Historia Cecidit/История Падших

- Помолись же своим богам, Помолись же тем, кто услышит…Попроси своего Господина прийти… - Он не услышит! Крик разлетелся по ночному Лондону. Казалось, что он влетел в каждое окно, потушил свет в каждом доме. Казалось, что ночь раскололась надвое: до и после вопля. По мостовой, стуча каблуками, шел мужчина. Его быстрая походка и слегка ссутуленные плечи говорили о том, что он чего-то боится. Боится до такой степени, что не бежит. Знает, что этим поплатится за свою жизнь. Он чувствует тихие шаги у себя за спиной, ему мерещится дыхание на шее. Так делала его любовница, выдыхала ему в шею сразу после секса. Только вот недавно Мэри умерла, он лишился прекрасного друга. Но он чувствует запах ЕЁ духов, приторный и нежный аромат, смешанный с тяжелым запахом крови, и останавливается. Вглядывается во тьму, но видит только серый асфальт и тускло мигающий над ним фонарь. Ничего необычного. Просто он перенервничал. Но когда он оборачивается, прямо перед ним стоит человек. Настолько близко, что мужчина с криком отступает на несколько шагов. Он продолжает пятиться, потому что незнакомец идет на него, а в уголках его губ играет странная улыбочка. - Простите, что напугал вас, - вежливо начинает незнакомец, – вы заблудились? - Нет, - грубо бросает человек, уже готовясь обойти странного типа. - А мне кажется, мистер Симмонс, вы заблудились, - елейным голоском начинает незнакомец. – Только посмотрите, ваш сын сидит на антидепрессантах, ваша жена подает на развод, а ваша любовница сейчас в моем царстве… - Что ты несешь?! – кажется, мужчина готов задохнуться. - Правду. - Отстань от меня, ты… Ужас охватывает его с ног до головы, когда мистер Симмонс замечает лиловую вспышку в глазах незнакомца. - Только не беги… - не успевает договорить незнакомец, когда видит стремительно отдаляющуюся спину мистера Симмонса, - …те. Симмонс задыхается, но бежит, словно сама смерть гонится за ними. Если он расскажет кому-нибудь, его точно упекут в психушку. Он вбегает в проулок, заставленный мусорными контейнерами, дышит часто и глубоко, не замечая вонь разлагающихся фруктов и мяса. Кирпичная стена служит ему опорой, когда мужчина опирается об неё и прислушивается. Тишина. - Никто не узнает, - насмешливый голос раздается откуда-то сверху. Симмонс оборачивается, моргает несколько раз, отказываясь верить. Тот незнакомец сидит на стене, его локти и колени вывернуты, как у кузнечика, а рот больше, чем у обычного человека. Глаза переливаются всеми оттенками фиолетового, а вокруг, Симмонс готов поклясться, собрались тени. И его собственная в том числе. - Не люблю бегающую закуску, - доверительно сообщает демон. – Люди все такие медлительные, а все бегут-бегут, будто их это спасет… Демон делает стремительный рывок, присасываясь сухими губами к губам Симмонса. Мужчина пару секунд вырывается, бьет по плечам и старается угодить кулаком обидчику в лицо, но что-то заставляет его замереть. Вот она, его Мэри, стоит в белом платье и улыбается. Такая живая и красивая, как в первый день их знакомства. Она смеется, протягивая к нему худые руки. Симмонс, не сомневаясь, падает в объятия любимой. Ему так тепло и хорошо, так спокойно, что он готов разрыдаться от счастья. Он проводит ладонью по её спине, перебирая пальцами шелковистые темные пряди. А потом открывает глаза и задыхается в рыданиях. Он видит своего сына и жену убитыми, руки и ноги у них вывернуты, как и у демона. Кровь заливает его лицо, он отплевывается, чувствуя себя в крепких объятиях Мэри. Женщина перед ним – демон. Без глаз, с провалившимся носом, а рот больше похож на акулью пасть. Она цепляется, не выпускает, и приятное тепло превращается в адский огонь, утаскивающий Симмонса на дно бездны… Демон вытирает уголок рта, давясь икотой. Этот сукин сын, которого он только что пожрал, убил свою любовницу и искалечил жену. Его душа отдавала легким привкусом безумия, так нравящимся демонам, и смердящим страхом. Асмодей довольно улыбается, поворачиваясь к стене и готовясь открыть портал. Сиреневые всполохи на кончиках пальцев