Дым сигарет

Работать с Кристиной и Юраем оказалось не так плохо, как представляла себе Трис. В отличие от Питера ребята много говорили и делали всё, чтобы девушка не чувствовала себя лишней. Но это было неизбежно. Очевидно, что этим двоим просто необходимо иногда уединяться. И Приор всё же иногда чувствовала, что скучает по молчаливому напарнику, который нет да нет, но хмурым взглядом следил исподлобья за каждым её движением, однако не забывал и о происходящем вокруг и оружие всегда держал при себе. — Ты бы видел, что она со своей комнатой сделала… — будто вспомнив, воскликнула Кристина, когда они втроем разместились на поваленных от ветра деревьях. Погода стремительно приближалась к весенне-теплой, поэтому работать совсем не хотелось. — Я офигела просто! — Крис… — покачала головой бесстрашная, закатив глаза. — Ты ему совсем все рассказываешь? — И даже больше, — улыбнулся парень и приобнял брюнетку. — Да я даже представить боюсь… Вы же тигрицы! Натуральные. Вам лучше дорогу не переходить, — лукаво посмотрел он на девушку. — А то и поцарапать можете, — парочка обменялась двусмысленными взглядами. — Я же уже извинилась, — Кристина пыталась заткнуть разговорчивость своего парня. — И тебе это понравилось, — прошептала уже на ухо девушка. — Я знаю, — также шепотом ответил Юрай, смотря на смеющуюся Трис и добавил уже громче. — Мне скрывать нечего! Может я хвастаюсь. — Господи, когда ты уже наговоришься и заткнешься? — снисходительно улыбалась Крис. — Вот это время будет… Это он передо мной хвастается? Ха…Видел бы он мое тело, там живого места нет… А тут, просто царапины… — Да ладно, пусть болтает, — усмехнулась Трис. — Есть, сэр! — кивнул Юрай и легонько чмокнул свою девушку в щеку. — Ну да, а вот твой страшный парень не очень то разговорчив. Кстати, он еще не вернулся? — Он не мой, — выпалила девушка прежде чем успела это обдумать. По сути это правда. Тобиас никогда не предлагал ей встречаться. — В смысле, он не страшный парень, — тут же спохватилась девушка, увидев недоумевающий взгляд друзей. — И почему ты его так называешь? — Ну он же страшный и такой эмм.. сурьёзный, — с энтузиазмом продолжил бесстрашный, не обращающая внимания на взгляд Кристины а-ля: Я же тебе говорила. — Вечно с таким выражениям лица, будто все разом умерли, без обид только, — вставил Юрай. — Какие уж обиды? Мне тоже иногда кажется, что он слишком много парится, — заметила Трис криво улыбаясь. - Нет, не вернулся. Может быть нам расскажешь, что происходит? — А что я? Я ничего не знаю, — затараторил парень. — Я мелкая сошка. Даже если что-то бы и происходило мне бы никто ничего не сказал. Вот Зик это да. А я… Да и что может происходить? И почему ты думаешь, что что-то происходит? По-моему все чудесно. Просто прекрасно. Живи и радуйся. — Успокойся, у Трис просто мания какая-то, — снисходительно вздохнула девушка. — Везде мерещатся заговоры… Ты еще скажи, что прямо сейчас за нами наблюдают афракционеры дивергенты! Я всё равно все узнаю… — Ну не до такой же степени, — усмехнулась бесстрашная. — А почему ты с нами? Тебе не объяснили? — поинтересовался вездесущий парень. — Нет, поставили перед фактом и все. — Я думала Питер тебе рассказал. Он же за этим приходил? — Что? К нашей малышке заходит кто-то кроме Четыре? И ни кто-нибудь, а сам Хэйес! Интересно, интересно… — Боже… Да он просто сказал, что теперь я патрулирую с вами и все! Крис! Не при Юрае же! — Ладно, может Уилл знает? — уловив знаки подруги, предположила брюнетка. — Ну не знаю, захочет ли он с нами делится? Наш парень совсем зазнался… Штабным стал.. — Не говори так… — встала на защиту друга альтруистка. — Он просто много работает. — Да я же шучу, расслабься! Уилл — наш человек! Пошлите, а то засиделись уже.

