Ангел и Убийца

Мы вскоре вернулись в форт. Сохмет встретила меня с виновато-невинной мордой. - Ну не тяни. Говори, кого убили? - Американцев. Двух из трёх... - Молодец. А ты куда смотрела? Кошка виновато потупилась, а Айна легонько тронула меня за плечо - Прошу, успокойся... - мне хотелось взбеситься, и наорать заодно и на неё, но я вздохнула. Нет, не могу уже. Нервные клетки не восстанавливаются! Я полезла в сумку и достала небольшой пузырек, капнула на язык три капли, и поморщилась. Резкий холод на языке перешёл в приятное покалывание и тепло. Я улыбнулась и потрепала кошку по загривку. Это успокоительное. Все, ближайшие пару часов я буду спокойная и умиротворенная, как слон. - Ладно, не расстраивайся! Я сама виновата - Ардет мне велел следить за ними, а я на тебя свалилась... - Ты ушла за археологом, - уныло вздохнула Сохмет, - а я не выполнила твою просьбу... Так что ты полностью права, ругаясь на меня... - Да хватит самобичеваться! - прикрикнула я на кошку, и что бы отвлечь ее от этих дум, заговорила о другом, - так, план остался прежним - Иви, давай, веди нас в свою библиотеку! Та по-солдатски (эк я ее выдрессировала, аж самой за себя погордиться можно) вытянулась и повела нас в какими-то окольными путями и задворками к своей библиотеке. Слава ей и хвала - никаких неприятных встреч по пути не было, только какой-то бухущий мужик попытался попросить у меня на опохмелку. Обнажения флиссы хватило на то, что бы тот драпанул без оглядки. Я, довольно усмехнувшись, мотнула головой в сторону: - Пошли дальше. Мы дружным маленьким стадом взбежали по лестнице, и я первая распахнула дверь. И тут же восхищенно взвизгнув, повисла на шее брата. Тот тоже с удовольствием меня приобнял и шутливо хлопнул по попе. Я, тут же отцепившись, отвесила ему символическую затрещину, от которой он увернулся. Обряд встречи-приветствия был соблюден, хотя и в сокращенной форме и мы уже рядышком повернулись к остальным. Рик немного припух от такой фамильярности, Айна была невозмутима, хотя в ее глазах и проскакивали чертенята, Иви что-то пробурчала себе под нос, а смотритель музея недовольно поджал губы. - Вижу, наши сверх-активные археологи не очень поняли, что натворили. И как у них вообще получилось пробудить от сна этого Зверя. Ардет, у тебя язык лучше подвешен, введи наших новых друзей, - последнее слово я выделила особо, - в курс дела. Братишка кивнул (язвительный взгляд из-под пушистых ресниц в мою сторону я предпочла не заметить) и заговорил мягким, напевным голосом, от которого у меня всегда мурашки бежали по коже – мой брат был замечательным сказочником. Знание уймы легенд, сказок и песен и погружающий в историю, бархатистый голос всегда доставляли ему проблемы – на стоянках меджаи, условностей в поведении у которых было всегда мало, начинали просить его рассказать что-нибудь. Тот, немного поломавшись, всегда затевал какую-нибудь говорильню. Эту легенду я слышала раз семь и с удовольствием послушала восьмой. - Три тысячи лет назад, плюс минус день, наши предки служили охранниками у фараона Сета 1. Но однажды они не смогли остановить заговор – ведь заговорщиками был главный жрец Имхотеп и любовница фараона Анк-Су-Намун. И фараон пал. Но женщина не протянула долго – она покончила собой. Жрец, забыв обо всех законах, украл тело Анк-Су-Намун, которую любил и при помощи Черной книги попытался вернуть ее к жизни, но его остановили. И прокляв, похоронили с живыми скарабеями в саркофаге. А теперь он вернулся, что бы отомстить, уничтожить людской род и вернуть жизнь Анк-Су-Намун. Главный завет меджаев, первая история, которую мне рассказали, когда я