Dirty Little Secret

Кто бы мог подумать, что манипулировать смертными окажется так забавно и занимательно? Наблюдать за тем, как они безропотно выполняют все твои приказы, не проронив ни слова протеста. Наконец-то почувствовать себя лидером, хозяином положения, пусть и в несколько извращённой форме. Локи с интересом следил за тем, как снуют туда-сюда по импровизированной лаборатории учёные, подчинённые его магией, выполняют то, что нужно ему. Пути назад нет. Захват Земли неотвратим. На тонких губах играла змеиная улыбка, зелёные глаза искрились безумием. Мысли о том, что Мидгард собирает сейчас в кулак свои жалкие силы для того, чтобы дать отпор нападению, казались Локи до безобразия смехотворными. Что могут эти жалкие смертные против него — Бога Обмана? Он почувствовал это сразу. Сама мысль о том, что кто-то проникает в его сознание, была Локи ненавистна, но другого выхода не было. Ему необходимы были союзники, армия, поэтому приходилось мириться с некоторыми… неудобствами. Трикстер закрыл глаза и расслабился, позволяя непрошенному сейчас гостю полностью завладеть его разумом. Он снова оказался там, куда попал после долгих скитаний по Вселенной. Это место нельзя было назвать иначе, как «убежище изгоев». Ледяной ветер, снега кругом, и едва ли здесь можно было найти хоть одно не искалеченное существо, впрочем, и таковых здесь было совсем немного. Зато это место оказалось идеальным для переговоров союзников, объединившихся для захвата Земли. Локи всеми фибрами души ненавидел это место, и меньше всего на свете ему хотелось снова попасть сюда, пускай даже лишь в собственном сознании. Здесь было холодно, и этот холод пробирал до костей, до мурашек по спине, даже трикстера, в чьих жилах течёт ётунская кровь. Но желание захватить Мидгард превозмогало этот холод и эту пронизывающую насквозь чужую боль, которой здесь даже ветер был пропитан. Поэтому Локи мастерски скрывал все свои чувства, натянув маску безразличия. Ни один мускул не дрогнул на худом бледном лице, когда перед ним предстал посланник Таноса. Трикстер предполагал, что едва ли получит от этой «встречи» какую-либо важную новую информацию. Но он не думал, что его собеседник начнёт его совершенно откровенно запугивать. И, признаться, в какой-то момент Локи действительно испугался. Он давно не чувствовал настоящего, животного страха, но в какой-то момент ощутил его всей кожей. — В руках у Него ты будешь умолять о той сладкой боли… — металлические ноты в голосе посланника пробирали до самой сущности. Такова была плата за возможность захвата Земли. Трикстер, не раздумывая, поставил на кон свою жизнь. Он жаждал власти, это было его навязчивой идеей. Всё своё существование в Асгарде, в тени величественного Тора, Локи хотел доказать всем, но в первую очередь, самому себе, что он тоже чего-то стоит. Что он не будет находиться на задворках до конца своих дней. Но тогда, когда он впервые пошёл против своей семьи и провёл ётунов в оружейную для того, чтобы сорвать коронацию Тора, Локи и предположить не мог, как далеко всё может зайти. И в кого он может превратиться. Возвращение в реальность было резким и неприятным. Впрочем, как и всегда. Ему потребовалась пара минут, чтобы осознать, что он вновь находится в подземной лаборатории, в которой его «марионетки» готовят плацдарм для наступления на Мидгард. Шумно выдохнув, Локи поднялся с пола и направился к доктору Селвигу, узнать, на какой стадии подготовка. Он не случайно выбрал именно Эрика Селвига для создания портала. Он прекрасно знал, что Тор испытывает благодарность к доктору за то, что он помог ему, когда Громовержец был изгнан на Землю. И это был лишний повод насолить старшему брату, который всегда и везде был первым, оттесняя Локи на второй план. Увидев рядом с лабораторией Бартона, Локи невольно ухмыльнулся. Видел бы его сейчас его непосредственный начальник, Ник Фьюри. Вряд ли бы он был в восторге от увиденного. Один из его лучших агентов, за мастерское владение луком получивший прозвище «Соколиный Глаз», на побегушках у нынешнего врага номер один. Локи не видел ничего неправильного или мерзкого в том, чтобы управлять людьми, как своими марионетками, дёргать за ниточки, когда ему это нужно, заставлять выполнять любые свои прихоти. Любые… Трикстер окинул оценивающим взглядом спортивную фигуру лучника, и идея, вдруг возникшая в его голове, заставила его улыбнуться едва ли не во весь рот. Что ж, это может быть вполне занимательно.  — Есть какие-нибудь новости, агент Бартон? — стараясь держаться равнодушно, поинтересовался Локи, подойдя к Клинту на расстояние вытянутой руки. — Нам известна следующая цель, — лучник повернул к трикстеру монитор портативного компьютера, на котором сейчас отображалась информация об одном из необходимых для портала материалов. А также информация о человеке, который имел прямой доступ к этому материалу. — Скажите, что Вам нужно. Клинт недобро ухмыльнулся. — Сущая ерунда. Небольшой хаос. И глазное яблоко. Локи одобрительно кивнул. — С этим проблем не будет. — Отлично. Нам нужно в Штутгарт. Можем вылетать прямо сейчас. — Торопиться нет смысла, у нас есть ещё время в запасе, — трикстер улыбнулся одними уголками губ. — Идёмте за мной, Бартон, Вы мне нужны. Развернувшись, Локи направился в сторону одного из помещений, которое когда-то служило ещё одной лабораторией. Бартон молча шёл вслед за ним. В комнате всё было покрыто цементной пылью, кое-где стены были оголены до кирпичей, штукатурка была сплошь покрыта глубокими трещинами, в некоторых местах она частично осыпалась, создавая тонкий белый слой на бетонном полу. Из мебели здесь был лишь железный стол да стул с подкосившимися ножками. Но этого было вполне достаточно. Локи прошёл по помещению к столу и, развернувшись, облокотился на него и испытующим взглядом посмотрел на Клинта, замершего в дверном проёме. — Почему же Вы остановились, Бартон? Разве я велел Вам остановиться? — Нет, — ровно ответил лучник. — Но Вы не объяснили, зачем я Вам понадобился. — Всему своё время, — по-змеиному улыбнулся трикстер. — Что Вы чувствуете, агент Бартон? Сейчас, находясь со мной один на один в заброшенной лаборатории под землёй. — Я выполняю Ваши приказы, и я должен здесь находиться. — Вы боитесь меня? — Нет. А нужно? — Возможно, — Локи загадочно улыбнулся. — Что ты готов сделать? — лишний официоз был уже ни к чему. — Всё, что Вы прикажете. — А если я прикажу прямо сейчас застрелиться? Бартон без слов вытащил из кобуры, прикрепленной к ремню, пистолет и приставил к виску. — Я жду Вашего приказа. Локи разве что не зажмурился от удовольствия. Как это чертовски приятно — держать в руках чужую жизнь. Одно его слово — и она оборвётся. Невыносимо восхитительно. Извращённое удовольствие, которое мог позволить себе только Он — Бог Лжи и Коварства. В какое-то мгновение его даже подмывало сказать «Стреляй», но Бартон был слишком важным звеном в его плане, чтобы «убрать» его от нечего делать. — От мёртвого тебя не будет совершенно никакой пользы, — Локи усмехнулся и жестом приказал лучнику убрать оружие. Бартон вернул пистолет в кобуру, а после замер, внимательно смотря на трикстера и ожидая дальнейших указаний. Которые не заставили себя ждать. — Подойди сюда, — Клинт, кивнув, направился в сторону Локи. Локи прошептал одно из простейших заклинаний, которое выучил в первую очередь, едва начал обучаться магии — заклинание, способное наложить морок. И хотя все, абсолютно все люди в этих лабораториях находились у него в подчинении и не посмели бы обсуждать ни единого действия трикстера, лишние глаза и уши были совершенно не к месту сейчас, когда ему хотелось немного развлечься. Подойдя на расстояние вытянутой руки, Клинт остановился, вопросительно смотря на асгардца. — Ближе, — прозвучал очередной приказ. — Сэр? — Подойдите ближе, агент Бартон, — тонкие губы тронула ядовитая улыбка. Бартон был не в состоянии ослушаться приказа и сделал пару шагов вперёд, оказавшись к Локи почти вплотную. Поскольку асгардец довольно существенно превосходил его в росте, Клинт сейчас взирал на своего «командира» снизу вверх, ожидая дальнейших указаний, с которыми трикстер не торопился. Он внимательно рассматривал своего самого ценного помощника, скользил взглядом по лицу, отмечая про себя маленькие, где-то едва заметные шрамы, на лбу, на скулах, на подбородке. Он обязательно спросит о том, где Бартон получил эти