Пять лет ожидания

      Я лежал на полу в комнате тишины. Это была особая для меня комната. В ней не было ничего, даже света. Это просто бетонная коробка в подвале моего дома. Сюда, кроме меня, никто не заходит, я сам даже иногда не понимаю, зачем сюда прихожу. Но когда я лежу на полу в полной темноте, все мои проблемы и переживания уходят. Оставляя после себя только пустоту, которую можно заполнить чем угодно. Иногда, я пытаюсь вспомнить, когда у меня появилась такая привычка. И после долгих раздумий я понимаю, что это последствие моей депрессии после расставания с Акихико. Первое время, приходя домой из бара, я без сил падал на кровать в надежде уснуть, но мысли о прошлом преследовали меня. Не давая мне и минуты покоя. Тогда, я просто лежал и часами смотрел в тёмный потолок, пока не отключался от усталости. Внезапно, дверь в мою святую обитель открылась, и кто-то втолкнул в комнату Акихико. Послышался щелчок, который свидетельствовал о том, что нас закрыли на ключ и дёргаться бесполезно. Несколько секунд спустя, я услышал возню и остановил напрасные попытки Акихико.       - Если ты ищешь выключатель, то его тут нет. У тебя есть телефон? Посвети им, а то разобьёшь себе голову в темноте, твои поклонники мне этого не простят. Достав телефон, Акихико осветил комнату. Поняв, что в ней ничего нет, он направился ко мне. Сев рядом, Акихико положил телефон экраном вверх, чтобы он не слепил меня.       - Что это за комната, почему в ней ничего нет? И почему ты здесь? - его голос звучал, тихо, словно он боялся спугнуть меня.       - В ней нет мебели, потому что мне так удобнее, - стараясь отвлечь его от моей персоны, я начал задавать ему вопросы, - Ты не знаешь где Кауроко? Мне надо поговорить с ней. И где все остальные?       - Алекс забрала Алису и Кауроко. Она сказала отцу, что они поедут на какие-то острова. Если ты переживаешь, как она отреагировала на случай в клубе, то не волнуйся. После разговора с Алекс она успокоилась и не злится на тебя.       - Хорошо, я действительно волновался. Сам назвал её мужа козлом, а потом сам же оказался не лучше. Надеюсь, мне удастся всё прояснить. Акихико ещё некоторое время пытался задавать мне вопросы о моей жизни за последние пять лет, но поняв, что отвечать я не намерен, быстро бросил это занятие. Он лёг рядом со мной, загораживая меня от яркого света телефона, когда заметил, что отворачиваюсь от него. Ведь в тёмной комнате даже свет от экрана смартфона слепил не хуже мощного фонаря. Откровенно говоря, лежать на бетонном полу долго весьма холодно и неудобно. Но почему-то я не чувствовал неудобства от того, что Акихико рядом. Спустя некоторое время, я почувствовал, что начинаю засыпать. Сквозь сон я почувствовал, что Акихико повернулся боком ко мне, придвинувшись ближе. Из сна меня выдернул громкий сигнал телефона, говорящий о том, что у него села батарея. Дёрнувшись от неожиданности и не рассчитав силы, я резко отстранился от Акихико и соскользнув головой с его плеча, ударился головой об пол. Глухо простонав, я привлёк внимание Акихико, который проснулся от моих действий.       - Мисаки, что случилось? - спросил он, найдя меня руками в темноте.       - Всё в порядке, я просто ударился головой об пол. Мда, видимо моя неуклюжесть всё ещё при мне, - почувствовав его руки на моей голове я дёрнулся, но снова зашипел от боли.       - Тише, всё хорошо. Где болит? - спросил Акихико, поглаживая меня по голове, словно ребёнка, - Мисаки, - нерешительно произнёс он. Ну вот, снова он об этом, - Я понимаю, что разрушаю твою семью, но пойми, я не могу без тебя. Ты - центр моей вселенной и так было всегда. Ну, сколько можно ему повторять: - Я же говорил тебе, я женат, и менять что-либо не намерен.       - Она не простит тебя. И вообще, что ты в ней нашёл? Да, она конечно красива, но на этом её достоинства заканчиваются. А ты всегда переживал, что не нравишься девушкам, но это не повод жениться на первой встречной. Не понимаю, что с ним случилось. Тот Акихико, которого я знал, никогда бы не позволил себе подобные слова. Даже в адрес того, кого он считал своим соперником. Он всегда доказывал, что он лучше. И делал это, вовсе не поливая соперника грязью. Только я хотел озвучить свои мысли, как дверь в комнату резко распахнулась, и появился Николас. Николас был моим секретарём уже несколько лет и был одним из немногих людей которым я действительно доверял.       - Мисаки! Академия, она горит! - в его голосе звучала паника. На секунду я замер в руках Акихико, но потом резко вскочил и бросившись к выходу приказал, - Машину, быстро! Спокойствие, только спокойствие. Это только здания, главное, чтобы студенты не пострадали. Не обращая внимания на Фуюхиро и Мидзуки привлечённых шумом, я вылетел вместе с Николасом во двор и сев в машину мы помчались в Академию. По пути я пытался дозвониться до директора, но, видимо, из-за случившегося мне это не удалось. Николас пытался меня успокоить. Я понимал, что он прав. Сейчас, не та ситуация в которой я могу позволить себе панику. Подъехать прямо к академии не получилось из-за пожарных и полицейских машин. Приказав своему секретарю припарковаться, я побежал к школе, холодея от вида огромного столба чёрного дыма, который поднимался высоко над крышами. Как же хорошо, что я не послушал советов и купил землю под академию почти в пригороде. Иначе, пожар запросто мог перекинуться на соседние здания. Как хорошо, что у Николаса всегда есть заверенные копии всех документов. Войдя на территорию академии, я снова порадовался тому, что доверяю только своей интуиции в вопросах покупок земли и предприятий. Благодаря этому, я изначально купил больше земли, чем нужно и на свободном месте была построена летняя сцена и посадочные места на восемьсот мест. Это место мы часто использовали в тёплое время года для праздников и концертов. Именно там и собрались студенты и персонал, поскольку это место находилось дальше всего от общежития, в котором был пожар. Посмотрев на здание, я понял, что спасти его не удастся. Первые три этажа уже выгорели и, кажется, что здание скоро рухнет. Решив, что могу разобраться с этим, потом я направился прямо на сцену, где директор Томсон тщетно пытался призвать к порядку студентов. Но молодёжь, что в обычное время была собрана и послушна, сейчас, была слишком растерянна и напугана, чтобы подчиняться. Взяв у подоспевшего Николаса микрофон и сигнальный пистолет (такой иногда используют для объявления начала некоторых соревнований) я выстрелил им в воздух, привлекая внимание. Несмотря на шум от пожара, услышав знакомый сигнал, толпа стихла. Студенты начали успокаиваться, понимая, что их президент с ними, а значит, он решит проблему. Подождав, пока студенты займут свои места, я начал свою речь. Стараясь придать голосу, как можно больше уверенности: - Всем Привет! Я знаю, что вы напуганы, но постарайтесь успокоиться. Нам пока не известно остался ли кто в здании. Сейчас, вы в порядке очереди подойдёте к Николасу и отметитесь в приложении нашего общежития. Это нужно для того, чтобы мы смогли понять, сколько людей отсутствует. Далее, вы спокойно вернётесь на свои места и подождёте, пока вас разделят по группам для расселения по гостиницам. Каждая группа будет состоять из десяти человек и у неё будет выбран лидер, который будет отвечать за свою группу. На его плечи ляжет покупка всех необходимых вещей для своей группы. Для этого, вам будут выданы банковские карты. Я предупреждаю, что все члены групп должны оставаться вместе в ближайшие четыре дня. Те, кто нарушит это правило, немедленно будут отчислены. Всю необходимую информацию от меня вы будете получать чрез лидеров своих групп. Пока студенты считались и делились на группы, я позвонил в банк и сообщил, что мне нужно пятьдесят карт привязанных к моему счету. Сначала, мне хотели отказать, так как к одному счету по правилам можно было привязать лишь пять карт. Я сообщил о кризисной ситуации и сказал, что если мне не дадут карты в течение часа, то через тридцать минут все средства будут переведены в другой банк, а счёт у них будет закрыт. Конечно, терять такого клиента они не могли и поэтому пообещали привести мне нужное количество карт через час. Наконец, после долгого ожидания все студенты были посчитаны, их оказалась четыреста двадцать семь. Когда меня достигло понимание того факта, что не хватает семьдесят три студента, мне с трудом удалось устоять на ногах. Ведь если