стала воином, благодаря голосу Ардета снова погрузила меня в глубину веков. И я словно сама увидела Имхотепа, его смерть и подлую предательницу Анк-Су-Намун. Легенда вроде короткая, но мне нравится. - Почему он боится кошек? – задал вопрос по теме Рик. Тут уже я могла ответить, чем воспользовалась в тот же момент: - Кошка – страж загробного мира. Пока он полностью не инициировался, Зверь будет бояться их. - Простите, но в гробнице, когда Имхотеп увидел меня, он назвал меня… Анк-Су-Намун, - с придыханием добавила Иви, косясь на меня и Ардета. Я тут же влезла с язвительным хмыком: - Не льсти себе, ты совсем не похожа на древнеегипетскую красавицу. Иви поморщилась, но снова с вопросом уставилась на Ардета. Тот хмыкнул: - Он уже выбрал человеческую жертву для того, что бы воскресить свою возлюбленную. Иви явно поплохело. Джонатан меланхолично-шутливо хмыкнул - Нда, не повезло тебе, сестренка… Я дернулась – меня всегда так называл Ардет. И поморщилась. - Что теперь будем делать? - Искать союзников, - чуть изменившимся тоном сказал братишка. Я повернулась, и, проследив за его взглядом, охнула – в верхнем окне было прекрасно видно, как солнце закрывает луна, превращая нежно-голубой небесный шелк в темно-красный, словно набрякший кровью. Полное затмение! - …И простер ОН руку к небу, и погасло солнце… - процитировал смотритель. Вдруг Иви звонко хлопнула себя по лбу и выскочила из комнаты с криком: «Идея!» Я мотнула головой Айне, мол, пригляди. Та понятливо кивнула и тоже вышла. Рик и Джонатан тоже отправились узнавать «идею» Эвелин. В комнатушке остались только Сохмет, я, смотритель и Ардет. Как только последний из американцев вышел, я тут же прижалась к боку Ардета и первым делом спросила: - Как все прошло? - Не очень, - поморщился мой братишка. - Ну давай, поведай мне этот дивный сказ! – подлизалась к нему я. Тот, лишь усмехнувшись, коротко сказал: - Ничего особенного не было. Мы вошли в гробницу. А когда увидели Зверя, он только захохотал, и разметал нас по углам своей силой, вышел и, вызвав песчаную бурю, в ней умчался куда-то. Я приказал своим воинам возвращаться и поскакал сюда, что бы посоветоваться с моим другом. Смотритель фыркнул и поманил Ардета. Я вежливо отвела глаза, позволяя отойти моему брату и сама села на диван. Сохмет, тут же воспользовавшись этим, влезла мне на коленки и затихла, едва слышно, утробно мурча. Я машинально достала расческу из кармана и принялась расчесывать ее. Мурчание стало громче – Сохми очень любила, когда ее избавляли от лишней шерсти. Потихоньку я пыталась прислушиваться к негромкому разговору Ардета и смотрителя музея. Братишка явно был раздражен и немного злился, смотритель тоже был зол, но еще и сильно волновался. Как я не прислушивалась, я смогла уловить только отрывки разговора. - …настоящий вождь… - …но мой отец!.. Что ты имеешь против?.. - Ты должен… Она же сестра!.. влюбился?... -… Издеваешься?... Да она… сто очков форы… Тут я перестала подслушивать и сам задумалась. Влюбился? В кого? Мне немного стало… не по себе… И я снова прислушалась. - Ардет! Твоя сестра… ты дал клятву! …на нее, как на женщину… Ой, кажется, он про меня! Влюбился? Черт-черт-черт! Я почувствовала, как щекам стало жарко. Сохми приоткрыла глаз и язвительно хрюкнула: - Подслушивать нехорошо! Я треснула ее щеткой: - Издеваться над тем, что тебя чешет – тоже. - Он же влюблен в тебя, - сообщила она. Я, решив, что она так изощренно издевается, надулась и снова щелкнула ее по ушам. Ардет резко встал и довольно громко сказал: - Все. Хватит нести чушь! – стиль разговора был для Ардета нехарактерен. Он нервничает. Я предпочла