Одна любовь на уме

Санса заметила, как Джендри и Арья встали из-за стола, официально оставив ее наедине с Джейме, который казался довольным, просто сидя рядом с ней. Он склонил голову. — По-моему, это первая свадебная церемония Старых богов, на которой я присутствовал. Она улыбнулась. — Джон вырос, поклоняясь Старым богам, как мой отец. Кажется, он даже давал клятвы Ночного Дозора перед сердцедревом. Дэйенерис не религиозна, только предупредила меня, что дотракийцы, как правило, буянят на свадьбах. — Она нахмурилась и уставилась на свой кубок. — Увы, моя вторая свадьба тоже была церемонией Старых богов. Он нахмурился и под столом взял ее за руку. — Учитывая это, ты хорошо справилась. — Да, учитывая, что это стало началом моей пытки от рук человека, который помог убить мою семью и забрать мой дом, — сказала Санса горько. — Но теперь все они мертвы, а я нет. — Нет, моя леди, как по мне, так вы переживете всех нас. Она сделала глоток вина и склонила голову на бок. — Мы не обсуждали твой отъезд на Юг. — Нет, не обсуждали. Только то, что ты не станешь помогать мне принимать решение, — сказал Джейме мягко, чуть развернувшись к ней. — И ты все еще ничего не сказала об этом. Санса дернула плечом и вздохнула. — Я не стану обсуждать твое решение. Это твой выбор и жить с ним тебе. — Но учитывая нашу ситуацию, я не могу не спросить, что о моем отъезде думаешь ты? Она усмехнулась. — Интересная формулировка. Джейме ухмыльнулся в ответ. — Ты ведь понимаешь, что мне бы хотелось знать, будешь ли ты по мне скучать? — Как я должна это понять? А ты будешь скучать по мне? Тосковать по мне? Все то, о чем поют менестрели в своих песнях? — Тосковать? — он сморщил нос. — Это звучит так… Отчаянно. Она усмехнулась. — Может быть. Но, может быть, это то, что я хочу. Чтобы по мне отчаянно тосковали. — Я еще не на той стадии, чтобы сказать, что я в отчаянии. — Жаль, — она улыбнулась и перевела взгляд на громкую компанию в конце стола. — Они пьяны в стельку. — И не думаю, что они закончили пить, — сказал Джейме, видя, что им несут новый бочонок. Бриенна накрыла кубок Подрика ладонью. — Бедный Под, — Санса улыбнулась, Джейме повернулся к ней, и она увидела в его взгляде ревность. — Почему ты ревнуешь к Подрику? — А не должен? Она покачала головой. — Нет. — Но ты ему доверяешь. — Конечно. Он был с нами с тех пор, как Теон помог мне сбежать от Рамси. Никогда не давал мне повода сомневаться в его верности нам или Бриенне. Джейме нахмурился. — Полагаю, мне просто не нравится любой мужчина, которого ты теоретически можешь хотеть. Санса чуть наклонилась к нему и покачала головой. — Но я его не хочу. Подрик — оруженосец и… Мой друг. Здесь не о чем волноваться. — А Теон? Она вздохнула. — Мы что, будем изучать каждые мои отношения с мужчинами, которые не являются моими родственниками? — Я просто хочу знать, кто еще сражается за твое внимание и чувства. — Никто, — наконец сказала она. — А за твое? Джейме помотал головой. — Никто. — Ты уверен? — Очень, моя леди, — мягко сказал он. — Та часть моей жизни окончена. Я приехал сюда, чтобы внести свой вклад в то, чтобы род человеческий продолжал жить. Полагаю, где-то по пути, мне пришлось принять, что то, как я жил прежде, должно измениться. Я сомневался, что переживу войну с мертвыми. И я знал, что даже если выживу, Серсея не позволит мне прожить достаточно долго, чтобы засомневаться в моем предательстве. — Но ты сумел выжить. Он кивнул. — Да. Это странно, иметь в жизни