***

О смерти Стива сообщили за ужином. Очень сухо и немногословно, будто говорили не о человеке вовсе. Объявили о несчастном случае и что его уже похоронили. Длилось это не больше пяти минут. Затем все подняли за него бокалы и вернулись к привычным обсуждениям. Трис даже не успела толком ничего осознать. И вот так это и происходит? О человеке просто забывают и всё? — Кто-нибудь что-нибудь понял? — сразу же спросил Юрай, откусывая кусок от тоста. — Да что непонятного то? — поморщилась Марлен. — Был человек, а теперь нету. — Да ты что?! — карикатурно удивился парень. — Ты мне прямо глаза открыла. Тут вопрос в том, с какой это стати здоровенный взрослый детина сиганул в пропасть? — Мало ли… Может причина была, — осторожно вставила Трис, не поднимая глаза на друзей. — Кхмм, Трис, без обид, но он же сформировавшийся мужик. А такие, вот так проблемы не решают… Да и не додумался он бы до этого, умом не блистал, я бы сказал. — Пфф… Не знала, что чтобы спрыгнуть в яму нужно обладать особым интеллектом, — возразила Шона. — Как раз наоборот. А вот в то, что он свалился туда по своей тупости или неосторожности я быстро поверила бы. — Уилл, а среди командиров что-то слышно? — поинтересовалась Марлен, продвинувшись ближе к недавно подошедшему эрудиту. — Особо об этом не говорят, — слегка опешил от такого внимания парень, но тут же принялся за еду. — Хотя… — он положил огромный кусок ветчины себе в рот и замолк. Все сразу подняли глаза на него, ожидая продолжения, но брюнету было не до того, он очень хотел есть. А Приор же пыталась найти в толпе жующих Питера или хотя бы ту девушку, Эмбер, которая была в то утро со Стивом. Интересно, как она это восприняла? Поверила ли в несчастный случай? На долю секунды ей стало жалко тут миловидную блондиночку и она решила, что если встретит её, то попытается ей помочь. Хоть как-нибудь. Хэйеса нигде не было видно, да и Эмбер тоже. Ни Тобиаса, ни Эрика альтруистка тоже не обнаружила. За столом с Максом сидели только два незнакомых ей бесстрашных и о чем-то тихо переговаривались. Вид у них был обеспокоенный. — Ну и…? — первым не выдержал, естественно, Юрай. — Хорош жрать! Что хотя? — Да ничего такого, — запил еду соком Уилл. — Просто его тело специально не показывали. Его же похоронили очень быстро. Без всех. Никто даже проститься не смог. — И что в этом такого? — протянула Шона, увлеченно тыкая вилкой в зеленый горошек. — Я бы тоже ничего такого не подумал бы, но потом краем уха услышал, что на его теле были гематомы и кровоподтеки, которые не были вызваны падением. — И что это может значить? — напряглась Трис, посмотрев на друга. — Скорее всего то, что это был не несчастный случай, — задумчиво произнес эрудит. — Но это лишь догадки… Знаете, у нас люди очень скрытные работают, поэтому толком не говорят ничего. — Убийство? — пробуя на вкус слово, растянулась Кристина. — Кому это могло понадобиться? Юрай, ты его знал? — тот отрицательно помотал головой. — А Зик? — Ну так чтобы очень… Нет. Он не особо дружелюбный был. Из другой компании так сказать. Но плохого о нем я тоже не слышал. — А кого у нас сегодня нет? — вопросительно подняла лицо на всех Шона. — Может убийцу уже устранили? — Да тут половины нет, — вяло протянула альтруистка. — Это ни о чём не говорит. — Так и с нами будет? — вдруг спросила Марлен. — Назовут храбрецами, опрокинут рюмку и забудут? На все не больше двух минут? — друзья посмотрели на девушку как в первый раз. Никто не ожидал такого от хрупкой красотки. — Ну ты мать и загнула… Умирать собралась что ли? — попытался шутить Юрай. — Я вот точно пока на тот свет не собираюсь… Но если что, то обещаю, что уделю тебе больше двух минут! Я буду так рыдать, что никто не посмеет забыть о тебе! Ты ведь меня знаешь… Начну говорить о том, как несправедливо обошлась с тобой жизнь и что уходят как всегда самые лучшие из нас.. Могу репетнуть! Гхмм..- он громко прочистил горло и состроил скорбный вид. — Почему? Почему именно Марлен? Эхх… Как это не справедливо! Она была так молода, так… невинна… Ой, это я не про неё. — Ну угомонись, угомонись ты уже, красноречивый ты наш — усмехнулась блондинка.

