Я еще докажу! Нет, мы докажем, правда, Люси?

Каково ощущение, когда ты делаешь первый шаг в своей жизни? Первый раз, когда земля принимает тебя как родное существо. Ты не осознаёшь этого счастья, но ты чувствуешь, что теперь ты способен на величайшие дела, которые изменят этот мир. И каждый раз, делая новые шаги, ты ощущаешь, как сила жизни разливается теплом по твоему телу. Ты самостоятельный. Ты сильный. Ты живой. Ты — новая частичка этого мира. Ты открываешь свою Вселенную. Джерар задумчиво уставился в потолок. Он размышлял о том, как ему жить дальше. Чувствовать себя настолько беспомощным ему приходилось только в тот период, когда он потерял память. Только вот ноги ему так не вернуть. Как и магию. Он постоянно утешал себя мыслью, что это всё расплата за его злобные деяния, за прошлую его жизнь, которая всегда будет тёмным отражением его души. А также это цена за спасение двух девушек. Двух волшебниц. Магия и способность ходить на две жизни. Неплохой обмен, да? Магия… Больше всего Джерару нравилось колдовать. Открывать для себя новые знания, новые заклинания, волшебные рецепты, зелья, сражаться со злом, спасать людей. Во всём этом Джерар видел смысл жизни. Но… Что теперь? Что делать? И есть ли смысл продолжать своё жалкое существование? Быть обузой для Эрзы, для ребят? От него теперь никакой пользы. С ним теперь нужно нянчиться, что доставило бы всем хлопот. Он бы не смог работать и получать хорошие деньги, как раньше. Всё потеряло смысл. Всё… Фернандес вздохнул. Это были тяжёлые два дня. Самые тяжёлые в его жизни. И самые страшные. Послышался стук в дверь и тихое «Можно?». — Добрый вечер, Эрза, — Джерар повернул голову в её сторону и печально улыбнулся. — Как ты… себя чувствуешь? — голос Эрзы немного дрожал и даже хрипел, а глаза её были слегка воспалёнными и вспухшими. Джерар понял, что девушка плакала. — Иди сюда, — Эрза подошла к нему, и он дотронулся до чуть влажной щеки, — Почему ты плачешь? Всё не так плохо. Я жив. Все живы. Скоро мы сможем спасти Люси и Лис. Вернёмся к ребятам. Не стоит падать духом. Ты же Эрза Скарлет, — он снова улыбнулся полупечальной улыбкой. — Джерар, я… — она явно колебалась и пыталась подобрать слова, руки её задрожали, и обеспокоенный Джерар накрыл их своими теплыми ладонями. Девушка вздохнула, — Прости, мне не следует нагружать тебя сейчас этим… Прости, я… Я пойду. Спокойной ночи, — Эрза поцеловала его в лоб и задула свечу, но как только собралась пойти к двери, Джерар схватил её за руку. — Что случилось? Эрза, даже не вздумай от меня что-то скрывать. Не волнуйся, теперь я готов ко всей дряни, что эта жизнь нам подкладывает. Расскажи. Эрза отвела взгляд и отрицательно покачала головой. — Нет, Джерар, это вовсе не дрянь. Это совсем другое. Ты даже не представляешь, как это. Но это всё… так… не в то время. — Эрза, что? Что? — Я… беременна. Эрза почувствовала горячие слёзы, льющиеся по её щекам и дрожащую руку Джерара, сжимавшую её ладонь. Он посмотрел на неё, и она заметила, как его взгляд стал размытым и влажным. И улыбка. Она больше не была печальной. Джерар искренне улыбнулся, хоть и устало. — Эрза, — он шептал её имя, целуя ладони, — Я так счастлив. Я как будто снова обрёл смысл жить. Ты даже не представляешь, как сильно я люблю тебя. Эрза облегчённо и счастливо вздохнула и пустилась в его объятия.

***

Кап-кап… Сначала этот звук казался таким раздражающим и жутким. Люси затыкала всем, чем только можно свои бедные уши, только бы не слышать это вечно льющееся безумие. Но сейчас она привыкла. Это стало чем-то родным, настоящим. Единственным, что поддерживало жизнь Люси Хартфилии, кроме, конечно, общения по дневнику. Эти стены сначала давили на тело и на сознание, казалось, что они с каждым часом сжимаются друг к другу, оставляя всё меньше и меньше пространства и воздуха. Но сейчас они стали одним целым с Люси, они холодные и бесчувственные — такие, как и она. Лисанна была настолько истощена, что говорить ей уже не хотелось. Она хотела умереть, и Люси настолько сильно ощущала её душевные терзания, что если была бы возможность, она бы действительно убила мучащуюся девушку, дабы просто покончить с её страданиями и болью и просто освободить её. Но умереть здесь было нельзя. Люси могла бы поклясться, что в её мире они бы точно были уже мертвецами. А здесь они как два живых трупа, и это было мучительно. Раны не заживали, на теле Люси было очень много шрамов и порезов, что выглядело жутко. Кап-кап… И снова этот звук, возвращающий в реальность. Без него Люси давно бы уже погрузилась в безумие. Возможно, это место как раз и создано для того, чтобы сводить людей с ума. Возможно, Лис уже вышла из разума. Она не была похожа на человека, словно она какая-то проекция, привидение, но точно не человек. Глаза отражали вселенскую пустоту, а тело становилось более призрачным и сахарным, словно вот-вот растает из-за этого вечно капающего звука. Кап-кап… Но, как друзья сказали, тело Лисанны у них, а душа — здесь. Нужно лишь найти способ вызволить девушек из этой темницы. Люси очень надеялась, что это получится. «Нацу, скажи мне, как ваши дела?» И снова потеря сознания. Кап-кап…

***

— Лаксус! Лаксус, смотри что я нашла! Это было в комнате Лис. Под матрасом. Я пыталась обыскать всё, чтобы найти какую-то зацепку, и нашла её записную книжку! И ты не поверишь, что сейчас происходит. С тех пор как демон Керу был побеждён, ситуация в гильдии не сильно улучшилась. Те самые «ошейники», которые Лисанна заставляла носить, снять было невозможно, и магия всё еще действовала на всех, кто находился там. Никто не входил в гильдию, и никто не мог выйти оттуда. Безумие не останавливалось. Однако теперь ребята стали искать все возможные способы узнать, что случилось и как выбраться. Они не знали про Керу, но догадывались о том, что это была не Лисанна.