Love me like you do.

Теперь я знаю, как чувствуют себя героини фильмов, сериалов и книг, когда им звонят из больницы и сообщают, что их любимый человек в больнице. Хотя, они ведь не по -настоящему попадают в больницу, да и эмоции им приходится подстраивать. Вот только мне нет. Я испытываю все это прямо сейчас. Хочется лечь на пол и начать истерику. Максим в больнице. Без сознания. А виновата в этом я. Нет, лежать на полу и реветь - эгоистично. Именно поэтому сейчас я сижу на заднем сидении отцовской машины. После звонка врача без всяких раздумий, я побежала в комнату родителей и начала будить их. Ведь уйти без их ведома нельзя было. Поэтому, разбудив их и рассказав все, они тут же принялись одеваться. То же самое сделала и я. Выбирать одежду времени не было, поэтому на мне спортивные штаны, толстовка, на два размера больше моего и кроссовки. Сейчас явно время не для них, потому что если бы не печка, включенная в машине, я бы уже замерзла. Как бы мне не хотелось, но папа ехал довольно медленно, так как на дорогах очень скользко и идет сильный снег. Дабы избежать аварии - это правильно. Сдерживать слёзы становилось все сложнее, но плакать при родителях не буду. Благо удалось избежать вопросов, типа "Почему он тебя так волнует?" и тому подобное. Правда, думаю им тоже не все равно, ведь он сын очень важных папиных коллег. Машина остановилась у главного входа в больницу лишь спустя сорок минут, хотя на самом деле, дорога до сюда занимает десять минут. Не став ждать родителей, я вылетела из машины и забежала в больницу. В регистратуре сидела молодая девушка, которая что-то делала в телефоне. Но увидев меня, она сразу же убрала аппарат. -Где лежит Максим Гусаров? - мне было не до любезностей, поэтому я спросила то, что меня больше всего волновало. -Девушка, во-первых добрый вечер, хоть сейчас и ночь. А во-вторых, сейчас явно не время для посещения, - после этой фразы мне захотелось ударить ее по лицу со всей силы, что у меня есть. -Слушай ты, идиотка, говори мне быстро, где он, или я буду обходить все десять этажей и заглядывать в каждую палату! - я уже почти кричала. -Девушка, ведите себя адекватно! Я сейчас вызову главного врача! - черт, она сводит меня с ума. Но тут в коридоре стало на человека больше. Мужчина в белом халате шел по направлению к нам. Кажется, это и был главный врач, так как его частенько показывают по телевизору и я примерно помню, как он выглядит. -Что здесь происходит? - подойдя к нам, задал вопрос врач. В этот момент в больницу зашли и мои родители. -Эта девушка требует, чтобы я сказала ей, где лежит пациент. Но ведь сейчас уже поздно для посещений! - начала обправдоваться девушка. Врач посмотрел на меня, будто ждал, пока я объясню ему. -Я - Маргарита Прокопова, вы звонили мне примерно час назад и сообщили, что Максим Гусаров попал в аварию и находится в вашей больнице. Вот я и приехала. Прошу скажите мне, где он, - обратилась я к доктору. -Восьмой этаж, восемьсот пятая палата, - после этого все, кто были в этот момент около регистратуры, увидели лишь мою спину, потому что после сказанного врачом, я побежала к лифту. Ждать лифт не пришлось, он оказался на этом этаже. Поэтому, вбежав в него и нажав кнопку "8", он закрылся и поехал на верх. Даже халат не взяла. Вообще не понимаю его смысла. Их должны носить только врачи, а не посетители. А еще на моей обуви нет синих бахил. Если уборщица увидит - убьет. Лифт остановился и открылся. Выйдя из него меня ждал коридор, который делился на две части. То есть, я могла идти или налево или на право. Наверху висели указатели с цифрами. Мне нужно идти на право. -Только не плач, - повторяла я у себя в голове. Наконец-то палата была найдена. Она находилась в самом конце коридора. Около двери в нее сидел мужчина и смотрел в стену. Это папа Максима. -Здравствуйте, - сказала я, остановившись около него. -Здравствуй, Рита, - встав