***

— Так тебе помочь? — остановившись у двери Трис поинтересовалась Кристина. — А то утром мы как-то слабо продвинулись в уборке, — коварно подмигнула она, учитывая, что победила в их сражении Приор. — Да не надо, я сама справлюсь, — она взялась за дверную ручку. — Хочу все закончить и лечь спать пораньше. — О, сон… Как давно я уже нормально не спала… Хотя, знаешь я не против такой бессонницы, — одарив многозначительным взглядом порозовевшую подругу, Крис упорхнула в свой мир, где скорее всего её уже ждал Юрай. Заходя домой у девушки возникло ощущение, что кто-то есть внутри, что кто-то ее ждет. Вот сейчас она откроет дверь, а там опираясь на стол, стоит он и чему-то улыбается. Наверное, ей. Но ничего этого не происходит, поэтому сжав зубы покрепче, Трис принимается за уборку. Это занятие протекает очень долго просто потому, что девушка постоянно отвлекается на летающие по всей комнате пушинки. Ей особенно жалко расставаться с ними, но метла и совок с ней не согласны. Заканчивает она когда на улице уже совсем стемнело. Небрежно накинув новую простыню на матрас, который снова был на своем месте, альтруистка обессиленно падает на него, даже не взяв подушку. И тут же отрубается, довольная проделанной работой. Сейчас комната мало чем напоминала тот хаос, который она устроила. Все было чистенько и опрятно. Максимум что бросалось в глаза это царапины и вмятины на столе и шкафу, сломанный стул, который бесстрашная решила заменить на другой и порванные тряпки. Их она просто выкинет. Спала девушка не долго и проснулась так же резко, как из заснула. Будто и не спала вовсе. Просто вдруг открылись глаза, и темнота ушла. Разучилась я спать… Немного поерзав, Трис поняла, что она одна. Ну, а собственно кто тут должен быть? Два раза провела ночи с парнями, причем с разными и всё? Губу раскатала, Приор? Угомонись! Мысленно отругав себя, альтруистка встала и всё-таки завершила уборку, во время которой обнаружила в ванной комнате майку Питера, которую он там оставил, когда переодевался в чистый комплект одежды. На секунду впав в ступор, она просто косилась на нее и боялась подойти ближе. А майка преспокойно себе висела на дверце душа. Слегка прищурившись и поджав губы, Трис прошествовала мимо нее, будто бы не замечая. Всё еще немного сонная она отправилась на кухню, разумно заметив, что пожрать никогда не помешает, а пожрать вкусно вообще святое дело. К счастью, шкафчики оказались заполненными. Кто это делал и когда, девушка не знала, да не особо и стремилась. Четыре говорил, что каждый должен заниматься своим делом. Поставив чайник и намазав себе немного шоколадной пасты на хрустящий хлеб, она решила посмотреть тот алкогольный тайник, исключительно ради интереса. Естественно там ничего нет… Не будут же туда еще и алкоголь докладывать.. Секретная полка оказалась полностью заставлена. Там появилось даже больше, чем было раньше. Рассудив, что от бокала вина ничего не случится, Трис открыла одну бутылку красного. Кстати, с большим трудом, так как она делала это впервые. Но спустя десять минут, девушка уже пробовала напиток, который показался ей весьма вкусным. Кушая бутерброд, Приор нарезала круги по комнате мимо открытой двери в ванную, где продолжала висеть его футболка. Проходя мимо, она невзначай бросала на нее взгляд, вероятно полагая, что та исчезнет сама. Но этого не происходило. — Умм… Ладно! Не будет же она висеть там вечно? — непонятно на кого разозлившись, альтруистка схватила злосчастный клочок ткани и швырнула его вглубь своего шкафа. О том, почему она не выкинула её или не отправила в стирку по трубе, девушка решила не задумываться. Гордо прошествовав обратно на кухню, Приор вооружилась ножом, чтобы приготовить себе еще несколько порций. Вино принималось просто отлично, и напоминало скорее виноградный сок. Нарезая хлеб, девушка вдруг услышала очень тихий скрип входной двери. Насторожившись, она покрепче ухватилась за рукоятку, но продолжила свое занятие. — Женский алкоголизм не… — начал знакомый голос, но Трис тут же резко развернулась приставив лезвие к его груди. -… лечится… Немая пауза слегка затянулась, но девушка не спешила убирать свое оружие. Тобиас же просто растерялся. Уж чего, а этого он точно не ожидал. — Это же я.. эмм.. Трис? — Это ты, да, — она не могла понять рада ли, что это он, а не кто-то другой. — Тогда может опустишь нож? — улыбнулся парень. — Ой… Да… Прости… — Беатрис отвернулась и продолжила с невозмутимым видом нарезать хлеб. — Хмм.. — озадаченный бесстрашный продолжал стоять за ее спиной. — Ну так… Может объяснишь? — Что?! — немного резче чем ей хотелось произнесла альтруистка. — То есть это я пропадаю хрен знает куда, а потом заявляюсь к тебе с довольной улыбкой? А? Может всё же ты объяснишь? — Эй.. Успокойся, — он легонько разворачивает её к себе. — Тут же дело явно не в этом, да? — берет в ладони ее лицо. Не надо… Не трогай, Тобиас… Девушка пытается вывернуться и боится смотреть ему в глаза. Боится, что он увидит там всё. — Как это не в этом? — отстраняется бесстрашная. — Ты думаешь я дура? Не замечаю, что что-то происходит? Я думала, ты мне доверяешь… — Да насрать мне на то, что происходит, — вдруг сорвался Четыре. — Это не важно вообще! Единственное, что меня сейчас