новую цель, отличную от ее защиты. Она вздохнула. — Арья сказала мне, что каждому нужно знать, за что они сражаются. Ты сказал, что сражаешься за надежду. Ты нашел ее? Джейме слегка усмехнулся. — Да. Небольшую, но все же. Санса заглянула ему в глаза и с радостью увидела, что он смотрит только на нее. Она чуть склонила голову, сделав глоток своего вина, и затем встала. — Думаю, мне не помешает прогулка по богороще, — сказала она, затягивая свой тяжелый плащ. — Ты меня не проводишь? Он встал и тоже потянулся к своему плащу. — Это будет честью для меня, — ответил он, увидев, как Бриенна начинает вставать. Джейме махнул ей, чтобы она осталась. Последнее, чего хотела Санса, так это чтобы за их подлунной прогулкой кто-то следил. Они вышли во двор, и она взяла его под руку. Он открыл ворота и закрыл их за ними. На пути к сердцедреву все еще горели факелы, но Санса увела их от этой дорожки в темноту богорощи. — Ты ненавидишь Север, — сказала она после молчания и услышала, как он хмыкнул. — Мне кажется, ненавижу — это очень сильное слово. — Но верное? — По большей части. Санса нахмурилась. — Я больше и шагу не ступлю в Королевскую Гавань. Даже после того, как Джон и Дэйенерис завоюют ее. — Ты так уверена в их успехе? Она остановилась и развернулась к нему. Она едва видела черты его лица, но мерцающий свет факелов из-за деревьев и легкое лунное сияние подсвечивали достаточно. — Учитывая, что их успех зависит от того, сумеешь ты или нет выполнить свою миссию, мне стоит сомневаться? Ты сможешь сделать то, что пообещал? — Когда я только прибыл сюда, нет, я не смог бы. Но сейчас? Это ведь должен быть я, разве не так? Я единственный, кто сможет к ней подобраться, я помог ей стать такой, какая она сейчас. Разве не это ты сама мне говорила? — Да. Но это не значит, что ты этого хочешь. Ты можешь сомневаться в своем выборе, — мягко сказала Санса. — Боюсь, что я если позволю себе сомневаться, то не смогу пройти через это. Несмотря на все, что она сделала, на ее попытки убить меня, ее предательство и ложь, все это… Она все еще моя сестра. — И женщина, которою ты любил. Джейме нахмурился. — Как глупец. — Она манипулирует людьми, Джейме. Почему ты думаешь, что она не делала этого с тобой? — Он отвернулся от нее, и она подняла руку и коснулась его щеки. — Мы честны друг с другом. Иногда честность — обоюдоострый меч. Мы жаждем ее, но иногда, получая ее, она ранит больше, чем ложь. — Я устал от нечестности этого мира. И я знаю, что был тем, кто множил ее. Она вздохнула. — Я могу играть в эту игру не хуже остальных. В конце концов, меня учили Серсея и Мизинец. Мастера своего искусства. Иногда это утомляет. Мне все еще кажется, что единственный способ выжить, это не прекращать играть. — Ты играешь со мной? — спросил он. Санса улыбнулась и взяла его за руку. — Насколько проще все было бы, если бы это была правда. — Санса теперь стояла к нему так близко, что их тела соприкасались. — Я не понимаю, что чувствую к тебе. Это сводит с ума, — прошептала она. Джейме прижался своим лбом к ее. — Наконец-то мы хоть в чем-то согласны, — сказал он и прижался к ее губам. Она отпустила его руку и обхватила лицо, прижимаясь и целуя сильнее. Она охнула, ощутив его язык на нижней губе и позволила ему углубить поцелуй. Санса не понимала, что они двигаются, пока ее спина не коснулась дерева, и она не ощутила его, всем телом прижимающимся к ней. Его рука лежала на ее талии, пока ее пальцы гуляли по его волосам. Она