Морд-Сит не умеют любить

      Все началось в день рождения Ричарда.       Тогда все втайне от Искателя договорились устроить ему сюрприз в ближайшем городке, где его, Ричарда Сайфера, знают, любят и будут рады устроить ему настоящее торжество.       Каре стало не по себе от мысли о грядущем «празднике». Морд-Сит хотела провести этот день точно так же, как и все предыдущие – в лесу, подшучивая над всеми и, как обычно, спасая своих друзей от неприятностей. Только вот Кара никогда не называла их своими друзьями. Для нее Ричард был тем же самым лордом Ралом, Мать-Исповедница – с ней все понятно, лучшими подружками их с Карой точно не назовешь. Девушка понимала, что Кэлен все еще не совсем верит Каре, несмотря на то, что она неоднократно доказывала свою верность Ричарду и его друзьям. Один только Зедд, пожалуй, действительно знал, что творится на душе у Морд-Сит.       Говорят, что у Морд-Сит души вообще нет. Она исчезает в процессе обучения, после второго этапа. Ты или остаешься без души, но живой, или с ней – но ненадолго. Пока не станешь мертвой.       Зедд думал иначе. Глядя на Кару, волшебник не без труда, но мог разглядеть за цинизмом, эгоистичностью и притворством что-то, что сама Кара не видела в себе очень давно. Особенно после того случая с Лео – ведь тогда Кара, кажется, впервые смогла полюбить кого-то. Что-то сломалось тогда в девушке, с оглушительным треском и тихим всхлипом – Зедд слышал, как Кара плакала той ночью. А Кара, в свою очередь, знала, что волшебник был свидетелем ее тихой истерики и минутной слабости. Они не обговаривали это, но после тех событий между Морд-Сит и волшебником установилась какая-то доверительная связь.       И сейчас, когда Кара смотрела, как Кэлен танцует с Ричардом на празднике, устроенном в честь дня рождения Искателя, Зедд видел в ее глазах что-то, что не свойственно этой сильной девушке.       - Хочешь к ним присоединиться? – Зедд глянул на Кару, а та в свою очередь мгновенно изменилась в лице, спрятав все эмоции. Она подняла бровь, посмотрев на волшебника так, словно пыталась сказать: «А сам-то как думаешь?».       - Я бы скорее с гаарами сразилась, - блондинка хмыкнула и снова посмотрела на Ричарда и Кэлен. В этот самый момент Искатель и Исповедница поцеловались, забыв о том, что они танцуют, что звучит музыка, и что они находятся в гуще толпы. Зедд снова заметил тот самый взгляд, которым Кара смотрела на Ричарда. Словно на месте Кэлен ей хотелось видеть себя.       Зедд почти угадал. Только Каре хотелось быть не на месте Кэлен, а на месте Ричарда. Отважная и смелая Морд-Сит, не понимающая человеческих чувств, уже давно хотела попробовать кое-что заманчивое. Кто, как не Мать-Исповедница лучше всех знает о человеческих чувствах и желаниях? Кто, как не Кэлен мог бы лучше понять душу Морд-Сит? Кто, если не Кэлен смог бы открыть в Каре новое, неизведанное, то, что убили в этой девушке еще в раннем детстве?       Кара перевела взгляд на других людей и тихо вздохнула. Это бесполезно, ведь Кэлен так сильно любит Ричарда, что и не подумает посмотреть на кого-нибудь еще. Тем более, на такую, как Кара. Она доверять-то ей стала чуть больше только потому, что сам Ричард упрашивал Исповедницу. Если бы не Сайфер, Кэлен просто исповедала бы Кару при первой же возможности.       