волнует, это ты! То, что происходит с тобой, а не с кем-нибудь другим! — Тобиас… — глаза наполняются слезами, но бесстрашная решила, что не покажет их инструктору. Общение с Питером научило её не показывать лишних эмоций. Но это же он… Это Четыре… — Посмотри на меня, — он снова привлекает её к себе. Прости… Я не могу. Я просто не могу. И Трис прислоняется к нему. К горячему комочку поддержки и сопереживания. Утыкается лбом в грудь, в то место, куда недавно приставляла нож. Кончиком носа вжимаясь в пыльную гимнастерку, пропитанную запахами поля и пота. Он тут же обнимает её. Легонько. Чуть заметно. Давая свободу. Тобиас, если бы ты только знал… Как я перед тобой виновата. Ты уже расслабился, ты думаешь, что проблема решена, да? Но я обнимаю тебя только чтобы ты не видел меня. Не видел моего лица слишком долго. Сейчас мне нужно спрятаться от тебя. Почему все считают объятия такими важными? Это лишь способ убежать. — Зачем ты пришёл? — вымученный вопрос повисает в воздухе, и Приор немного отстраняется не в силах больше терпеть чьи-то прикосновения. Должно пройти время. Время? А вот под руки Питера ты подставлялась почти сразу! Но я же была пьяна?! — К тебе, — просто отвечает парень. Было заметно, что он немного не понимает состояние подруги, которая, вероятно, вела внутренний спор. Идея с веселым сюрпризом провалилась и теперь он не знал, что ему делать. — Хорошо, оставайся, — кивает девушка, снова отворачиваясь. — Но я уже собиралась спать, некоторым надо работать, а не шляться непонятно где, — Четыре улыбнулся, но ничего не сказал. — Ты есть будешь? — Не откажусь, а то я сразу к тебе пошел, как вернулся, — потирая ладонями произнес Четыре. — Тогда поешь и баиньки, — вручая большой бутерброд с кружкой чая произнесла девушка. — Есть! — пробурчал Четыре, запихивая еду себе в рот. — Я в душ, тебе тоже не мешало бы, — Трис остановилась возле душа, выжидающе уставившись на парня. Не говорить же ему, что он воняет? — Да я знаю, иди ты первая, я пока поем, — он вплотную насел на еду. — Ну ладно. А как бы себя повел Хэйес? Точно не упустил бы шанса пошутить по поводу моей фигуры, но… Он бы пошел за мной. Фухх.. Хорошо, что хоть майку убрала! Обернув волосы полотенцем, Беатрис лежала на кровати. Первый раз она не знала, о чем говорить с инструктором и вообще как вести себя. Что-то плохое и черное кричало о том, что неплохо бы высказать ему нечто язвительное и вообще накричать. Ведь если бы не его постоянные отлучки, то может не случилось бы ничего такого. И он видел бы, понимал бы, что Питер так близко к ней. Даже ближе него самого. Лучше претвориться спящей… Да, так будет лучше. — Трис, — донеслось из душа. — Эммм… У тебя случаем нет мужской одежды? — Черт… — выругалась девушка и уже громче добавила. — Нет конечно, откуда ей взяться? — Ладно, тогда можно… — Четыре вышел лишь в одном полотенце, которое болталось в районе бедер. Он сосредоточенно набирал что-то на своем коммуникаторе. — Есть тут у меня один человечек… Или может и не надо? — Надо! — выдохнула Трис, наблюдая за его гибкими движениями и мокрым телом. — Но это всё равно долго… — усмехнулся Тобиас, наслаждаясь её реакцией. — Ну хорошо, хорошо, — он продолжил выбивать сообщение на экране. — Мне так нравится как ты выглядишь сейчас, — инструктор отправил сообщение и присел на кровать ближе к Приор. — Так по-домашнему… Девушка села на пятки прямо напротив Итона, стараясь не сильно улыбаться от нахлынувшей нежности. Одной рукой он медленно стягивает полотенце с ее головы, не разрывая зрительный контакт. Поставив руки себе на колени и слегка прогнувшись в спине, Трис приблизила лицо ближе, подставляясь его нежным ладоням. Полотенце свалилось на простыни, обнажая приглаженные влажные кудри, которые сейчас открывали лицо бесстрашной. Она смотрела на парня слегка виновато и ей казалось, что он видит её насквозь. Что знает все. Но молчит. — Что с твоей губой? — тихо прошептал Тобиас, очерчивая пальцами лицо девушки. — Прикусила, — также шепотом отвечает Трис. — Хмм.. Не уверен, что хочу знать, почему ты спишь в закрытой водолазке и штанах, но… Ты можешь сказать мне все, — кинув грустный взгляд на её лицо продолжил бесстрашный. Взгляд альтруистки заметался, она судорожно пыталась принять решение, но вместе с тем в груди росла чернота и слова сами просились наружу. — А может это тебе стоит сказать мне? — она перехватила ладонь парня и резко прижала её к своей щеке. От неожиданности Тобиас слегка опешил, но руку не убрал. — Рассказать про свои отлучки? Может тебе стоит перестать беречь меня? — прищурилась бесстрашная. — От всего ты меня не защитишь, ты не сможешь быть вечно рядом. Ой, тебя же и так постоянно нет! Он хотел что-то ответить, но стук в дверь отвлек парня. Взгляд Беатрис ему не понравился. Холодный и с жестким прищуром. Она отстранилась, отбросив его руку. — Это наверное тебя, — поморщилась Приор, откатившись к спинке кровати. Придерживая полотенце, пораженный инструктор пошел открывать дверь. — И почему я не удивлен, что ты здесь, — в комнату залезла довольная рожа Юрая. — Извини, чувак, нашел только штаны и труселя… О, я вам тут помешал? — А ты чего так быстро? — Четыре забирает у него одежду и старается не выглядеть слишком озадаченным. — Да он же