AdeLa/Адела

      Проживая в стенах дворца, Ахен обрёл новые чувства, которые покрывали его прошлые до конца. Однако, он так и не сделал выбор. Точнее, не понял одних слов. Мы - волки. Настал день. Императрица решила позабавиться публичным насилием животных. А точнее: собак, лошадей и себе подобных - волков. Синджи-Лейко Араи считала это царской забавой. Гостям это тоже нравилось. Что касалось слуг: они стояли смирно, глядя в глаза суровой жизни. Ахен, надевая перчатки чёрного цвета, осмотрел здание. Оно было высоким, строгим и чужим. Все эти украшения в невероятном стиле: узоры, изгибы, изображения ангелов... Всё это было чужим. Но чувство чужого у парня прошло, и он, сдержанно вздохнув, поправив ножны с мечом, зашагал в сторону арены. В его глазах читалось равнодушие,но где-то глубоко внутри мелькало и иное состояние. Пройдя через полотно, запачканное бордовыми пятнами, Андо прошёл по высокому ряду. Дойдя до места императрицы, он смирно встал около трона. Мимо лёгкой походкой прошлась Синджи-Лейко Араи. Она властно заняла своё место и пропела. Ахен холодно посмотрел на женщину-волчицу, а потом навёл свой взгляд на арену с рядами. Много пришло. Значит, будет много крови. Лакей схватился за ручку меча и подставил большой палец вперёд, словно готов был достать оружие. Но ножны только тихонько звякнули. Императрица игриво взглянула на движения своего слуги. - Спокойно, Ахен, душка. Это парочка смертей - ничего. Это жизнь, - успокаивая, объясняла женщина-волчица, пройдясь рукой по руке, держащей ножны. Парень убрал руку и замер. Под ареной находились клетки. В них животные.       Первой жертвой была местная собака. Ахен отвёл волчьи уши и махнул хвостом. Синджи-Лейко Араи усмехнулась такой реакции лакея. Такая реакция вызвала у неё смех. Животное, сопротивляясь, лаяло на всех. Присутствующие смеялись. Для собачонки подготовили несколько смертельных этапов: перепрыгнуть через гильотину (естественно, оставшись в живых), пройти под двигающимися железными заострёнными кольцами, далее через размахивающиеся секиры. Поговаривают, что ни одна из жертв не дошла до конца. А если и доходила, то в клетке умирала мучительной смертью от пережитого страха.       Собаку подгоняли плетями и хлыстами. Животному оставалось только идти вперёд. Гильотина двигалась верх-вниз. Вероятность выжить была маленькой. Зверёк подбежал к лезвию. Когда оно поднялось, собака резко прыгнула... Визг животного не надолго раздался в стенах арены. Лапа собаки была отрезана. Однако, сама собака осталось живой. И она стала ползти, передвигаясь с помощью трех лап, оставляя громадный кровавый след за собой. Ахен схватился за ручку меча. Императрице это не понравилось и она каблуком своих сапог наступила на кончик сапога своего слуги. Андо убрал руки. Собака доползла до заострённых колец и, пригнувшись, медленно стала ползти. Острота прошлась по шерсти и брызнула кровью. Зверь прошёл. Лакей прищурился. Шесть порезов. Раненное существо поползло дальше, оставляя за собой кровавую дорожку. Секиры. Собака, перестав делать свой смертельный путь, легла на землю, тяжело дыша. Синджи-Лейко Араи, перекинув одну ногу на другую, показала большой палец вниз. Этот жест означал "Добить". Слуги подбежали к животному и кинули на секиры. Животное раскромсало на несколько кусочков. Ахен цыкнул. Императрица, посмеиваясь, прошептала: - Смирись. Следующая жертва была лошадь мышастой масти. Её уже вели за верёвки, та брыкалась во все стороны. Императрица от восхищения воскликнула: - О-хо-хо! Мерин? - Да, ваше светлость, - ответил слуга, дёргающий животного за верёвку. Женщина-волчица огорчёно засмеялась, прошептав:"Жаль, что такие уходят". ...Уходят. "Я надеюсь, ты станешь идолом"... Что-то сдавило в грудь. Ахен слегка пошевельнулся от пронзительной боли в груди. Боль. Кровь. Насилие. Всё смешалось. Слуга, дрожа во всю, схватился за грудь. Императрица с удивлением посмотрела на него. Лошадь стала убегать. Её остановили. Андо, резко взглянув на животное, смертельной хваткой взялся за ручку меча. Синджи-Лейко Араи резко встала с трона в испуге. Лакей резко схватил женщину за шею и прижал к себе. Императрица стала задыхаться. Публика в ужасе посмотрела на произошедшее. Слуги, когда-то были занятные конём, посмотрели на лакея и замерли. Животное тоже замерло. - Отпусти, иначе отправлю на эшафот, - прошипела императрица, брыкаясь. - Интересно, а что для тебя значит эшафот? - холодно спросил Ахен. Синджи-Лейко стихла. Она вечно посылала всех врагов на эшафот. Но само значение она не особо хотела знать. Лакей усмехнулся и отпустил женщину-волчицу. Та же резко обернулась и было хотела прикончить, как вдруг получила пинок в живот. Затем в спину. Потом в обе голени. И, наконец, в голову. Императрица прокашляла кровью. Ахен с равнодушием прижал ногой к полу голову женщины. - Слушай сюда, твою мать. Нет вовсе никакого эшафота. Есть только казнь. И она бывает двух типов: духовая и материальная. То, что ты казнила народ без причины - было материальной казнью. А ты умрёшь - духовной. Хочешь ты этого или нет: не тебе решать, - сказав зловещим голосом, лакей продолжил избивать Синджи-Лейко Араи. Никто не остановил юношу. Сделав много ударов в слабые области, парень-волк достал меч из ножен и, приложив оружие к шеи женщины, прошептал: - Sayonara*... _______________________________ * - (с япон.) "прощай".