Исповедь – самое страшное, что может случиться с любой из Морд-Сит. Прикосновение Исповедницы сломает, уничтожит, заставит совесть убить, задушить любую из бесстрашных девушек-монстров, созданных для пыток и чужой боли. Исповедь делает с Морд-Сит то, что даже пытка эйджилом не сделает. Конечно, каждой девушке еще во время обучения говорят – нет боли хуже, чем боль физическая. Но это не так. Кара и сама узнала, что есть что-то куда сильнее и страшнее, чем боль от пыток. Это чувство девушка испытала дважды: когда умер единственный человек, который действительно понравился Каре, и когда она узнала, что все, во что она искренне верила, было лишь умелой ложью. Девушка помнила ту боль в груди, где-то там, где должно быть сердце, тот ком в горле, сдавливающий и заставляющий плакать. Ничего общего со жгучей болью от пыток эйджилом в этом не было. Это было что-то другое, что-то неподвластное никому на свете. Эту боль нельзя взять под контроль, выключить или направить против кого-нибудь. Она направлена только на самоуничтожение.       Кара вспомнила, что ведь Кэлен действительно должна была исповедать ее – в качестве справедливого наказания. Кара это заслужила. И Кэлен знала это, как никто другой. Но в тот момент, когда Кара узнала правду о том, что ее отец не продавал маленькую Кару отряду Морд-Сит, что он любил ее, но не мог ей об этом сказать – в тот момент Кара поняла, что жила ложью. И она заплакала.       Ричарда тогда не было рядом. Он не мог предотвратить казнь, как бы сильно он этого не хотел – а ведь он пытался! Но ничего не вышло. Кара была слаба, а ком в горле так давил, что слезы сами собой навернулись на глазах, и ничего с этим сделать девушка не смогла. Боль в груди стала невыносимой, и все, о чем думала тогда Кара – это об исповеди. Вряд ли ей могло бы быть больнее в тот момент.       Кэлен тоже поняла это. Она видела, что Кара и без исповеди осознала все свои ошибки и что-то поняла для себя, открыла что-то новое и возможно даже стала другой. Кэлен остановила казнь. Это был переломный момент для нее – тогда Кэлен стала верить Каре так же, как верила Ричарду и Зеддикусу.       Боль в районе ребер вывела Морд-Сит из размышлений. Ричард, оказывается, что-то ей говорил, да вот она не слышала. Поэтому Искатель ткнул девушку в бок, и видимо тыкал долго, пока она не вернулась к реальности.       - Ты что, страх потерял? – Кара возмущенно посмотрела на Ричарда, а тот лишь глуповато улыбался. Все ясно, уже успел немножко выпить за свое же здоровье. Ричард усмехнулся, приобняв стоящую рядом Кэлен.       - Какой-то местный фокусник приготовил выступление, - Ричард указал пальцем на Кару и снова усмехнулся. – И ты тоже должна это увидеть.       - Если мне не придется сидеть рядом с такой сладкой парочкой, как вы, то я на что угодно смотреть согласна, - Кара одарила Кэлен и Ричарда убийственным взглядом и хмыкнула, направляясь за толпой людей куда-то к рядам стульев у сцены. И почему ей так сложно быть рядом с ними, когда они так близко стоят друг с другом?..       Кара села на стул, закинув ногу на ногу. Ричард с Кэлен сели рядом с ней – других мест все равно не было.       На сцену вышел какой-то мужчина и начал петь дифирамбы Зедду и его талантам в области магии, что очень польстило старику, после чего он поздравил Ричарда с его днем рождения и сказал, что хотел бы показать какой-то фокус.       Когда Кара была маленькой, ее отец частенько показывал ей и ее сестре фокусы. Каре безумно нравилось смотреть, как ее отец доставал монетку из-за уха маленькой девочки, а иногда и ее любимое лакомство – шоколадки в виде маленьких квадратиков. Единственный фокус, который не нравился Каре – это когда ее отец «отрывал» себе большой палец на руке, показывая, что его палец куда-то делся. Каре было достаточно увидеть это один раз, чтобы расплакаться.       