прописался тут, у Крис, — протянула девушка. - Да, Юрай? Даже вещички перевез? — Ну не все… Но так ведь удобнее, — замялся брюнет. — И вам вот помог… Ну, я пожалуй пойду. Это самое, Четыре… — он что-то быстро прошептал ему на ухо. Тобиас кивнул и закрыл дверь. — Только не при мне, я тебя умоляю… — фыркнула девушка, суша волосы полотенцем. — Прекрати, — переодевшись, Итон пытался понять, что происходит. — Если я прекращу, то волосы будут сохнуть целую вечность! — Да что с тобой сегодня? — не выдержал Четыре. Да как он смеет? Опять какие-то секреты… — А что?! Такая не нравлюсь? Ну же, не стесняйся… Мистер совершенство.. Я что, должна всегда быть такой, какой ты хочешь? — Трис злилась всё сильнее. Даже не на Четыре, а скорее на себя. — Остановись, остановись… Это из-за Стива, да? Из-за Стива? — Что? — девушка поперхнулась от неожиданности и замерла. Что за… Откуда он знает? Как он вообще..? — Я знаю, знаю… — он обнял девушку за плечи. — Я слышал, что он покончил с собой. Слышал. Ты вспомнила об Альберте? Да? — Причем тут он? — злилась Беатрис. — Трис, ты не виновата… Успокойся, успокойся… — Я… я не… — Откуда ты знаешь? — Сообщили уже. — Ты же сказал, что сразу ко мне пошел… — недовольно цокнула языком девушка. — Боже, Трис, видишь это? — он показал коммуникатор. — Как у Питера… — Ну да, у него тоже есть. По нему мне и сообщили. — А что еще может эта штука? — заинтересовалась альтруистка. — Да много чего… — залезая на кровать и ложась рядом с девушкой, ответил Четыре. — Мы можем обмениваться сообщениями, подключать к компьютерам и следящим устройствам, звонить, но этого обычно никто не делает, записывать видео, делать голограммы… — И разные документы там хранятся? — мимоходом поинтересовалась Трис. — Ага… Есть план Бесстрашия и… Эй… Я не скажу тебе всего, ты же понимаешь? — Но попытаться то стоило? — коварно улыбнулась девушка. — Слушай, а Хэйес же не работает в штабе. Почему у него тоже есть эта штука? — Питер — шестерка Эрика и этим все сказано… — Они разве не друзья? — У Эрика нет друзей, — отрезал инструктор, улегшись на подушку. Пара минут молчания и любопытство бесстрашной завыло громкими басами. Ей было очень интересно, где сейчас её напарник. — Не знаешь где он? — как можно безразличнее произнесла девушка, теребя волосы. — Мы патрулируем вместе, а сегодня его не было… Может его выгнали? — Он в Дружелюбии, подробностей не знаю, но до праздника весны он скорее всего не появится, — Тобиас развернулся к альтруистки лицом. — А что? Такой незаменимый напарник? В его взгляде было что-то еще, что-то едва уловимое. Ревность? Хотя он пытается её скрыть за усмешкой. — Да плевать мне… Я все хочу у тебя спросить, долго мне еще в патруле сидеть? Я же хочу с тобой работать! — перевела тему Приор. — Это не совсем от меня зависит, но что-нибудь придумаем, — подмигнул парень — Ты расскажешь мне всё? После этого гребаного праздника? Обещай! — Да, расскажу, — через какое-то время ответил парень. — Верь мне, Трис. — Ладно, — она легла рядом, но так, чтобы не касаться тела юноши. — Прости меня за сегодня я… — Не надо, — тут же перебивает её Четыре и подгребает её чуть ли не под себя. Альтруистка сразу напрягается. — Хочешь поговорить об этом? Об Але? — Давай спать, — бесцветным голосом выдавливает из себя Беатрис, стараясь не зайтись в истерике. Бесстрашный удовлетворенно кивает и поворачивает девушку к себе спиной, не размыкая объятий. Чем бы он там не занимался, девушка заметила, что он очень сильно устал и теперь сжав зубы ждала, когда он заснет. Почему так больно? Почему? Сейчас она ощущала его прикосновения на тех местах, где были синяки и засосы. Да даже там где их не было, кожа будто горела отторгая его руки. Следы как бы говорили, что он не имеет права к ней прикасаться. Сомкнув глаза, девушка вслушивалась в дыхание Итона, стараясь уловить момент, когда он уже уснет и пытка прекратиться. Все смешалось. Ей казалось, что хоть Питера и нет здесь, но его руки словно окутывают её тело, а там где соприкасаются с ладонями Тобиаса вспыхивает огонь. Мерзко… Ужасно мерзко, будто Стив лапает меня своими сардельками..! Все… Не могу. Воспоминания о насильнике завершили картину неприязни, но как раз Четыре изволил заснуть. Мысли о свободе наполнили девушку силами, и она как можно быстрее и аккуратнее выбралась из медвежьих объятий. Встав напротив кровати, она наблюдала за ворочающимся парнем, который через несколько секунд перевернувшись на живот довольно засопел. Прости.. Я не могу. Не могу.. Прости, Четыре… Прости меня… Убежав на кухню, девушка сварила себе кофе. Много кофе. Потом зачем-то принесла стул в комнату и села напротив кровати, обняв коленки одной рукой и держа дымящуюся кружку другой. Заливая крепким напитком холод, она наблюдала за спокойно спящим Четыре и сильнее погружалась в свои мысли. А ведь если бы не все это дерьмо, я бы сейчас спокойно валялась вместе с ним и может мы бы даже любовью занимались.. Но так… Нужно время… Не могу… Каждой клеточкой тела она ощущала свои царапины и синяки, предательски ныла губа, будто прося еще и еще тех же ощущений. Но хуже всего ощущались раны, которые засели глубоко внутри. Их не было заметно на коже, но болели они просто ужасно. Кровавые порезы когда-то светлой души.