приятно щекочут его нервы, на стене же тени прыгают в причудливом узоре, образовывая символ Врат. Позади него раздается треск и демон оборачивается. Чувствует ветер слева и отклоняется, удачно, как потом он отметил про себя. Лезвие блеснуло в ночном свете Лондона, кольнуло руку демона и исчезло. Асмодей шипит, облачаясь в демонскую сущность. Клинок снова рассек воздух, на этот раз демон был готов. Он уклоняется от удара, готовясь нанести свой. Его рука заострилась к запястью, превращаясь в подобие клешни богомола, и демон наносит свой удар. Правда, мимо. Тень быстро передвигается, быстрее, чем мог уследить демон. Клинок снова просвистел рядом с ухом Асмодея, на что демон ощерился и кинул заряд энергии в нападавшего. Мимо. Демон ругается себе под нос, уворачиваясь от удара. Одним движением он оказывается на стене, вползая выше. Тень так же прыгает, но удар прошел мимо, и демон ловит фигуру. Вместе они скатились по холодной земле, пытаясь нанести друг другу как можно больше ударов. Асмодей оказывается сверху, готовясь к последнему рывку. Заносит руку, уже не скрывая улыбки. - Думаешь, что сможешь победить меня?! Демон вдруг чувствует вспышку боли. Удивленно моргает, обнаружив, что ему только что отрубили руку. В следующую секунду неизвестный сбрасывает его с себя и оказывается сверху, вскидывая руку для удара… - Стой… я дам тебе все, что хочешь, - демон с ужасом смотрит под темный капюшон, скрывающий лицо, – любые души, любые ключи, власть, силу, любовь… ВСЕ! - Помолись же своим богам. Помолись же тем, кто услышит… попроси своего Господина прийти… - молвит фигура. - Он не услышит! – выдает демон, старательно шаря рукой по земле. – Он не придет, он не мой Бог! - Deus propitius erit, - ласково шепчет голос. – Бог простил. Предсмертный вопль демона разлетается по всему Лондону, когда клинок входит в его грудь.

***

Утро Себастьяна Михаэлиса давно перестало начинаться с рассвета. Утро для него вообще перестало начинаться. Сплошная ночь, и только пламя за окном. Жить во тьме – удел всех демонов. Себастьян давно смирился, хотя продолжал упорно молчать о том, как соскучился по солнечному свету и мурлыкающему комочку на руках. Дворецкий стоял перед огромным зеркалом, наводя последние приготовления. Идеальный черный костюм, сидевший на нем как влитой, лакированные и начищенные до блеска туфли и, конечно, белоснежные перчатки, скрывающие черные ногти демона и позорную печать. Себастьян пару секунд смотрел на свои руки, на тонкие символы серебристого цвета и звезду, переливающуюся тусклым блеском, прежде чем надеть на тонкие пальцы ослепительно-белый кусочек ткани. Эхо от его шагов разносилось высоко к потолку, отчего Себастьян недовольно улыбнулся. Быть в этой части Ада для него всегда было жутко волнительно. Ваалберит, главный секретарь Ада, шел навстречу демону, приятно улыбаясь. В сиреневой радужке плескался огонек понимания, такая редкость для всех демонов. - Он тебя не испепелит, это хорошая новость, - весело улыбнулся демон. – Но есть плохая. - И вам доброе утро, - вежливо поклонился Себастьян, на что Ваалберит усмехнулся шире. – Благодарю за информацию. Себастьян прошел по коридорам, останавливаясь у знакомых массивных дверей. Ещё не успев подумать об их открытии, он мог наблюдать как двери сами распахиваются, обдавая Себастьяна запахом металла, тлеющих углей и кожи. Темное холодное помещение, огромное по всем меркам, заставило Себастьяна чуть запнуться на пороге. Он прошел по каменному мосту, глядя строго перед собой. Нет, под ногами не Адская Бездна, нет, он не чувствует запах плавящейся кожи, не слышит криков мучеников. Он смотрит на высокий каменный трон и видит своего Повелителя, Великого Князя Тьмы. - Себастьян Михаэлис, - прогремел голос прямо в голове демона. – Твое нынешнее имя тебе вполне подходит. Наконец я смог лично увидеть демона, обыгранного ребенком. - Ваше Величество, - тут же присел на одно колено Себастьян, покорно склоняя голову. – Уверяю Вас, такое больше никогда не повторится. - Конечно, нет, Себастьян, - в голосе Князя сквозила улыбка. – Тем