Больше ее отец не показывал ей такие фокусы.       - Мне нужен доброволец… Ты, милая? – мужчина указал рукой на Кару.       - Я так не думаю, - девушка поджала губы и отвела взгляд в сторону.       - Давай. Это же праздник, - Кэлен улыбнулась и посмотрела в глаза Каре. – Тут принято веселиться.       Раздался смех, в толпе начали шутить и подбадривать Кару. Девушка колебалась секунду, а в голове звучал голос Исповедницы. Девушка на секунду словно забылась, увидев ее теплую улыбку. Подумав, Кара натянуто улыбнулась и, встав со стула, под аплодисменты зрителей поднялась на сцену и принялась оглядывать народ, скрестив руки на груди. Ее взгляд привлекли фонарики, висевшие везде, где только можно. Их теплый свет напомнил Каре солнце на закате. Эта мысль привела к другой – к Исповеднице. Кара не раз любовалась тем, как темные волосы Кэлен отливали рыжим в лучах солнца. Как ее голубые глаза становились совсем прозрачными при свете солнца. Но больше всего Кара любила улыбку Кэлен – порой едва заметную, самыми уголками губ…       - Как насчет Матери-Исповедницы в качестве второго добровольца?       Кэлен закатила глаза, но улыбнулась и вышла на сцену, встав рядом с Карой. У той отчего-то словно дыхание перехватило – она совсем ушла в свои мысли и забыла, что находится у всех на виду. Так еще и Кэлен вызвали вместе с Карой.       - Дамы и господа, сейчас вы увидите нечто необыкновенное, - взмахнув руками, мужчина повернулся к Каре и Кэлен. Морд-Сит мельком подумала, что все фокусники говорят, что зрителей ждет нечто необыкновенное. Потом Кара подумала, что было бы необыкновенно, если бы этот фокусник вдруг оставил бы ее, Кару, в покое. Желательно, где-нибудь в уединенном месте. А было бы отлично, если бы Кэлен оказалась там же, где и Кара…       Кара упустила тот момент, когда случилось что-то странное. Вокруг стало дымно, а потом – вспышка, и стало тихо и темно.       Кара огляделась. Она оказалась в какой-то комнате, где все было, как в пещере. Или же в склепе. На стенах висели факелы, была всего одна дверь – без замочной скважины или ручки, просто прямоугольник в стене. А в центре комнаты находился стол с песочными часами.       Кара даже не сразу поняла, что в склепе она находится не одна. С ней была Кэлен, напуганная и удивленная не меньше самой Морд-Сит. Она что-то говорила и пыталась открыть то, что, теоретически было дверью.       Кара же медленно подошла к столу, приметив на нем записку, прочитав которую, у девушки появился неприятный холодок где-то внутри.       - Кэлин, - тихо позвала девушка, не оборачиваясь на Исповедницу. Она шокировано смотрела на записку, не в силах оторвать взгляда, а другой рукой держала песочные часы. Она услышала, как к ней подошла Кэлен, и прочитала содержание записки. – «У вас кончится воздух, когда упадет последняя песчинка в часах».       Девушки переглянулись, не говоря ни слова.       Кара поставила часы обратно на стол. Она увидела, что часы стояли на каком-то блокноте, и тут же узнала, что это – книга пути, через которую можно передавать сообщения. Не задумываясь, Кара достала нож из пояса и провела лезвием по ладони. Кэлен поднесла к руке Кары миску, стоявшую на столе, и подождала, пока та наполнится кровью девушки, после чего обмакнула перо и стала писать в книге послание. Обе девушки знали, что попали в какую-то жуткую ловушку, и что все это связано непосредственно с Ричардом. Так что сомнений в том, у кого вторая книга, не оставалось.       