***

Недели тянулись медленно, но всё же тянулись. Четыре все еще исчезал, но когда появлялся, то обязательно приходил к Трис. Обычно он просто спал, а она просто смотрела, как он спит. Раны потихоньку исчезали и девушка даже спала вместе с Тобиасом пару раз. Но ничего большего между ними не происходило. Иногда это бесило девушку. Ей казалось, что если бы у него была напористость Питера, то Стив бы причинил меньше боли. Но чаще Приор скорее радовалась тому, что инструктор её не трогает. Спокойно разговаривает, целует, а потом заваливается от усталости. Что же он такое там делает? Что касается синяков, то Кристина как-то случайно заметила один засос и принесла чудодейственную мазь из лазарета. Она то подумала, что это последствия ночей с Четыре. Наивная. Заставив девушку полностью раздеться, она обмазала ей каждый кровоподтек и уже через пару часов кожа сияла чистотой. Трис даже растерялась немного. Его отметки будто уже стали её частью и расставаться с ними было странно, поэтому обработать губу она не позволила. В один из выходных Кристина заявила, что отведет её в самое святое место. Туда где делают кружевное белье и косметику. Этот небольшой рынок и рынком то назвать было нельзя, так как денег не у кого не было, находился где-то между Бесстрашием и Дружелюбием. И там было все. Абсолютно все. Причем многие штучки казались девушке диковинными и незнакомыми, поэтому за нее их выбирала Кристина. Этот рынок работал только один день, в выходной, а товары представляли мастера из дружелюбных. Оказывается они не только шьют одежду для всех фракций, но и иногда позволяют полету фантазии придумывать совершенно необычные наряды. Поэтому как только Трис оказалась там, её глаза просто не знали куда смотреть. Много ярких красок и приятных запахов. Она только и успевала говорить да или нет, на то, что подносила ей подруга. К концу дня с огромными баулами всякой всячины девушки вернулись домой и еще долго обсуждали увиденное. — А как ты узнала об этом месте? — поинтересовалась Приор, попивая чай и разглядывая новые скляночки духов. — Марлен нашептала… У нас тут вообще много потрясных мест есть, в Бесстрашии например бар. Но туда новичкам лучше не соваться. Да и зачем нам этот бар? Потайной шкафчик открыл и пей не хочу! — Ты тоже его нашла? — Юрай подсказал, — улыбнулась девушка. — Ну все! Пойду я. Наряды к празднику купили, теперь я со спокойной душой могу пойти спатеньки! Ну или нет… Ты же видела это белье! Его нужно немедленно показать… — Хорошо, я поняла, — прервала её смеющаяся альтруистка. Проводив подругу, Трис решила немного прибраться и разобрать приобретенные вещи. Небольшой шкаф пополнился новым комплектом пижамы и домашней одежды не черных цветов, а также платьем для праздника, который наступит уже через неделю. Баночки с кремами, производимыми в Эрудиции, девушка разместила в ванной, которая сразу же уменьшилась чуть ли не вдвое. Но она всё равно была намного просторнее квартиры Крис. Приор бывала там нечасто, так как боялась наткнуться на полуголого Юрая, но как-то забежав на пару минут она была просто поражена. Брюнетка так сильно переделала комнату, что никто бы и не подумал, что это квартира бесстрашного. В глаза бросались только отдельные цвета, но в остальном это была уютная слегка захламленная квартирка. По сравнение с ней, жилище альтруистки выглядело серым и скучным. Оно не говорило о том, кто здесь живет. Но теперь благодаря стараниям подруги места здесь конкретно поубавилось. Складывая одежду, девушка наткнулась на майку Питера, о которой уже давно позабыла как и о ее обладателе, который к слову не появлялся уже несколько недель. Отложив ее в сторону, Трис продолжила свое занятие, категорически запрещая себе смотреть на нее. Шкаф заполнился, и альтруистка нехотя перевела взгляд на сиротливо валяющуюся часть одежды. На секунду она представила, что это Питер. Тут лежит у её ног. Ну да… Он скорее убьет себя, чем… Долгий день так утомил бесстрашную, что она не раздеваясь опустилась на прохладную