Список крестражей тупого лысого нарика лорда Волдеморта !!!
1.Дневник сопливой девочки-подростка Тома Реддла (уничтожен)
2.Кольцо с Воскрешающим камнем чертов ублюдок (уничтожен)
3.Диадема Райвенкло
4.Чаша Хаффлпафф
5.Медальон Слизерина
6.Змея Нагайна а еще кто-то ненавидит магглов
7.Гарри Поттер
Это все, что Геллерт смог вычленить из бессвязного потока мыслей Альбуса. Нет, старикану нужно научиться логически мыслить, а то как был заучкой без логики, так и остался, а пенсионного возраста уже достиг. Итак, маленький сиротинушка Том Реддл разорвал свою душу на семь частей, сошел с ума и помешался на чистокровности. Геллерт никогда не придавал чистокровности и родам особого значения, но с такой потрясающей нелогичностью сталкивался впервые. Сын сквиба и маггла презирает и ненавидит магглов, поразительная логика…
Планы у юноши были самые что ни на есть оптимистичные: найти крестражи и, по возможности, уничтожить или отделить дух от тела — вряд ли Альбус при всей своей дружбе позволил бы обезглавить любимого ученика. Наверное. Геллерт планировал засесть в библиотеке этого дома и найти какую-нибудь информацию о крестражах. К тому же можно будет незаметно исчезнуть и отправиться в Лютный переулок — он часто толкал там вещички в период крайней бедности — уж Бэрк, этот старый сплетник, охотно расскажет все, что знал. Планы были самые что ни на есть оптимистичные, и Альбус Дамблдор их взял и нарушил.
— Я тебя знаю, как облупленного, тебя оставлять одного нельзя, ты взорвешь дом, разберешь головы эльфов на молекулы и убежишь, мерзко хихикая.
— Взорвать дом и мерзко хихикать? Я этого еще не пробовал, — улыбнулся Геллерт, все еще не понимая, к чему он клонит. Неожиданно рука Дамблдора схватила его за шиворот. Юноша начал было вырываться, но куда там: Альбус за сто лет вымахал в длинного детину, и попытки Геллерта, достававшего ему до плеча на мысках, были безнадежны.
Альбус коснулся портала, и вместе с юношей они оказались в огромном светлом кабинете, заставленном различными приборами. Легко пахло какими-то благовониями, в клетке на полке сидел яркий феникс.
— Ты что сделал…
— Посидишь здесь. Не хватало еще, чтобы у других возникли вопросы. Почитай там, займи себя. Чаю? — Геллерт плюхнулся на стул рядом с клеткой и демонстративно отвернулся. Дамблдор покачал головой и принялся разбирать какие-то бумаги.
— Альбус, вы обещали мне составить реестр магглорожденных волшебников одиннадцати лет, мне же все им надо рассказать… — в кабинет вошла пожилая женщина неопределенного возраста в изумрудно-зеленой мантии и с ярко-черными волосами, собранными в строгий пучок. Она заметила Геллерта и вопросительно посмотрела на директора.
— Это мой двоюродный внучатый племянник, приехал из Австрии на летние каникулы, — пояснил Дамблдор и адресовал юноше очень уж красноречивый взгляд. Геллерт вздохнул про себя и сделал самое что ни на есть невинное выражение лица.
— Здравствуй, я Минерва МакГонагалл, декан Гриффиндора, — женщина улыбнулась. — А вас как зовут, молодой человек?
— Меня зовут Геллерт, — выпалил он и тут же понял, где прокололся. — Понимаете, мои родители считают себя разрушителями стереотипов и назвали меня так из чувства протеста… — вяло начал оправдываться он. Судя по лицу МакГонагалл, поправка удалась.
— Ты обучаешься не в Хогвартсе, Геллерт, верно? — мягко произнесла она, присаживаясь рядом. Очевидно, реестр магглорожденных был забыт.
— Я обучался в Дурмстранге, но меня исключили.
— А в Хогвартс не собираешься поступать? Магическое образование очень важно, к тому же…
— Ладно, Минни, вот реестр, как договаривались, — Альбус всучил женщине внушительный свиток и буквально выпихнул за дверь. Внезапно на его лице расцвела улыбка. — Слушай, а ведь это отличная идея…
— Нет… — простонал Геллерт. Он ненавидел школы во всех их проявлениях.
