Сердце - мой компас

Семнадцатилетний наследник престола, старший сын Султана Сулеймана, шехзаде Мустафа Хазретлири, стоял на балконе, с лёгкой полуулыбкой разглядывая закат, рассыпавшийся миллиардами красноватых искр по водной глади фонтанов и всему главному саду. Если не вглядываться, то этому молодому человеку вполне можно было бы дать девятнадцать-двадцать лет: этому способствовала его высокая, крепкая фигура и умный взгляд красивых, орлиных карих глаз. Однако на нём в этот момент была почему-то не дорогая одежда, соответствующая статусу, а простенький облик обычного юноши из народа. В дверь постучали. - Войдите, - коротко бросил шехзаде, отрываясь от разглядывания заката. В комнату вошёл Ибрагим-паша, учитель шехзаде, ставший для него вторым отцом. - Шехзаде, - слегка поклонился он, - Вы хотели меня видеть? - Да, паша, - кивнул тот, - Помнишь, мы хотели с тобой съездить на охоту? Ты, говорил, что сегодня. - А, да, - паргалы виновато улыбнулся, - Точно, шехзаде, простите, забыл. Ну что ж… сегодня у меня есть немного времени. - Отлично, - отозвался тот, - Всё готово, поехали. Только я бы хотел ещё ненадолго заглянуть на рынок. Послушаем, что говорят люди. Отец часто так делает. - Но… - Паша попытался возразить. - Он сам меня об этом попросил, - перебил его Мустафа, предупреждая упрёки. - Хм… В таком случае, хорошо, - Согласился паргалы, - Что ж, идёмте. …Шехзаде с наставником уже около пятнадцати минут прогуливались по рынку, как вдруг рядом послышался странный шум и крики. - Что это там? – Нахмурился шехзаде, взглядом указывая на большое скопище народа, - Пойдём, выясним, паша. Тот хотел его остановить и выяснить всё сам, но… разве его остановишь? «Вырастил упрямца на свою голову» - Не без гордости за воспитанника подумал он, едва поспевая за бойким шехзаде. - Но я действительно не виновата! – Всхлипнула какая-то девушка, которую почему-то крепко скрутили, - Я – калфа в гареме! Зачем мне воровать украшения?! - Хватит врать, рвань! – Прорычал кто-то, с силой ударив девушку по щеке, - Мы всё видели! А ну быстро её на фалоку! Мустафа с презрением посмотрел на мужчину, поднявшего руку на хрупкую девушку. Это недостойно не только для шехзаде или война, но и для любого мужчины вообще. Из-за толпы народа он не мог нормально разглядеть её лица, но это и не нужно было. - Стойте! – Неожиданно властный голос раздался громче всеобщего гула, - Что здесь происходит? - Эта девушка едва не украла дорогой кулон, - ответил кто-то из толпы. Услышав эти слова, девушка подняла до того опущенную голову, остановив взгляд заплаканных миндалевидных глаз на шехзаде. - Ложь! – Яростно, от всей души прошипела она, - Я не настолько низка, чтобы сотворить подобное! А вот вы, кажется, не боитесь Аллаха, раз собираетесь так жестоко наказать ни в чём не повинную девушку! - Идите, куда шли, эфенди, - Недовольно перекрикнул её «пострадавший» продавец, - вы кт… О Аллах! – Последнее он буквально пропищал, наткнувшись взглядом на Ибрагима, - Господин Великий Визирь! Мгновенно замолчав, люди повернулись и склонились в приветственном полупоклоне. При этом они отпустили девушку, от чего она буквально упала в дорожную пыль. - Этот кулон сейчас у вас? – Обратился Ибрагим к продавцу. - Да, - Затравлено ответил тот. Просто о Великом визире ходило мно-ого слухов, - Она просто взяла в руки украшение. А в ювелирной лавке этого нельзя. - Я не знала! – Как кошка прошипела незнакомка, поднимаясь и гордо задирая носик. - И из-за этого сразу обвинение в воровстве?! – Шехзаде насмешливо изогнул бровь, - Я дам тебе несколько акче, эфенди, и на этом будем считать дело исчерпанным. Так? Помявшись немного, тот кивнул. Мустафе просто стало жаль бедную девушку, учитывая то, какие наказания предусматривались за воровство, хотя он и не был абсолютно уверен, что она не виновата. Незнакомка, отряхнувшись, тепло и благодарно взглянула на спасителя, подарив ему даже чудесную нежную улыбку. Теперь он мог рассмотреть её: это оказалась миловидная девушка, лет пятнадцати-шестнадцати, с очень красивыми кошачьими глазами, женственной фигуркой и чёрными, как вороново крыло, волосами, спрятанными под платком. На ней было бедное, но вполне приличное платье. Люди начали расходится по местам, а шехзаде, кинув продавцу мешочек, хотел было уже уйти, как вдруг та незнакомка догнала его и окликнула: - Эфенди! Постойте, подождите, пожалуйста. - Что? - Я… хотела поблагодарить вас, - вновь красиво улыбнулась девушка, - Вы меня от большой беды избавили. Спасибо! - Не за что, - пожал плечами Мустафа, - Однако впредь больше не совершай такого, если ты всё же виновна. - И вы так думаете?! – Незнакомка забавно надула губки, - О Аллах, ну что за люди! Я просто взяла его посмотреть… понравился. А они сразу: «Воровка!» И вы туда же. - Я этого не сказал, - ответил он, - Просто впредь лучше так не делать. Люди разные, мало ли, что могут подумать… - А вы кто? – Полюбопытствовала девушка, с детским озорством разглядывая их, - Простите, просто… если сам Великий Визирь, о котором столько слухов, у вас, похоже, вместо стражи, то это наводит на определённые мысли. - Хатун! – Ибрагим немного разозлился на эту нагловатую девушку. Кого-то она ему напоминала по характеру… - Это тебя не касается! - Хорошо, я просто поинтересовалась, - обиделась девушка, - Спасибо вам ещё раз. Аллах да не оставит вас. Эти слова она сказала исключительно шехзаде, явно невзлюбив Великого Визиря. «Красивый!» - Не удержавшись, подумала она, бросив последний любопытный взгляд на Мустафу. А затем, поняв, что неприлично так долго разглядывать мужчину и немного смутившись, убежала, торопясь обратно в безопасные стены дворца-школы, хоть и изрядно надоевшие ей. А Мустафа, вспоминая этот случай по дороге в Эдирне, не мог понять, что же заставило его заинтересованно смотреть вслед этой почему-то показавшейся ему очень необычной незнакомке…