откинулась назад, пока он оставлял дорожку поцелуев по ее щеке и шее. — Санса, — прошептал он и уставился на нее, слегка склонив голову. Мир вокруг расплывался темным пятном, в котором мелькали отсветы огня. — Ты это планировала, когда попросила меня проводить тебя? Она улыбнулась и привстала, чтобы поцеловать его вновь. — Да. Но… Только это. Я не готова к большему, и я знаю… Мы еще не до конца откровенны друг с другом. Джейме прижался к её губам еще раз, и она разрешила себе побыть юной глупышкой, позволившей мужчине поцеловать себя. И Санса была благодарна, что он был счастлив помочь ей в этом. *** Она шла по коридору, морщась от пульсирующей боли в голове. Она не могла представить, в каком состоянии проснулись утром Тормунд, Подрик и Тирион и Пес. Санса вряд ли выпила так же много, хотя остаток вечера, проведенный с Джейме в богороще, вызвал у нее совсем другого рода головокружение. Она постучала в дверь комнаты сестры и услышала ее ругань по другую сторону и стоны Джендри. Арья, закутанная в серый халат, открыла дверь. Ее волосы торчали в разные стороны, и Санса видела лежащее на животе тело Джендри на кровати, его голова пряталась под подушками. — Санса, сейчас рано. — Вообще-то нет, — сказала она, фыркнув, и шагнула в комнату. — Я пришла за платьем, чтобы отдать его на чистку. А то у тебя оно просто вечно будет валяться на полу. Арья нахмурилась и сжала его в руках. — Эм. Давай сначала кое о чем поговорим. — Зачем? Что случилось? Арья, осторожно глядя на нее, протянула платье ей. Санса уставилась на него и осознала, что порвана не только шнуровка, само платье было разорвано почти до подола. Она обожгла Арью взглядом. — Оно уничтожено. — Вставай, — через плечо позвала Арья. Санса, хмурясь, смотрела, как Джендри пытается сесть, еле удерживаясь от того, чтобы схватить его же молот и врезать ему. Он сел и наконец сфокусировал взгляд, едва ли не сразу схватившись за голову. — Рано же, — пробормотал он, глядя на падающий из окон солнечный свет, словно тот оскорбил его. — Ты уничтожил платье! — она потрясла платьем перед собой, оттолкнув потянувшуюся, чтобы закрыть дверь, Арью. Он распахнул глаза и чуть приоткрыл рот. — Да. Но, в мою защиту, я был пьян. — Это твое единственное оправдание? Он потер затылок и бросил взгляд на Арью, но ее сестра молчала. — Нет… То есть… Я не знаю. Я плохо соображаю. Затем она развернулась к Арье. — И ты не подумала остановить его? Арья, к счастью, выглядела пристыженной. — Ну, это вроде как случилось до того, как я успела понять, что происходит. Ну, то есть, он сначала расшнуровывал, а потом уже порвал. — Я просила Джона не рвать платье Дэйенерис. Кто знал, что мне нужно было беспокоиться о тебе? Арья сложила руки на груди. — Как по мне, так тебе стоит принять это за комплимент. — Комплимент? — переспросила Санса, дожидаясь объяснений. — Да. Во-первых, ты уговорила меня надеть платье. Это само по себе достижение. Во-вторых, я настолько понравилась ему в нем, что он… Сорвал его с меня. Это правда большой комплимент твоему таланту. Санса была в ярости. — Вы что, находите это забавным? Арья вздохнула. — Нет. Мне жаль, что ты расстроилась. — Как и мне, — сказал Джендри. — Не злись на Арью. Я ее удивил, — объяснил он. Арья стояла между Сансой и Джендри, и Санса изумилась, неужели она думала, что ее сестра нападет на мужчину в кровати. Она закатила глаза и развернулась, все еще прижимая платье к себе, и вылетела из комнаты. Санса отправилась к себе и