шрамы. И не только эти. Локи всегда нравилось слушать истории о том, каким образом был получен тот или иной след или рубец. Так он, по крайней мере, чувствовал, что не он один страдал и испытывал боль. — Сэр, какие будут указания? — негромко поинтересовался Клинт, так же пристально смотря на Локи. Трикстер ничего не ответил. Кончиками пальцев он ухватил язычок «молнии» на жилете Бартона и медленно потянул его вниз, смотря в глаза Клинту и наблюдая за его реакцией. Сначала было непонимание. Которое постепенно переросло в искреннее удивление. — Что Вы делаете? — однако голос лучника был спокойным. Локи расстегнул молнию до конца, после чего раздвинул полы жилета в стороны и провёл холодными ладонями по подтянутому торсу. Бартон непроизвольно дёрнулся. — Вы готовы исполнить любой мой приказ, агент Бартон? — вопрос прозвучал до смешного официально для той ситуации, в которой они находились. — Да, — без колебаний ответил Клинт. — Прекрасно. В таком случае мой первый приказ — избавьтесь от одежды. В ближайшее время она Вам не понадобится. Отойдя на несколько шагов назад, Бартон снял жилет и небрежно бросил его на стул. На расшнуровку ботинок времени потребовалось немного больше, но уже через минуту они стояли на полу возле стула. А ещё через несколько мгновений лучник стащил с себя брюки и бросил их поверх жилета. Оставшись полностью голым, Клинт распрямился и посмотрел на Локи, который слегка прикусил нижнюю губу и окинул лучника оценивающим взглядом. — Что ж, весьма неплох. Для смертного, — с насмешкой проговорил асгардец. — Иди сюда. Бартон на этот раз не мешкал. Он быстрыми шагами подошёл к Локи и теперь уставился на него с интересом и каким-то непонятным ожиданием. С одной стороны, Локи до безумия хотелось растянуть эту игру, сполна насладиться своей властью над этим человеком. С другой, он прекрасно понимал, что у него не так много времени, которое можно потратить на что-то, не связанное с его целью здесь, в Мидгарде. Трикстер обхватил рукой шею Бартона и потянул его на себя. Лучник, вероятно, ожидал этого, потому как он мгновенно ответил на холодный поцелуй, размыкая губы и впуская его язык в свой рот. Локи целовал жадно, властно, так, как мог и умел только он. В какой-то момент Клинт смог перехватить инициативу, но это было лишь короткое мгновение. Даже здесь и сейчас Локи не собирался позволять кому-либо собой руководить. Отклонившись от лица Бартона, он в одно мгновение поменял их положение, и теперь лучник прижимался животом к холодному столу, а Локи щедро одаривал его шею и плечи грубыми поцелуями-укусами. Очередное короткое заклинание, и доспех словно растворился в воздухе, оставляя трикстера обнажённым. Локи провёл руками по бокам Бартона, спускаясь на бёдра. — Раздвинь ноги, — полушёпотом произнёс он, склонившись над ухом Клинта. Тот безропотно выполнил приказ, расставляя ноги как можно шире. — А ты послушный мальчик. Директор Фьюри никогда не пользовался этим? — в голосе трикстера звучал неподдельный интерес и, в очередной раз, насмешка. — Он ценит своих сотрудников за профессиональные качества, — не без ехидства ответил Бартон. Локи лишь усмехнулся и, снова наклонившись к лучнику, прикусил мочку его уха, одновременно вводя в него палец. Клинт заёрзал, инстинктивно пытаясь уйти от неприятных ощущений, но Локи прижал его к столу своим телом и прошипел: — Не двигайся. Бартон замер, стараясь расслабиться. Трикстер удовлетворенно улыбнулся, после чего начал медленно двигать пальцем, растягивая и разминая напряженные мышцы. Лучник лежал неподвижно, покорно принимая то, что делал с ним Локи. Лишь по редким судорожным выдохам и тихому шипению можно было догадаться, что эти ощущения ему не нравятся. Такое положение вещей Локи категорически не устраивало. Ему нравилось, когда в постели его любовники показывали свои эмоции, реагировали на его прикосновения. Вся эта покорность и раболепство здесь и сейчас теряли всяческий смысл. Разумеется, Локи мог одним лишь своим словом заставить Бартона реагировать так, как ему хочется, но это было не то. Внезапно в голову пришла шальная мысль. В любой другой ситуации она показалась бы безумной даже Локи, но не сейчас. Сейчас эта