отвести глаза, когда он подошел. Братишка сел рядом, хмурясь. - Куда эта сверх-реактивная Иви унеслась? – спросил он у меня немного чужим голосом. - Не знаю. С ней Айна, думаю, особых проблем она не доставит. - Кстати, ты так и не рассказала, кто эта особа. Радуясь перемене разговора, я объяснила, добавив, что не помню, что значит «Посвящённая 2 ранга». А потом обратила внимание, что Ардет сидит, выпучив глаза и не дыша. - Эй, Ардет! Ардет-бей, вы меня слышите? – официально обратилась к нему я. - А… Эммм…. Не знаю, что и сказать… - прокашлялся братишка, - умеешь ты друзей заводить, конечно… Посвященная 2 ранга – это… Это все равно, что у средневекового короля доверенный полководец! Посвященный 2 ранга всего три. При другом стечении обстоятельств ты бы ей тапочки по утрам в кровать подавать должна бы. - Это ты меня оскорбить попытался? – надула губы я. Братишка неожиданно тепло и задорно улыбнулся: - Нет, просто пример привел. Мне нравится его улыбка. Ласковая, как последние лучи солнца. А еще глаза у него темные и бархатистые. В обрамлении темных ресниц и под темными бровями они казались черными. Хотя на самом деле – темно-синие. Я мысленно щелкнула себя по носу: «О чем ты думаешь, развратница?» и собралась задать следующий вопрос, но тут нашу идиллию прервал монотонный, как рокот моря напев-скандирование: «Имхотеп! Имхотеп! Имхотеп!» Хммм, кажется, я знаю, чьих это сухоньких, замотанных в бинтики рук дело. У-у-у, психолог хренов! Я подорвалась с места, и в этот момент в комнату ворвалась Айна: - Джури, за мной! – я, не задавая вопросов, ринулась за подругой. Ардет мчался дальше, Сохмет, притворяющаяся спящей во время нашего разговора и свалившаяся с колен, скакала рядом. Мы (меня немного занесло) затормозили у здоровенной каменной глыбы, сплошь испещрённой мелкими иероглифами. Иви уткнулась в него носом и, похоже, отрешилась от действительности, Рик, увидев нас, едва заметно, но облегченно перевел дух. Конечно, очень неприятно ждать неизвестно чего, когда подруга лихорадочно расшифровывает древние письмена, а тебе в ближайшем будущем, возможно, придется защищать ее от загипнотизированной толпы. - А где Джонатан? – первым делом спросила я - Убежал заводить машину, - сообщила мне Айна, Рик в подтверждение только кивнул. Со двора раздалось рычание машины. В этот момент Эвелин радостно вскрикнула: - Да! Вот вам кембриджские профессора! Я, не церемонясь, дернула ее за руку. Айна не удержала на языке вопрос, неторопливо чапая за нами: - А что ты хоть там нарасшифровывала? - Я поняла, где находится Золотая книга, способная отнять жизнь у Имхотепа! Я болезненно передернулась, Ардет тоже вздрогнул. Сохми фыркнула. Иви недоуменно нахмурилась: - Что? - Никогда не произноси его имя. Оно приносит несчастья, - пояснила я, запрыгивая в машину. Чесслово, мы всей толпой едва разместились в четырехместной машинке. Считайте сами – я, Айна, Ардет, ну кошку мою можно за половинку посчитать – три целых пять десятых. Потом семейка Карнахен – Джонатан и Иви, да плюс Рик, да еще и какой-то американец в довесок. Итого семь с половиной человек. Многовато! И чего я так разболталась? Да мне просто банально страшно. Вот я свой страх и пытаюсь заговорить. Силы воли мне не хватает. Как Ардета я вечно мучила – в засаду ли, на охоту – меня разбирал говорун. Не могу молчать, хоть шепотом, а трепаться буду. Ну или сама с собой, как сейчас… И при этом мне все надо облечь в красивые слова – я не скажу, например, «побежал», я найду синоним: «устремился», «помчался», «поскакал». Страх божий, короче… Ладно, возвращаюсь к сухому и последовательному изложению фактов…