Рассвет играет не по правилам.

От лица Рози Утром я втихаря ушла из дома. Мама спала в своей комнате, как-то это странно, обычно она здесь не остаётся. Вчерашний день, все как в тумане. Я ничего не помню, лишь девушку. У вас было когда-нибудь такое, что, что-то сделав, вы этого не помните, потому что делали вовремя того, как адреналин просто зашкаливал. Вот у меня так было вчера. Я не помню, что произошло, и как я дотащила девушку до домика, который был не заперт, как позвонила Кендаллу, как он нас вёз. Помню лишь её глаза, и кровь… Брр… Что, вообще, чёрт возьми, происходит? Мне семнадцать, а я была уже изнасилована и покушалась на человеческую жизнь. Убиться бы, да вот, как бы не так, но жизнь дорога. Я должна жить ради брата, Тони, отца, мести… Месть. Вчера была месть. Может, и затуманенном разуме, но была. Неужели сам ОН, дал шанс мне это сделать? Нет, дура, не неси чепуху, хорошо, а то я… Я перестала о чём-либо думать. Но всё таки, тот парень выжил, и он спокойно может накатать на меня в полицию, но у меня есть веское оправдание, и даже не одно. Я шла мимо магазина детских игрушек, и подумала, что Эжени будет приятно, что за ней будет следить какой-нибудь зайчик или мишка, а лучше, двое, чтобы надёжнее. Дальше , путь лежал в больницу. Я зашла в книжный, и купила «Бумажные города», он просил , а как я могу ему отказать? Я вошла в больницу, охранник мне мило улыбнулся. Ну конечно, я бываю здесь чаще, чем в собственной комнате. Поднявшись на четвёртый этаж, я увидела Тони, он стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. -Хей, чувак, ты сам вышел, или кто помог? –Он обернулся и улыбнулся. -Красотка медсестра. Она сказала, что я так потолстею, если полежу ещё немного. -Ну ясно. Как рёбра? -Ну, я считаю, что всё хорошо, но доктор Шмидт говорит, что ещё не всё. -В школе тебя все вспоминают, как жаль им будет узнать, что Тони не будет играть в баскетбол ближайшие полгода. -Да, мне тоже жаль. Но на скамье запасных тоже не плохо посидеть. -Никаких запасных, болельщиком, и всё. -Хорошо, мамочка. –Я щёлкнула его по носу и достала книгу из сумки. Вы бы видели его лицо. Как у малыша, впервые увидевшего сладкую вату. -Ты самая лучшая. –Он поцеловал меня в щёку и обнял. -Я знаю. Крис, мне нужно на пятый, на обратном пути я тебе заскочу, окей? -Ладно. Это, тут про тебя спрашивали. -Кто же? –Было интересно, кто же мог спрашивать меня… в больнице? -Девушка, со светлыми волосами и чертовски привлекательными ножками. Представилась как Эжени. Честно сказать, она была вся бледная, исцарапанная, побитая, словно её каток переехал. Она мне напомнила тебя, тогда… -Она и была мной. –Тони видимо не понял о чём я, но не успел переспросить, потому что я уже вошла в лифт. На пятом этаже пахло детскими присыпками, был слышен плач, и смех. Счастливые… Я спросила в регистратуре, в какой палате лежит девушка, по имени Эжени. Мне указали на 5А, и я пошла туда. В палате было светло, на столике стояли свежие розы, на диване огромный медведь. Я увидела девушку, она спала. Была действительно бледной. Я не понимаю, кто ей позволил спуститься самостоятельно на нижние этажи. Она приоткрыла глаза и увидела меня. Я подошла ближе и сел на стул. Взяла её за руку и она сжала мою. -Ты спасла меня и моего ребёнка. –тихо сказала она. -Тише, тебе нельзя много разговаривать, ты ещё очень слаба. Я представляю, какого тебе сейчас… -Она заглянула мне прямо в глаза. -Ты самая девушка, которую вытащили с того света? –Я горько усмехнулась. С того света. Она только что сказала то, о чём я вообще говорить не хотела, но это так. Сказали, что у меня на полминуты остановилось сердце… После этого стал происходить что-то непонятное. Я стала видеть девушек, молодых, и Эжени я тоже видела, на второй день после клинической смерти. С тех пор я стала думать, что у меня открылся какой-то дар, но это бред, поэтому я откинула эту идею. -Та самая. -Прости, что я об этом заговорила. Это некрасиво, и неприлично, прости. -Забыли. –Я сделала вид, что меня это вообще не цепляет. -Хорошо. Тебе семнадцать, ты такая молодая. Ты уже столько пережила, я хочу тебя обнять, но мне тяжело подняться, лекарства действуют. –Я поняла, на что она намекает, поэтому наклонилась, и обняла её. -Я не одна. –Я достала из пакета Зайчика и Свинку, и отдала ей. Её глаза заслезились. –Они будут охранять тебя и твоего малыша. Можешь назвать их. –Я улыбнулась и поставила зверушек на её живот. -Спасибо. Мы ещё недолго поболтали с ней, пока лекарства не подействовали окончательно, тогда я встала и вышла, столкнувшись с каким-то парнем у её палаты. Наверное, парень. -Эм… Рози? –Он знает меня? -Да. –Не успела я закончить, как этот человек сжал меня в объятиях. -Боже, спасибо! Ты, ты не представляешь, что ты для нас сделала, ты спасла его, и её, ты спасла нас. –Я подумала, что если он ещё сильнее меня сожмёт, я задохнусь, но он отпустил. –Что я могу для тебя сделать? -Никогда, слышишь, никогда не пускай вечером её одну, а лучше, вообще никуда одну не пускай. Это единственное, о чём я мечтаю. –Сказала я, улыбнулась ему, и ушла. Я рада, что смогла кому-то спасти жизнь. Теперь я что, ангел-хранитель? Ммм, звучит не плохо. На улице я встретила Кендалла, он разговаривал с мамой, вновь на высоких тонах. Я решила не вмешиваться и пошла домой, одна, уже ничего не боясь, и никого.