6 минут

- Что это?! - вскрикнула мама, треся передо мной этим. Я, покрасневшая и ничего не понимающая, уставилась на неё и покосилась на Диму с Машкой, которые стояли неподалёку и могли всё слышать. - Я без понятия, честно! - Машино? - сощурила глаза она и еще раз потрясла использованным презервативом. - Я что, родила прост... - Нет, это наше! - выкрикнул Паша, кладя мне руки на плечи. Мама открыла рот, но после закрыла его и уставилась на Пашу. Она как-то криво улыбнулась, а после выкрикнула поздравление и обняла. Боковым зрением я увидела, как Дима сплюнул и, что-то сказав Машке, завернул за угол. Не дослушав до конца, я сорвалась с места и побежала за ним. Мама начала что-то кричать мне вслед, но Машка ей что-то сказала и та успокоилась. Я забежала за угол и стала смотреть по сторонам, но Димы нигде не было. Я побежала еще быстрее, а внутри стало расти какое-то неприятное чувство. Мне так хотелось ему все объяснить и сказать, но я не могла его найти. Боль в коленке заставила понять меня, что я упала и теперь на моих джинсах красуется огромная дыра, а из колена идет кровь. Я зашипела и резко поднялась с места. Он может быть только в одном месте. *** Дождь заливал маленькие улочки и я свернула на тропинку, которую отлично знала. Мокрая одежда прилипла к телу, а зубы уже давно стучали друг о друга. Некогда белые кеды стали черными, и при каждом шаге чавкали, издавая неприятный звук. Волосы прилипли к лицу и мне пришлось завязать хвост, ощущая тяжелый и мокрый свитер. Я прошла вперед, но из-за темноты и стены ливня поле было увидеть трудно. Человек, который шел бы здесь первый раз не заметил бы его. Это поле находилось недалеко от дома Димы. Он, кстати, пожил у меня всего два дня, а после переехал к себе из-за того, что его отец уехал в командировку. На поле я не смогла что-либо увидеть, поэтому мне пришлось открывать железную ресшетчатую дверь, чтобы пройти на поле. Я вышла к середине и огляделась, хлопая себя по карманам. Вокруг мгла - хоть глаз выколи, ничего не видно. В маленькой коричневой сумочке все намокло и теперь денежные купюры напоминали какую-то бумажку с размазанной краской. Я повернулась и посмотрела на трибуны, но так же ничего не увидела. Может, я ошиблась и он не здесь? Развернувшись, я хотела было уже уйти, но услышала дребезжащий звук и резко обернулась так, что резинка на волосах спала и порвалась, выпуская мокрые волосы в полет. - Ну и, - услышала я знакомую хрипотцу. - Что ты здесь забыла. - Я... Я п-п-пришла, - я не могла выговорить слов, потому что зубы, стучащие друг о друга, не давали мне этого сделать. - Ты спала с ним? Прикосновение холодных пальцев к мокрому подбородку и слова, которые заставили меня затаить дыхание и глухо выдохнуть. - Ты... Ты... Н-н-нет! - Боже, прости, - он положил руку на глаза, а после схватил меня за горловину свитера и с силой прижал к себе. Я чувствовала, как мокрые капли текут по моему лбу и щекам. Свитер намокает еще больше и становится невероятно тяжелым, но если раньше меня это заботило, то сейчас было плевать. - Ты дрожишь, - прошептал Дима мне на ухо. - Пошли, давай, я согрею тебя. *** Дима усадил меня на кровать и дал мне свою футболку, включив батарею и относя мои вещи в сушилку. Мы прошли на кухню и Дима налил вкусный фруктовый чай. Бардовая футболка приподнималась, как бы я не пыталась ее опустить. Я подняла глаза и встретилась взглядом с синей каемочкой. Синей. Нога непроизвольно дернулась и чай Димы, стоявший на краю стола, упал, разливая горячую жидкость на парня. - Черт, прости! - вскочила я, а он прошел в комнату. - Извини, извини, - тараторила я. Дима снял футболку и скинул ее на пол, дуя на напряженный живот, где красовались кубики. Я отвернулась, чтобы он не поймал меня за подглядыванием и нагнулась, слыша, как он громко выдыхает. - Нельзя так наклоняться, - прошептал мне на ухо, прижимая к теплой груди. Я чувствовала спиной его напряженнную грудь и из рук выпала футболка, когда я почувствовала, как на бедро ложиться теплая рука, спускаюсь ниже. - Мне так, трудно... - вновь шепот на ухо и поцелуй в мочку.

Вот черт...