Behind the camera

Из Боготы Луи вместе с парнями и остальной командой группы отправились в Лиму. Дорога до Перу не была утомительной, как ожидал Томмо в самом начале, но это было, по большей части, только из-за того, что на середине пути Найл силой затащил его в автобус One Direction, усаживая на диван между собой и Гарри. Блондин вручил Луи джойстик от приставки, сурово и без каких-либо возможных возражений приказывая играть. Яркая заставка FIFA соблазнительно горела на экране плазмы и Луи не мог не имел никакого права отказать настойчивому ирландцу. Спустя час игры, трех побед и стольких же поражений, все казалось Луи не таким удивительным. Найл не был той самой самодовольный супер-звездой, которая ставила себя и свои потребности превыше всего, а Лиам не казался зазнавшимся поп-исполнителем с возмутительно завышенной самооценкой, с чем Луи ожидал столкнуться в процессе работы. Гарри же, в свою очередь, был самым очаровательным и милым ребенком, которого Томмо доводилось когда-либо встречать в своей жизни (не считая его сестёр, конечно). В какой-то момент дороги Луи обнаружил ноги кудрявого на своих бедрах (впрочем, это было неожиданностью только для него) пока парень крепко спал, растянувшись на красно-черном кожаном диване тур-автобуса. Хорошо. Кажется, не только Найл не знал, что такое личное пространство. В любом случае, грудь младшего плавно вздымалась, его руки лежали на животе, словно обнимая самого себя, а взъерошенные волосы были разбросаны по поверхности подушки. Луи абсолютно точно не хотел сделать снимок спящего Гарри Стайлса.

***

На Estadio Nacional, где проходил второй концерт группы, толпа также стояла на ушах. Фанаты плакали, парни дурачились на сцене, Луи делал фотографии арены, огромных экранов, вновь и вновь поражаясь сплоченностью и целостностью всего фэндома. Да, Луи гуглил некоторые вещи перед сном, чтобы быть в курсе дела. Его фотографии не всегда получались четкими, но в этом и было все очарование таких снимков. Он наслаждался выступлением с тем же удовольствием, что и остальные зрители. Перелет до Чили и перерыв всего в два дня между выступлениями и работой был для Луи совсем непривычным в его и без того разбитом графике жизни. Интервью выматывало, а отдых возле бассейна с Гарри и Найлом было едва ли не одним из самых ужасных решений в его жизни. Они совершенно не дали ему расслабиться, постоянно ошиваясь где-то рядом. Томмо засыпал, стоило только его голове коснуться подушки, а просыпался под шум закрывающейся двери, уже заранее предупреждая Найла усталым: я встал, я встал. На это блондин только широко улыбался, вновь совершенно бессовестно плюхаясь на кровать Луи с раскинутыми в разные стороны руками. Томмо с трудом приходилось мириться с этим. На саундчеках во время небольшого перерыва между репетициями, Гарри приносил Луи холодный йоркширский чай (кудрявый выучил любимый напиток парня), захватывая для себя бутылку минералки. Он улыбался, как самое невинное существо на планете, что не могло не заставлять Луи улыбаться ему в ответ. Младший рассказывал какие-то незначительные факты из своей жизни, часто уделяя внимание «тук-тук шуткам», которые заставляли Найла протестующе застонать, а Лиама серьезно попросить кудрявого «ни в коем случае больше никогда, никогда не делать этого снова». Луи же считал смеющегося Гарри - самым очаровательным зрелищем в мире, искренне не понимая, почему каждый реагировал на невинные анекдоты младшего так резко. Стайлс часто вызывал кучу вопросов у многих. Особенно у Луи. В Сантьяго One Direction отыграли два концерта на Chile Estadio Nacional. Затем Буэнос-Айрес на Argentina Velez Sarsfield, Монтевидео в Uruguay Estadio Centenario, Рио-де-Жанейро на Brazil Apoteose, где Гарри расстегнул молнию своих чёрных джинсов, стягивая края, чтобы показать черные краткие сводки и крошечный ‘Brasil!’ на левой верхней части бедра. И, наконец, последним шоу в Южной-Америки - Сан-Паулу на Brazil Estádio do Morumbi. Каждый из концертов был по-своему уникальным. Коллекция невероятных фотографий Луи пополнялась редкими снимками с каждым новым шоу. Большинство он оставлял себе в личную картотеку, забивая съемный жесткий диск воспоминаниями. Когда первая часть тура подошла к концу, Луи запаковал в чемодан дорогую бутылку виски для Зейна. Он отослал лучшему другу сообщение с точным временем и датой его прилёта в Хитроу. Когда Луи прощался с группой в аэропорту Сан-Паулу, Найл крепко обнял его, желая хорошенько отдохнуть за восемь дней, Лиам пожал руку, а Гарри не выпускал из своих объятий вплоть до расставания (Луи улетал в Лондон, Гарри - в Лос-Анджелес). Они придумали им название в Бразилии, когда Томмо стоял возле статуи Христа-Искупителя. Гарри тогда был слишком возбужден после долгого трудового дня, а Луи нравилось делать снимки немного сумасшедшего парня. В момент, когда оба изображали драку супер-рейнджиров, Найл с самым серьезным выражением лица заявил, что они оба «снюхались», тем самым вызывая новый приступ истерики. Никто не был против такого высказывания, поэтому, после долгого, совершенно неудержимого смеха, Гарри провозгласил их «Командой Мечты», что совсем скоро стало еще одним обозначением «Луи и Гарри».

