Сломанный мир

Уже неделя прошла, как Гилберт попал в будущее. Ничего примечательного не происходило. Всего на всего его учили пользоваться телефоном, туалетом, душевой кабиной и всей прочей техникой. Но самый настоящий ажиотаж в нем открыл миксер и микроволновая печь. Хотя телевизор, в котором помещались человечки, и даже не один, природа, так еще и бегущие строчки с буковками. Но дни все равно проходили достаточно весело. Все оставалось новым и неизведанным, даже Мика - девушка, которая подобрала парня к себе, дала крышу над головой и просто постоянно рядом, обучает всем премудростям. Сразу же после того, как Хината и Кагеяма ушли, Мика позвонила своему отцу, впервые за год, хотя уже и был апрель. Дочь попросила его привезти кое-какие свои вещи, ведь ростом и телосложением они были почти одинаковым. Отец, удивленный просьбой дочери, подумав, что она тоскует по отцу, но сказать этого не может, поэтому хочет иметь несколько его вещичек, все-таки привез ей один из своих спортивных костюмов и все прочие необходимые вещи. Гилберту все пришло в пору, хотя не пришло по вкусу "шмотки и тряпье какого-то нищего сброда". Но и в этом можно было найти много плюсов. Во-первых, он наконец прекратил разгуливать по дому абсолютно голым, что поначалу очень смущало Мику, а входящая обычно в самый неподходящий момент Ята в мгновение старалась выйти из комнаты. Но здесь же и минус. От всего нового одеяния теперь Мика не могла разглядеть любимые и такие родные кубики, в существование которых она долго сомневалась. Но настал момент, когда они действительно появились! Но вот утром, когда Гилберт наконец научился спать не на Мике, а на футоне, не попадая под ее ноги, пришла Ята с очень интересными новостями. Вчера поздно вечером Хината прислал сообщение. Там он просил Яту встретиться. погулять, поговорить. "В десять, возле фонтана, рядом с остановкой, недалеко от центральной площади района", где жила Ята. Строки такие трепетные, неопытные. Видно, что мальчик очень переживал. Но в одном маленьком сообщении было столько разных чувств, которые, несмотря на свое маленькое количество, смогли тронуть сердце девушки. Правда Ята больше ради интереса пошла ему на уступки. Но даже так она одела свое самое нарядное, одновременно простое, белое платье с неплохим, но не вульгарным вырезом. А вот с привычной прической-хвостиком наступила заминка. Оделась она по-новому, чтобы удивить, а с прической ничего не могла придумать, хотя и была хорошим художником, который может в одно мгновение придумать и нарисовать образ человека на бумаге. Но Ята все равно пораньше утром спешила к своей сестре за советом. Прекрасно понимая, что она еще может спать, как и Гилберт, девушка аккуратно постучала в дверь. Но никто не ответил. У Яты всегда были ключи при себе, поэтому зайти в квартиру не составило труда. Побродив по комнатам, она никого не нашла, поэтому направилась в спальню. Но там на кровати спала ишь Мика, тихо посапывая в две дырочки. "Видимо Гилберт в ванной" - тихо подумала про себя девушка, тяжело вздохнула и пошла обратно в свою комнату, оставив входную дверь Мики открытой. Гилберт проснулся от давящего кошмара. Там он видел Оза. Вроде бы все прекрасно. Господин рядом. Но в какой-то момент он отворачивается, уходит. Гил бежит в след. А Оз поворачивается и говорит "Мне не нужен такой луга". Все вокруг рассыпается на части. Эти слова отражаются от черных стенок пустоты и отголоском возвращаются обратно, с каждым разом все более раня ранимое сердце парня. От такого бурного сна Гил и проснулся рано утром. Решив не будить Мику раньше времени в воскресенье - единственный день, когда она может по-настоящему отдохнуть, Найтрей пошел прямиком в ванну, по пути заскочив к толчку, где и задержался более десяти минут. А все потому что нужно приходить в овальный кабинет с пустой головой, не засратой чем-то другим, вроде странных кошмаров. Гил прекрасно слышал шаги Яты и ее стук в дверь, но выйти в таком виде он никак не мог, а кричать ей с туалета как-то некультурно, отчего парень предпочел промолчать. Ята быстро ушла, Гилберт также быстро зашел в душ, ополоснулся и вернулся в комнату, где так мило спала Мика. Ее лицо такое красивое, хоть и немного скошенное. Конечно, подушка и одеяло загораживают все самое интересное. ночью она часто раскрывается, бормочет себе что-то под нос, но зачастую ее слова можно понять. Обычно она повторяет "холодно". Да, она постоянно мерзнет, даже летом, но к этому она уже привыкла. А еще бывают моменты, когда она вскакивает с постели и куда-то идет, повторяя родное и любимое имя человека, что так дорог ее сердцу. Конечно, когда Гил впервые это услышал, он был повергнут в ступор. Пришел в будущее, попал в незнакомый дом, вокруг все новое, девушки носят брюки, как и мужчины, а девушка, которая ему помогает и оберегает признается каждую ночь в любви. Конечно, этот способ весьма своеобразен, но даже так Гилберт чувствовал себя неловко, часто краснел, отчего и тогда не смог смириться, увидев ее полуобнаженное тело, что из носа потекла капелька крови. Но сейчас на ее лице было перемешано несколько чувств. Посмотрев мельком всего разок, кажется, что она рада, что ей снится прекрасный сон, в котором у нее все хорошо. Но если рассматривать ее лицо также, как это делает Гилберт, то можно заметить некоторые детали. Во-первых, она тяжело дышит. Это можно услышать только если очень тихо вести себя рядом или специально слушать ее дыхание, как родители слушают дыхание у новорожденного ребенка. Губами, такими нежными и маленькими, она будто повторяла вновь и вновь имя того, кого любит. Пусть раньше она считала, что его любить невозможно, он не существует. Но теперь, когда он каждый день ей готовит, когда она сама его нашла, когда она видит и чувствует его рядом, когда ссорится с ним или робко обнимает - что может радовать ее больше, чем это? Иногда Гил смотрит на Мику такими влюбленными глазами и сам не осознает, как важна она ему. Но бывает моменты, когда он готов протянуться к ней, завладеть ее телом, но что-то внутри всегда останавливает. Даже просто дотронуться до нее страшно, но похотливые мыслишки продолжают подступать. Вдруг в груди что-то сильно защемило, сердце учащенно забилось, в голове появился образ Оза, который полупрозрачный был готов любую минуту развернуться и уйти. Лицо Гила заметно помрачнело, взгляд с милой спящей Мики был опущен. С такой опущенной головой Найтрей старший побрел к небольшой тумбочке, которую Мика вчера освободила специально для его новых вещей. Оттуда он достал толстовку, так как на улице было довольно прохладно с утра. Быстро девшись, Гилберт обнаружил, что Ята оставила дверь открытой, отчего он стремительным шагам побежал по лестнице, а там, выбежав во двор, стал искать глазами знакомые места и выход, чтобы только вернуться к господину и забыть Мику, как страшный сон.