они погибли в огне, то моей академии придёт конец. Вся надежда была на то, что комендантский час наступает в 23:00, а сейчас только 21:00. Возможно, их ещё просто нет на месте. Пока я решал вопросы с полицией, пожарными, давал интервью. В котором сообщил, что гостиницы которые смогут принять моих студентов в течении двух часов получат щедрое вознаграждение и годовой контракт на бронирование всех их банкетных залов, Николас успел сообщить, что из пожара было спасено сорок четыре человека. Все они находились в тяжёлом состоянии и были сразу же отправлены по ближайшим больницам. Так четыреста семьдесят один нашлись, уже хорошо. Когда пожар был наконец ликвидирован, а присутствующие студенты отправлены на такси по гостиницам, я находился на грани нервного срыва. На часах было уже 02:00 ночи, а двадцать девять студентов всё ещё отсутствовали. Полицейское отцепление было снято, и на территории остались только я с директором и секретарём. Охрана патрулировала территорию академии. Николас отпаивал директора успокоительным, а я сидел на сцене и думал о том, как мне сообщить, что есть пропавшие без вести. Внезапно, моё внимание привлёк шум. Посмотрев в сторону дороги ведущей от центральных ворот, я увидел группу моих студентов. Посчитав их по головам, я насчитал ровно двадцать девять человек. Некоторое время, я смотрел на них, а потом спросил: - Вы знаете какое наказание за нарушение комендантского часа? - я, правда, пытался говорить спокойно, но металлические нотки в моём голосе давали понять *как* я зол сейчас. Ребята молчали, зная, что спорить со мной нельзя. За них неожиданно заступился Николас, - Мисаки, успокойся. Я понимаю, что ты вымотан. Но они не могли вернуться во время, ты помнишь про полицейское отцепление, которое сняли буквально несколько минут назад? Согласно правилам, у них не было с собой студенческих. Кто бы им поверил, что они учатся здесь?       - По барам гуляли, значит, - хмыкнул я, - ну и, как вы завтра на учёбу встали бы после пьянки?       - Мы не пили, Мисаки. Мы прекрасно помним правила вашей академии. Если бы нас поймали с похмельем или хотя бы запахом алкоголя в середине учебной недели, то сразу отчислили. Нам нелегко далось поступление сюда и мы не настолько глупы, чтобы вот так просто вылететь. Тем более, что все знают о том, что вы абсолютно бескомпромиссны в этом вопросе. - произнёс один из студентов. Остальные согласно кивнули, подтверждая его слова.       - Совершенно верно, мои правила одинаковы для всех. Ну ладно, раз вы у меня такие молодцы, то я вас прощаю. Узнайте у Николаса в какую группу вы записаны. Он вам всё объяснит. А я домой, на сегодня с меня хватит. Николас, убедись, что их расселят, вызови директору такси и домой. Я позвоню тебе завтра. Только выйдя за ворота, я понял, что домой придётся идти пешком. Мобильник сел, машины нет. Ёжась от ночной прохлады, я направился в сторону дома. Путь был не близкий. Не успел я пройти и ста метров, как увидел Акихико, стоящего на тротуаре. Я обратил на него внимание и спросил: - Ты на машине? - ответом послужил кивок головы, - Хорошо, поехали домой. Я просто безумно устал. В машине мы ехали молча. Лишь иногда я ловил на себе взгляды Акихико.       - Если хочешь что-то спросить, сделай это сейчас, - мне уже порядком надоела эта игра в гляделки.       - Мисаки, возможно, сейчас не лучшее время спрашивать, но что тебя связывает с Алекс? Только скажи правду, ты же знаешь, что я пойму, если ты соврёшь. Я настолько устал, что решил сказать правду: - Она предпочитает женщин, а я мужчин. Мы поженились из-за Алисы. Услышав мои слова, Акихико резко затормозил, остановившись на середине дороги. Хорошо, что была ночь и машин не было. Я начал ругать его за неосторожность, но он не обратил на меня никакого внимания, думая о чём-то своём. Через минуту, мы продолжили путь домой в полном молчании. Приехав домой, я сразу направился в ванную, не забыв закрыть дверь на замок.(Прим.