положила платье на кровать. Ей хотелось бросить его в огонь, и она серьезно задумалась об этом, когда в ее так и не закрытую дверь постучали. Она развернулась к стоявшему на пороге Джейме, и ее без того быстро стучащее сердце заколотилось еще сильнее. Он вопросительно наклонил голову. — Ты в порядке? Санса затянула его в комнату и захлопнула дверь. Затем она сунула ему платье. — Посмотри на него и скажи, что видишь. Джейме поднял брови и нахмурился, подняв платье перед собой. — Это платье твоей сестры с прошлой ночи. — Да, — сказала она с оскорбленным кивком. Он присмотрелся и распахнул глаза, поняв. Санса видела, что он пытается скрыть улыбку. — Оно разорвано почти до подола. Она кивнула. — Уничтожено. Ты знаешь, сколько ночей я провела, работая над ним? Сколько сна лишилась, чтобы сшить что-то, что она бы могла носить и не ненавидеть? Он положил его на кровать. — И ты проделала потрясающую работу. Санса нахмурилась. — Что это значит? Джейме повернулся к ней. — Это довольно… Говорящая реакция. Одно дело вырвать шнуровку, но здесь разорвана почти вся спина платья. — Да, я вижу. Он сел на стул возле ее столика. — Это реакция мужчины, который отчаянно хочет женщину. Она повернулась к нему спиной, уставившись в пламя в очаге. Как ей объяснить ему, не открывая слишком много? — Рамси сделал это со мной. Джейме вздохнул за ее спиной. — Понимаю. Санса резко развернулась. — Понимаешь? Что ты понимаешь? — Дело не в Арье и ее платье. Дело в тебе и твоем платье. Джендри — не Рамси, и Арья не ты. — Джейме нахмурился. — И ты больше не та, что была прежде. — Не говори мне, кто я. Не думай, что ты знаешь, через что я прошла. Он нахмурился, но не отвел глаз. — Я никогда не говорил этого, Санса. Я только знаю то, что сказала мне ты, и я… Я бы не стал строить предположения о том, что ты чувствуешь или через что прошла. Она ощутила, что его слова потушили часть ее гнева. Она уставилась на свои руки и помотала головой. — Я очень стараюсь заглушить… Это. Но я все время помню о том, что он сделал. Я ношу шрамы. Джейме встал и подошел к ней, накрыв ладонью ее щеку. — Никто не просит тебя забывать. — Но я хочу забыть. Я не хочу, чтобы… Это было всем, что я знаю. Он притянул ее в свои объятия, прижавшись щекой к ее виску. — Я надеюсь, что так и будет. Санса обняла его за талию. — Это все, что нужно? Надежда? Джейме сжал ее чуть крепче. — Мне она помогла. Она прикрыла глаза и вздохнула. — Кажется, для нас это слишком мило, — сказала она, подняв голову. — Может быть, чтобы было привычнее, мне тебя оскорбить? Он усмехнулся. — А не поздно для оскорблений? Санса драматически вздохнула. — Видимо. — Она отстранилась и снова повернулась к огню. — Ты ведь не просто так пришел. — Из-за Бриенны. Она просила передать тебе, что она передвигает тренировку ближе к вечеру. Видимо, Подрик и Тормунд все еще пьяны. Она надеется, что хотя бы Подрик протрезвеет к этому времени. Хотя мне кажется, что она его и пьяного выгонит во двор заниматься. Санса покачала головой и улыбнулась. — А ты и рад. — Она заметила, что он не стал отрицать. — Как я сказала прошлой ночью, в борьбе за мое внимание Подрик тебе не соперник. Джейме обхватил ее локоть и повернул ее лицом к себе. — Значит, оно мое? Твое внимание? Твое расположение? Она опустила руки на его плечи и кивнула. — Да. Только твое. — Санса закатила глаза, когда он усмехнулся. — Попробуй сдержать свое самодовольство. — Но мне так идет быть самодовольным. Она привстала и