идея казалось настолько волнующей и притягательной, что он просто не мог себе отказать. Трикстер опустил одну руку вниз, обхватывая длинными пальцами невозбуждённый член Бартона и начиная двигать по нему вверх-вниз, одновременно растягивая его. Клинт вцепился пальцами в край стола и позволил себе впервые испустить тихий полувздох-полустон. Локи почувствовал, как твердеет и напрягается плоть под его пальцами, как расслабляются его мышцы. Он добавил второй палец, и уже практически без труда двигал ими внутри. Клинт тяжело дышал, но по-прежнему был тих и смиренен. Когда Локи смог без сопротивления мышц добавить третий палец, он улыбнулся своим собственным мыслям. Он взял Бартона поперёк туловища и резко перевернул его на спину, тут же устраиваясь меж его раздвинутых ног. Одной рукой трикстер обхватил собственную напряженную плоть, направляя её, другую же руку положил на грудь Клинта. Он проговорил нужное заклинание и снял с лучника наваждение, возвращая ему его собственное сознание, одновременно с этим входя сразу до основания. Бартон вздрогнул и тихо вскрикнул. Локи остановился, внимательно смотря на лицо Клинта, с интересом ожидая его реакции. Локи увидел мгновенную смену эмоций во взгляде Бартона, когда тот поднял глаза. Непонимание сменилось… страхом? О, да, несомненно, он испугался. Следующей эмоцией, когда Клинт осознал, в каком… положении он находится, был ужас. Трикстер лишь улыбался, внимательно следя за этой переменой настроений. — Я знал, что происходящее произведёт на Вас должное впечатление, агент Бартон. Не дожидаясь какого бы то ни было ответа, Локи начал двигаться. Поначалу Клинт попытался вырваться, но эта слабая попытка закончилась полным провалом. Локи перехватил его руки и прижал их к столу одной своей. Второй же он вновь обхватил его член и начал ласкать его резкими, грубыми движениями. Бартон зажмурился, закусывая губу. Ему хотелось застонать от собственной беспомощности. И от того, что он, чёрт подери, вопреки всем законам логики, начинает получать удовольствие от мощных глубоких движений внутри себя и от руки, двигающейся по его члену. — Почему бы тебе не дать волю своим эмоциям? — проговорил трикстер. Сейчас в его голосе не было ни насмешки, ни приказных ноток. Его голос обволакивал, словно струился по венам, заставляя против желания разомкнуть губы и тихо застонать. После чего Бартон снова замолчал. Ему было унизительно даже получать удовольствие в руках создания, которое сделало его своим рабом и подчинило его сознание. Не говоря уже о том, чтобы показывать то, что он это удовольствие действительно получает. Локи наклонился к уху Бартона. — Разве есть сейчас смысл строить из себя оскорблённую невинность? Я знаю, тебе нравится. Я чувствую это. Я слышу, как бьётся твоё сердце, — его шёпот сводил с ума. — И я хочу видеть, насколько тебе это нравится. Покажи мне, как тебе хорошо. Все барьеры рухнули. Бартон бесстыдно обвил Локи ногами за талию, прижимая сильнее к себе и, наконец, выпустил рвущиеся наружу громкие стоны. Он всё ещё лежал на столе, не в силах подняться. Возможно, сейчас ему был предоставлен шанс сбежать, но голова категорически отказывалась воспринимать реальность адекватно, и уж тем более разрабатывать хоть сколько-нибудь пристойные планы действий. Когда Локи, уже облачённый в свой доспех, склонился над ним, Клинт вздрогнул, но даже не попытался отодвинуться. — Знаешь, иметь дело с тобой настоящим гораздо более приятно. Жаль только, что я не могу оставить тебе твоё сознание, иначе ты сорвёшь все мои планы. А мне ещё нужны Вы и Ваши навыки, агент Бартон, — он задумчиво провёл ладонью по груди лучника. — Рано или поздно, твои друзья освободят тебя, это неизбежно, и вернут тебе ТВОЁ сознание. Но воспоминания о том, что произошло здесь, на этом столе, останутся Вашей маленькой грязной тайной, агент Бартон, в дополнение к тем, которые у Вас уже есть. Бартон нервно сглотнул. Но прежде, чем он смог собраться с мыслями, чтобы ответить хоть что-то, Локи прикоснулся остриём скипетра к его груди, восстанавливая заклятие. После он отошёл от стола и направился к выходу, бросив через плечо: — Собирайтесь, агент Бартон, нам пора навестить Ваших друзей.