постель. Несмотря на то, что на улице уже была солнечная и теплая погода, комната сохраняла приемлемую температуру и тишину. Поначалу хороший сон стал превращаться в очередной кошмар с участием Стива и почему-то Макса, которые ради забавы заставляли девушку танцевать стриптиз. Танцевала она плохо и поэтому каждый раз за неумелое движение получала пулю. Выстрелы были громкими, а боль просто адская, но она не умирала, лишь истекала кровью и продолжала танцевать. А мучители смеялись, смеялись, смеялись… Все это было приправлено ярко красным освещением и очень малым количеством одежды. Неожиданно все исчезло и погасло. Трис перестала корчиться от боли и ощутила легкость. Она вдруг оказалась в своей кровати. Но вокруг больше не было ничего. Только чернота. Сплошная темная завеса. И голос. — Ты должна быть в моей постели. Говорящего не было видно, как и не понятно было откуда доносятся слова. Они были везде. Но не внушали ужаса. Интонация была немного снисходительной, но больше мягкой и манящей. Приор сразу узнала голос Питера. Только он мог говорить ТАК. Растягивать слова. Играть с гласными. Обладать силой принуждать к чему-то одним словом. Бесстрашная хотела что-то ответить, но не смогла. Открыв рот, она не издала ни звука. Только вдыхала и выдыхала воздух будто рыба. Попробовав закричать, Трис тоже не добилась успеха. Поэтому она встала и побрела в темноту. Ей почему-то казалось. Что она найдет дорогу. Хотя и голос раздавался отовсюду, альтруистка была уверена, что идет за ним. — Приходи спать рядом со мной. Услышав эту фразу, перед глазами будто бы пронесся его улыбающийся образ. Но это была грустная улыбка. Будто ему сейчас плохо. Будто он в чем-то нуждается. — Где ты? — прошептала Беатрис, резко проснувшись от жары и духоты. Она хотела сесть, но ей мешало нечто огромное, подмявшее её под себя. Четыре пришел и лёг рядом. Хотя нет. Он не умел рядом. Он умел только лечь на девушку, закрывая почти все её тело своим. Пробурчав что-то про принадлежность кровати и всяких здоровяков не умеющих спать рядом, Трис выкарабкалась из-под тела и вдохнула полной грудью. Вся вспотевшая она решила хотя бы переодеться. — Мда… Спать в патрульных штанах — не самая лучшая идея… — сокрушалась девушка, снимая пропитанную потом одежду и выбрасывая её в трубу для стирки. Оставшись в нижнем белье, она снова обратила внимание на футболку назойливо лежащую рядом. Местами потертая, но такая соблазнительно длинная. Переминаясь с ноги на ногу, девушка вертела головой то в сторону майки, то в сторону спящего Тобиаса. Прошло около минуты, как бесстрашная подбежала к предмету одежды и быстро нырнула в него, благоразумно позабыв о новой пижаме, да и обо всей своей одежде. Майка оказалась приятной на ощупь и удобно растянутой. Она закрывала бедра Трис, но красивые ноги оставались на свободе. Так что альтруистка быстро натянула короткие серые шортики под нее. Довольная собой она пошлепала уже обратно к кровати, как вдруг ноздри уловили едва заметный запах. Будто невидимым зигзагом от футболки тянулся тоненький сигаретный дымок. Вдохнув поглубже, она поняла, что не ошиблась. Так долго здесь пролежала… И всё равно пахнет им… Ухватившись за края горловины, девушка натянула как можно больше ткани на нос и быстро забралась на постель. Она повернулась спиной к парню и легла на бок, боясь вдохнуть и возможно избавиться от всего того, что еще осталось на майке. Немного приноровившись и приняв удобную позу, Беатрис всё-таки позволила себе глубокий и протяжный вдох. На какое-то мгновение ей показалось, что Питер сейчас здесь. Что он рядом. Лежит позади на боку, облокотившись на одну руку, а другой приобнимает и лукаво смотрит на нее, отрезая от Четыре. Ты же хочешь меня… Так сильно, что даже при нем ты думаешь обо мне. От майки пахло сигаретами, видимо он очень часто в ней курил. До такой степени, что дым напрочь въелся в ткань. Также пахло свежестью и чем-то приятным и травяным. Оказавшись будто в объятиях парня, альтруистка снова погрузилась в сон.

