Твои прикосновения

      - Сатоши… я же сказал тебе, что ничего не будет… – ласково повторил парень и провел кончиками пальцев по щеке клиента.       - Но… мы же так давно знакомы, а ты даже прикоснуться к себе не даешь… – с обидой заметил молодой человек.       - Да… мы частенько с тобой встречаемся… но я тебе сто раз говорил: я только танцую и не более того. Разве тебе не понравился мой приватный танец? – с притворной грустью спросил парень.       - Вовсе нет, - покачал головой парень по имени Сатоши. – Ты был прекрасен, как и всегда... Но я хотел бы большего…       - Прости… но я снова тебе откажу…       Молодой человек поднялся с дивана и стал неспешно одеваться. Прядка мягких волос упала на глаза, открыв красивую родинку на виске. ***       - О! А ты снова с нами? – улыбнулась густо накрашенная девушка и плюхнулась на переднее сидение, следом за ней в машину сели еще две девушки.       - Куда же я от вас денусь-то? – усмехнулся парень и завел мотор. – Ну что, поехали?       - Поехали! – дружно крикнули пассажирки, и автомобиль сорвался с места.

***

      За окном светило солнце, по дороге ездили автобусы и автомобили. Квартира находилась совсем рядом с дорогой в небольшом уютном райончике Токио. Ехать до центра было долго, но для него это не было проблемой. Он был владельцем скромного Сузуки, который справлялся с доставкой парня до работы намного быстрее, чем вагон метро. Его звали Каменаши Казуя и ему было 23 года. И сейчас он вышел на улицу, чтобы выбросить мусор.       Он вышел из квартиры, захлопнул дверь и, засунув ключи в карман домашних джинсов, спустился по лестнице. Погода стояла отличная, однако уже заметно похолодало. Каме застегнул молнию толстовки до самого горла и с неудовольствием заметил, что изо рта уже валит пар.       Около мусорного бака стоял молодой человек, держа в руках связку каких-то книжек. Казалось, он о чем-то раздумывал. Но о чем можно было думать, стоя у мусорного бака с книгами? Казуя не представлял себе, поэтому решил просто спросить.       - Привет, - поздоровался он.       - Привет, – задумчиво отозвался парень.       - Что-то не так? – вежливо спросил Казуя, выбросив связку старых газет в контейнер[1].       - Да вот... много чего в квартире накопилось, решил избавиться. Да только книжки жалко выкидывать, – приподнял он увесистую связку.       - Дай-ка сюда… - Каме взял книги из рук парня и принялся рассматривать корешки. – Это же Акутагава[2]... неполное собрание сочинений!– воскликнул Каме. – И ты собрался его выкидывать?       - Ну.. я такое старье не читаю.. вот и решил выкинуть.. Чего пылиться будет?       - Старье? Это 20 век! – упрекнул его Казуя. – Ну, раз ты решил выкидывать эти книги, то я заберу их себе, – решил Каме и прижал книги к груди.       - А ты литературой увлекаешься? – с интересом спросил парень.       - Ну.. так.. читаю иногда.. – уклончиво ответил Казуя.       - Ммм… – протянул незнакомец. – О! Может, если ты не занят, заглянешь ко мне? У меня всякого книжного добра дополна… От деда досталось, но я все равно мало читаю.. А так, может, тебе пригодится?       - Ну… хорошо.. я до вечера свободен.. можем и прям сейчас пойти…       - Ха.. не боишься к незнакомцу в квартиру идти? – сощурил глаза парень.       - Сомневаюсь, что парень, выбрасывающий с утра пораньше книжки, может мне сделать что-то плохое, – заметил Каменаши.       - Твоя правда! – кивнул парень. – Плохого я тебе ничего не сделаю… если только едой своей не отравлю…       - Тогда я просто выпью кофе, – рассмеялся Казуя.       - Пойдем, - махнул парень рукой.       Новый знакомый Каменаши жил в соседнем доме на втором этаже. Квартира его была совсем крохотной: две комнаты в 4 и 6 татами[3]. Кухня занимала треть гостиной, а ванна была похожа на ванночку для купания малышей – в такой даже сидя будет очень тесно.       - Снимаешь? – догадался Каменаши.       - Угу, - кивнул парень. – Дед в Токио жил, тут же и помер, так что все его добро ко мне перетекло. Мама с братом живут в Осаке, все никак не перевезу все это им… Хотя они тоже книжек не читают совсем, - пожал плечами он. – Вот отец и сказал, мол, распоряжайся, как тебе будет угодно.. Хотя сам полбиблиотеки себе забрал.. мог бы и остальную половину к себе увезти… Мой старик – странный тип, - усмехнулся молодой человек.       - Вот как…       - Меня, кстати, Аканиши Джин зовут, - наконец-то представился парень.       - Каменаши Казуя, - Каме протянул Джину руку, которую тот крепко сжал; Казуя поморщился от боли – уж слишком сильное было рукопожатие.       - Прости, – виновато улыбнулся Джин. – Ты присаживайся, не стесняйся.       Каменаши сел на серый диван, что стоял в гостиной, с интересом наблюдая, как Джин варит кофе в турке.       - Со сливками? С молоком?       - Со сливками…       - Сахар?..       - Две ложки…       - Есть сэр! – отдал честь Аканиши, помешивая кофе ложечкой.       - А много книг у тебя?..       - Книг?.. Ну… сложно сказать, - задумался парень. – Стопки четыре точно есть…       Аканиши разлил кофе по чашкам, добавил Каме сливок и сахара, а себе подлил молока и, размешав, сел около своего нового знакомого.       - На.. держи! – Джин с улыбкой протянул кружку Казуе.       - Спасибо… - произнес Каме и взял кружку в руки.       Однако руки его тут же затряслись, а пальцы выпустили нагревшуюся от кофе чашку. Кружка упала на диван, расплескав содержимое по бедрам Казуи и Джина. Парни почти одновременно подскочили, уставившись друг на друга: Каме – виновато и стыдливо, потирая обожженное место, Джин – удивленно и недоуменно, ставя свою кружку на журнальный столик, содержимое которой опустело наполовину в результате его резких телодвижений.       - Ты... чего?.. – немного придя в себя, спросил Джин.       - Прости… – закусил губу Каменаши. – Я.. я, пожалуй, в другой раз зайду… - Каме, блуждал взглядом по комнате, боясь встретиться глазами с Джином, а затем остановил свой взгляд на одиноко лежавшей в луже кофе кружку.       - Оставь книжки для меня… пожалуйста… - попросил Казуя и выскочил из квартиры.       - Каменаши… - прошептал ошарашенный Аканиши.       Казуя выскочил из квартиры и побежал через квартал к себе домой. Перескакивая через ступеньки, Каме добрался до шестого этажа, трясущимися пальцами открыл квартиру, закрыл за собой дверь и, швырнув ключи на пол, сполз по стене прихожей. Опять.. это снова произошло. Каменаши прижал к груди обожженную руку и взревел от отчаяния. Его проблема заключалась в том, что он был слишком чувствителен. Горячее, холодное – он не мог к этому спокойно прикасаться или запросто съесть мороженое или выпить чашку горячего кофе. Его кожа была чувствительна к прикосновениям, поэтому он так никогда и не имел ни с кем близости, боясь сойти с ума от удовольствия. Ему было очень холодно зимой – Каме надевал по два свитера и кутался в теплый шарф. Летом он изнывал от жары, и даже самая легкая одежда не приносила ему облегчение. Он мылся только в прохладной воде и постоянно регулировал температуру воздуха в комнате.       Он ненавидел себя за это, но ничего не мог поделать. Эта особенность ему досталась от матери. Она почти не занималась домашними делами: за нее все делала техника – посудомоечная, стиральная машина, протирая пол или стирая пыль, она неизменно пользовалась перчатками. Тогда она казалась маленькому Казуе неженкой, избалованной женщиной, пока он сам не подрос и не понял, каково это.       Едва он пошел в школу, как эта особенность его организма стала проявляться. Каменаши дразнили в школе, издевались над ним, называя девчонкой, дразня неженкой. А в подростковом возрасте его жизнь превратилась в ад. В 15 лет он стал встречаться с девушкой. Когда они впервые поцеловались, Казуе это так понравилось, что он невольно застонал. Девушка улыбнулась, а потом долго смеялась над ним. Больше он с девушками не встречался. В старших классах он устроился в кофейню на неполный рабочий день. Там к нему начал приставать парень по имени Такео. Через две недели Каменаши принес заявление об увольнении.       Он не мог вынести каких-либо прикосновений к себе, поэтому он устроился на работу. Он работал по ночам, а потом купил себе машину, которая спасала его от лишней толпы.       Он был слишком чувствителен, во всех смыслах слова. Банальная мастурбация приводила его к такому ошеломляющему оргазму, что он терял сознание и приходил в себя только несколько часов спустя, поэтому он всячески старался бороться с сексуальными желаниями, не прибегая к прикосновениям, но это ему плохо удавалось.       И сейчас, так трусливо покинув дом Аканиши, даже не извинившись, он чувствовал себя последней сволочью. А ведь парень так старался: сварил специально для него кофе, добавил сливок и сахара, как тот любил. Даже просто так книги отдал… которые Казуя благополучно забыл. Каменаши хлопнул себя ладонью по лбу и обнял колени.       Какой же он идиот.