со стула, сказал папа Максима. -Как Максим? - мужчина был совершенно без эмоции. Просто "каменное" лицо. Просто надеюсь, что все ни так ужасно. -У него перелом двух рёбер, левой руки и ноги. Трещины и ссадины само собой. Но он до сих пор не пришел в себя после операции, - от его слов мое сердце просто сжималось от боли. Бедный Максим. -Мне можно к нему? -Только не надолго. У него сейчас Оля, - увидев мой непонимающий взгляд, он уточнил, - Его мама. -Спасибо, - уже хотела зайти, но остановилась. Подойдя к папе Максима, я обняла его. Конечно, я понимаю их состояние. Когда в детстве мне пришлось лечь в больницу, то родителям было очень тяжело. Они сильно переживали за меня, ведь мне было очень плохо. Правильно говорят, что родители чувствуют боль их детей, а особенно мама. Робко открыв дверь в палату, я зашла туда. Горел небольшой ночник, который освещал ту часть комнаты, где стояла кровать. Около кровати стоят какие-то аппараты. Я не сильна в знаниях о медицине, но кажется один из них, это аппарат, который поддерживает дыхание. Потому что от него протянута трубка, которая соединена с маской. А маска надета на Максима. Так же рядом стоит капельница. На ней висят ёмкости с лекарствами, а уже от них идут очередные трубки в руки парня. Все прямо как в фильмах, когда показывают больницы. Мама Максима, кажется, даже и не заметила, что я зашла. Она сидела на стуле рядом с кроватью, где лежал ее сын и держала его за руку. Когда мы попадаем в такие ситуации, когда медицина не может справиться, то просим помощи у Бога. Его мама это и делала. Я видела, как шевелились ее губы, значит она читала молитву. Очень надеюсь, что все это не окажется напрасным. Медленными и тихими шагами я подошла к кровати. Мама Максима заметила меня только сейчас. Не успев просто поздороваться, она заключила меня в свои объятья и начала плакать. -Рита, как хорошо, что ты пришла. Видишь, какая беда случилась, никто даже не знает, очнется ли он, - естественно, я обняла ее. Как же мне жаль ее. На самом деле, я бы и сама разрыдалась сейчас, но я сдерживалась и даже начала успокаивать ее. -Тише, не волнуйтесь. Конечно он очнется, он сильный. Даже не смейте думать о плохом. Все будет хорошо, - произнеся это, я быстро вытерла подступающие слезы. В горле уже начал образовываться ком. Неожиданно в палату вошел тот самый врач. Ничего не говоря, он указала нам на дверь. Конечно, ни одна из нас не хотела уходить, но он был настойчив. Выйдя в коридор, где уже были и мои родители, врач обратился ко всем нам. -Пожалуйста, езжайте все домой. Как только ваш сын, - он посмотрел на родителей Максима, - И ваш молодой человек, - с этими словами он посмотрел на меня. Протестовать я не стала, - Очнется, то мы сразу же сообщим вам это. -Нет! Я не поеду домой, а останусь здесь со своим сыном! - начала говорить мама Максима. -Простите, но давайте с ним лучше останусь я? - вступив в разговор, проснесла я, - Сейчас ночь, вам нужно отдохнуть и набраться сил. Езжайте домой, а я буду здесь, - сказала я. -Рита, тебе это не в тягость? - спросил меня отец Максима. -Нет, конечно нет, - забавно, я ведь даже не спросил своих родителей, или можно остаться. Но судя по всему, они не против. -Хорошо. Но мы приедем завтра, - сказала мама Максима. Через пятнадцать минут все, кроме меня - уехали. Вернувшись в палату, я подошла к кровати и села на стул, на котором ранее сидела мама Максима. Смотреть на Максима было очень больно. Весь перебинтованный и с этой маской на лице, он был совсем другим. Еще позавчера мы с ним танцевали вместе, а сейчас он лежит в таком состоянии. Все, что я могла - это взять его за руку и не отпускать. -Максим, я знаю, что ты не слышишь меня, но прости, это из-за меня ты сейчас лежишь здесь, - и после этого эмоции так и полились из меня. Вернее - слезы. Я не сомкнула глаза ночью и не отпускала его руку. Но он так и не очнулся.