***

Зейн встретил Луи в Хитроу ранним утром, приветствуя крепкими объятиями. Он отпустил пару шуток на тему внешнего вида лучшего друга, абсолютно точно не делая акцент на порванном свитшоте шатена. Все это: голос брюнета, его запах одеколона, манера речи и улыбка были так до боли знакомы, что Луи только тогда всецело осознал, как сильно он на самом деле скучал по лучшему другу. Луи любил Зейна. Они выпили пару бутылок пива, будучи в их квартире, обсуждая все изменения, которые произошли во время отсутствия Томлинсона. Зейн рассказал о записи своего собственного студийного альбома, о своей новой знакомой - Джиджи Хадид (которая, к слову, понравилась ему), о звукозаписывающей студии и обо все на свете, и Луи гордился им. Томмо пошутил, обещая брюнету создать его личный фан-клуб на Facebook'e. В свою очередь, тот дал слово, что Луи будет его персональным фотографом, когда Малик станет знаменитым.

***

Выходные Луи не могли продлиться долго. Со вторника по среду он ездил в SYCO, куда нужно было отвезли некоторые документы и подписать кое-какие бумаги о неразглашении. Томмо отдал почти все снимки менеджерам, что должны были "одобрить" каждую из фотографий отдельно для Year Book и фильма, дабы никакой "лишней" информации не просочилось в сеть. Также Томмо увиделся с Саймоном, переговаривая кое-какие моменты контракта. В четверг объявилась Лотти - младшая сестра Луи, и его мама, которая приехали в город, для того, чтобы выбрать «самое лучшее свадебное платье в мире». Джей чуть было не расплакалась, показывая Луи фотографии самых младших близнецов - Дорис и Эрнеста, на что Шарлотта углубилась в долгие рассказы о каждом из четырехмесячных младенцах в мельчайших подробностях. Луи скучал по своей семье. Спустя два дня они уехали домой в Донкастер, а в воскресенье утром раздался телефонный звонок. Луи сонно прохрипел, переворачиваясь на бок. Он лениво потянулся к прикроватной тумбочке за телефоном, сонно смотря на имя входящего. - Лу? - неуверенно переспросил он, на что стилистка по другую сторону провода стала громко кричать по поводу какой-то экстренной ситуации. Томмо вскочил на ноги быстрее, чем даже мог успеть понять это, не задавая лишних вопросов. Он накинул на себя первые попавшиеся вещи, взял камеру с рабочего стола, а затем убежал из квартиры, громко хлопнув входной дверью. Зейн сладко посапывал в своей постели.

