Я еще докажу! Нет, мы докажем, правда, Люси?

«Недостойна вашей гильдии. Пф, и пожалуйста. Вот теперь у нас есть своя гильдия, где нет предателей. А как же там Мира? Кана? Лаксус и его команда? Остальные? Боже, я готова кричать на весь мир о том, как же сильно я по ним скучаю. Моя душа разорвана в клочья, и если бы Нацу и друзья не собирали бы эти клочки в единое целое, от моей доброжелательности и здравомыслия не осталось бы ни следа. Но шрамы режут сознание. Когда я думаю о Лис и Хвосте феи, что-то внутри хватает меня за сердце и начинает тянуть вниз, так, что все органы будто лезут наружу. Пожалуйста, помогите… Хочу умереть… Я правда заслужила этого. Или всё-таки нужно бороться? Боже, я скоро действительно буду думать, что у меня раздвоение личности, и это чертовски пугает»

Дневник Люси Хартфилии, 1 июля ХХХ года

— Эрза! Первое задание! Совет отправил нам первое задание! — Так, Леви, что там? Тут подошли почти все. — Нужно поехать в Красную деревню и разобраться с каким-то мистическим волшебником-гипнотизёром, — быстро прочитала Скарлет, — Так, на это задание отправляются Венди и Шарли. — Будет сделано! — Венди, счастливая, что первое задание поручили ей, отправилась собирать вещи, а все остальные недоуменно посмотрели на Эрзу. — За это дадут несколько тысяч. И деревушка находится недалеко, давайте дадим девочке шанс, уверена, она и без нас прекрасно справится, — Эрза улыбнулась. — Эрза, Эрза! Еще три задания, — прибежала запыхавшаяся Люси. Все обрадовались. Пошла работа. Эрза поручала всем дела, кто-то брался сам. В итоге, в гильдии никого не осталось, кроме Эрзы, Джерара, Люси и Нацу.

***

— Вот! Сейчас я тебя научу своей главной технике, которую я использую в бою! — Нацу весь воспылал, пепельные глаза ярко засветились. Он собирался учить Люси мастерству убийц драконов. — Ну и что ты хочешь мне показать? — Люси явно с иронией относилась к этой, по её мнению, наиглупейшей идеей — учить её магии огня. — Фокусируешь всю злость в кулак и долбишь всё вокруг, — с огромным энтузиазмом заверещал Драгнил. — Нацу… это бесполезно, — она проговорила по слогам, словно общалась с ребёнком, — у меня ничего не получится, Игнил меня не воспитывал, я не жила всю жизнь с этим… всем. Я даже до пламени дотронуться боюсь, а у тебя, похоже, мозги уже сгорели. — Эй-эй, полегче с сенсеем. Ну-ка встань с травы. Люси встала. — Ладно… Что нужно делать? — В общем, ты должна меня поцеловать! — Так, всё, Нацу, мне надоело, я пойду в гильдию. — Ну стой! Шутка это была. Смотри, сейчас я возьму тебя за руки. Тебе будет горячо и слегка больно, но я должен тебе передать воспоминания о посвящении в убийцы драконов. — И такое есть? — Ну конечно! Сейчас я тебе воспроизведу образ Игнила, ты проникнешься и поймёшь. Остальное объясню потом, — он взял её ладони. Люси почувствовала, будто лава заполняет её сосуды, заменяя кровь. Люси пыталась глотать воздух ртом, но ничего не получалось, как будто воздух вокруг сожжён. Возник образ Игнила, который мягко и тепло улыбнулся, зазывая девушку к себе. Боль исчезла, воздух вновь проник в лёгкие. Люси казалось, что она снова ребёнок — беззаботная и весёлая, она побежала к дракону, который вручил ей какой-то свиток. Она открыла его, там было что-то написано на непонятном языке, но вдруг буквы засветились и перемешались и Люси поняла текст: «Ты — настоящий дракон, Люси Хартфилия». Девушка заулыбалась, но тут снова почувствовала резкую боль, — возникло ощущение, что её кто-то грызёт и сжигает одновременно. Нацу сжимал её руки как только мог. Глаза Люси засветились ярко-оранжевым, она закричала, её тело практически не выдерживало, в некоторых местах кожу разорвало, сломалась пара рёбер. Драгнил прижался к девушке всем телом, но это не помогло ей избавиться от страданий. Он уже тысячу раз пожалел, что заставил бедную девушку чувствовать такую боль. Вдруг Люси взлетела, обретя драконьи крылья, из глаз её полетели искры, а ногти превратились в длиннющие когти, на голове, где виски, появились рожки. Люси стала чем-то похожим на дракона. Правда, ненадолго. Искры потухли, как и глаза Хартфилии. Она без сил грохнулась на землю, оставив вмятину на траве. Девушка была превращена чуть ли не в пепел. Исчезли драконьи рожки, крылья и когти, закрылись глаза, воздух перестал поступать к лёгким. Нацу начал ощупывать пульс, проверять дыханье, умолять Люси вернуться — не выходило. Перед ним лежало бездыханное тело. Вдруг он увидел, как плоть Люси начала исчезать, будто её кто-то сгрызает. Тут он понял, что это пираньи. Они помешали Люси получить силу. Только вот, как их теперь остановить? Парень начал трясти Люси, делать ей искусственное дыханье и непрямой массаж сердца. Нацу зажал пальцами нос девушки, плотно прислонился к ней губами, сделал выдох. Повтор. Еще раз. Теперь массаж сердца. Сколько там раз в минуту? 60 ударов? И еще минута прошла, исчезли конечности. И третья минута пошла. — Давай же, Люська, давай, я верю в тебя. Ради друзей, ради Хвоста феи, ради духов, ради меня… Хартфилия, я же пропаду без тебя, я умру. Если ты не вернёшься, я убью себя. Я убью себя своей же силой, которая ранила тебя. Люси, пожалуйста. Давай вдох. Сделай один вдох. Пусть твоё сердце будет биться. Люси, прошу! Умоляю… проснись, — Нацу рыдал и кричал во всё горло, его трясло, он не чувствовал даже как солнце запекло его кожу. Люси исчезала на его глазах. Хартфилия стёрлась с лица Земли. Нацу кричал. Его крик был слышен Эрзе, Хэппи и Джерару, которые тут же ринулись к нему, чтобы узнать, что происходит. На смятой траве лежала практически полностью сгоревшая одежда Люси. Нацу был морально убит, его тело могло только трястись, глаза потеряли блеск и стали словно стальными. Эрза плакала на плече у Джерара, который нежно гладил её по голове. Хэппи просто упал духом и весь почернел. — Ребята… она… она… — Нацу захлёбывался слезами, — Это я виноват. Я и пираньи… — Нацу, ты… — Эрза, убей меня, — трясущимся голосом умолял Нацу, — Убей меня! Я не хочу жить без неё. Какая это жизнь теперь? Если ты меня не убьёшь, я сам это сделаю! Кулак огненного дракона! — Нацу, стой! Её, возможно, удастся спасти! Драгнил удивился словам Джерара и как будто воспрянул духом. — Как?! — Это… будет непросто…