Сердце - мой компас

Шумно вздохнув, Нигяр шагнула в покои султанши, про себя просчитывая варианты развития событий. И все они были отнюдь не самые радужные... Махидевран в это время что-то вышивала, отстранённо глядя куда-то в угол. На душе у неё было неспокойно - она всё ещё волновалась за жизнь не рождённого ребёнка. Затем, услышав шорох у дверей, подняла на Нигяр тяжёлый взгяд. - Тебе не кажется, калфа, что меньше чем за два дня у тебя слишком много проступков? - В её голосе хрустел лёд. - Мне не чего стыдиться, госпожа, - Нигяр уже внутренне подготовиась к подобным упрёкам, - Фатьма хатун первая ударила меня. И ту пощёчину она заслужила. А про ребёнка я и не знала. - Вот как? - Недоверия - хоть отбавляй, - Вижу, ты слишком много на себя берёшь. А если бы мой внук пострадал?! - Повторяюсь: я не знала, госпожа! - Стараясь сохранить спокойствие, ответила Нигяр, - К тому же, разве можно шехзаде иметь ребёнка до санджака? - Он через месяц отправляется туда, - Махидевран сцепила перед собой руки, со злостью глядя на Нигяр, - Поэтому этот ребёнок будет только радостью для всех нас. А ты, я вижу, решила нас багородно избавить от этой "проблемы"? - Что вы, госпожа! - Возмутилась девушка, - Я вовсе не... - Лучше молчи! - Почти прорычала султанша, подойдя к ней, - Радуйся, что с ребёнком ничего не случилось, иначе я бы своими руками тебя задушила! Прискорбно, что всё так вышло, но я не желаю тебя больше видеть в этом дворце! Завтра утром тебя отвезут на невольничий рынок. Можешь собирать вещи. Сказав это, султанша жестом приказала ей удалиться, пренебрежительно отвернувшись. Нигяр на секунду застыла, принимая сказанное. В груди поселилась неясная горечь, её душили слёзы, но усилием ей удалось их ненадолго сдержать. - Если все здесь находят слова Фатьмы хатун веской причиной для того, чтобы так поступить, - тихо отозвалась девушка, - Тогда даже невольничий рынок лучше, чем это скопище змей. Махидевран резко обернулась. - Что ты сказала?! - Считайте, что ничего, - Уходя, Нигяр поклонилась вежливо, без преклонения, а немного даже презрительный взгляд говорил сам за себя. "Вот нахалка! - Подумала султанша, вновь присев на тахту, когда двери за калфой закрылись, - Такую точно лучше удалить из дворца!"