***

Единственное, что чувствовал Луи, когда стоял перед дверью в гримерную One Direction, это то, что желание убить Тисдейл превышала все возможные нормы ангельского терпения шатена. Зачем его нужно было будить в такую рань всего лишь из-за какого-то гребанного незапланированного интервью, на котором, кстати говоря, присутствие Луи было необязательным? Томмо прикусил нижнюю губу, толкая дверь внутрь комнаты. Найл сидел на диване, скорее всего уделяя должное внимание своему твиттеру, Лиам смирно терпел все издевательства Ханны над своими короткими волосам, игнорируя почти убийственный взгляд Томлинсона, Гарри же, едва заметив парня, как можно быстрее приблизился к нему, широко улыбаясь. Он заключил его в крепкие объятия, сгорбившись так, что широкие плечи младшего закрывали за собой все тело Томмо. Луи был больше, чем уверен о явно нездоровой зависимости кудрявого в телесном контакте. Он не был против, честно говоря. Спустя какое-то время Луи все же потрудились объяснить причину неожиданно срочного вызова на интервью. Точнее, не совсем интервью. Оказалось, что сроки съемок рекламы духов «You & I» сильно поджимали, поэтому, чтобы не выбиться из графика еще сильнее, музыкантов вытащили с заслуженного отпуска на площадку. Луи стоило огромных трудов не засмеяться слишком громко, когда Гарри выскочил из-за угла в черной лыжной маске на голове и в костюме "ниндзи". Он не удержался и сделал быстрый снимок, ослеплял кудрявого яркой вспышкой. - Хэй, я ничего не вижу, - часто моргая, хмуро пожаловался Гарри, потирая глаза кулаками. - Больше никогда не делай так, Лу. Луи мягко засмеялся, умиляясь виду очаровательно обиженного младшего. Он протянул к Гарри руку, касаясь его щеки раскрытой ладонью. Томмо мягко потер большим пальцем место, где всегда образовывались ямочки на щеках, не замечая за собой излишнюю и абсолютно не свойственную ему нежность. - Ты должен был уже давно привыкнуть к этому, sweetcheeks. Гарри только сильнее прильнул к прикосновению, улыбаясь так широко, как это только было возможно. Луи приподнял кончики губ, вновь вытягивая руку, чтобы сделать очередной снимок. Вспышка вновь ослепила Гарри, заставляя его нахмуриться. Стайлс коварно ухмыльнулся, поджав губы, слово придумал что-то ужасное, неожиданно накидываясь на Луи. Он без каких-либо затруднений отобрал у старшего камеру, используя свое явные преимущества в телосложение. Луи надулся, точно зная, что пытаться вернуть себе что-то в случае с Гарри - бесполезно. Стайлс в ответ только нагло сфотографировал его, улыбаясь сделанному собой снимку. Томмо спрятал лицо в ладонях, слыша громкий смех Найла. - Принцесса не привыкла находиться по другую сторону объектива? - откровенно издевался блондин, скрещивая руки на груди. - Гарри, заставь этого избалованного пиздюка почувствовать себя на нашем месте. Лиам неодобрительно посмотрел на блондина, получая лишь высунутый язык в ответ. Он кивнул Гарри, вселяя в кудрявого какую-то уверенность. - Лу? - мягко позвал Томмо Гарри, направляясь на него камеру, на что тот отрицательно качнул головой. - Верни мне мой фотоаппарат, Гарольд! - строго сказал шатен, все еще пряча лицо в ладонях. - Я не хочу с тобой ругаться, детка, но это произойдет, если ты сейчас же не вернешь мне ее обратно. Луи выглядел раздраженно. Его голос был холодным и жестким, но не злым. Гарри внимательно оглядел парня, в момент превращаясь в провинившегося в чем-то котенка. Он медленно отдал шатену камеру, тихо извиняясь за свою выходку. Луи непонимающе уставился на него, чувствую съедающую изнутри вину. Что было не так с этим парнем? Почему из дерзкого и нахального подростка, он в один момент мог превратиться в неуверенного и совершенно потерянного мальчишку? Томмо затянул кудрявого в крепкие объятия, тихо прося прощения. - Я не хотел обидеть тебя, Хазз, - виновато проговорил он. - Просто не привык быть тем, кого фотографируют. Ну, понимаешь, обычно это делаю я. Гарри неуверенно кивнул, вновь превращаясь в самоуверенно мачо. - You wouldn't even notice! / Ты этого не заметишь. - мягко засмеялся он. - 'Cause you've been taking up my mind / Потому что я постоянно думаю о тебе With your, little white lies, little white lies! / И о том, как ты мило невинно лжешь, мило невинно лжешь.

***

Съемки парфюма проходили весело. Найл едва ли мог сохранять серьезное выражение на лице, пока нога Гарри в одном носке врезалась в его лицо, а сам Стайлс путался в собственных конечностях и тросах, которые удерживали каждого из парней над землей. По задумке музыканты должны были выкрасть духи из охраняемого сейфа, но в итоге получалось так, что они смеялись слишком сильно, срывая далеко не первые попытки съемок. Зейн почти извелся, требую шатена "немедленно вернуться домой и купить по дороге пиво". Под конец дня, когда ролик все же с огромным трудом был закончен, Луи сделал более ста фотографий, на большинства из которых был запечатлен Найл, так как тот отчаянно пытался позировать. Томмо назвал его прирожденный моделью, на что Хоран гордо задрав подбородок, заявил, что уходит из музыкальной индустрии туда, где его будут ценить - а именно в «Victoria secret», и все равно, что это были показы исключительно женского нижнего белья. С ногами-то Найла грех не попробовать. В этот раз прощаться с парнями не пришлось. Они все вместе остались в Лондоне для записи четвертого студийного альбома. Гарри пригласил Луи к ним в студию, на что тот вежливо отказался, желая, наконец, насладиться своим долгожданным отдыхом.