Черный конец

      Идея посмотреть какую-нибудь киношку и попить пива, расслабившись после тяжелого рабочего дня на диване, показалась ему как никогда соблазнительной.       Попрощавшись с коллегами и быстро укатив со съемочной площадки, Том Круз заскочил в придорожный магазинчик, купил две бутылки светлого пива и большую пачку чипсов и, предвкушая долгожданный отдых, направился домой.       Он надолго завис над стопками свежекупленных DVD, выбирая, что бы такого посмотреть, потом плюнул, закрыл глаза и схватил первую попавшуюся под руку коробочку. Плеер с аппетитом проглотил диск, и Круз, развалившись на диване с открытой бутылкой запотевшего пива, приготовился приятно провести вечер.       Заставка киностудии показалась Крузу смутно знакомой, и он немного промотал фильм до развернувшегося на весь экран названия. Кино оказалось продолжением популярного фантастического блокбастера про скандинавских богов-инопланетян. Первую часть Круз не видел, но выключать не стал. Неторопливо потягивая пиво и закидывая в рот крошащиеся чипсы, Круз смотрел как брюнета ведут в цепях, как блондин кого-то бьет, как Натали Портман корчит из себя дурочку (хотя ей для этого особо стараться не пришлось)… И вот прошло уже почти полчаса от начала фильма и Круз открыл вторую бутылку, как вдруг на экране появился Он. Круз подавился пивом, судорожно нажал на паузу и вытаращился на экран, открыв рот.       Эльф-негр выглядел бы нелепо, если бы не был так красив. Белая коса, белые брови, ярко-голубые глаза, шрамы на темной коже… Высокий рост, широкие плечи, безупречная осанка, обтягивающие великолепную фигуру скафандр и доспехи… Круз судорожно сглотнул, не понимая странной реакции своего организма на казалось бы нелепое создание в фантастическом фильме, и ткнул на плей, запуская диалог на грубом выдуманном языке. Прошло совсем немного времени – и вот уже бледный эльф бьет кинжалом черного исполина. О, сколько эмоций мелькало в этих голубых глазах, как дрогнули эти большие темные губы от переполняющей персонажа сценарной боли, как отрывисто вырываются незнакомые фразы из соблазнительно приоткрытого рта… Сцена кончилась, Круз до скрипа прожал кнопку перемотки на пульте. Дальше, дальше… Вот Он, облаченный в чужие доспехи, лишь яркие глаза выдают его истинную сущность… Дальше… Он сжимает что-то в руке и превращается… Нет!       Недоеденные чипсы свалились на пол, Круз упал на колени и судорожно промотал фильм назад. Сцена с кинжалом. Боль в широко раскрытых глазах… Круз со стоном залез в джинсы и сжал конец. Дрожащий вздох, едва видно трясущиеся губы, раздувшиеся ноздри, нежная розовая плоть рта, виднеющаяся, когда Он опускает нижнюю губу… Так хочется провести по ней пальцем… Или языком… Назад… Плей… Морщится от боли, вздрагивает, смотрит исподлобья, поднимает светящиеся глаза, выпрямляется, судорожно вздыхает… Незнакомая речь срывается с больших мягких губ… О да, они точно мягкие…       Круз, яростно дроча, задрожал и со стоном кончил прямо на рассыпанные по ковру чипсы. Он упал на пол и попытался отдышаться от самого сильного и крышесносного оргазма в своей жизни. Чипсы были безнадежно испорчены, а ковер в очередной раз придется сдавать в химчистку, но Круз ни о чем не жалел – эта были лучшие полторы минуты онанизма в его жизни. Грубая выдуманная речь, все еще лившаяся из телевизора над его головой, оборвалась на полуслове. Том Круз поднял голову и напрямую встретился со взглядом ярко-голубых глаз. – Извращенец, – сказал Алгрим и отвернулся. Экран телевизора погас так же быстро, как и сознание Круза.