Автора. Ибо извраты не дремлют). Выйдя из ванной, я заметил, что кто-то нагло разлёгся на моей кровати. Стараясь игнорировать вторженца, я лёг спать и конечно же сразу был прижат к кровати. Воспользовавшись тем, что я хотел что-то сказать, Акихико поцеловал меня, проникнув языком мне в рот. О Боги! Я уже успел забыть, как он потрясающе целуется. Конечно, я не могу сказать, что все пять лет жил без секса, но такого наслаждения от простого поцелуя не получал никогда. Его прикосновения заставляли меня плавиться, словно масло на горячем тосте. (Прим.Автора. Чёт я голодная походу).       - Акихико, хватит. Не надо, - произнёс я, пытаясь восстановить дыхание.       - Мисаки, я люблю тебя, - прошептал он мне на ухо. Прижавшись к чувствительному месту у меня на шее, Акихико принялся посасывать его. Тем самым заставляя меня снова задыхаться. Я чувствовал, что его бьёт такая же крупная дрожь, как и меня. Вместо ответа, я просто прижался губами к его губам. Мои руки уже пытались расстегнуть пуговицы на его рубашке. Но моего терпения хватило всего на несколько штук, в итоге я просто стянул её через голову. Услышав его тихий и счастливый смех, я повалил его на кровать со словами: - Меньше слов - больше дела, - стоило мне коснуться его тела руками, как смех исчез, уступив место сбившемуся дыханию. Как же давно я не прикасался к его телу. Оно было таким же божественным и сексуальным, как и раньше. Дрожащими руками расстегнул его брюки, не прекращая покрывать его умопомрачительное тело поцелуями. Высвободив его член, из плена уже ставшей ненужной одежды, прижался губами к головке, обводя её языком. Я не мог больше ждать, мне нужно было прикоснуться к нему, почувствовать. Убедиться, что это не очередной сон. Погрузив его плоть в рот, я принялся нежно посасывать его, помогая себе рукой. Буквально через минуту, я услышал стон Акихико, подняв глаза, я увидел потрясающую картину. Акихико лежал, запрокинув голову и закрывал глаза от наслаждения. Его руки крепко схватили простыни, сжав и потянув их так сильно, что послышался треск ткани.       - Мисаки! - простонал он, запуская руки мне в волосы в попытке прижать меня ближе к себе, - Возьми его весь... Мисаки. В награду за свои действия, я получал громкие стоны Акихико. Почувствовав, как он напрягся, я вобрал его член в рот полностью. Сильнее сжав его губами и вынуждая тем самым кончить в меня. Ещё несколько секунд я просто держал его член во рту проглотив все до последней капли. Отстранившись, я посмотрел на Акихико. Если минет возбудил меня, то вид расслабленного Акихико протянувшего ко мне руку чуть не убил меня. Позволив притянуть себя к нему, я легонько коснулся его щеки губами. У меня и в мыслях не было продолжать, но мой партнёр, как всегда, всё решил за нас обоих. Теперь стонал и извивался уже я. Его губы и руки сводили меня с ума. Все что я мог сделать, это просто таять от его ласк. Я даже не заметил, как он меня растянул, лишь немного поморщился от неприятных ощущений. Но отвлечённый поцелуем быстро забыл об этом.       - Мисаки, расслабься, - шепнул в губы Акихико, слегка раздвинув мне ноги, - Я вхожу. Проникновение и вот мы уже двигаемся в унисон.       - Мисаки, - прерывисто шепчет Акихико, - Тебе хорошо? Толчок, стон... ещё толчок и вот я теряю остатки контроля, выгибаясь в его руках. Переплетённые пальцы рук, сжимающие мои кисти сильнее при каждом проникновении, жадные поцелуи. Все это сводит меня с ума. Но мне этого мало, я хочу большего.       - Пожалуйста, - шепчу я, - Акихико сильнее... Да-а... Ещё... Ахх... Внезапно для себя, я почувствовал, что мы изменили положение. Я оказался прижат спиной к стене, а Акихико сжимая мои бёдра до синяков, входит в меня до конца, вынуждая обнять его ногами за талию. Чувствуя, как он проникает в меня, я сходил с ума от жара внутри, что дарил мне невероятное удовольствие.       - Аки...хико, я больше не могу, - воздуха не хватало, я задыхался.       -Я тоже... Давай вместе, сейчас, - сделав особенно сильный толчок, Акихико буквально вдавил меня в стену и вот мы со стоном сползаем по ней на кровать, потому что оргазм отнял у нас последние силы. Несколько минут, мы просто сидели прижавшись к друг другу в попытке восстановить дыхание. Потом всё же Акихико нашёл в себе силы взбить подушки, и поправить одеяло. Уложив меня на подушку он лёг рядом прижав меня к себе, коснувшись губами виска       - Спи, - сиплым ото сна голосом произнёс я.       - Сладких снов, Мисаки.