— Геллерт.… Какое глупое имя. Мальчишка, почему у тебя такие тупые родители? Ах, да, у тебя же их нет. Маленький Гелли тоскует по мамочке с папочкой… — семилетнего Геллерта прижали к стенке двенадцатилетние лбы. Тупые хулиганы, которые обожают издеваться над младшими…
— Что за тряпье ты носишь, Гриндевальд? По-моему, твоя мамочка немного прогадала с размером…
— Это. Свитер. Моего. Отца, — отпечатал Геллерт, стараясь не раскричаться. Что они себе позволяют? Старший — Отто — племянник директора Дурмстранга, ему дозволено все, а если Геллерт посмеет хотя бы пальцем его тронуть, то проблем не оберешься.
— Геллочка носит свитер мертвого папочки, о-о-о… — протянул Отто. Мальчик сжал зубы.
— Хватит, Отто, ему всего семь лет, — попытался одернуть его благоразумный однокашник, да куда там…
— Интересно, а трусы он тоже отцовские носит? Или у него на них нет денег, потому что они сгорели!
— Круцио! — выкрикнул Геллерт, и Отто с криком упал на пол.
Геллерт стоит перед директорским столом, не доставая носом до его края. Директор, монументальный герр Вольф, смотрит на него с неодобрением.
— Вы осознаете, что применили Непростительное заклятие, герр Гриндевальд?
— Да, осознаю, — процедил мальчик. — Они оскорбляли мою семью…
— Это не имеет значения. Вы применили Непростительное к герру Вестхоффу и напугали его одноклассника, герра Шолохова. Вы осознаете, что в семь лет Непростительное заклятие не удавалось еще применить никому? Тем не менее, еще одна такая провинность, и вы вылетите из этой школы, не успев даже вздохнуть. Наказание вы узнаете у своего декана. Убирайтесь. — Геллерт, гордо подняв голову, уходит из кабинета, а Отто смотрит на него со страхом.
— Почему нет? По мне, это хорошая идея, — Дамблдор обворожительно улыбнулся, и Геллерту уже который раз за этот сумасшедший день захотелось его придушить. Интересно, это старость так влияет, или он по жизни такой… странный?
— Я не вижу в этом ничего хорошего. Понимаешь, Альбус, я мерзкий, циничный одиночка, и в Дурмстранге меня ненавидели все, исключая… некоторых лиц. Ты хочешь, чтобы все ученики загремели в больницу с нервным срывом? По-моему, я должен найти крестражи.
— В этом и дело, что так просто их не найти. Они запрятаны так глубоко, как только возможно, ведь лорд Волдеморт, при всех его личностных качествах, дураком отнюдь не был. К тому же тебе нужно закончить образование, а Хогвартс может похвастаться прекрасными преподавателями…
— Я должен был изучать углубленно маггловские науки типа тригонометрии, ядерной физики и молекулярной химии, вряд ли они имеют об этом понятие, — Геллерт вскочил и гордо вздернул нос. — Я за самообразование, ясно?!
— Учебники подгонишь?
— Обижаешь….
— Ну, тогда ладно. Имей в виду, молодой человек, сейчас я тебя старше и ты обязан меня слушаться…
— Альбус, Министерство требует ознакомления с учебным планом, а мне нужны деньги на ингредиенты, — в кабинет резкими шагами вбежал высокий мужчина с землистым лицом и крючковатым носом. Неожиданно он замедлил шаг и повернулся к директору.
— Я вижу, ваша рука вновь в порядке, профессор Дамблдор. Очевидно, мое колдовство подействовало так, как надо. — Геллерт тихо усмехнулся на своем стуле, поражаясь нахальности этого странного незнакомца. Тот резко повернулся.
— Очевидно, это ваш… мм… родственник, профессор Дамблдор? Минерва мне все уши успела прожужжать.
— Впрочем, пойдемте, Северус, нам нужно еще закончить много дел и приготовить Хогвартс к приему учеников, — Альбус указал некому Северусу на дверь и сам начал медленно вставать.
— Учти, я закрою дверь паролем, — предупредил он Геллерта и неспешно вышел. Дверь захлопнулась.
Минуту или две Геллерт неподвижно сидел на стуле, изображая саму невинность. Затем он тихонько поднялся и медленно вытащил палочку. На его лице заиграла мерзкая ухмылочка…
***
Он медленно постучал рукой по дверному молоточку в виде грифона. Он стоял перед стареньким, покосившимся двухэтажным домом, прежде красивым, но ныне находившимся в запустении. Звук шаркающих шагов за дверью показал, что люди в этом доме определенно есть. Дверь медленно раскрылась, а за ней стояла старуха в длинном байковом халате и чепце.
— А, это ты, Том, — она буквально расцвела на глазах. — Что-то нечасто заходишь в последнее время…
— Дела, Батти, дела, — улыбнулся он.