Написав послание, Кэлен снова подошла к двери и стала водить руками по каменной стене. Она провела длинным тонким пальцем по небольшому углублению в стене, очертив рукой весь прямоугольник. Другой рукой девушка поправила спадающую с плеч темную накидку, но та снова упала, и девушка осталась в платье с короткими рукавами.       Кара прошлась по помещению, взглядом выискивая что-нибудь, что может быть подсказкой, как открыть выход, но так ничего и не нашла.       - Это все твой Ричард, - внезапно даже для себя сказала Кара, продолжая меланхолично прохаживаться по склепу. Кэлен замерла и медленно развернулась, одарив девушку не самым миролюбивым взглядом.       - Ричард не виноват, что мы оказались в западне, - Исповедница подняла накидку с пола и снова надела ее на себя, скрывая глубокий вырез на платье и оголенные плечи. Кара хмыкнула и достала нож, подойдя к Кэлен. На секунду Исповедница совсем растерялась и выглядела даже напуганной. Кара замахнулась и воткнула нож в камень, встав вплотную к Кэлен. Морд-Сит на мгновение снова почувствовала наслаждение от осознания того, что перед ней – ее жертва, загнанная в угол, беззащитная и напуганная. Кара хищно улыбнулась и наклонилась к уху Кэлин, почувствовал ее частое дыхание на своей шее.       - Ричард всегда виноват во всем, что происходит вокруг. Достань нож и помоги мне вырыть нам путь на свободу, Исповедница.       Кара отошла от Кэлен и принялась ножом пробивать каменную стену там, где была «дверь». Кэлен немного помедлила, после чего тоже достала кинжал и присоединилась к Каре. Девушки молча пытались пробить в стене дыру, хотя их труд явно не приносил результатов. Кара снова забылась и ушла с головой в свои мысли, а Кэлен все никак не могла привести в порядок свое дыхание. Кара напугала ее, набросившись на девушку и оказавшись так рядом, а ее тихий и даже томный, похожий на сладкий тягучий мед голос никак не выходил у Исповедницы из головы. Кара была так близко к ней, что касалась губами ее уха, когда говорила. Кэлен искоса посмотрела на Кару, которая с маниакальной настойчивостью вбивала нож в каменную стенку, нанося удары с каждым разом все сильнее и сильнее, словно убивала кого-то ей ненавистного.       Периодически Кэлен прекращала сражаться со стеной и проверяла книгу, черкая послания Ричарду о том, что они ничего не нашли. Кэлен какое-то время ждала ответа, но, не увидев на страницах послания от любимого, снова вернулась к битве с каменной стеной.       Спустя несколько минут, Кара тяжело вздохнула и отбросила нож в сторону. По ее лбу стекали капельки пота, девушка глубоко дышала, стараясь вобрать в себя как можно больше воздуха. После чего она глянула на Кэлен и прислонилась к стене.       - Бесполезно. Мы уже несколько часов это делаем, но толку нет. Только кислород расходуем.       Кэлен кивнула и убрала кинжал обратно за пояс платья. Она оглядела комнату. В свете факелов все вокруг было таинственным и зловещим, а высокий потолок склепа терялся, будто бы его вообще и не было….       - Факелы… - Кэлен снова посмотрела на огонь, и ее глаза расширились от ужаса. – Факелы тратят воздуха больше, чем мы.       - Значит, нужно их потушить, - Кара решительно посмотрела на Кэлен, протянула руки и принялась развязывать шнурки на ее накидке. Сняв с плеч девушки накидку, Кара подошла к стене и попыталась замахнуться так, чтобы накидка потушила высоко висящий факел, но у нее не вышло. Девушка встала на носочки, но снова без толку.       - Давай я попробую, - Кэлен взяла у Кары накидку, случайно коснувшись ладони девушки. Морд-Сит была удивлена тем, как холодны руки Исповедницы, ведь самой Каре было невыносимо жарко. Пока Кэлен безуспешно размахивала тканью, Кара, недолго думая, расстегнула замок на своем костюме из красной кожи. Вырез стал глубже, и девушка почувствовала холодок на шее и груди. От этого стало немного лучше, но Кара все еще чувствовала себя так, словно находится под палящим солнцем.       Кэлен замахнулась так сильно, что вдруг потеряла равновесие и чуть не упала. Кара вовремя спохватилась и подхватила девушку, хмыкнув.       - Так не получится. Давай я сделаю ступеньку из рук, а ты встанешь и попробуешь дотянуться? – Кара все еще придерживала Исповедницу за талию, пока та пыталась восстановить дыхание. Она неуверенно посмотрела на блондинку, на что та скривилась и закатила глаза. – У меня хватит сил, чтобы подержать твою священную тушу несколько секунд, пока ты не потушишь факел. А если я устану или плечо вывихну, ты мне просто сделаешь массаж.       Кэлен кивнула, отведя взгляд, на что Кара снова хмыкнула. Ей понравилось смущать Исповедницу – даже в полумраке было видно, как девушка краснела.       Блондинка присела на корточки, сцепив руки и вытянув их вперед. Кэлен неуверенно наступила на руки Кары и приподнялась на полметра, держась за стену. Она снова попыталась потушить факел, что на сей раз ей начало удаваться. Кара напряглась всем телом. Может быть, будь они на свежем воздухе, ей было бы проще выдержать такую нагрузку, но сейчас ей было тяжелее в несколько раз. Кара явно переоценила собственные возможности и почувствовала, как перед глазами стали бегать черные точки. Она тряхнула головой, чтобы ускользающее сознание снова вернулось к ней, сделала глубокий вдох… и потеряла равновесие.       Кэлен вскрикнула, почувствовав, что опора пропала. Она выронила из рук накидку и полетела на пол. Кара на этот раз не успела ее поймать – но смогла оттолкнуться от стены, чтобы Кэлен упала на девушку, а не на пол.       Удар смягчился, но Кэлен все равно тихо застонала от боли. Кара пыталась отдышаться, глядя куда-то в стенку. Вдруг она улыбнулась и тихо рассмеялась, почувствовав теплое дыхание Кэлен на своей шее. Кара всегда боялась щекотки, даже самой слабой. Девушка как бы случайно провела рукой по волосам Исповедницы, словно пыталась убрать их в сторону, но на самом деле наслаждалась мгновением, когда она была так близко к той, что могла помочь ей открыть ее же сердце. Кара почувствовала холодное прикосновение Кэлен – та явно пыталась опереться руками об пол, но случайно задела ее шею, после чего просто перекатилась в сторону, оказавшись рядом с Карой.       - На тушение факела воздуха уходит даже больше, чем… чем тратит сам факел, - Морд-Сит усмехнулась, убрав со лба пряди волос.       Кэлен ничего не ответила. Она тяжело дышала, глядя в потолок, потом, вздохнув села. Все это время Кара смотрела на нее и не могла отвести взгляда. Теперь она понимала, что Ричард чувствовал к этой девушке. Кэлен не надо кого-то исповедовать, чтобы влюбить в себя человека. Глядя на ее бледную кожу, голубые глаза, прекрасный профиль и скулы, об которые можно порезаться, Кара ощущала что-то очень странное внутри себя. Что-то недозволенное ей, непонятное, чужое. Даже к сестрам по эйджилу девушка никогда не испытывала такого. Там было разве что влечение, банальная физиология и потребности. Здесь же было что-то возвышенное, новое. Каре хотелось запустить руки в волосы Кэлен, ей хотелось изучить каждый сантиметр ее тела и просто смотреть в глаза девушки.       - Знаешь… - Кэлен сделала паузу, посмотрев куда-то в сторону. Кара села, внимательно вглядываясь в лицо Исповедницы. – Я знаю, как удвоить запасы кислорода, - Кэлен повернулась лицом к Морд-Сит и выдохнула. – Убей меня.       На мгновение Кара почувствовала себя так, будто бы у нее выбили весь воздух из легких. Слова девушки эхом звучали у нее в голове и отдавались болью где-то в районе груди. Блондинка посмотрела на Кэлен так, словно пыталась намекнуть девушке, как же глупо прозвучали ее слова.       - Нет, - она снова мотнула головой и встала с пола, - Нет!       - Кара, пожалуйста. Так ты дашь Ричарду больше времени, чтобы спасти нас. Я недолго буду мертвой – потом ты оживишь меня Дыханием Жизни, - Кэлен улыбнулась и поднялась с пола, внимательно смотря в глаза Кары. Та не смогла вытерпеть этого щенячья взгляда и поспешно отвернулась, хмыкнув.       - Заманчивое предложение, убить Мать-Исповедницу. Только риск слишком большой, - девушка улыбнулась, но не повернулась лицом к Кэлен. Кара стояла какое-то время совсем неподвижно, а потом почувствовала, как на ее плечо легла рука Исповедницы.       - Кара, пожалуйста…       - Ричард меня не простит за это! – Кара оттолкнула руку Кэлен и развернулась к ней. – И я тоже не прощу себя, если… - девушка замолкла, помотав головой, словно пытаясь прогнать мысли. – Неважно. Твоя жизнь стоит больше моей.       - Нет. Наши жизни стоят одинаково, - Кэлен сказала это очень тихо, словно обращалась сама к себе. Кара недолго рассматривала стены и пол склепа, после чего перевела взгляд на Исповедницу.       - Есть другой способ. Умру я.       Кара ожидала, что Кэлен, немного подумав, согласно кивнет и убьет блондинку. Ведь таким образом они не только продлят время Ричарду – так они избавятся от Кары по ее воле, и девушка не сможет сломать союз Искателя и Исповедницы.       Но Кэлен поступила иначе. Она подошла к Каре и взяла ее лицо в ладони, посмотрев прямо в глаза Морд-Сит.       - Нет, Кара, - она покачала головой, а голос девушки звучал тихо и приглушенно. – Ты нужна Ричарду.       Кара снова хмыкнула и попыталась отвести взгляд, но не удержалась и посмотрела в голубые глаза Исповедницы.       - Ты ему нужна больше.       Кэлен наклонила голову вперед, приблизившись к Каре настолько, что девушки чувствовали дыхания друг друга. Каре даже показалось, что она слышит, как колотится сердце Кэлен у нее в груди.       - Кара. Мне ты тоже нужна, как и ему.       Морд-Сит снова почувствовала тот жар в груди и снова забыла, как дышать. Это удушье не имело ничего общего с духотой склепа. Кэлен сказала, что ей нужна Кара. Это показалось девушке чем-то невероятным, но… тут же она поняла, что имела в виду Исповедница. Конечно, она нужна ей. Сколько раз Кара спасала девушке жизнь, рискуя своей собственной?       Словно прочитав мысли Кары, Кэлен чуть улыбнулась и заправила светлые волосы девушки ей за ухо. От прикосновения холодных пальцев девушки у Морд-Сит пробежали мурашки по коже и ей захотелось, чтобы Кэлен и дальше стояла так близко к ней и касалась ее.       - Мне нужен не защитник и не опытный воин, Кара. Мне нужен такой человек, как ты. И я не позволю, чтобы ты умерла из-за меня.       - Тогда… - Кара сделала шаг вперед, оказавшись так близко к Кэлен, что чувствовала ее сбивчивое дыхание на своих губах. Девушка улыбнулась, облизав губы, и посмотрела в глаза Исповеднице. – Мы могли бы делить один воздух на двоих. Чтобы дать Ричарду больше времени.       