более мне нужен Цепной Пес. Себастьян поднял голову, встречаясь взглядом с холодными глазами цвета пасмурного лондонского неба. Князь сидел на троне, возвышаясь над всеми ними, глядя не просто сверху вниз. Себастьян уже встречал этот взгляд. Так смотрели на него ангелы, с таким же пренебрежением и отвращением, с такой же ненавистью, граничащей с безумием. - Письмо уже доставлено твоему господину, но к тебе у меня личное задание. - уголки губ тронула усмешка. – На пути вам предстоит встретить душу, отличающуюся ото всех, что ты видел раньше. Принеси мне её, Себастьян Михаэлис, и ты будешь свободен от мальчишки. Пыльные шторы резко раскрылись, заставляя графа приоткрыть один глаз и наблюдать за тем, как его безупречный дворецкий открывает окно, впуская в комнату посторонние звуки. В основном, крики. Сиэль закрыл глаз, в надежде, что его слуга не заметит пробуждения. Но Себастьян стоял рядом, в своей излюбленной позе, и ждал, пока граф не сочтет нужным открыть глаза полностью. - И тебе доброго утра, Себастьян, - не разлепляя век, пробурчал Фантомхайв. - Доброе утро, господин. Вам письмо от Князя, - сразу же сообщил дворецкий, полагая, что хоть это заставит его хозяина встать с постели. - Опять? Прошлое дело досталось Асмодею, вот пусть этот кузнечик и прыгает. - Асмодей мертв, господин, а вам досталось новое дело. Сиэль вздохнул и закинул руки за голову, мечтательно глядя в потолок. Он больше не мальчишка, молодой мужчина лет двадцати с хвостиком и слава Б… Фантомхайв осекся, стягивая с себя одеяло. Плотоядная улыбка скользнула по его губам, и он выразительно перевел взгляд на Себастьяна, едва заметно выгнувшего бровь. - Госпожа Цирцея и госпожа Мэг, - учтиво поклонился Себастьян двум обнаженным женщинам в кровати графа, – доброго утра. - Себастьян, - промурлыкала Цирцея, встав в полный рост так, чтобы видны были все её достоинства, – ты сегодня к нам не присоединился. - Он был занят, - весело отозвался граф, целуя Мэг в макушку, – а такое пропустил. - Прошу меня извинить, - ещё раз поклонился Себастьян. - О-о-о, твоя покорность заводит, - шепотом проговорила Цирцея, проводя острым коготком по груди дворецкого. – Но ты никогда не был покорным до конца… со мной. Себастьян улыбнулся, глядя в зеленые глаза женщины. Она была красива, а ещё чертовски умна и талантлива. Будучи человеком, своей черной магией она смогла добиться уважения не только в мире людей, но и в Подземном мире. - Нам пора, - проговорила ведьма, кивая своей юной спутнице. Цирцея и Мэг удалились, оставив после себя улыбку на лице графа. Парень сел на кровать, выразительно глядя на дворецкого. - Одень меня, Себастьян. Это входит в твои обязанности, - почти издевательски пропел Сиэль. Через пару минут на графе красовался голубой пиджак и джинсы, так полюбившиеся тонкому вкусу графа. - Так что там? - чуть ли не зевая, протянул руку Сиэль, уже чувствуя прикосновения бумаги. Он молча развернул конверт и стал читать. Глаза графа чуть сузились, когда он дошел до самой сути и расширились в удивлении к концу. - Что-то не так, господин? – поинтересовался Себастьян, но Фантомхайв вскочил со своего места и приказал заткнуться, кидая в сторону дворецкого чашку с ароматным чаем. Сиэль давно так не был зол. Хотя Себастьян сказал бы, что его господин воодушевлен предстоящим делом. Когда поток брани из пухлых губ графа прекратился, Сиэль все же уселся на место, становясь Графом Фантомхайвом, холодным и далеким, как ночное небо. - Нас отправляют расследовать дело о смерти Асмодея. Но, как выяснилось, в эту ночь погибли ещё три демона. Кто-то открыл на нас охоту. - Возможно, это Жнецы, - безразличным тоном выдал Себастьян, зная, что граф думает о том же. - Князь приказал не только найти убийцу, но и доставить орудие смерти. - Князь сказал вам, что это за орудие, господин? Сиэль кивнул, перечитывая письмо снова. Граф удрученно выдохнул, обращая свой взор на Себастьяна. - Собирайся, - почти шепотом проговорил Сиэль, словно боялся облачить прочитанные буквы в слова, которые имеют вес. – Мы отправляемся на поверхность.