— Знаю я, что у тебя за дела. Что ж, заходи, не стой на пороге, проходи, я как раз чай заварила, — Батильда отступила, и лорд Волдеморт грациозно вплыл в старинную кухню.
С Батильдой Бэгшот Том дружил очень и очень давно. Подружились они очень и очень необычно. Далекой зимой 1946 года Том отправился в путешествие по Европе, направился в Годрикову впадину посмотреть на волшебную деревню и заблудился в метель. Продрогший, заблудший юноша постучался в первый попавшийся дом и волей случая оказалось, что это был дом Батильды. Она поругала на «непутевого» и напоила теплым чаем. С тех пор он часто заглядывал к ней, просто так, в гости, делился новостями, да и спрашивал совета. Кроме того, еще одним фактором их сближения являлось то, что и Батильда, и Волдеморт ненавидели Дамблдора. Том не любил этого маразматика с бегающими глазками за все то западло, что он творил в годы обучения Тома в школе, а Батильда ненавидела его за что-то определенное, а чего — не называла. Говорят, ненависть сближает. Так и произошло: костеря старого маразматика-долькоеда и обвиняя его во всех грехах, Том Марволо Риддл и Батильда Бэгшот скоро спелись и стали чуть ли не лучшими друзьями.
— И что же ты с лицом-то сделал, негодяй? — шутливо спросила его Батильда, указывая на лысую черепушку, красные глаза и змеиные ноздри. — И надо было оно тебе, крестражи делать. А каким ведь красавцем был, девочки, небось, постоянно вешались… А сейчас что?
— Ты же знаешь, что я буквально восстал из мертвых, — парировал Волдеморт, усаживаясь на стул и аристократично закидывая одну худую длинную белую ногу на другую. Старушка тем временем, накинув старинную шаль, суетилась рядом с чайником, наливая ароматный чай в серебристо-зеленую чашечку. Готовить она предпочитала без магии: считала, что магия делает чай неживым. Магу было все равно — Бэгшот была единственной, кому он позволял фамильярно к себе обращаться и прощал разные причуды.
— На, возьми, фруктовый, лечебный. Я печенья напекла…
— Печенье — это здорово, — по-детски улыбнулся Том и полез в тарелку руками. Батильда покачала головой, но ругаться не стала. Вскоре старые друзья уже болтали о всякой ерунде, точнее, болтала Бэгшот, а Волдеморт терпеливо втолковывал ей каждый пункт своего завоевания Британии: все-таки старушка уже определенно начинала сдавать позиции, не то что он, он и в семьдесят еще ого-го!
Время летит так быстро, и вот часы пробили одиннадцать раз. Волдеморт вздохнул: через час опять собрание Пожирателей. Опять Люциус будет бубнить что-то про Империус, Беллатриса подобострастно круциатить, а большинство просто сидеть с отсутствующим видом. Нет, ну не собрание злых волшебников, а цирк какой-то.
— Ладно, Батти, я пошел, у меня собрание, — он вздохнул и начал медленно подниматься со стула. Внезапно его взгляд зацепил на комоде странно знакомую физиономию. В три прыжка он подскочил к нему и схватил фотографию в старинной рамке.
С фотографии на него смотрел тот самый мальчишка, который обдурил его, как маленького ребенка. Сомнений не было — та же наглая улыбка, тот же ехидный взгляд…
— Кто это? — спросил он у Батильды. Та подбоченилась.
— Племянник мой, внучатый, Геллерт. Он сейчас пребывает в местах не столь отдаленных… от Германии. А все этот Дамблдор, запутал моего бедного племянника, если бы не он, Геллерт стал бы выдающимся ученым! Умная голова, а наивности… — старуха опять принялась перемывать косточки долькоеду. Волдеморт слушал ее вполуха, рассматривая фотографию. Определенно, это очень странная история…
В голове ни к селу ни к городу всплыл доклад Снейпа сегодня днем.
— Дамблдор, будь он неладен, протащил в школу своего внучатого племянника. Росточку маленького, лет тринадцать-четырнадцать, а нахальности.… Наверняка он натворил что-нибудь настолько ужасное, что его сбагрили такому, как Дамблдор, собственные родители. Я уверен на все сто процентов, что-то тут нечисто.
Волдеморт попрощался с Батильдой, которая, ругая Дамблдора, его ухода, кажется, не заметила, и вышел из дома. Он взмыл в воздух и захохотал, как помешанный.
Кажется, он знает, что за «дальнего родственника» протащил в школу Дамблдор…