Кэлен была удивлена поведением девушки. Она чувствовала жар ее тела рядом с собой и все еще держала руками лицо Кары, вглядываясь в зеленые глаза с хитрым прищуром. Еще секунда, и Кэлин почувствовала, как мягкие губы Кары накрыли губы самой Исповедницы. В тот момент Кэлен поняла, что значит – дышать одним воздухом.       Девушка притянула брюнетку к себе за талию, другой рукой взяв ее за подбородок. Кара слишком долго ждала этого момента, чтобы сейчас Исповедница все испортила. Но к огромному удивлению девушки, Кэлен не просто не оттолкнула ее – она даже ответила на поцелуй, углубив его. Рукой она держала Кару за шею, а другой зарылась в ее мягкие светлые волосы. Сердце Исповедницы билось так быстро, что ей стало не по себе – неужели она что-то чувствовала к Морд-Сит? Тепло, разливающееся по ее телу, сбивчивое дыхание, быстрый ритм сердца и спутанные мысли – так она себя не чувствовала даже с Ричардом. И она точно никогда не целовалась с ним так, как сейчас с Карой. В их поцелуе было все: и желание продлить их жизни, и страсть, и искушение зайти немного дальше дозволенного.       Кара чуть подтолкнула Кэлен и прижала ее к стене, разорвав поцелуй. Она все еще обнимала девушку за талию, но теперь одной рукой схватила ее за волосы и заставила ее наклонить голову назад. Кара ухмыльнулась и поцеловала Исповедницу в шею. Кэлен тихо выдохнула и притянула Кару еще ближе – ей хотелось быть так близко к этой девушке, насколько это возможно. На какое-то мгновение Исповедница и в правду потеряла способность мыслить здраво. Она пыталась подумать о Ричарде, но ведь с ним она никогда и не была так близка, как сейчас с Карой. Новые ощущения понравились брюнетке, так почему бы не позволить случиться тому, чего так желали обе девушки? Все равно об этом никто никогда не узнает.       Духота была невыносимой и давила на легкие, но Кара спрашивала себя – может, не в нехватке кислорода дело? Она так долго хотела Исповедницу, что сейчас у нее кружилась голова – еще немного, и она получит то, чего так страстно желала. Кара сделала глубокий вдох и поняла, что голова у нее на самом деле начала кружиться. И у Исповедницы, кажется, тоже. Девушка сбивчиво дышала, после чего обессилено опустила руки и села на пол, пытаясь втянуть в себя как можно больше воздуха. Кара облокотилась на стенку, но не выдержала и упала рядом с Кэлен, пытаясь дышать медленнее, но глубже, что не приносило особой пользы. Факелы стали светить немного тусклее, а песок в часах неумолимо заканчивался.       Какое-то время девушки сидели в тишине, пытаясь восстановить дыхание, но вскоре Каре надоело молчать и она, глубоко вздохнув, решила нарушить тишину.       - Морд-Сит никогда никого не любят, - Кара подтянула колени к груди и обняла их руками. – Морд-Сит с детства обучают ненавидеть и причинять боль. И знаешь, кого мы ненавидим больше всех? – Кара посмотрела на Кэлен, зная, что та уже догадывается о том, что скажет девушка. – Исповедниц. Я бы должна тебя ненавидеть, но… Я не могу. Даже если бы захотела, то не смогла бы.       Кэлен перевела взгляд на Кару, ожидая, что она еще расскажет. Кара никогда не откровенничала ни с кем – тем более, Кэлен считала себя последним человеком, которому доверится эта девушка.       - Я не могу тебя ненавидеть, Кэлен, потому что… - Кара сделала глубокий вдох. – Потому что я тебя люблю, и… я считаю нас подругами.       Кара на мгновение закрыла глаза и снова втянула в себя воздух. Если они умрут сейчас, то сказанное Карой умрет вместе с ними. Девушка почувствовала, как на ее плечи легли руки Кэлен, после чего Исповедница притянула к себе Кару и обняла так крепко, насколько у нее хватало сил. Блондинка выдохнула и уткнулась в шею Кэлен, позволив себе раз в жизни быть слабее кого-либо другого.       - Я тоже считаю тебя моей… подругой, - Исповедница погладила блондинку по волосам и прикрыла глаза, расслабившись. Она представила, как придет Ричард и увидит два трупа, обнимающих друг друга мертвой хваткой. Увиденное наверняка сломает его куда быстрее, чем пытка эйджилом. Поэтому Кэлен отпустила Кару, отодвинувшись от нее.       Каре показалось, что в ту секунду она услышала, как что-то разбивается с треском об пол этого чертова склепа. Кажется, это было сердце самой сильной из Морд-Сит.       Кара, чуть шатаясь, поднялась с пола, захватив заодно кинжал, который она кинула на землю. Закусив губу, она сжала нож и занесла его над собой. Еще секунда – и лезвие пронзит тело девушки.       - Нет! – Кэлен оттолкнула Кару, выбив у нее из рук кинжал, и оттолкнула его ногой в угол склепа. Она сильно толкнула Кару, ударив ее по лицу. Она не могла позволить девушке покончить с собой, даже если это был единственный способ дожить до того момента, когда придет Ричард.       Между девушками завязалась драка. Когда Кэлен замахнулась в последний раз, чтобы со всей силы ударить Морд-Сит, она заметила, что та не спешит блокировать удар. Кэлен успела остановиться и просто обняла Кару. Ей хотелось сказать ей много всего, но она не могла связать и двух слов. Все, что она пыталась сделать – это вобрать в себя как можно больше воздуха.       Воздуха, который у Кары уже закончился.       Кэлен замешкалась, но вспомнила слова блондинки о том, что они могут дышать одним воздухом. И тут же поцеловала Кару. С ее губ сорвался тихий вздох, после чего ее ноги подкосились, и она рухнула на пол. Через пару секунд слабость в теле почувствовала и Кэлен. Перед глазами все почернело, и она упала рядом с Морд-Сит.       У Кэлен хватило сил только на то, чтобы дотянуться до Кары и взять ее за руку.       - Воздух… Кончился, - слова Кары прозвучали очень тихо, но в гробовом молчании склепа даже они показались Кэлен слишком громкими. Обе девушки тяжело дышали, стараясь втянуть в себя как можно больше воздуха, которого оставалось чертовски мало.       Кара вспоминала, как во время обучения она пыталась отвлечься. Это иногда помогало ей не заплакать и не показать себя, как трусиху. Сейчас Кара прикрыла глаза и попыталась вспомнить что-то, что могло бы отвлечь ее от давящей боли в грудной клетке. Она вспомнила фонари с их теплым рыжеватым свечением. Она вспомнила теплое солнышко, в лучах которого темные волосы Кэлен отливали медью. Она вспомнила ее улыбку и ее голубые глаза, холод рук и звонкий искренний смех. И поняла, что умирать вот так – совсем не страшно.       Вдруг в склеп проник солнечный свет. Кара почувствовала свежий воздух и подумала – неужели она уже умерла? Где же тогда разрывающая ее душу в клочья боль от адского пламени? В Рай Кара попасть не могла. В Рай она не верила.       Через секунду Кара поняла, что она жива. Ричард подбежал к Кэлен и обнял ее, заставив сесть. Он что-то говорил ей и радовался, что с ней все в порядке, но почему-то никто не был рад тому, что Кара тоже жива. Девушка полежала еще пару секунд, после чего резко села, бросив на Кэлен и Ричарда полный презрения взгляд. Она уже хотела уйти, но тут Кэлен посмотрела в ее сторону и улыбнулась, одними губами прошептав: «Спасибо». Кара ничего не ответила и вышла из склепа, с наслаждением втягивая в себя холодный свежий воздух.

***

      - Кэлен?       - Да?       - То, что я говорила тебе в склепе. Забудь это. Я бредила из-за недостатка кислорода.