прижалась к его губам, ее злость из-за погубленного платья мгновенно забылась. Санса ощутила, что они движутся, и Джейме сел на стул. Он притянул ее к себе на колени, его рука обхватила ее затылок, а ее руки обвили его шею. Его рот оставлял горячий след по ее подбородку к шее. Санса выдохнула, не осознавая, что затаила дыхание, когда его зубы царапнули пульс на ее горле. — Тебе опасно быть здесь, — прошептала она. Он невнятно, ей в шею, согласился, и она улыбнулась. В ее животе потихоньку все туже и туже затягивался сладкий узел, но она не знала, как избавиться от напряжения. Испугавшись, Санса отстранилась от него, и он растерянно моргнул. — Что случилось? Она неровно выдохнула и уставилась на свои обнимавшие его за шею руки. — Мне нужно кое-что тебе показать, — сказала она, отпустив его и опустив руки на колени. Ее пальцы тянули за завязки на ее запястье — она не носила иной одежды, кроме той, что закрывала шею и имела длинные рукава. Мысль о реакции Джейме, когда он увидит, что она прятала, заставила ее прерывисто вздохнуть. Санса надеялась, это объяснит, почему она так нерешительна. — Я не знаю, как рассказать о том, что со мной было, и почему я так… Нервничаю, каждый раз, когда мы становимся слишком близки. Джейме взял ее руку в свою и покачал головой. — Санса, ты не должна мне ничего говорить, если не хочешь. — Я не смогу произнести это вслух. Вот почему я хочу показать тебе, хоть немного. — Она дернула рукав верх, закатав его до локтя. Белая кожа ее руки была покрыта красными шрамами, пересекающими друг друга в отвратительном узоре. Рамси очень старался не «испортить» ее, оставляя только шрамы. — Он не трогал то, что нельзя было скрыть одеждой. Мои руки и лицо. Ему было нужно мое лицо, — сказала она, повторив вслух слова, которые она мысленно слышала так часто. Большой палец Джейме провел по шраму, его лицо было глубоко сосредоточенным. — Они покрывают все мое тело. Мой тайный позор, которым я не хочу делиться ни с кем. Он покачал головой и поднял на нее взгляд. Санса не знала, что за выражение было на его лице, но чувствовала, как Джейме продолжает гладить ее шрамы пальцем. — Мне жаль, моя леди, что это случилось с тобой, — сказал он, снова посмотрев на ее кожу. — Последние несколько лет я позволил потере моей руки определять меня. Я… Понимаю. О позоре. Я бы никогда не причинил тебе боль. И я не прошу от тебя ничего, что ты не готова мне дать. — Но в том-то и дело, Джейме. Я хочу дать больше. Но я боюсь позволить себе стать слишком уязвимой. Уязвимость, слабость — они позволили ему сделать это со мной. Он помотал головой. — Быть уязвимой не значит быть слабой. Это значит, что тот, кто этим пользуется, монстр. — Он вернул рукав на место, раскатав его, и снова взглянул на нее. — Я с радостью приму все, что ты готова мне дать. Но, пожалуйста, помни, что я не Рамси. Она опустила голову и снова обняла его. — Спасибо. — За что, моя леди, ты благодаришь меня? Санса большим пальцем погладила его щеку. — За то, что не смеешься над моими шрамами. Что даже если они тебе отвратительны, ты не заставляешь меня чувствовать себя изуродованным монстром. Джейме потряс головой. — У нас с тобой есть кое-что общее. Не то, что мне бы хотелось, но, может быть, я смогу помочь тебе перестать стыдиться этих шрамов, так же, как ты можешь помочь мне перестать стыдиться моей отсутствующей руки. Санса наклонилась и поцеловала его, желая, чтобы он забрал ее боль, так же, как желала забрать его.