***

- Что? Уже пол второго? - сонным голосом проговаривала Мика, кладя будильник обратно на тумбочку. - А где Гил? ГИЛБЕРТ! - старалась кричать как можно громче, но со стороны ванны звуки воды не доносились, с кухни не было слышно шкварчание жареных котлет, а в коридоре не было слышно шагов. Ощущение, будто Мика осталась вновь одна в своем доме. Девушка медленно тянулась к телефону, который стоял на зарядке. Запутавшись в проводах, телефон выпал из рук, отчего Мике пришлось все-таки встать с кровати, чтобы поднять кусок пластмассы. Укутавшись потеплее в зимнем одеяле, девушка достала телефон, который успел запрятаться под деревянную прикроватную тумбочку, позвонила Яте и ждала, когда та ответит. Сестра долго не слышала звонка, но все же ответила. - Ты уже проснулась? Странно... - длинная пауза при разговоре, будто закрывала рукой все посторонние доносящиеся с другой стороны звуки, - ты сегодня раньше, чем обычно. Что-то случилось? - Ты видела Гила? - Не знаю. Заходила утром, но ты спала, а он вроде в ванной был, какой-то шум был слышен... - А ты перед уходом дверь закрыла? - перебила резко сестру Мика. - Вроде нет, решила, что не нужно, а что? - ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕРТ! ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! Вот теперь бери и ищи его сама! ОН ЖЕ УБЕЖАЛ! Черт!