа лишь улыбнулся. Прошептал на ушко, его дыхание опалило кожу, - сколько пустых мест, столько детей я и хочу…       - Дурак, - лишь это я и смог сказать, всё ближе припадая к груди моего альфы, ведь теперь я точно уверен, что он меня не оставит и мои чувства для него важны…