***

До праздника оставалось каких-то жалких два дня, и жара на улице только усиливалась. Несмотря на то, что это праздник весны, отмечали его почему-то в конце апреля. Раньше он назывался как-то иначе, но сейчас уже никто не помнит исходного названия. Отмечали его традиционно в Дружелюбии, которое славилось вечнозелеными газонами. Работать становилось все труднее, и люди в основном вяло шатались по яме, стараясь поскорее укрыться в прохладных квартирах. Вместе с приближением дня отъезда в Дружелюбие на Трис нахлынивало беспокойство. Она стала плохо спать, все чаще просыпаясь от кошмаров. Четыре же не появлялся уже около двух дней. Сказав лишь, что это очень важно и что все объяснит потом, он просто ушел утром. Спасали друзья. Конечно, Крис и Юрай проводили много времени вместе, но они также не забывали и об их компании. Уилл подолгу пропадал в штабе, а когда вырывался старался увести тему от расспросов касаемых его должности. Приор буквально чувствовала напряжение, которое летало в воздухе. И она была уверена, что не только она замечает это. Все будто к чему-то готовятся. Правда неосознанно. Крис на такие заявления лишь велела ей взять побольше снотворного и хорошенько выспаться. Что собственно альтруистка и сделала, гадая, как она сама могла позабыть о таком чудесном средстве, как снотворное. Поэтому в тот же вечер девушка приняла пару таблеток и, запив его водой из бутылки, которую она теперь ставила рядом с кроватью, попыталась заснуть. Вспоминая скомканный разговор с Эриком, Трис сильнее закуталась в простыню. Именно сегодня она не выдержала и решила аккуратно спросить командира о Питере. Разумеется мужчина сказал, что это не её дело и просто ушел, коварно усмехнувшись. Было заметно, что он чем-то крайне доволен. Сейчас Беатрис не могла поверить, что она по своей собственной воле спрашивала у Эрика о том человеке, который её пару раз чуть не убил. Тогда она не задумывалась о последствиях. Трис просто поняла, что одной его майки не достаточно. Что ей нужно больше. А вот чего больше? Решение пришло неожиданно и застало девушку на грани сна и бодрствования. Уже через минуту, она шла по темным коридорам Бесстрашия в знакомом ей направлении пока не уперлась в дверь, которую постоянно захлопывали перед её носом. То, что дверь нельзя было запереть сыграло ей на руку. По сути кто угодно мог вломиться в любую квартиру, но красть то было нечего, да и никто даже и помыслить об этом не мог. Коснувшись дверной ручки, Трис будто очнулась и попыталась помешать себе сделать очередную ошибку. А вдруг там кто-то есть? Что ты делаешь, Приор? Нельзя просто так взять и… Надолго покинувшее чувство адреналина и предвкушения чего-то снова вернулось в тело бесстрашной, и она решительно открыла дверь. Оказавшись внутри, она тут же тихо её закрыла, дабы не привлекать внимания и включила свет, предварительно задёрнув шторы. Хотя, по сути, в этом не было необходимости. Переведя дух, девушка позволила себе осмотреться. Абсолютно такая же комната, как и у нее. Правда сейчас она выглядит чище и просторнее нежели у Трис. Так как нет лишних вещей. Кровать была не заправлена, а на столе стояла заполненная пепельница, из-за чего в комнате пахло сигаретами. Немного поразмыслив, девушка не стала их выкидывать, а просто оставила всё как есть. Кухня выглядела так, словно на нее вообще не заходили. Это же его мир. Забыв о своей совести, она открыла шкаф и стала перебирать одежду искреннего. Там не было ничего особенного, такие же майки и водолазки. Все они были свежие и пахли мылом. Поэтому разочарованная Трис уже хотела закрыть шкаф, но вдруг заметила книгу, лежащую под грудой одежды. Разобрав беспорядок, девушка удивленно уставилась на пол шкафа. Здесь было по меньшей мере штук пятнадцать книг. Нет. Они не были запрещены. Их просто не было в свободном доступе. Книги были только у Эрудиции. И то, только с научным содержанием. Здесь же были красочные обложки и интригующие названия. Пролистав некоторые из них, Трис пожалела, что может остаться только на одну ночь и что снотворное потихоньку действует, а то она бы прочитала их все. Нехотя закрыв шкаф, девушка еще немного походила по квартире, впитывая в себя все, что только могла увидеть. Ведь все это было его. Все это было им. Питером. — Серьезно, Хэйес? — прыснула альтруистка, заметив разбросанные в разных углах носки. На тумбочке лежала кипа нот и начатая книга. — Робинзоооон Крууууузо, — протянула девушка, сильнее всматриваясь в обложку. В небольших ящичках бесстрашная нашла тоже книги, снова ноты и одеколон, который так приятно пах. Брызнув им на себя, Трис забралась под одеяло и еще раз осмотрела комнату, прихватив с собой книжку. Это было тем, чего ей так не хватало. Даже подушка была его и пахла им. Подумав, что сходит с ума, Приор только сильнее завернулась в одеяло и открыла историю на той странице, где была закладка-сигарета. На полях без текста было выведено простым карандашом: Жизнь без фракций возможна? Ужаснувшись мыслям Питера, девушка пролистала всю книгу. Пару раз она замечала подобные надписи: Жили же просто, без разделения. Почему нельзя все вернуть? От его надписей разило алкоголем и не подчинением системе. Но больше алкоголем. Видимо когда он это писал, то изрядно выпивал и небольшая часть напитка проливалась на книгу. Об этом говорит и едва различимый почерк. Да он просто напился, вот и нес бред! Уж кто, а Питер больше всех кричит о незыблемости фракций. Снотворное притупляло все чувства и поэтому, Трис благополучно позабыла об этих странных надписях. Сладко зевнув, она вернулась к первой странице, где было аккуратно выведено всего два слова: Ради неё. Разбираться в том, что бы это могло значить альтруистке не хватило времени. Плавно опустившись на подушку и глубоко вдохнув, она крепко заснула. Перед глазами всё еще плясала последняя строчка. Ради неё.